Избранны морем

После той ночи, когда губы Сэнди коснулись щеки Леона, мир для последнего перевернулся. Леон, всегда умевший скрываться в тенях, теперь не мог скрыться от собственных мыслей. Стоило ему закрыть глаза, как он снова чувствовал этот невесомый, теплый жест. Сон покинул его на три дня. Но на четвертые сутки усталость взяла свое. Леон провалился в тяжелое беспамятство, и ему снились странные вещи: дюны, превращающиеся в дым, и голос, шептавший: "Круг замкнулся". — Подъём, соня! На зарядку надо, глупый! — Рев Шейда прорезал тишину шестой комнаты, как бензопила. — Давай-давай, легенда, не позорь корпус! — поддакнул Гас, прыгая на край кровати. В следующее мгновение произошло то, чего Леон никак не ожидал. Шейд, решив, что это будет отличной шуткой, схватил край матраса и резко дернул его вверх. Леон, не успев среагировать, кубарем скатился на пол, запутавшись в одеяле. — Эй! — огрызнулся он, отряхивая капюшон. — Я вас сейчас в невидимые узлы завяжу! Но его взгляд замер. Там, в самом дальнем углу под кроватью, куда годами не добиралась швабра, между половицами застрял край плотной бумаги. Леон протянул руку и вытащил старую, пожелтевшую фотографию. — Что это там у тебя? — Шейд и Гас тут же сунули носы в кадр. На снимке, сделанном, судя по всему, лет пятьдесят назад, стояли двое парней на фоне того самого корпуса. Один из них, в рваном жилете и с дерзкой ухмылкой, был почти точной копией Леона, только черты лица казались чуть более резкими. А второй… второй парень стоял с полузакрытыми глазами, а в его руках светился странный артефакт, напоминающий древнюю восточную лампу — точь-в-точь как та, что всегда лежала в рюкзаке у Сэнди. — Ого… — прошептал Гас, и его пес-шарик испуганно тявкнул. — Леон, это что, твой дед? — Нет, — Леон почувствовал, как по спине пробежал холодок. — Это невозможно. Сэнди, который проснулся от шума, долго смотрел на фото. Его пальцы дрожали, когда он касался изображения лампы. — Она выглядит так же, как моя… только на фото она целая. Без трещины. Решено было действовать немедленно. Проигнорировав зарядку и завтрак, компания из четырех человек отправилась на исследование. Гас знал все потайные ходы лагеря, а Шейд жаждал сенсации для своего блога, хотя в этот раз он был непривычно серьезен. Они пробрались в старое крыло главного здания — туда, где когда-то была библиотека, а теперь располагался склад забытых вещей. — скрип.. — каждая половица под ногами Шейда и Гаса казалась сигнальной ракетой. — Вы как орда жирных свиней! — шипел Леон, двигаясь абсолютно бесшумно. Они поднялись на чердак. Воздух здесь был густым от пыли и магии. Повсюду валялись странные предметы: заржавевшие ключи, старые компасы, которые указывали не на север, а на шестую комнату , и карты, где береговая линия постоянно менялась. — Глядите! — Гас указал на тяжелый кованый сундук, на котором была вырезана эмблема: перекрещенные песочные часы и клинок. Пока Шейд и Гас пытались взломать замок сундука ,Шейд использовал штатив от камеры как рычаг, а Гас подбадривал его советами, Леон и Сэнди отошли вглубь чердака, к маленькому слуховому окну. Пылинки танцевали в луче света, и в этом заброшенном месте время будто снова замедлилось. Леон держал фотографию. — Сэнди, смотри. На обороте что-то написано. Сэнди подошел вплотную. Его плечо коснулось плеча Леона. Между ними возникло то самое статическое электричество, которое всегда предвещало магию. На обороте фото каллиграфическим почерком было выведено: "Тени всегда возвращаются в Пески. Помни наш договор, 1974 год". — Это не просто совпадение, — прошептал Сэнди, поднимая глаза на Леона. В полумраке чердака его зрачки светились мягким фиолетовым светом. — Мы не первые, кто живет в этой комнате. И не первые, кто.. Он не договорил. Леон смотрел на него так пристально, что Сэнди перехватило дыхание. Расстояние между ними сократилось до нескольких сантиметров. Леон видел каждую ресничку на веках Сэнди, чувствовал аромат сонного зелья и мяты. Мир вокруг исчез. Не было ни пыльного чердака, ни кряхтящего Шейда, ни лагеря. Была только эта невидимая нить, тянущаяся из прошлого в настоящее. Леон медленно наклонился, его рука коснулась щеки Сэнди — в том самом месте, куда Сэнди поцеловал его тогда. Сэнди прикрыл глаза, подаваясь навстречу. Сердце Леона стучало так громко, что казалось, оно заглушит шум моря. Их губы почти соприкоснулись, когда… — ЕСТЬ! ОТКРЫЛСЯ! — заорал Шейд на весь чердак. — Леон, Сэнди, выкусите! Тут дневник вожатого и какая-то карта сокровищ! Ребята отпрянули друг от друга. Леон моментально натянул капюшон поглубже, скрывая пылающее лицо, а Сэнди усиленно затер глаза, делая вид, что он просто хочет спать. В сундуке оказался дневник первого директора лагеря. На первой же странице была запись: "Некоторые души связаны крепче, чем узлы на канатах. Когда Песок и Тень встречаются в шестой комнате, история повторяется. Они — стражи равновесия этого острова" Гас серьезно посмотрел на друзей. — Ребята, кажется, вы влипли в какую-то легендарную историю. Шейд, на удивление, не стал шутить. Он опустил камеру. — Знаете, я не буду это публиковать. Это… это как-то слишком все странно. Леон и Сэнди переглянулись. Теперь они знали точно: их встреча не была ошибкой вожатых при распределении. Это была судьба, написанная задолго до их рождения. — Мы докопаемся до конца, — тихо сказал Леон, сжимая руку Сэнди.