Диджиту всё давалось легко — абсолютно всё, кроме литературы. А особенно — написания стихов.
Но на этот раз он просто обязан был справиться с этим. И для этого послужила одна-единственная, благородная цель.
Валентинку для Буковки хотелось подписать не просто красиво, но и романтично. Ведь его дама заслуживала самых лучших и искусных строчек на свете. А не простых и сухих поздравлений, которые даже не останутся в памяти.
Сидя на уроке, Диджит в очередной раз подбирал рифму, которая никак не шла. А найдя — тут же комкал листок: строчки отказывались складываться в связное стихотворение, получалась полная ерунда. От чего Диджит сильно злился, сжимая губы в тоненькую нить, и вырывал из тетради новый, девственно-чистый листик.
— Что это с нашим Диджитом? — тихо спросила Буковка, которая уже давно за ним наблюдала.
—Не мешай, стих пытается написать, — шепотом ответила соседка. — Бедный, никак не может сформулировать мысль.
Буковка смотрела на сосредоточенный профиль парня. Он снова сердито скомкал лист, на котором так старательно что-то выводил всего пару минут назад.
Прозвенел звонок.
Диджит, темнея лицом, поспешил покинуть класс, по дороге швырнув свой творческий эксперимент в мусорную корзину.
Подождав, пока все уйдут, Буковка подошла и осторожно достала скомканный листок. Разгладив его на парте, она стала внимательно читать:
«Твои волосы — ельник, твой взгляд — синева.
Твой ум— ураган, где теряю слова.
Я будто незваный,неловкий, немой,
Перед этой стремительной,смелой тобой.
Будь я из сказки — давно был бы пленён.
Будь мне открытием, будь моим сном....
Будоражь,вдохновляй, разрывай тишину!»
И ниже, размашисто и с горьким отчаянием:
«О ужас!! ЧТО ЗА ЕРУНДУ Я ЗДЕСЬ ПИШУ???!!!»
Буковка прижала листок к груди и глупо улыбнулась. Для неё это была не ерунда. Это было самое настоящее волшебство. Самые трогательные строки и все они были полностью посвящены только ей одной.