Боги тоже любят выпить

—Молю тебя, Барбатос, помилуй это несчастное создание! Барбара падает на колени и складывает руки в молитвенном жесте, а Венти не может сдержать улыбку. Знала бы она, кому прямо сейчас молится. Венти молча берет Небесную лиру из рук Итэра, и за секунды та восстанавливается под действием магии. Барбара поднимается на ноги, и смотрит то на лиру, то на Венти, с трудом веря в происходящее. —Но почему? Небесная лира... Она дрожащими руками забирает лиру, отбегает на несколько шагов и прижимает ее к груди, будто держит самое дорогое сокровище во всем мире. Барбара поворачивает голову в сторону Венти, смотря на барда с удивлением, недоверием и едва видной благодарностью. —Не знаю, как вам удалось починить Небесную лиру, но вы к ней больше не притронитесь! Она убегает, и только когда скрывается за углом, Венти позволяет себе легкий смешок. Когда Итэр, Джинн и Паймон поворачиваются в его сторону, он начинает говорить. —Я ведь на самом деле не починил лиру… Это всего лишь иллюзия, и продлится она не долго. И Венти смеется, а затем покидает собор через черный ход. *** —Венти! Барбара не сдерживает удивленный и одновременно раздраженный возглас, когда спустя пару дней видит пьяного барда, сидящего на статуе Архонта. Он полностью расслаблен, болтает ногами, громко поет и дергает струны лиры. Когда бард слышит возмущенный голос Барбары, он смотрит вниз, улыбается девушке и медленно спускается. —Ты не должен появляться настолько пьяным около собора! Барбатос не простит тебе это! Барбара скрещивает руки на груди, и отворачивается. А затем она от неожиданности вздрагивает, когда слышит звонкий смех барда. —О, милая Барбара, готов заявить, что боги тоже любят выпить. И не будь так жестока со мной, мое сердце просто леденеет. Он театрально вскидывает голову и кладет руку себе на грудь, все еще тихо посмеиваясь. Барбара тихо выдыхает, и все еще раздраженная, начинает говорить. —Ты обманул меня, Венти. Небесная лира все еще сломана. Это... Это просто ужасно подлый поступок. А сейчас ты пьяный пел во все горло около священного места. Ты... Ты вообще не знаешь границ! —А разве Барбатос не может делать что хочет в своих владениях? Ну да, я выпил немного. Неужели не можешь позволить эту мелочь великому Анемо Архонту? Барбара вздрагивает. —Нет. Нет-нет-нет. Хватит. Этого просто не может быть. Ты же просто смеешься. И бард действительно громко смеется. —Ну уж нет, я абсолютно серьезен. Он берет руку Барбары, отчего девушка вздрагивает. А бард наигранно вздыхает. —Ты так холодна со мной, дорогая Барбара. И опять тихо смеется, но почему-то от этого смеха Барбара почти не чувствует раздражения. *** —Барбара! Свет моей жизни, душа моя! Барбара вздрагивает и оборачивается. Бард подбегает к ней с лучезарной улыбкой и маленьким букетом Ветряных астр. Опять пьяный. —Привет, Венти. Барбара устало, но без раздражения вздыхает. А затем замирает, когда бард протягивает ей цветы. —Это тебе. Он все еще широко улыбается, просто весь светится. Но Барбару это совсем не раздражает. —С-спасибо... Она берет цветы из рук барда так же робко, как неделю назад Небесную лиру. Астры, кажется, только что сорвали. Барбара вдыхает их аромат. —Нравится? Специально для тебя собирал. Глаза барда полны тепла и радости, и он все еще широко улыбается. —Спасибо еще раз. Затем, когда бард, все еще улыбаясь подходит ближе, Барбара чувствует запах вина. —А пить все равно надо меньше. И впервые позволяет себе тихо рассмеяться его поведению.