Turmoil

      Она даже не успела осознать всей ситуации и выдавить из себя хоть какой-то реакции, когда поняла, что ноги уже несут её прочь по дороге. Перед глазами всё сливалось в разноцветное безумство, но слух тревожно резал звук приближающихся шагов. Гарриет не шуточно казалось, будто сама смерть преследует её по пятам. Хотя, наверное, так оно и было. Неужели этот сумасшедший действительно гонится за ней?       На ватных ногах она, едва не спотыкаясь, виляла между немногочисленными подростками и просто жителями Хогсмида. Она забежала за первый попавшийся поворот, чуть ли не влетая в стену на резком повороте, а затем за ещё один, стараясь хоть как-то скрыться или затеряться. Но это было абсолютно бесполезно – нигде, кроме главной улицы, не было ни толпы, ни каких либо значимых препятствий. В конечном счёте она уперлась прямиком в тупик.       Мгновение и она почувствовала, как волоски на теле встали дыбом. Без задней мысли она вслепую увернулась, оттолкнувшись влево, от противно-жёлтого луча, летевшего к ней с другой стороны переулка. Взгляд наконец, упал на её преследователя. Юный Волан-де-Морт стоял, комедийно запыхавшийся от непривычно длительного для него бега. От прежней идеальной укладки не осталось и намёка. Волосы разлетелись по всему его лбу и Гарриет посмотрела, наконец, на его лицо. Такого злого и бешенного выражения она не видела уже давно. Последний раз это был его змеиный близнец. Даже не смотря на то, что в глаза ему она старательно не смотрела, сознание само дорисовывало безумный взгляд красных белков, горевших жаждой убийства и её крови.       Следующее заклинание даже не было произнесено и Гарриет лишь рефлекторно успела выставить щит, о который разбился луч странного красного оттенка. Незнание того, чем её пытаются поразить, сильно напрягало.       – Слушай, давай мы просто по мирному обменяемся палочками, ладно? – чуть ли не крикнула она, но, видимо, осталась неуслышанной. Реддл продолжал без остановки посылать проклятия.       Вот чёрт. Неужели она так сильно задела его гордость? Ответ очевиден – да.       Странно было бы даже представить, чтобы садист и тиран так просто смирился с тем, что ему наваляли по-маггловски и отобрали палочку. Да что уж там, она бы и сама за такое кому хочешь наваляла бы. Если бы она знала, что всё так обернётся, то аппарировала бы сразу, как увидела его, но тогда она ещё надеялась на свой план и встречу с Дамблдором. Теперь же всё полетело в тартарары, потому что она, к глубокому сожалению, не имела возможности аппарировать, даже не смотря на всё своё желание.       Внезапно ей показалось, что с каждой новой атакой у неё остаётся всё меньше и меньше времени на произнесение заклинания, а щит становится только слабее. Такими темпами она может в любой момент и не успеть. В панике глаза забегали по окружению. Внимание сразу привлекли старые небольшие коробки, которые, находились прямиком позади её оппонента и очевидно, принадлежали магазину, позади которого они устроили импровизированную дуэль. Если бы она смогла только подгадать момент, чтобы приманить эти коробки. Гарриет точно знала, что позади неё стоят точно такие же и в надежде свободная рука начала шариться сзади, ища хоть что-то, за что можно было бы ухватиться. Внезапно под пальцами она почувствовала тонкую твёрдую рукоять чего-то и кожу ладони обожгло холодом металла. Не тратя ни секунды она ухватилась за предмет и, что было сил, кинула его прямо в лицо слизеринца. Реддл, концентрировавшийся на кастовании заклинаний, казалось, даже не замечал летящего в него предмета ровно до того момента, пока тот не оказался у него прямо перед лицом. За те ценные секунды, которые она получила, пока он отбивал заклинанием от себя старую медную лампу, она приманила к себе ящики и те мигом сбили слизеринца под голени, заставляя того от неожиданности потерять равновесие и грохнуться прямо спиной на твёрдый камень. Мигом она представила перед собой поляну у Норы и уже чувствовала, как аппарация уносит её, когда руку внезапно обожгло режущей болью и сквозь пелену магии она услышала громкий выкрик проклятия.

***

      Дамблдор давно привык к тому, что на протяжении всей своей жизни он сталкивается с людьми исключительно странными и, как любят говорить, «не от мира всего». Однако, даже не смотря на это, некоторые всё равно не перестают его удивлять. Например, из ниоткуда появившаяся незнакомка, которая знает, к его удивлению, слишком много о нём и сразу настаивает на личной встрече. О том, что сама она даже не пришла, можно и промолчать.       Во время небольшой выходной прогулки по коридорам Хогвартса профессор проходил мимо окон внутреннего дворика, когда ненароком подслушал весьма интересный для него диалог:       – Шестекурсницы с Хаффлпаффа сегодня весь день сплетничают об этом! – самая юная из сестёр Фоули, слизеринка со второго курса, канючила что-то у своего софакультетовца.       – И о чём же?       – О Реддле, конечно!       – Ясно, – буркнул Эгилл Розье, явно незаинтересованный разговором, и уткнулся в книгу – И что же ты хочешь услышать от меня?       – Это правда?       – Понятия не имею о чём ты.       – Утром ты ушёл в Хогсмид вместе с Реддлом. Это правда, что он сбежал от вас вместе с девушкой? – глаза второкурсницы горели заинтересованностью и Дамблдор невольно сам наострил уши, прислушиваясь.       Слизеринец огляделся и кинул взгляд на сидящую неподалёку парочку когтевранок, затем встал и, уходя, кинул:       – Я не собираюсь обсуждать с тобой хоть что-то.       Девочка, видно, приняла это за положительный ответ, и с её стороны сразу разнеслись недовольные причитания и вопросы «Кто она?», на что та сразу получила отворот поворот и была послана с такими вопросами прямиком к старосте.       Дамблдора не то, чтобы сильно интересовала личная жизнь его студентов. Вся его осведомлённость держалась на сплетнях в учительской между уроками и во время обеденных перерывов, но с Томом всё было по-другому. Дамблдор привык слушать свою интуицию, которая никогда не ошибалась, и прямо сейчас ясно намекала ему, что упомянутый слизеринец напрямую связан с его несостоявшейся без всякого предупреждения встречей. Будто в подтверждение мыслей, боковым зрением он заметил приближающуюся к нему светлую точку на фоне вечернего неба. Птица бесшумно приземлилась на оконную раму и протянула в руку запечатанный конверт. Дамблдору даже не понадобились опознавательные подписи чтобы понять от кого оно.

Дорогой Альбус Дамблдор.

В глубочайшем сожалении хочу извиниться перед вами за то, что не смогла присоединиться к вам за кружкой сливочного пива этим прекрасным днём. В своё оправдание спешу сообщить, что один из ваших подопечных учеников посчитал очень весёлым делом преследовать меня в погоне, даже не смотря на мои просьбы обсудить дела насущные чуть позже.

Очень хочу загладить свою вину, угостив вас в том же месте и в то же время завтра, только уже без надоедливых преследователей.

Ваша Кейси Смит.

***

      Гарриет снова стояла перед дверьми заведения Трёх мётел, но в этот раз она чувствовала себя гораздо спокойнее, потому что сегодняшний день был учебным, а это значит, что шанс повторения вчерашней ситуации равен примерно нулю. В прошлый раз она обошлась лишь порезом, но если бы этот ублюдок не был так зациклен на своей злобе, то, возможно, она бы и не смогла сбежать.       Гарриет махнула головой, отгоняя ненужные мысли, и толкнула тяжёлую деревянную дверь, входя в паб. Внутри было по необыкновению светло и в воздухе витала пыль. В рабочие часы он был почти пуст и глазами она сразу нашла знакомое лицо. Дамблдор сидел за столиком и смотрел в окно. Перед ним стояли две чашки с чаем. Если честно, она с трудом узнавала в нём черты своего профессора: этот был не седым стариком с длинной бородой, а слегка морщинистым мужчиной с оттенком волос приближёнными к рыжим и пока что без очков половинок. Это стало открытием. Смотря на него, спокойно сидящего, она почувствовала, как сердце пропустило удар и внутри что-то тоскливо защемило. Пришлось приложить усилия, чтобы не ударить себя по голове в попытке наконец взяться за ум.       – Здравствуйте, профессор, – Гарриет вежливо кивнула, подходя и садясь напротив.       – Здравствуйте, мисс Смит, – Дамблдор перевёл на неё взгляд и сдержанно улыбнулся. – Честно признаться, я уже успел подумать, что вы снова заняты побегом от разбушевавшихся школьников.       Сквозь стёкла очков её взгляд неосознанно скользнул к противоположной стороне паба, где стояли напольные часы. Из-за нервов она простояла снаружи лишние три минуты.       – Прошу прощения, – левая рука потянулась к внутреннему карману. – я здесь, потому что мне нужно, чтобы вы на кое-что взглянули.       На стол с глухим стуком упал наполовину поломанный артефакт. С лица профессора мигом спала улыбка и в глазах появилась смесь узнавания и замешательства, которое мигом сменилось пониманием. Он поднял палочку и вокруг столика расплываться пелена заглушающего заклинания.       – Откуда он у вас? – тон профессора прозвучал с некой опаской, а взгляд падал с неё на артефакт, задерживаясь на последнем.       – Вы сами отдали его мне... то есть, отдадите.       Дамблдор поднял артефакт и начал осматривать, вращая со всех сторон, будто ювелир прикидывал цену драгоценности.       – Профессор, – обратилась Гарриет с надеждой. – пожалуйста, позвольте мне воспользоваться вашим артефактом чтобы вернуться назад. Видите ли, мой сломан...       – Очень жаль огорчать вас, моя дорогая, – Дамблдор наконец отвёл внимание от вещицы в руках и посмотрел на неё. – но у меня нет того, что вам нужно.       Гарриет застыла. Все слова пулей выбило из головы и она даже не знала, что на это ответить. Как его может не быть? Может быть, они просто не так друг друга поняли?       – Не отрицаю того, что в будущем я действительно мог бы найти его. В последнее время я был погружён в эту тему и нашёл достаточно интересные записи об этом артефакте. Я даже думал отправиться на каникулах на остров Принца Эдуарда, чтобы заняться его поисками...       – Но его уже нет на острове! – Гарриет чувствовала, как паника наседает на неё мёртвым грузом и мысли начали метаться в голове. – Вы сказали мне, что нашли его на острове. Кто, как не вы, могли забрать его?       – Я не знаю, – Дамблдор положил артефакт обратно и сконцентрировал на ней всё своё внимание. – Вы действительно уверенны, что я сам нашёл его, а не, к примеру, получил его от кого-то в подарок?       – Конечно, вы сами сказали мне, как сложно вам было его достать! – Гарриет почувствовала, как в глазах начало размываться от подступившей к ним влаги. Сердце набатом стучало в ушах и она почувствовала, как её дыхание участилось.       – Ну-ну, дорогая, успокойтесь, – Дамблдор протянул к ней руку через стол и положил на плечо, слегка похлопывая в успокаивающем жесте. – Думаю, тогда вы просто не так поняли меня. Скажите, с момента перемещения вы хоть раз чувствовали, будто мир вокруг вас меняется?       Гарриет сконцентрировалась на сбившемся дыхании и подняла взгляд. Она крепко сжала ногтями свою руку, чтобы снова почувствовать окружающий мир. Она не плакала, но чувствовала, что может сорваться в любой момент. Она не позволяла себе слабину с того самого момента, как оказалась в этом времени, и только заставляла себя двигаться дальше в надежде вернуться к друзьям. Сейчас же казалось, будто они как привидения ускользали сквозь пальцы и она не может поймать их, как бы не пыталась.       – Нет... – сказала она немного осипшим голосом. – Думаю, я бы сразу обратила на это внимание, но что это значит?       – Я не сильно подкован в магии времени, – Дамблдор всё ещё держал руку на её плече. – Но я точно знаю, что когда путешественники во времени отправляются в прошлое и тем самым меняют будущее, то сразу чувствуют это через перестройку магических каналов и создание новой ветви реальности. Это значит, что раз вы ничего не почувствовали, то всё то, что сейчас происходит, уже произошло в вашем прошлом, – Дамблдор обнадёживающе улыбнулся.       – Это значит, что вы всё-таки одурили меня тогда? Дамблдор моментально стушевался и сел ровнее.       – Конечно, я бы не был столь категоричен, всё таки люди часто неправильно понимают друг друга, – начал он смущённо. – но, думаю, суть вы уловили.       Смотря в ярко-голубые и живые глаза профессора, она спросила первое, что пришло в голову:       – Что же мне теперь делать? – Она готова была проклинать себя за тот отчаянный тон, с которым это было сказано.       – Вероятно, пытаться привыкнуть к здешней жизни, пока мы ищем того, кто безбожно украл артефакт прямо из-под вашего носа, – Гарриет уже хотела отметить, что вообще-то он и сам поступил точно так же, но по взгляду профессора пришла к выводу, что тот обратился к самоиронии.       – Вы собираетесь помочь мне? Пусть и само предложение жить новой жизнью в чужом времени казалось ей слегка диким, но это «мы», с которым он разделил её проблемы, грело сердце. Сложно поверить, что она наконец, нашла союзника в этом времени, и им был никто иной, как сам Дамблдор.       – Конечно, думаю, что отныне это моя обязанность. Тем более, что я очень заинтересован в изучении такого ценного артефакта по его целой версии, – он сделал акцент на предпоследнем слове и снова посмотрел на вещь, всё ещё лежащую перед ним. – Чем вы его запытали?       – Да там много чего было...       Дамблдор усмехнулся в усы.       – Сколько вам лет?       – Летом исполнилось семнадцать, я переходила на седьмой курс.       – А на каком факультете вы учились? Хотя постойте, давайте я угадаю,  – Дамблдор перебил сам себя и на лице его отразилось веселье. – Вы очень похожи на Гриффиндорку.       Гарриет хмыкнула и кивнула головой.       – Замечательно, – В глазах Дамблдора появилось одобрение, – Думаю, вариант с переводом на седьмой курс Гриффиндора будет для вас самым благоприятным.       – Но у меня нет документов, – А если бы и были, то стали бы бесполезными.       – Я займусь этой проблемой, – Дамблдор впервые за весь диалог обратил внимание на свою чашку с чаем и перемешал сахар, осевший на дне. – Из-за атак Грин-де-Вальда по Европе дети без документов перестали быть редкостью, поэтому, думаю, никто не удивится появлению очередного.       – Для этого мне понадобится убедительная легенда.       – Я стану вашей легендой, если это станет необходимым, – Дамблдор отхлебнул чаю. – любишь сладкое? Контраст между серьёзностью и странной повседневностью играл бы на нервах, если бы она говорила не с Дамблдором. Отчего-то его обыденное спокойствие будто перекинулось на неё и внезапно всё показалось ей невероятно лёгким и простым. Будто она каждый день придумывает себе новую личность.       Она кивнула и Дамблдор снял завесу силенцио, махая рукой и привлекая внимание на вид престарелой женщины за стойкой. В следующее мгновение перед ними на столе материализовалась посудина с кексами.       – С каких пор в пабе подают чай и сладости?       – С тех самых пор, как я подружился с Сироной Райан.       Дамблдор довольно хмыкнул, а Гарриет потянулась за кексом.       – Есть ещё кое-что, что я хотел бы узнать, – Гарриет посмотрела на него. – что тебя связывает с Томом Реддлом? Сладкий бисквит чуть не выпал изо рта и Дамблдор поспешил добавить:       – Мне просто интересно, чем можно было довести такого спокойного молодого человека, чтобы заставить его побегать, – в глазах Дамблдора заиграли смешинки. Кажется, эта ситуация казалась ему довольно забавной.       Гарриет сразу вспомнила, как пробегала между несколькими учениками в тот день. Вероятно, они разнесли слухи по Хогвартсу, а Дамблдор, услыша их, без проблем сложил два плюс два.       – Эта история довольно... – Гарриет посмотрела на Дамблдора, который всем своим видом показывал, что готов слушать, и вкратце описала всю ситуацию с обменом палочек, их небольшой дракой и заинтересованность Реддла в артефакте, но умолчала обо всём остальном, включая её знания о его будущем. Она сразу вспомнила слова об изменении реальности и побоялась того, к чему могут привести её знания. Взгляд Дамблдора на какие-то мгновения стал тяжёлым и, казалось, пронизывал насквозь, будто он понимал, что это не всё, но так же понимал, что это необходимо.       Гарриет помнила слова Дамблдора с шестого курса и его подозрения насчёт Реддла. Она была почти уверенна, что это вызовет у него напряжение так же, как и у неё, но вместо этого Дамблдор только глухо едва посмеялся и снова отпил чаю.       – Он пытался забрать артефакт, вас это не смущает?       – Том очень любознательный молодой человек. Я не удивлён, что ему захотелось изучить что-то неизвестное. Она не понимала того, как Дамблдор может относиться к нему так легкомысленно, если прекрасно знает или хотя бы подозревает, что именно он пустил василиска по школе и убил младшеклассницу с когтеврана. Он, как никто другой, должен знать про его пропащую и гниющую натуру.       – Мне пора возвращаться в Хогвартс, скоро начнётся урок у седьмого курса, – Дамблдор встал, поправляя мантию. – Вы можете остаться на ночь здесь, а к завтрашнему дню я попробую решить вопрос с директором Диппеттом насчёт вашего перевода.

***

      Каменные стены старого Шотландского замка отдавали лёгкой прохладой и влагой. Где-то из глубины ветвистых коридоров были слышны разговоры младшекурсников, направляющихся на завтрак. Эгилл Розье уже привык, что вечно оказывается крайним. Сейчас он направляется в директорскую башню по просьбе Слизнорта, который выловил его с самого утра около выхода из гостиной с каким-то то ли списком, то ли документом. На самом деле, это его не очень то и интересовало, хотелось только отделаться поскорее от груза и присоединиться к своему факультету за завтраком.       – Блуждающий огонь, – Назвал он пароль и каменная гаргулья на мгновение закрыла глаза, а затем двинулась в сторону, освобождая проход к винтовой лестнице. Розье поднялся вверх и постучал в высокую дверь директорского кабинета. Войдя, когда изнутри послышалось приглушённое «Войдите!», он окинул каждого присутствующего быстрым взглядом.       Директор Диппет сидел за широким письменным столом, а напротив него, в креслах, сидели профессор трансфигурации и незнакомая ему девушка в гриффиндорском одеянии. Невольно он вгляделся в её лицо, и тут его будто к полу пригвоздило. Он уж было понадеялся, что ему показалось, но чем дольше он смотрел, тем яснее понимал – она именно та, кого он видел два дня назад в Хогсмиде. Он бы, возможно, ни за что бы и не запомнил её, если бы не тот инцидент, из-за которого половина слизерина не отлипала от него вот уже какое утро.       – Вы хотели мне что-то сказать, мистер Розье? – вопрос директора вывел его из транса.       Вместе с этим девушка повернула к нему в голову и, Эгилл готов был поклясться, что в её глазах тоже промелькнуло нечто похожее на узнавание. В то же мгновение он отвернулся.       – Профессор Слизнорт просил вам передать, – он протянул конверт и сразу двинулся к двери. – Я пойду?       – Постойте, – директор махнул рукой, дабы тот остановился. – Проводите, пожалуйста, мисс Смит до большого зала.       Краем глаза он заметил, как девушка резко обернулась к профессору трансфигурации.       – Позвольте, Диппет, я сам провожу мисс Смит до большого зала и представлю её однокурсникам, – Дамблдор улыбнулся. – Всё-таки, я декан её факультета.       – Конечно, Дамблдор, – директор повернулся к Розье. – Можете идти.       Слизеринец облегчённо выдохнул и едва не бегом поспешил удалиться из кабинета. В пути до большого зала он погрузился в свои мысли и даже не заметил летящего прямо на него призрака Анабель с топором, преследующей Эдди Кливера. В моменте его просто будто окатило холодной водой и он сразу пришёл в себя.       Когда он подошёл к столу своего факульта, то заметил, что весь состав седьмого курса, за исключением пары однокурсниц, были уже на месте. Садясь, он не отрывал взгляд от завтракающего Реддла. Тот, казалось, ничем не отличался от себя обычного – спокойного, собранного и, как любили говорить младшекурсницы «идеального», но он уже знал, что совсем скоро это изменится.       В воскресенье, когда тот внезапно, без всякой на то причины, погнался через весь Хогсмид на глазах половины Хогвартса за никому неизвестной девушкой, он вернулся разозлённый как дьявол и никто из слизеринцев, включая даже Мальсибера, не рискнули его расспрашивать. Теперь, когда она в Хогвартсе, и с минуты на минуту окажется в зале, он ждал, что начнётся абсолютное шоу, и причиной этого станут либо учуявшие добычу сплетницы, либо сам Реддл. В любом случае, участвовать в этом даже косвенно он не имеет никакого желания.       – Ты чего сел так далеко? – Мальсибер указал на него ложкой.       – На всякий случай, – пробормотал Эгилл, отсевший на два места от него и за четыре от Реддла. Мальсибер явно не понял, но не стал расспрашивать, списав это на очередную странность, и просто махнул рукой, едва не расплескав кашу.       – Вчера Дамблдор покинул Хогвартс прямо посреди учебного дня, – сказал Абраксас Малфой, намазывая джем на тост. – Как думаете, почему?       – Да как всегда Министерство вызвало его, чтобы мозги поклевать насчёт Грин-де-Вальда, – слова Мальсибера отдавали насмешкой, и не ясно над кем – Дамблдором или Министерством.       – Нет, если бы это было Министерство, отец бы мне сразу написал.       – Откуда ты тогда вообще знаешь, что его не было?       – Принц рассказала, – надменный тон Малфоя поубавился. – Ей он нужен был зачем-то, и она у меня спрашивала, куда тот мог деться во время свободного урока.       Розье от нервов начал постукивать подошвой обуви о каменные плиты пола и регулярно переводил взгляд с Реддла, спокойно сидящего рядом с Малфоем, на входную дверь и обратно. Он не чувствовал панику или страх – лицо оставалось абсолютно равнодушным, скорее он ощущал некое предвкушение и интерес с небольшой тревогой насчёт того, что может вытворить их староста.       Первым в широком дверном проёме, как и ожидалось, показался профессор, а затем, через мгновение, стала видна и его спутница под боком в гриффиндорской мантии. Розье сразу отвернулся от двери и уставился на Реддла, который пока не обращал на входящих никакого внимания и только спокойно ел свою запеканку.       – На Гриффиндоре новенькие? – Как бы между словом поинтересовался Лестрейндж, сидевший прямо около входа.       Со стороны Малфоя послышался удивлённый вздох. Реддл равнодушно повернул голову в сторону Гриффиндорского стола и Розье заметил, как с его лица резко сошла вся краска. Он моментально застыл, а глаза расширились в неверии. Затем за несколько секунд его лицо успело смениться с растерянного на шокированное, с шокированного на злое, и, в конце концов, он собрался и принял нейтральное выражение, при этом абсолютно не моргая и не отводя взгляда с чужой спины. Розье увидел, как сжались его челюсти и задумался, не сломал ли он зубы о ложку.

***

      Ей не нужно было даже оборачиваться, чтобы понять, кто прожигает её взглядом со стороны слизеринского стола. Конечно же, в том, что его дружок уже успел доложить о ней, Гарриет не сомневалась. Пристальный взгляд пробирал до мурашек и ей постоянно казалось, будто сейчас ей в спину прилетит какое-то определённо смертельное заклинание. Правая рука мёртвой хваткой сжимала палочку в кармане мантии. Стоило им с Дамблдором подойти, как она заметила несколько устремлённых на неё взглядов с соседнего стола, где сидели Пуффендуйцы. За взглядами сразу начались шепотки и Гарриет отвернулась.       – Мистер Пруэтт, представляю вам вашу новую однокурсницу Гарри Смит, – Дамблдор добродушно улыбнулся и положил руку ей на плечо. – Надеюсь, что вы, как староста, позаботитесь о том, чтобы познакомить нового ученика с нашим замечательным Хогвартсом.       Гриффиндорец моментально подскочил.       – Конечно, профессор! – он повернулся к Гарриет, взбудораженно протягивая руку. – Я Игнатиус Пруэтт, староста Гриффиндора, приятно познакомиться.       Игнатиус был рыжим и веснусчатым, а лицо его светилось простодушием, отчего в голове сразу появилось невольное сравнение со всей четой Уизли. Он точно располагал к себе.       – Очень надеюсь, что вы найдёте общий язык, – Дамблдор в последний раз похлопал её по плечу и направился к столу преподавателей. Вместе с его уходом Гарриет невольно почувствовала, как уходит её гарант безопасности.       – Мне тоже очень приятно, – она вернула Игнатиусу улыбку и протянула руку для ответного рукопожатия.       – Обычно к нам редко переводятся, особенно через месяц после начала учебного года, – Игнатиус сел обратно за стол и указал на место подле себя. – Где ты до этого училась?       – Я была на домашнем обучении, – выдала она заранее заготованную ложь, составленную Дамблдором. – моя мать была очень больна, из-за этого я не посещала школу и сдавала экзамены в Министерстве.       – Очень жаль твою матушку, – девушка, сидящая напротив взяла её кружку и острожно наполнила чаем, привлекая к себе внимание. Её тон был жалостливым и Гарриет задумалась, не подумала ли та, что её мать умерла. – Я Маргарет Кроули. Без тебя на седьмом курсе было всего две девушки, значит теперь ты будешь жить в комнате со мной и Джейд Дойл.       – А где Джейд Дойл?       – На квиддиче, – встрял Игнатиус. – Мой брат Хьюго – капитан команды и любит устраивать тренировки с утра пораньше, поэтому будь готова к тому, что будешь вставать с первыми петухами вместе с Джейд.       Маргарет кивнула.       – Не беспокойся, я научу тебя заглушающим, – сказала она и принялась за свою яичницу.       Гарриет тоже прополощила горло чаем. Под таким надзором кусок в горло не лез.       – Что насчёт уроков? – Игнатиус вернулся к диалогу. – ты получила расписание?       – Да, и домашние работы тоже, – внезапно боковым зрением Гарриет заметила, как Маргарет напротив вздрогнула и резко нагнулась к ней через стол.       – Что ты успела натворить?       – Что, прости?       – Почему наш староста с тебя глаз не сводит? – она метнула глаза ей за спину и Гарриет даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять, о чём она. За место неё обернулся Игнатиус и сразу, как ошпаренный, повернулся обратно.       – Не знаю.       – Впервые вижу, чтобы он так смотрел.       – Как?       – Как будто убить тебя хочет.       – Да пусть удавится, – Она не смогла скрыть в голосе весёлого злорадства, за что получила недоумеващие взгляды от обоих.       Гарриет была уверенна, что Реддл не посмеет подойти к ней на глазах у учителей и сотни учеников. Конечно, она и не ожидала, что он будет так на неё пялиться, не заботясь о манерах поведения. Очень хотелось повернуться, но она опасалась, что это станет для него призывом к действию.       В голову внезапно пришла идея. Она взяла чистую железную ложку и подняла её на уровень глаз. В перевёрнутом отражении, среди голов Когтевранцев, было ясно видно его лицо. Его фигура на фоне остальных слизеринцев как-то существенно выделялась. С ним никто не пытался заговорить, а сам он постоянно опускал взгляд в тарелку, но глаза исподлобья продолжали возвращаться к ней и смотрели чересчур внимательно. У Гарри появилось впечатление, будто он ждёт от неё чего-то.       – Что ты делаешь? – Спросила Маргарет, приподнимая бровь.       – Ложки у вас очень чистые, – выдала Гарриет первое, что пришло в голову, и для пущей убедительности покрутила ложку в руке, будто рассматривала её в поисках грязи.       – Ага... – по лицу Маргарет было ясно, что она раздумывает над тем, принять ли это за оскорбление или же за комплимент. – Здешние домовики хорошо следят за посудой.       – Очень хорошо, – добавила Гарриет и положила таки ложку. Взгляд её упал на преподавательской стол, за которым она сразу нашла Дамблдора.       Он разговаривал с одним из преподавателей, которого Гарриет ещё не знала, и, будто почувствовав чужое внимание, повернулся к ней. Она немного отклонилась назад и глазами показала в сторону слизеринского стола, на что Дамблдор лишь ободряюще улыбнулся. Помощи ей ждать точно не стоило.       Гарриет вздохнула и достала из сумки пергамент с расписанием. Смотря на первую строку среды она заметно разочаровалась.       – С кем у нас совмещено зельеварение?       Игнатиус поднял глаза.       – Со слизерином.       – Вот чёрт-       Гарриет ожидала, что её снова заведут в сырые подземелья, пропитанные плесенью и парами ядов, но реальность приятно обрадовала. Кабинет был светлым, просторным и тёплым, а у стола преподавателя стоял тот, про кого она совсем успела забыть.       Гораций Слизнорт выглядел куда лучше, чем через пятьдесят лет. Залысина на голове была ещё не такой явной, а фигура не успела округлиться до размеров бочки. Он приветливо улыбался входящим ученикам и каждого второго называл поимённо.       За минуту до начала урока в класс забежали опоздавшие после тренировки Гриффиндорцы и Гарриет села вместе с Игнатиусом. Она всё ещё чувствовала на затылке чужие взгляды, но теперь они были не такими настойчивыми. Покидала большой зал Гарриет с Маргарет и Игнатиусом под ручку и в невероятной спешке, боясь, что Реддл последует за ней. В итоге она даже ни разу не обернулась, чтобы проверить это.       – Рад видеть вас всех сегодня, – Слизнорт широко улыбнулся и начал оглядывать класс. – Директор сообщил мне, что среди нас появился новый ученик, – его взгляд наконец упал на неё. – А вот и вы! Прошу вас представиться.       Игнатиус сразу толкнул её локтём, за что получил только непонимающий взгляд.       – Я Гарриет Смит.       – Вы случайно не родственница Хепзибы Смит? – глаза Слизнорта алчно заблестели, но так же быстро потухли, получив просто «нет» в ответ. – Что ж, очень рад познакомиться с вами.       Он повернулся к классу и продолжил как ни в чём не бывало.       – Сегодняшняя тема урока многих заинтересует и я очень советую вам отнестись к этому уроку с особенным вниманием, – Профессор сделал акцент на последнем слове. – Эта тема будет у вас в письменной части на ЖАБА.       Сзади послышался чей-то шёпот: «Он это на каждом уроке говорит».             Обернувшись, Гарриет увидела перед собой загорелую девушку в гриффиндорской мантии, сидящую рядом с Маргарет. Та сразу ярко улыбнулась и помахала ей рукой.       – Сегодня мы будем готовить с вами Феликс Фелицис, – эти слова сработали для подсознания как переключатель и Гарриет вернула всё своё внимание к преподавателю. – Так же известное как зелье удачи. Мы уже изучали его с вами на шестом курсе, но лишь условно и мимоходом. Сегодня же я хочу, чтобы вы запомнили алгоритм его приготовления. Конечно же, я не надеюсь, что каждый из вас сможет его приготовить, – он перебрал глазами несколько человек. – всё-таки это зелье одно из самых сложных в нашей школьной программе. Не переживайте, плохие оценки в случае неудачи ставить не стану. Главное чтобы вы выучили сам порядок приготовления на практике.       Гарриет открыла свой учебник на оглавлении, а Игнатиус рядом начал собирать вещи в сумку.       – Сходи за ингредиентами, а я тут всё подготовлю, – Игнатиус кивнул головой в сторону кладовки, у которой уже столпилась небольшая группа учеников.       – Пошли вместе. Ты сейчас быстро справишься и будешь ждать меня ещё пол часа, пока я буду искать одну несчастную травинку в этой куче, – Сказала Гарриет, явно намекая, что девять человек не уместятся в маленькой кладовке два на два.       – Хорошо, – Игнатиус выдохнул и встал с места. – Тогда я заберу самые первые ингредиенты и начну варить, пока ты будешь искать остальные.       – Отлично, – Гарриет не поняла, не доверяет ли ей он в готовке зелья, или просто не хочет искать ингредиенты сам, но вслух не поинтересовалась.       Около пяти минут они простояли около кладовки, ожидая, пока те, кто вошёл первыми, выйдут. В тот момент, когда она уже хотела войти, из-за двери внезапно вышел Слизеринец. Подняв голову и встретившись глазами Гарриет моментально отпрянула, отчего, навалившись, чуть не сшибла позади стоящего Пруэтта. Когда она подняла взгляд, Реддл уже ушёл.       – Да что у вас!...       – Ничего! – Гарриет перебила нервно восклицающего Игнатиуса и чуть ли не вбежала в кладовую.       В кладовке они оказались лишь втроём. Помимо Гарриет и Пруэтта в ней была Маргарет, которая почти тут же ушла, лишь приветливо кивнув. Держа учебник, открытый на странице с рецептом, она принялась искать ингредиенты по табличкам с названиями.       – Если вы с Реддлом как-то поссорились, то скажи сразу, – Игнатиус уже стоял в дверях, держа в руке какое-то иссохшее насекомое. – если он тебя обидел, то мы с деканом можем разобраться в этом.       Он выглядел абсолютно серьёзным и Гарриет снова невольно сравнила его с Уизли. В груди расплылось тепло, когда она представила, что на его месте стоит Рон. Такой же обеспокоенный и движимый желанием помочь. Она улыбнулась ему.       – Всё правда в порядке, – сказала Гарриет и добавила для убедительности. – у нас был конфликт при первой встрече, но теперь всё в порядке. Просто мне не очень понравился Реддл.       – Как скажешь, – Игнатиус так же улыбнулся и выглядел так, будто у него груз с души упал.       Гарриет быстро нашла все необходимые ингредиенты кроме последнего. Чёртового серебряного мха нигде не было. Она уже несколько раз протёрла глаза и прошлась по каждой табличке, но нужной надписи так и не нашла. Когда она подумала над тем, чтобы позвать Игнатиуса и поискать вместе, где-то на краю сознания возникло странное ощущение, будто что-то происходит. Это чувство заполонило всё нутро, словно настойчивая мысль, не дающая покоя.       Она обернулась к выходу прямо в тот момент, когда дверь с тихим щелчком закрылась. Перед ней стоял Том Реддл собственной персоной. Его рука твёрдо держала палочку. Её палочку, которая теперь целилась ей куда-то в районе шеи. Другой рукой он достал из кармана мантии небольшой мешок. Приглядевшись, она смогла разобрать на нём каллиграфическим почерком «Листья серебряного мха».       – Как страшно, – сказала она с иронией, стараясь, чтобы ни один мускул на лице не дрогнул, в то время как кожа покрылась мурашками и спина упёрлась в стоящие позади полки. – Ты же в курсе, что снаружи профессор?       – Я помню, – Палочка в руках ничуть не дрогнула и Гарриет отметила, что в этот раз он выглядит куда адекватнее.       – Предложение мирно обменяться палочками ещё в силе, – снова начала она, надеясь на удачу.       – Я согласен, – на его лице расцвела ухмылка, которая не предвещала ничего хорошего. – Но сначала ты ответишь на мои вопросы.       – Нет, – быстро ответила Гарриет. – Если ты собираешься угрожать мне, то я расскажу всё своего декану.       – В таком случае я просто залезу к тебе в голову, а потом сотру память.       Она отвела глаза от его лица и уставилась в шею. Она была почти уверенна, что он не сделает этого. Он не настолько глуп, чтобы нападать прямо посреди урока. Ему нужно лишь запугать её, чтобы она всё рассказала. Однако, разве то, что он сейчас делает, уже не считается нападением?       – Хорошо, – Она перевела взгляд в пол, оценивая расстояние между ними. – задавай вопросы.       – Что было у тебя в руках в нашу первую встречу?       – Палочка, – сразу ответила она       – В другой руке, – настойчиво продолжил Реддл. Костяшки пальцев, сжимающие палочку, побелели.       – Не понимаю о чём ты.       – Врёшь! – Кончик магической палочки засветился.       «Да пошёл ты!» – чуть было не сорвалось с языка, когда в тот же момент дверь позади Реддла распахнулась и с другого конца кладовой Гарриет увидела ту же девушку, что улыбалась ей десять минут назад. Та с приподнятой бровью переводила взгляд с неё на Реддла.       Когда Гарриет сама посмотрела на него, тот уже стоял без палочки и принял самую непринуждённую позу. В голове не укладывалось, как он успел так, что она даже ничего не заметила и не услышала.       – Дойл.       – Реддл, – вернула она. – Что у вас тут происходит?       – Я помогал Смит найти ингредиенты, – Реддл мило улыбнулся и указал на мешок с мхом в своей руке. – Замечательно, – ответила она. – А почему дверь была закрыта?       – Видимо, тот, кто выходил последним закрыл, либо же я по неосторожности задел, – С его лица всё ещё не сползала улыбка и он показушно отсчитал из мешка несколько листков мха, после чего протянул Гарриет руку.       Она машинально протянула свою и на ладонь ей упали мягкие листки. Не планируя находиться рядом ни одной лишней секунды, дабы не испытывать судьбу, она поспешила покинуть удушающее пространство, проскользнула мимо Гриффиндорки.       – Что-то случилось? – Поинтересовался Пруэтт, помешивающий зелье, когда она шумно шлёпнула все ингредиенты на разделочную доску и сама повалилась на стоящий у парты стул.       – Я вырву этот месяц из календаря.       – Прошу прощения?