Аято и Юи “ Их история )

2)Воздух в особняке Сакамаки казался ещё более спёртым и тяжёлым, чем обычно. Аято не проронил ни слова, пока тащил Юи по тёмным коридорам, его пальцы всё ещё больно сжимали её запястье. Он буквально втолкнул её в свою комнату и захлопнул дверь с оглушительным грохотом. — Аято-кун, ты делаешь мне больно! — вскрикнула Юи, пытаясь высвободиться. Он резко развернулся, пригвоздив её спиной к холодной стене. Его лицо было совсем близко, а в зелёных глазах бешено плясали искры гнева и чего-то ещё — тёмного, собственнического. — Больно? — прошипел он, перехватывая обе её руки одной ладонью над головой. — А мне было «больно» смотреть, как ты улыбаешься этому ничтожеству. Ты хоть понимаешь, Блинчик, что ты — моя? Только моя! Твоя кровь, твой голос, твои глупые мысли — всё это принадлежит Великому Аято. Он резко дёрнул воротник её школьной блузки, обнажая свежий след от укуса, сделанный в библиотеке. Тёмно-багровое пятно ярко выделялось на бледной коже. — Ты думала, что можешь найти замену? Думала, что человек сможет защитить тебя от меня? — Аято издал сухой, колючий смешок. — Он сбежал, поджав хвост, как только я показал клыки. Люди — это просто корм. И ты — самая вкусная его часть. Юи задрожала, чувствуя, как по щеке скатилась слеза. — Он просто был добр ко мне... В этом доме никто не говорит со мной так, как он... Эти слова стали последней каплей. Аято впился в её губы резким, почти яростным поцелуем, перекрывая ей кислород. В этом жесте не было нежности — только желание подавить, заклеймить, доказать своё превосходство. Когда он отстранился, его дыхание было рваным. — Добр? — он оскалился. — Я покажу тебе, что такое настоящая «доброта» вампира. Он резко толкнул её на кровать и навис сверху, не давая пошевелиться. Его рука скользнула к её шее, туда, где бешено бился пульс. Юи видела, как его зрачки сузились, превратившись в вертикальные щелки. — Сегодня ты не уснёшь, — прошептал он ей в самые губы. — Я буду пить тебя до тех пор, пока в твоей голове не останется ни одного воспоминания о том парне. Ты будешь думать только обо мне. Будешь звать только моё имя. Он снова вонзил клыки, но в этот раз медленно, смакуя каждый глоток, заставляя её тело выгибаться от смеси боли и странного, пугающего жара. Аято наслаждался её слабостью, тем, как её пальцы судорожно вцепились в его жилетку. — Скажи это, — приказал он, отрываясь от её кожи лишь на секунду. — Скажи, кому ты принадлежишь. — Тебе... Аято-кун... только тебе, — прошептала Юи, окончательно сдаваясь под его напором. Он победно усмехнулся, слизывая алую каплю со своего клыка. В эту ночь он не собирался делиться своей добычей даже со сном