Сборник драбблов

Эндрю Миньярд никогда не был популярным. В школе он был в категории «социально сложный, оказывающий дурное влияние, опасный» и с гордостью носил каждое из этих слов. В колледже ситуация изменилась, смягчаясь, и из опасного он превратился просто в отстраненного и настораживающего. Это было не так хорошо, как «опасный», но также позволяло ему избежать ненужных разговоров с бесполезными людьми, окружавшими его в колледже. Конечно, некоторые личности все равно умудрялись с ним общаться. Например, Кевин Дэй, стоящий сейчас на пороге его комнаты в общежитии с красным от злости лицом. — Как ты мог мне не сказать! – было первым, что он сказал, когда вломился минуту назад. Было утро. Стук в дверь вырвал его из беспокойного сна в более беспокойную реальность. На нем были только пижамные штаны и по пути к двери он натянул толстовку. Кевин был в спортивной форме и очень возмущен. Эндрю не представлял, о чем он спрашивает. Но. Это же был Кевин. — Ты придурок, поэтому ничего не должен знать, - сказал он и это было просто констатацией факта, однако пропустил Кевина в комнату и закрыл дверь. — Эндрю, какого черта?! Ты спишь с Нилом Джостеном! О. Стоп. Вот это было интересно. Никто не должен был знать об этом. — Откуда ты знаешь? – спросил он, пытаясь вспомнить, где оставил телефон и сигареты. — Ты серьезно?! Весь интернет только об этом и говорит целый день! — Это был Аарон, - сказал Эндрю на автомате. — Насколько я знаю, у Аарона есть девушка и он явно не стал бы прижимать олимпийского спортсмена к стене в попытке сожрать его лицо! Черт. Их последняя встреча. Они были не осторожны, Эндрю еще тогда подумал, что это не закончится для них без последствий. Но ресторан, куда Нил привел его, был хорош, вино крепким, а сам Нил смеялся, от чего на его щеках появлялись ямочки, которые Эндрю любил. Да. Ямочки. Поэтому, когда они вышли, он затащил его за угол, в переулок, да, рядом с мусорными баками, и целовал до беспамятства. Которое, теперь привело их сюда. Была фотография. Не репортеры, нет, случайный прохожий, узнавший Нила Джостена – олимпийского легкоатлета, самого юного бегуна, получившего золотую медаль. Эндрю смотрел на фотографию и помнил вкус губ Нила, теплоту его языка, его кожу и мышцы под пальцами, запах его волос и кожи. Черт. Ему нужно позвонить. Он нажал единицу – быстрый набор номера Нила. — Кевин, заткнись, - бросил он, слушая гудки. Нил ответил после пятого. — Доброе утро, - сказал он запыхавшимся голосом. — Мы раскрыты, - сказал Эндрю. — Да, это так, - подтвердил Нил. — У тебя будут проблемы из-за этого? – спросил Эндрю, потому что это единственно, из-за чего он волновался. — Нет, а если да, я их решу. Не за меня нужно переживать, - ответил Нил в своей манере. Они были осторожны не из-за Нила. Вернее, косвенно из-за него, но не совсем. Встречаясь со спортсменом уровня страны, нужно быть готовым к вниманию СМИ. А Эндрю не был уверен, что готов. Ну, теперь выбор сделали за них. — Это было глупо, так обложатся, - сказал Нил. — Я бы сделал это снова, - ответил Эндрю, потому что не о чем было сожалеть. Они справятся. Он справится. — Прямо сейчас? – в вопросе Нила звучало кокетство, которое было не свойственно ему в осознанной манере, но вшито на подкорке, когда он разговаривал с Эндрю. Ну, или Эндрю просто был сумасшедшим, что тоже не было исключением, в конце концов у него был личный психотерапевт и диагноз. Возможно, он склонен к помешательствам. — После двух. Мне нужно выгнать Кевина и принять душ, - ответил он и Кевин возмущенно открыл рот, но промолчал. — Я заеду за тобой в два, - сказал Нил и звонок закончился. Несколько секунд стояла тишина. — Ты познакомишь меня с ним? – спросил Кевин и Эндрю зажмурился, ощущая приближение головной боли.