Сильная

***

Кристина подняла голову и встретилась с карими бездонными глазами. С очень знакомыми глазами. – Л..Лизка? – взгляд ледяных глаз устремился в глаза, в которых раньше она могла утонуть. Такие неземные, только сейчас они стали темнее, намного темнее. Раньше они были зелёно-карие, и менялись от настроения, а сейчас в них такая чёрная бездна. Но как она здесь? Этого же не может быть. Лиза столкнулась с этим потерянным и затуманенным взглядом, захотелось залезть на стену, провалиться под землю, что угодно, лишь бы сейчас в них не смотреть. Казалось эти некогда теплые и ярко голубые глаза, стали айсбергом в холодном океане. Как же хорошо, что форма, скрывала татуировку на шее, иначе можно было бы сразу признаваться. Костья вообще не обратила на это внимание, она не знала, кто такая Лиза, Кристина про неё рассказывала, но в глаза Костья её никогда не видела. Да и сейчас её мысли были забиты лишь состоянием Бэллы, ей сказали, что состояние стабильное, прогноз хороший, и она скоро пойдёт на поправку. Но Купер всё равно переживала за любимую. Настя, которая до этого время смотрела в пол, наконец-то отвела от него взгляд, и с округленными глазами уставилась сначала на Крис, а после и на Индиго. – Кристин, ты чего? Какая Лизка? Идите вон с Костьей подышите на улицу. Такие бледные, смотреть невозможно. – Да, Насть, ты наверное права, Костья пошли – светловолосая дернула подругу за плечо и потянула к выходу, всё так же смотря на Елизавету. Кинув последний взгляд, она взяла Купер под руку и они ушли. Лиза только расслабилась, и мысленно поблагодарила Анастасию, думая, что та, её не узнала и сказала, Кристине уйти, потому что правда беспокоилась за её состояние.       Но вдруг её руку грубо хватают и одним движением впечатывают в стену. – Что вы делаете, отпустите! – всё так же пытаясь держаться, крикнула темноволосая. – И давно мы сука на вы Л-и-з-к-а? – протянула Афанасьева, и тогда Индиго поняла, что её раскрыли и деться уже некуда. – Настя тише, мы в больнице, пошли отойдем, поговорим. – Лиза направилась вглубь по коридору, к какому-то кабинету, они зашли в пустую ординаторскую, и Настя опять начала выяснять отношения. – Ты здесь работаешь? – Да, не говори пожалуйста Кристине, что я это я, ей не нужно это знать – Да ты ахуела? Не нужно знать блять? И куда ты тогда уехала ей тоже не нужно было знать? – глаза налились кровью, девушка была в невероятной ярости – Настя, пожалуйста – глаза наполнились горячими слезами и отчаянием – Я не скажу ей Индиго, но не потому что ты просишь, а потому, что ей правда это не нужно. Ты ей не нужна. У Лизы внутри всё застыло, она ей не нужна. Эти слова крутились в голове. И она не знала, что хотела больше услышать, что Кристине хорошо без неё, и она не страдает, или что-то другое. – Спасибо – тихо и жалобно. – На глаза ей не поподайся, другую медсестру попроси тебя заменить – и в момент Лизе стало так обидно, её как переклинило, то есть изменила ей Крис, а плохая, потому что уехала - она. – Ну заебись, на глаза не поподайся, а если попадешься то в ноги падай? Пошли вы, это она мне изменила, а не я, и если сейчас ей похуй на меня, то мне нет - безумно неприятно в душе. Она до сих пор любит Кристину, её в чём то обвиняют, а она хотела просто любить и быть любимой. Глаза Насти расширились от услышанного. – В смысле изменила, в смысле ты её до сих пор любишь? Что ты блять несёшь? – Правду я блять несу, она мне с Мишель изменила! – разозлившись ещё больше, с ненавистью прошипела Лиза. Ненависть к Кристине или к Мишель? Возможно это неправильно, но винила она во всем именно Мишель. – Кристина с Мишель? Подожди, ты уверена? Доказательства были? – Были, фото с датой – Анастасия наконец-то отпустила руку собеседницы и взялась за голову. – Бля, Индиго, я уверена, что это был хитровыебанный пиздеж, Кристина так убивалась после того, как ты уехала, она не могла изменить, я её знаю. – после минутного молчания, Настя резко подорвалась и заговорила – Я вспомнила, вы после того, как расход себе организовали, Мишель клеилась к Кристине и пыталась вернуться, но она её только послала. Так, давай сделаем вот как, номер у тебя тот же? – Лиза в непонимании закивала головой – Я вытрясу из этой Мишель душу, она мне расскажет блять, кто там кому изменял. – Насть, а зачем тебе это? Тем более, я видела дату на фотографии, как это может быть пиздежом? – Ты глупая что-ли? Там эти даты приделать в фотошопе можно. А сделаю я это, чтобы ты поняла, что ты ебаная идиотка, потому что если я права, и это ложь, то ты истеричка, которая не обсудив просто уехала, ты не представляешь, что пережила Шума, она когда вернулась домой и увидела, что ты и правда уехала, обдолбалась чем то, её с того света доставали, а она всё равно употреблять продолжила ещё месяца четыре после этого, и только через время мне удалось ей мозги вставить, долго она в рехабе валялась с жуткими ломками. – Девушка сползла по стене вниз, она поняла, что свои отношения испортила сама. И жизнь Кристины тоже, это особенно невыносимо, своими руками, она её сломала. Безумное чувство вины окатило её. Елизавета только сейчас, через почти пять грёбаных лет, поняла, что нужно было засунуть свою гордость в задницу и просто поговорить. Да и верить бывшей твоей девушки, так себе идея. – Я такая дура, Насть – плачет уже в открытую, скулит, слова еле разберёшь – Не ной, я понимаю любовь-морковь, но ты пойми, ты правда ей не нужна уже, не была бы дурой были вместе, а сейчас смирись, я не хочу , чтобы Шума опять сорвалась, я думаю ты этого тоже не хочешь. Я тебе напишу, как точно узнаю про "измену" – на последок добавила: – Любишь - отпусти. –       Сказав это, Настя скрылась за дверью. Лиза ещё долго сидела в одном месте, на холодном кафельном полу в пустой ординаторской. Счёт времени обошёл её, она просто ревела горькими слезами.        – Лизонька ты здесь! Я думала ты уже домой уехала, ты почему ничего не сделала, там Ирка тебя обыскалась, но я тебя прикрыла, поэтому не ссы – с ноткой этнузиазма говорила Чикина. Не услышав ответа , она подошла ближе, и увидела подругу в состоянии панической атаки. – Солнце, ты чего? Что у тебя случилось? – Яя.. Там Кри..истина – захлёбываясь слезами, пыталась произнести что-то хоть немного похожее на человеческую речь Лиза. Юля сразу поняла, что до неё хотела донести Индиго, она либо увидела что-то, или кого-то, связанного с Крис, либо саму Кристину в собственной персоне. От другого Лиза бы не позвонила себе истерику на рабочем месте.       После того, как Елизавета, хоть немного успокоилась, она рассказала всё, что произошло за этот отрезок времени. Чикина знала, что никакие слова и утешения сейчас не помогут, поэтому просто обняла подругу покрепче, помогла встать и покинуть больницу. Было принято решение сегодня остаться с Лизой у неё. Кто знает, что она может натворить.

***

Кристина сидела вместе Костьей и Настей на какой-то лавочке рядом с больницей, их успокоили, сказав, что Бэлла должна скоро придти в себя, и им сразу позвонят, как это случится. Перед тем как развести всех подруг домой, Крис решила остановиться и присесть на лавочку, чтобы закурить. В полном молчании подруги сели на лавку и закурили. У Захаровой из головы не выходили эти глаза, это были её глаза. Да, другие, да, в них не было столько тепла, как раньше, но это её глаза. – Насть, это же была Лиза, да? – Афанасьева чуть не поперхнулась табачным дымом – Ты чего, Шум, какая Лиза? – Сама прекрасно знаешь какая, ты же тоже её узнала, да? – повернулась к Насте , пытаясь найти в глазах ответ. Настя лишь затушила сигарету об асфальт и молча встала с лавочки, показывая готовность ехать домой. Крис на это лишь покачала головой, сказав двоим девушкам садится в машину. Бросив вслед: – Докурю и поедем. Сидя на скамейке докуривая сигарету, она вновь задумалась. Может и правда почудилось? Но она же не могла ошибиться , особенно в Индиго. Давно зажившая рана, вновь начала гноиться. Сразу накатило абсолютно всё, что испытывала старшая, сразу после разрыва. Захарова хотела лишь спросить "Почему?". А если Шумахер хочет - то спросит. Даже если это была не она, она всё равно найдёт грёбаную Лизу и расспросит обо всё что тревожило её эти годы. Слава богам связи сейчас позволяют ей найти Андрющенко.       – Алло, Лёха, пробей мне барышню одну. Записывай, Андрющенко Елизавета Андреевна. Сделав звонок, Шумахер села в свою машину, где её уже ждали девочки.