All the things he said

Все позади, осталось только показательное выступление. Илья решает ставить его за 3 дня. Много чего произошло за время олимпиады, хочется показать все, что происходит внутри, но больше всего показать его. Илья выбирает песню All the things she said - t.A.T.u. Но никто не мог подозревать что он задумал. Он уже всё продумал. И вот день настал. Номера тянутся друг за другом, медленно, неинтересно, ненужные. Но никто не знает. И вот его номер. Он выезжает. Встает в начальную позу. И..

All the things she said, all the things she said

Runnin' through my head, runnin' through my head

Runnin' through my head

All the things she said, all the things she said

Runnin' through my head, runnin' through my head

All the things she said (All the things she said)

This is not enough (Enough, enough, enough)

Песня вылетает из колонок на лед, где Илья рисует узоры руками, набирает скорость, изгибается под ритм песни. Но он думает только об одном. О нем.

If I'm asking for help, it's only because

Being with you has opened my eyes

Could I ever believe such a perfect surprise?

I keep asking myself, wondering how

I keep closing my eyes, but I can't block you out

Wanna fly to a place where it's just you and me..

Он прыгает тулуп и чисто приземляет его, хватается за голову, изображая замешательство и усталость. Подъезжает к бортику, где стоит он, Пётр Гуменник, подтягивается к его лицу ближе, и глядя ему в глаза, шепчет текст, так чтобы он услышал. Прям там. Под камерами и тысячами людей. – Nobody else, so we can be free.

(Nobody else, so we can be free)

Пётр замер, не понимая, что происходит. Челюсти сжимаются. Руки трясутся. Ноги не слушаются. Но он стоит. Малинин слышит, как стадион взрывается, кто-то кричит, кто-то достает телефон, кто-то прыгает. Он отталкивается и едет дальше. Илья творит такие вещи на льду, что у людей челюсти отвисают.

All the things she said

All the things she said

Running through my head

Running through my head

Running through my head

All the things she said

All the things she said

Running through my head

Running through my head

All the things she said

С разгона Илья падает на колени, хватаясь за голову, делая несколько вращений, встает и замирает. Опять шепчет. – Я. Сошел. С. Ума.

This is not enough

All the things she said

All the things she said

All the things she said

All the things she said

All the things she said

All the things she said

All the things she said

All the things she said

Things she said

All the things she said

All the things she said

And I'm all mixed up, feeling cornered and

rushed

They say it's my fault but I want her so much

Wanna fly her away where the sun and rain

Come in over my face, wash away all the shame

When they stop and stare don't worry me

‘Cause I'm feeling for her what she's feeling for me

I can try to pretend, I can try to forget

But it's driving me mad, going out of my head

Он изображает, как отталкивается от чего-то, как будто отказываясь, он разгоняется, показывая как убегает от всего, потом поднимает голову, смотря во все стороны, закрывает уши. Закрывается ото всех: журналистов, хейтеров, тренеров, команды. Встает и в камеру, вместе с песней, проговаривает строчки. – Mother looking at me. Tell me what do you see? Yes, I've lost my mind. За тем в другую камеру. – Daddy looking at me. Will I ever be free? Have I crossed the line? Он снова набирает скорость, разворачивается и прыгает сальто. Легко и непринуждённо, как будто голова не тяжёлая от мыслей, а тело не сопротивляется ему. Он с трудом выводит элементы руками, закидывает голову, а прыжки? Даже не помнит, как прыгнул, прыгнул ли вообще? Все вылетает из головы. В голове только он. Докатывает, вставая в заключительную позу, и смотря в глаза, повторяет. – Я сошел с ума, – тяжело дыша, заканчивает. Зал трясется, все вокруг кричат, снимают. Илья все еще видит, как Петя возвышается, смотря на него. Илья разворачивается, кланяясь, уезжает с катка. И бежит в раздевалку. Он сидит на скамейке, пытается отдышаться, как вдруг происходит то, что он и ожидал после такого. Петя быстро входит, захлопывая дверь за собой. – Что это было? – строго спрашивает брюнет, как будто пришел отчитывать за нечистый прокат. – Я катал для тебя. Только для тебя, – признаётся Илья, пожимая плечами, как будто говорил о чем-то простом. – Да, я это заметил. Зачем? Малинин опускает глаза в пол. – Ну да, точно. Ты же боишься сказать это вслух, поэтому постоянно убегаешь от меня. Убежал год назад. Убежал два года назад. Три. Четыре, – чиканил Пётр, злясь. – Прости. – Да ладно, довольно. Это все, что ты можешь сказать? Семь лет. Семь. Начиная этапом юниорского Гран-при в Италии и заканчивая Олимпийскими играми в Италии, ты бегал от меня, скрывался, не подпускал близко, а сейчас ты.. Ты говоришь.. Я даже не знаю, что ты говоришь! – Я говорю, что я люблю тебя. Петя пошатнулся, как от удара, он дышал быстро, его руки дрожали, но в его глазах читалась любовь и преданность. Глаза Ильи заслезились, он встал, немного подумал и вцепился в брюнета. – Пожалуйста, Петя. Я так люблю тебя, я так боялся признаться в этом себе. Я столько бегал, я думал, что так легче, но нет. Мне не легче. Я люблю, люблю, люблю тебя, – блондин говорил без остановки,прижимаясь к сильному и тёплому телу. Петр прижимал его к себе, оберегая ото всех и всего, что навалилось на Илью. – Все хорошо, теперь все хорошо, – шептал Гуменник ему в волосы. – Ты должен злиться на меня, ненавидеть меня, – отвечал Илья, не веря происходящему. – Я не могу ненавидеть тебя. Илья, я семь лет изучал тебя, твое поведение. Я так ждал тебя. Мое тело и душа полны тобой, только тобой. Ты околдовал меня. Сколько бы я не пытался ненавидеть тебя, забыть, убежать от тебя – я не смог. Илья плачет, его трясёт, но спокойный голос держит его в сознании, не дает упасть. – Теперь я все понимаю, Петь. Теперь я все понимаю. Все на свете — подделка. Все в мире — подделка. Все люди притворяются — они из металла сделаны. Но ты мне нравишься. И я не притворяюсь. Я больше не убегаю от тебя. Не уходи от меня, пожалуйста, мне так плохо без тебя. *** Илья не помнит, как оказывается в номере Пети. Помнит только, как спокойно засыпал без тревоги. Засыпал на крепком плече, человека, который ждал его семь лет, этот человек нежно гладил его спину, а перед тем, как Илья уснул, поцеловал его в висок. А утром Петя проснет от того, что Илья буквально лежит на нем, тихо сопя. Младший выглядел, как ангел, что спустился к Пете. Светлые волосы небрежно рассыпались на груди Гуменника, ноги были обвиты ногами Малинина, а рука Ильи была в руке Пети. И все это ощущалось так правильно и легко. – Не зря ждал, получается, – сказал сам себе и поцеловал макушку Ильи, на что получил недовольное бормотание, а потом младший уткнулся лицом в шею Пети. – Чш, еще пять минут, нет, я не буду, ой-ой-ой, – говорил во сне Илья, от чего брюнет рассмеялся. – Чшш, я охраняю твой сон, я берегу тебя, – улыбаясь сказал Петя. All the things he said