Тихая гавань

             Свободный Верген дышал покоем. Дым от печей и костров смешивался с чистым горным воздухом, крики торговцев на рыночной площади тонули в гуле толпы и смехе детей. Для многих это была просто повседневная жизнь. Для Иорвета это было чудом. Чудом, за которое он сражался. Чудом, в котором его народ не притесняли, в котором на эльфов не косились презрительно и не обвиняли во всех бедах. Чудом, в котором скоя’таэлей не ненавидели, а уважали. И которое он теперь охранял, патрулируя мощеные улочки вместе с другими дожившими до этого благостного дня белками.       Он, известнейший по всему континенту атаман скоя’таэлей, теперь был начальником городской стражи Вергена. Его шрамы, некогда всего лишь демонстрировавшие живучесть и силу Иорвета, теперь вызывали уважение и восхищение у некоторых слишком романтичных особ. Эльфы, краснолюды и даже немногие люди, решившие обосноваться в Вергене, кивали ему при встрече. Иорвет отвечал тем же, и в его взгляде больше не было прежней всепоглощающей ненависти. Была усталость, да. Была привычная настороженность. Но была и гордость за этот город, ставший для него домом.       Вечерний обход подходил к концу. Иорвет стоял на крепостной стене, глядя, как солнце садится, окрашивая небо в самые невообразимые цвета. Позади раздались тихие, до боли знакомые шаги.       — Командир, — раздался низкий голос с легкой усмешкой. — Все спокойно на вверенной вам территории?       Иорвет не обернулся, лишь уголок его губ чуть дрогнул в улыбке.       — Все спокойно, Киаран. Можешь доложить об этом своему капитану. Ах да, это же я.       Киаран подошел и встал рядом, оперевшись о холодный камень стены плечом. Его лицо, обычно непроницаемое и сосредоточенное, в мягком вечернем свете выглядело почти безмятежным. Он был одним из лучших его бойцов, его правой рукой. И единственным, кто видел Иорвета без доспехов, без повязки и без маски несгибаемого лидера.       — Тяжелый день? — решил завязать непринуждённую беседу Киаран, пока его взгляд скользил по задумчивому профилю Иорвета.       — Два пьяных краснолюда подрались из-за рецепта пирога. Пришлось разнимать. Потом мальчишка залез на крышу за котом и не мог спуститься. Вот она — «война» в мирное время, — Иорвет усмехнулся. — Иногда мне кажется, что гонять по лесу нильфов было в разы проще.       — Там по крайней мере было понятно, кто враг, — тихо согласился Киаран. Он протянул руку и осторожно коснулся кончиками пальцев щеки Иорвета, чуть ниже шрама. — Ты устал. Пойдем домой.       Дом. Еще одно слово, которое обрело новый смысл. Не временный лагерь в лесной чаще, а небольшая, но крепкая постройка на краю города, с очагом, который всегда можно было разжечь чтобы обогреться; добротной мебелью, не разваливающейся от слишком резкого тычка; и кроватью, которая не была просто ворохом еловых веток или наполовину облезших шкур.       Они шли по начинающим пустеть улицам бок о бок, их плечи почти соприкасались. Молчание между ними никогда не было неловким. Оно было наполнено годами, проведенными в засадах, общими потерями и общей, выстраданной победой.       Внутри дома пахло деревом и травами, которые Киаран развешивал сушиться под потолком кладовой. Иорвет скинул тяжелый колет, оставшись в простой рубахе, и устало опустился на стул у стола. Киаран без слов поставил перед ним кружку с горячим травяным отваром.       — Спасибо, — выдохнул Иорвет, обхватив теплую ëмкость ладонями.       — Ты все еще носишься так, будто за тобой гонится вся темерская армия, — с лëгкой укоризной заметил Киаран, садясь напротив. — Расслабься, Elaine. Ты хранишь здешний покой и порядок. Все тебя уважают.       — Привычка, — коротко ответил Иорвет. Он поднял взгляд на любовника и чуть прищурился. — И не забывай, кто здесь главный. Я отдаю приказы, ты — выполняешь.       Киаран усмехнулся, и в его глазах блеснули озорные искорки. Он чуть подался вперед, понизив голос до интимного шепота.       — О да, командир. На улицах этого города твое слово — закон. А я — твой самый верный подчиненный. Но мы оба знаем, что как только мы переступаем порог этого дома… — он сделал многозначительную паузу, — …командование переходит ко мне.       Щëки Иорвета едва заметно тронул румянец, который он тут же попытался скрыть за напускной строгостью.       — Не слишком ли ты самоуверен, Ensh'eass?       — Лишь констатирую факты, — спокойно парировал Киаран, состроив притворно невинное выражение лица. Он поднялся, обошел стол и встал за спиной Иорвета. Его руки легли на напряженные плечи командира, начиная их мягко, но настойчиво разминать. Иорвет невольно прикрыл глаз, издавая тихий стон облегчения и удовольствия.       — Вот видишь? — прошептал Киаран ему на ухо, его дыхание опалило нежную кожу на шее Иорвета. — Ты отдаешь приказы по всему городу. Но только я могу приказать тебе расслабиться. И ты подчиняешься. Беспрекословно.       Иорвет молчал, позволяя сильным пальцам творить свое волшебство, снимая напряжение дня. В этом была их игра, их маленькая тайна. На людях — несгибаемый командир и его верный подчиненный. Здесь, в тишине их дома, — два уставших эльфа, нашедших друг в друге не только любовь, но и покой, которого им обоим так давно не доставало.       Позже, уже лёжа в постели, в кольце теплых рук, Иорвет думал о том, как же странно устроен этот мир. Он, тот кто жил лишь местью и борьбой, нашел покой не в смерти врагов, а в тихом дыхании спящего рядом эльфа.       — Киаран? — шепотом позвал он в темноту.       — Ммм? — сонно отозвался тот.       — Завтра утром разбудишь меня на рассвете. Нужно проверить восточный пост. — и, немного подумав, дополнил. — Это приказ.       Киаран чуть слышно хмыкнул, прижимая его к себе еще крепче.       — Будет исполнено, мой командир. Но сейчас… сейчас приказываю я. И я приказываю тебе спать.       И Иорвет, великий и ужасный лидер скоя’таэлей, безропотно подчинился. Потому что в этой тихой гавани, которую они построили для двоих, подчинение было слаще любой власти.