Встретимся завтра, моя любовь

Темно и тихо. Это то самое чувство, когда сон всё ещё властвует над твоими мыслями, но частицы реальности неспешно проникают в твое сознание. Ты чувствуешь, что лежишь, твоя голова мирно покоится на подушке, а всё твое тело коконом обволакивает мягкое одеяло. Уши улавливают легкие звуки, неподходящие образам мира грез. Пора просыпаться, но желание подольше понежиться в мире забвения без тревог и проблем преобладает. До вновь утекающего во мрак сознания доносится тихий скрип, едва слышимый шаркающий звук становится всё ближе. — Проснись и пой~ Чей-то голос, мужской, явно побуждает к пробуждению. Сила сна слишком сильна, хочется по ребячески уткнуться носом в подушку и пробурчать сквозь сонную дымку: — Ну ещё пять минут… Сознание возвращается слишком резко. К кому она обращается? Внезапные мысль и страх заставляют резко подняться и посмотреть в направлении источника звука. От резких движений голову ведет, зрение покрывается темной дымкой. — Не вскакивай так резко, дорогая! Ты можешь полежать ещё немного, вчера ты так поздно легла. Наверное, ещё не выспалась… — мягкий голос, в котором слышится лишь искреннее волнение… Она пытается вспомнить, он кажется таким знакомым, но внутри головы ощущается лишь белый шум. Она чувствует как кровать со скрипом прогибается. Голова перестает кружиться, зрение наконец проявляется, и она видит источник голоса. Смотрит на образ перед собой. Фигура — мужская, аккуратно сидящая на краю довольно большой для одного человека кровати. Лицо, такое белое-белое, словно вся кровь покинула его жилы, под глазами тени настолько неестественно тёмные, что кажется будто это краска. Она не видит радужки, лишь бездоно черные дыры, с беспокойством всматривающиеся в её лицо. Не сразу она замечает длинные волосы, черной паутиной вздымающиеся к самому потолку. Она хочет спросить — «Кто он?», и к своему ужасу понимает, что не может вспомнить, кто она сама… Но благо, эта мысль не успевает испугать её окончательно. Черная рука с длинными пальцами нежно касается её лица. — Кажется, тебе лучше, и ты окончательно проснулась, — на бледном лице засияла широкая улыбка. — Думаю, у тебя много вопросов, но тебе не стоит бояться. Спускайся вниз, завтрак почти готов, дорогая~. Она слегка кивает. Не стоит действовать резко или поспешно. Нужно больше информации, а там видно будет. Мужчина подымается с её (ее ли?) постели, и лишь сейчас она понимает, насколько тот высокий. За пару шагов он доходит до двери и, улыбнувшись напоследок, покидает комнату. Она снова одна. Взгляд обегает комнату. Простая, ухоженная, но такая незнакомая комната. Она роется в сознании в поисках воспоминаний, но в них лишь чистый лист. Решив, что, сидя на месте, ответов не найти, она поднимается. В небольшом шкафу лежит одежда, идеально подходящая по фигуре. «Мило» — думает она, от одежды пахнет порошком и чем-то неуловимым, но до боли знакомым. Робко, словно полевая мышь, она выглядывает из комнаты. Небольшой коридор с парой дверей помимо её собственной и лестница, ведущая вниз. Приятный запах чего-то съесного ударят в нос, а живот издает тихое урчание. Тихий напев говорит о том, что внизу кто-то есть. Собрав свою решимость, она делает глубокий вдох и, медленно выдыхая, готовится к повторной встрече с незнакомцем. От её шагов лестница издаёт тихий скрип. Напев прекращается как только её нога сходит с последней ступеньки. Незнакомец стоит на небольшой кухонке. Заслышав её шаги, он обернулся и встретил её широкой улыбкой. — Ты наконец встала, ну же, садись за стол, а то еда остынет~, — он воодушевленно поставил на стол тарелку с яичницей и кусочками бекона. Она застыла на месте. Её глаза смотрели на мужчину в упор. Его образ мог быть пугающим, как в старых ужастих, что крутили по телевизору поздно ночью, но одна деталь сводила весь этот ужас на нет. Розовый фартук с рюшами. Даже в обычной ситуации он мог показаться ярким и неуместным, а на контрасте с обликом мужчины вызывал чувство, будто это странная абсурдная комедия. Она не могла сдержаться. Чистый смех отразился от блеклых стен. Лицо мужчины вытянулось, улыбка с него исчезла, а глаза взволновано округлились. Эта картина лишь усилила комичный эффект, она не могла остановиться. — Что случилось? Всё хорошо? Что такого смешного? — он вновь попытался вернуть улыбку на своё лицо, но та вышла неровной и натянутой, в голосе слышались трудно скрываемые дрожь и волнение. — Это так нелепо! Этот розовый фартук! Такой нелепый! — сквозь слезы и смех с трудом произнесла она. Волнение на лице незнакомца стало сходить на нет, улыбка из натянутой стала мягкой и нежной. — Я рад, что тебе весело~, — в этих словах слышалась до боли сжимающая грудь нежность. Внезапный приступ смеха затихает, из-за этого странного нелепого образа она понимает, что не боится. Сбита с толку? Возможно. Растеряна? Абсолютно точно! Но точно не боится, не его… — Что ж… — она вытирает остатки слез со своих глаз. — Думаю, теперь мы можем поговорить! — она улыбается незнакомцу и неспешно садится за стол. В глазах мужчины читается легкое удивление, но тут же появляется улыбка. Он облокачивается на край стола и внимательно смотрит, как она жуёт всё ещё горячий завтрак. — Думаю, у тебя есть вопросы. Задавай, я постараюсь на них ответить, — его взгляд устремлён прямо на неё, со странным вниманием он следит за тем, как она ест пищу. Яичница вышла на удивление хорошо, лишь немного чувствуется горьковатый вкус, подгорела наверное… — Да, — последний кусочек исчезает в глубинах желудка. Немного поразмыслив, она решает выбрать один из волнующих её вопросов. — Кто я? — Ты — моя любовь! Мы стали встречаться до того, как ты стала терять память, — он объяснялся четко и спокойно, словно делал это уже не раз и даже не два. И всё же в его словах слышались нотки грусти. — Хм… — она пыталась обдумать услышанное. Искала ответы и подсказки в своей голове, но как и прежде натыкалась лишь на пустоту. — Мне трудно поверить тебе… — на этих словах на лице мужчины проскользнула печаль. — У тебя есть доказательства? — эти слова, казалось, воодушевили его. Необычно быстро тот подошёл к холодильнику и сорвал прикрепленную магнитом фотографию. — Вот, взгляни, дорогая~, — он не стал давать фото ей в руки или подносить близко, но даже так на изображении она смогла разглядеть двух людей, счастливых и тепло обнимающих друг друга. Девушка на фото очень походила на ту, что она видела сегодня в зеркале. — Это фото сделано в день годовщины наших отношений, дорогая~. Она пыталась обработать информацию. Завершив мысленный процесс, она кивнула. — Ты говоришь, я потеряла память? — Да, это случилось не так давно. Я был очень обеспокоен и не мог оставить тебя одну! — в его словах слышалось волнение, улыбка померкла, а в глазах снова промелькнула грусть. Ей даже показалось, что его длинные пряди, вздымающиеся к потолку, слегка подрагивали. Его становилось жалко. Она ничего не могла вспомнить, но этот печальный образ вызывал горечь. Она аккуратно коснулась его руки своей и почувствовала, как та в ответ напряглась, удивленные глаза исследовали её лицо. Она мягко улыбнулась. Мышцы под черной кожей расслабились под ее хрупкими пальцами. — Ты каждый день задаёшь вопросы, и каждый день я отвечаю на них, — она слышала, с какой смиренной скорбью произносились эти слова. — Ты, вероятно, очень переживаешь и делаешь всё, что в твоих силах, — она старалась его утешить, и пусть и не могла вспомнить этого человека (если это вообще был человек), она чувствовала, что его эмоции были настоящими, что в них не было ни зла ни корысти. Его глаза стали шире, хотя казалось, что больше уже некуда. Черные пальцы обвили её руку, улыбка снова растекалась по бледному лицу. Она почувствовала тепло в своей груди. — Ой, кажется, я забыла нечто важное, — она быстро поняла как странно звучит эта фраза только сейчас. — Как тебя зовут? Его большой палец нежно поглаживал тыльную сторону её руки. — Холл~, — и он широко улыбнулся, глядя в её лицо. Она почувствовала, как от новой информации её голова начала слегка кружиться. Заметив перемены в её лице, Холл вернул фото на холодильник и помог ей подняться из-за кухонного стола. — Видимо, слишком много нового для тебя, моя любовь~. Тебе стоит слегка отдохнуть, — он отвёл её на небольшой диван в гостиной. — Посиди здесь, я пока уберу посуду, — быстрым шагом Холл удалился. Она присела и прикрыла глаза ладонью одной руки, пытаясь унять боль в висках. Пальцами второй руки она чувствовала мягкую обивку дивана и прохладу воздуха в помещении. До ушей, совсем недалеко, доносился звук текущей воды и стук посуды. Приоткрыв глаза, она взглянула в сторону шума. Черный глаз пристально смотрел в её сторону. «Он следит за мной?» Заметив её взгляд, мужчина широко улыбнулся и продолжил мыть посуду. Немного понаблюдав за его движениями, она вновь прикрыла глаза. Спустя время она почувствовала, как диван рядом с ней прогнулся, и открыла глаза. Её взгляду предстал образ высокого мужчины в черном облегающим свитере и темных джинсах. Он тепло смотрел на неё, не говоря ни слова. — Любуешься? — она чувствовала как тепло снова растекается в её груди. — Не могу налюбоваться. Сегодня ты особенно прекрасна, любовь моя~, — он сел ближе, прижавшись своим бедром к её. Она не была против. Сильные руки обхватили ее, заключив в свои объятия. Черные пальцы мягко массировали её ладони. Она не могла перестать улыбаться. — Чем займёмся, Холл? — она бегло оглядела гостиную. В глаза бросились окна, забитые тяжёлыми деревянными домиками. Это вызвало в ней беспокойство. — Что взволновало тебя, дорогая? — он взглянул в её обеспокоеное личико. Его рука крепче сжала её тонкую ладонь. — Окна заколочены… Это странно… Зачем это? — она старалась говорить спокойно, но легкая дрожь в голосе выдавала волнение. Его лицо застыло. Казалось, он обдумывал что-то в своей голове. Он переводил взгляд с досок на неё и обратно. Недолго поразмыслив, он снова улыбнулся. — Думаю, я могу тебе немного рассказать, всё равно завтра ты ничего не вспомнишь, любовь моя~, — эти слова вновь вызывали волну грусти в её душе. — Снаружи опасно, особенно для тебя! Из-за это у тебя проблемы с памятью, так что я решил не рисковать, понимаешь? — он перевёл взгляд. Улыбка застыла на его лице словно непроницаемая маска. Он ждал от неё чего-то. Она смотрела на него не отводя взгляд. В ней должны были проснуться недоверие, страх… Но она их не чувствовала. Она вытянула свою ладонь из тепла его руки. Полоса губ на его лице дёрнулась. Он собирался что-то сказать, но не успел. Маленькие тонкие руки обвили его укутанную в высокий ворот свитера шею. — Наверное, это очень тяжело. Ты оберегаешь меня… Но каждый день тебе приходится снова и снова говорить мне это… — она чувствовала его тоску, её руки сжимались сильнее, нос уткнулся в изгиб его шеи. Запах был такой знакомый, погребенный где-то в глубинах ее сознания, проник в лёгкие, обволакивая и даруя покой. Холл замер от её внезапного порыва. Словно статуя, он сидел неподвижно. Казалось, он даже не дышит. Расцепив объятия, она взглянула в его лицо. Шокировано, с сильным неверием он смотрел прямо на неё. Она чувствовала, как на лице расплывается улыбка. Своими тонкими руками она обхватила его лицо, и, нежно поглаживая пальцем его щеку, произнесла: — Спасибо, Холл… Холл всё ещё был в шоке некоторое время. Кажется, в тишине гостиной он обдумывал что-то очень важное. Она не торопила его. Просто сидела рядом, прижавшись к нему посильнее. В голове всплыла незнакомая мелодия, она не помнила ни ее названия, ни даже где слышала её. Она тихо напевала… Мелодия вывела Холла из его размышлений, и он внимательно посмотрел на неё. — Навевает воспоминания… — сказал он едва слышно, и будь она от него чуть дальше — и вовсе не услышала бы. — Правда? — она смотрела на него с улыбкой. — Расскажешь мне? Совсем не могу вспомнить откуда она… Его глаза блуждали по её лицу. Это заняло несколько секунд, но казалось, что прошли часы. Он глубоко вздохнул и, отвернувшись, прикрыл глаза. Волосы, устремлённые к потолку, слегка покачнулись, вторя хозяину… — Это было вскоре после нашего знакомства, — начал он неспешный рассказ. — Мы гуляли по улицам без цели, просто проводили время вместе. Как на зло начался сильный дождь, а мы не взяли с собой зонта. Мокрые насквозь, мы забежали в небольшую, почти пустую кофейню. Нельзя сказать, что это было место высшего уровня. Столы были обшарпаны, пол выцвел, касса на стойке, казалось, сломается, стоит слегка к ней прикоснуться. В воздухе витал запах чего-то подгорелого… Единственным посетителем был худощавый парень с рыжими кудряшками и нелепо большими очками. Это было ужасное место. В кафе играла одна песня, кажется, владелецу она очень нравилась, так как играла без перерыва. Такая дурацкая мелодия… Мы провели в этом месте несколько часов, прежде чем дождь кончился… — он замолчал, задумавшись. В его истории не было чего-то значимого, но, казалось, что она имела для него большое значение. Она пыталась вспомнить это место. Но ничего… Только мелодия… — После этого мы периодически бывали в том месте… Эта песня играла там каждый раз… — на лице Холла растянулась широкая улыбка. — Ты снова улыбаешься. Похоже, это хорошее воспоминание, — она улыбнулась. — Надеюсь, я смогу улыбаться ему так же, когда моя память вернётся. Она почувствовала, как что-то ткнулось ей в плечо. На её плече покоилась черная макушка. Длинные черные пряди, уходящие к потолку, коснулись её лица. — Я так люблю тебя, дорогая~. Я так рад, что встретил тебя в своей жизни, — его голос был заглушен тканью её одежды. Они сидели так какое-то время. В комнате не было часов, окна были забиты, и понять, сколько сейчас времени, было тяжело. Тишину комнаты вскоре прервал урчащий звук. Холл необычно быстро поднял свою голову. — Неужели прошло так много времени?! Ты, наверное, так проголодалась, любовь моя~, — он поднялся с дивана и двинулся на кухню. — Подожди чутка, я приготовлю поесть. Слегка кивнув, она проводила его внимательным взглядом. Она чувствовала лёгкую усталость. Откинувшись на спинку дивана, она прикрыла глаза. Звук стука посуды, шуршания салфеток и тихого напева убаюкал её.

***

Она почувствовала, как чья-то рука аккуратно толкает её в плечо, и слегка приоткрыла глаза. Бледное лицо и темная паутина волос были совсем близко к её лицу. — Кажется, я задремала. Обед уже готов? — она слегка потянулась, чуть не ударившись лбом в лицо Холла. — Да, дорогая~, — он протянул ей свои руки, предлагая помощь, и она уверенно взялась за его раскрытую ладонь. Она не отпустила его, даже когда уверенно встала на ноги. Держась за руки, они вернулись на небольшую кухонку. Отодвинув стул, Холл пригласил её присесть за стол, и с благодарной улыбкой в ответ она ответила на его приглашение. На столе её уже ждал горячий обед. — Снова этот фартук? Он очень забавный! — в груди вновь поднялось чувство веселья. — С ним связаны тёплые воспоминания. Тебе нравится, дорогая? — улыбка расплывалась по его лицу. Он внимательно смотрел на неё. — Конечно! Тебе очень идёт! — она неспеша ела свой обед. Казалось, что всё приготовлено идеально, но лёгкий вкус горечи оттенял приятный вкус еды. «Снова подгорело?» Она доела под внимательным взглядом черных глаз. — Спасибо, было очень вкусно! — она благодарно улыбнулась. Поднявшись из-за стола, она вновь вернулась в гостиную, пока Холл убирал со стола. Он управлялся довольно быстро, и после уборки вернулся к ней на диван. — Чем теперь займёмся? — она внимательно смотрела на него. — Не знаю… Чтобы ты хотела, любовь моя? — взяв её руку в свою, с интересом спросил Холл в ответ. — Хммм… — она ненадолго задумалась. — У тебя нет каких-нибудь настольных игр? Мы могли бы поиграть вместе! — ее голос был очень воодушевлён. Его лицо замерло. Он неловко отвел взгляд в сторону. — Ты действительно хочешь поиграть? В ответ уверенный кивок. — Я очень хочу провести время с тобой, Холл. Давай поиграем, — она сжала его руку в своей, придвинувшись ближе и глядя в его бездонные глаза. Он смотрел на нее в ответ. Немного подумав, всё же кивнул. — Хорошо, моя любовь~, — он поднялся с дивана и быстро поднялся по лестнице на второй этаж. Одиночество ощущалось как-то не правильно. Руки мерзли, тишина давила. Холла не было несколько минут, но казалось, что прошло больше. — Ты долго… — она внимательно оглядела его фигуру. В руках Холл держал небольшую, если сравнивать с ним, коробку. Углы потерлись, а изображение на ней выцвело от времени. — Что это? — Старая настольная игра, — его пальцы крепко сжимали края коробки, во взгляде читалась ностальгия. — Мы играли в неё раньше? Она выглядит старой, — она внимательно следила за его выражением лица. Такое странное, на первый взгляд, лицо его выражало на много больше эмоций, чем можно было бы подумать. — Когда-то давно… — он с нежностью погладил пальцем потрепанный временем угол. — Когда-то мы собирались вместе вечерами и играли в глупые игры до самого рассвета, — печальная улыбка расплылась по его бледному лицу. — Тогда давай поиграем вместе, как тогда? — она подошла близко к нему и покрыла своими ладонями его руки. Во взгляде Холла гуляли сомнения и едва скрываемая госка по старым временам, что уже не получится вернуть. Он сделал глубокий вздох. — Хорошо… Давай сыграем, любовь моя~. Он положил коробку на столик перед диваном. Внутри оказалось такое же потрёпанное временем игровое поле, потертые фигурки, некоторые даже со сколами. Брошюра с правилами игры была сильно помята и покрыта тёмными пятнами, в самой середине красовался темный круг от чашки. Пусть содержимое коробки и выглядело не лучшим образом, сразу можно было понять, как бережно хозяин относился к этой игре. Она аккуратно подняла старую инструкцию, вчитываясь в правила. Игра была самой простой, без особых излишеств, и они вполне могли сыграть в неё вдвоём. — Это кажется довольно легким, — отложив инструкцию, она аккуратно достала поле для игры и небольшие фигурки. — Какой фигуркой ты будешь играть? — она протянула ему раскрытую ладонь. Маленькие животные различных цветов ярко выделялись на маленькой ладошке. Холл внимательно рассматривал разноцветный пластик и, недолго думая, взял маленькую фигурку черного цвета. — Паучок? — маленькое чёрное восьмилапое создание, странный выбор для детской настолки, хотя тот и выглядел стилистически мило. Два больших выпуклых глаза и широкая улыбка придавали комичный эффект маленькому созданию. — Он чем-то похож на тебя, — не долго думая сказала она в ответ на его выбор. Пройдясь взглядом по оставшимся в итоге фигуркам, в конце-концов она остановилась на приглянувшемся маленьком белом котике с поднятой лапкой. Лицо Холла выразило смесь удивления и недовольства. — Не любишь кошек? — она вопросительно взглянула в большие черные глаза рядом с собой. Его рот слегка скривился, но вскоре снова принял форму улыбки. — Они меня не любят в ответ. Маленькие членистоногие мне нравятся больше, — он нежно взглянул на странную фигурку паука. Она тихонько усмехнулась и с теплой улыбкой сказала: — Пауки тоже очень милые~, — аккуратным движением она поставила белого котика на первую клетку и взяла черный кубик, готовясь сделать ход. — Начнём? Холл поместил черного паучка рядом с белым котиком совсем близко, фигурки слегка касались друг друга. С широкой улыбкой он кивнул. С рвением они принялись за простую детскую игрушку. Доносились звуки бьющегося о стол кубика, радостных восклицаний и стонов разочарования. — Ты жульничаешь! — надув щеки, она недовольно вскинула свои кулачки после очередной выпавшей шестерки на кубике Холла. — Так не честно!!! На лице Холла сияла широкая счастливая улыбка. Маленький черный паучок переместился на шесть клеток вперёд, далеко отрываясь от белой фигурки. — Кажется, я попал на лесенку, — маленькая фигурка переместилась ещё дальше, приближаясь к финишной клетке. — Ты точно жульничаешь! — она интенсивно трясла кубик в своём кулаке, от усилия высунов кончик языка. Маленький кубик с громким стуком ударился об деревянный столик, печально показывая две точки. Она громко разочаровано вздохнула. — Точно мухлюешь!!! — расстроено переместила белого котика, попав на клетку пропуска хода. Она опечалено упала лицом на столешницу рядом с игровым полем. Холл тихонько хихикал где-то над её головой. — Возможно, сегодня просто не твой день, — кубик вновь ударился о поле. — О! Кажется я победил! — она лениво подняла глаза, глядя, как длинные черные пальцы перемещают фигурку паука на клетку финиша. — Блин… — она надула свои щеки и недовольно скрестила руки на груди. — Не переживай, любовь моя, в следующий раз тебе повезёт, — на этих словах он застыл, держа фигурку белого кота в своей руке, будто бы только осознав, что слетело с его губ. Расстроенная, она не обратила на это внимания. Нахмурив брови, она придвинулась к нему ближе. Резким движением она схватила его щеки своими пальцами и слега потянула. — Вот увидишь! В следующий раз я одолею тебя! Запомни мои слова! — его широко открытые бездонно чёрные глаза смотрели на её недовольно сведённые брови и покрасневшее от волнения лицо. Они будто пытались впитать в себя этот образ, запечатлеть его глубоко на сетчатке. — Я запомню, любовь моя… Я обещаю… — он взял её ладонь в свою и нежно коснулся губами тыльной стороны. Её щеки опалило теплом смущения. Брови расправились, и всё недовольство тут же испарилось. Она не знала, сколько длился это момент, но его волшебство нарушило тихое урчание. — Похоже, время ужина, — Холл поднялся с дивана и направился на кухню, собираясь приготовить еды к вечеру.

***

Ужин ничем не отличался от обеда или завтрака. Еда выглядела всё такой же свежей и горячей, но отдавала легкой горечью. «Кажется, он не очень умеет готовить, еда постоянно подгорает». После ужина они вновь устроились на диване. — Чем бы еще сегодня заняться? — она задумалась и прикрыла глаза. Холл наблюдал за ней с теплой улыбкой на лице. — О! Я знаю! — она лучезарно улыбнулась, повернув к нему сияющее радостью лицо. — Можешь почитать для меня? — она пытливо смотрела в черные омуты его глаз, ожидая ответа. — Сегодня ты необычайно активна, любовь моя~, — он тепло улыбался, глядя на веселье в её глазах. — Я хочу провести с тобой столько времени вместе, сколько могу! — она мягко улыбнулась, сев ближе, соприкоснувшись с ним плечом. — Давай почитаем! Холл поднялся с дивана и направился вверх по лестнице. Время, пока его не было рядом, как и в прошлый раз, казалось тягуче медленным. Она ждала, постукивая пальцем по обивке и напевая знакомую мелодию. На этот раз он вернулся быстрее, держа в руках книгу в голубой обложке. Она выглядела довольно новой, обложка чистая и без царапин, а листы не успели пожелтеть от времени. — Что это за книга? — она с любопытством изучала предмет в его руках. — Сказка о прекрасной принцессе, — он сел рядом с ней, прижавшись поближе. — Хмммм, не слишком ли странный выбор? — она стала разглядывать обложку с усиленным интересом. На светло-синем картоне в рамке из золотых завитков красовалась юная девушка в длинном платье и с блестящей короной в волосах. За ней на фоне виднелась высокая башня, из окна которого блестели огни пары черных глаз. Название на обложке гласило — «Запертая любовь». Как и раньше, она не могла вспомнить, видела ли это название раньше. — Интересное название. О чем эта книга? — она внимательно посмотрела на Холла, придвинувшись ближе и заглядывая в открый разворот. — Прочитаю и узнаешь, моя дорогая~. И он начал читать. Его мягкий голос втягивал её, и онаслушала внимательно в ответ, глядя на яркие иллюстрации на страницах. Сказка была самой обычной, каких было ещё море. Юная принцесса жила во дворце, любимая всеми. Каждый желал её внимания. Много принцев разных стран хотели связать свою жизнь с её, но никто не мог получить взаимности юной принцессы. Каждую ночь принцесса пела песню на балконе своей комнаты. Её чистый голос ветром разносился по всему королевству и даже дальше и однажды достиг ушей одного чудовища. Оно было очаровано этим чистым голосом и решило узнать, кто же поет эти сладкие песни. Чудище пришло в город. Оно так отличалось от окружающих, что люди его боялись, в страхе они убегали и просили о помощи. Король, узнав о чудовище в городе, послал солдат, чтобы схватить его. Напуганное криками и злобой людей чудовище не смогло сопротивляться страже. Его схватили, и толпа возликовала, когда король отдал приказ о казни. Но принцесса неожиданно встала у него на пути. «Оно не желает нам зла, он ничего не сделал!» — кричала она. «Он отличается от нас, ему не место рядом с нами,” — люди кричали, обвиняяя чудовище во всем зле в своей жизни. Но принцесса лишь с печалью и сочувствием смотрела на него. Она сняла с него оковы и спросила, зачем он пришёл в этот город. «Я услышал прекрасное пение, и хотел узнать, кто так чудесно поёт. И я нашёл. Вы намного прекраснее, чем я мог себе представить.» Он смотрел своими черными глазами на яркий облик принцессы и не мог налюбоваться. «Тогда я пойду с тобой.» Она взяла чудовище за руку и пошла прочь из города. Люди кричали и умоляли ее остановиться, но принцесса даже не взглянула на них. «Я не хочу быть принцессой таких злых и слепых людей». И они ушли. Чудовище отвело принцессу в высокую башню в глубине леса, и в ней они стали жить вместе. Чудовище искренне любило принцессу, а она как могла заботилась о нем в ответ. Они были счастливы вместе. Но король не мог смириться с тем, что его дочь ушла вместе с чудовищем, и тогда послал за лучшим героем королевства. «Мою дочь околдовало чудовище, если ты спасешь её, то можешь взять её в жены». Герой отправился в путь, нашел башню и вызвал чудовище на бой. Они сражались дни и ночи, но в итоге герой одержал победу. Герой занёс свой меч над ослабленным чудовищем, но принцесса преградила ему путь. «Я пойду с тобой, только пощади его.» Герой отступил и, забрав принцессу, увел обратно во дворец. Сказка показалась ей очень печальной. Она чувствовала, как на глазах наворачиваются слезы. — Это так несправедливо… Они ведь просто хотели быть вместе, — теплая рука легла ей на плечо, обнимая и даря утешение. Он продолжил чтение. Чудовище было истощёно. Герой был слишком силён. Годами чудовище залечивало раны. Собрав свои силы, оно отправилось в город, но все уже не было столь же добро как раньше. Он вошёл в город, но лишь тишина и пустота приветствовали его. Ни смеха, ни песен… Город казался заброшенным. Лишь в замке сиял яркий свет. Чудовище двинулось к центру. Никто не мешал ему. Никто не встал у него на пути. Он зашел во дворец. Прошёл в тронный зал. Там, в золотом венце на троне сидел герой. «Где принцесса?» — с волнением и злостью спрашивало чудовище. «Она…» На колени Холла опустилась голова. — Кажется, ты сильно устала, любовь моя~, — он коснулся рукой её волос, нежно поглаживая макушку. — Я не устала, — она зевнула, веки казались тяжелыми, а собирать слова в предложения становилось все труднее. — Давай я отнесу тебя в кровать, дорогая, — она почувствовала, как Холл шевелится, намереваясь встать. — Нет, давай ещё немного посидим вместе, пожалуста, — она прилагала все усилиля, чтобы открыть глаза. — Почему ты так упорствуешь, дорогая? — слегкой усмешкой произнес он. — Если я усну… — она старалась держать сознание ясным, но оно утекало от нее с каждой секундой. — То завтра всё забуду… — глаза слипались всё сильнее. — Я не хочу забывать сегодняшний день… И тебя не хочу забывать… — у неё уже не было сил открыть глаза. Холл нежно гладил её по волосам. Его тонкие черные пальцы перебирали тонкие пряди. — Не волнуйся, любовь моя… — его голос стал тихим, еле слышимым. — Я сохраню этот день в своей памяти. — Обещаешь? — она услышала шуршание волос и одежды. Кажется он кивнул. — Обещаю… Её мысли стремительно утекали в пустоту снов. — Я тоже… — её мысли были спутаны. — Я обещаю… Я не забуду тебя… моя любовь… Тихий вздох заполнил комнату. Всё замерло. Звучал лишь тихий шепот и мерное дыхание. — Встретимся завтра, моя любовь…