Где Вэй Усянь?

Вэй Усянь расхаживал по спальне Цзян Чэна, прикладываясь к бутылке вина. Цзян Чэн вошёл в свои покои, пошатываясь от усталости, уже за полночь. Хотелось спать. Вэй Усянь молчал. В едва проникавшем в окно свете от уличных фонарей он казался совсем тонким, будто слегка прозрачным. - Как же я вымотался, Вэй Усянь, ты бы знал... - Пробормотал Цзян Чэн, стягивая сапоги. - Так что, если ты пришел поболтать, ступай лучше к кому-то другому, я без сил. - Мне больше не к кому идти, - тихо сказал Вэй Усянь. - Ой, можно без этого пафосного уныния, - скривился Цзян Чэн, распутывая волосы. - Мне этих хмурых рож на собрании кланов хватило. Хорошо хоть никто не спрашивал про тебя. Глава Лань тоже без брата был, только к нему все подряд лезли, спрашивали о здоровье Лань Ванцзы. Вэй Усянь вновь приложился к бутылке. - Пьешь, как подзаборный пройдоха, - фыркнул Цзян Чэн. - Ты что, забыл где пиалы стоят? Или ты разучился пользоваться посудой на своей мертвой горе? Вэй Усянь ничего не сказал, только уставился в окно. - Что хоть пьешь-то? - Цзян Чэн, нисколько не стесняясь брата, уже полностью разделся и подошёл к нему, встал с ним плечом к плечу. - Воду что ли? Даже запаха нет. В ответ Вэй Усянь поднял сосуд к носу, принюхался, а после снова сделал несколько глотков. - Ты какой-то странный в последнее время, - повернулся к нему Цзян Чэн. - Молчаливый, тихий, нерасторопный... Ты болен? Вэй Усянь молча покачал головой, отрицая. - Это из-за того, что произошло на Луаньцзан? Вэй Ин... Цзян Чэн хотел было положить руку ему на плечо, поддержать, успокоить, но тот шагнул назад, не давая себя коснуться. Цзян Чэн поджал губы. - Как ты оттуда выбрался? Гора была оцеплена по всей окружности, мышь бы не проскочила. И я не помню, чтобы ты с нами возвращался. - Я не вернулся с вами, - сказал Вэй Усянь, и глаза его блеснули в тусклом свете луны. Цзян Чэн протер лицо ладонями. - Всё, я не могу, мне надо спать, а то уже мерещится всякое с недосыпа. Завтра поговорим. Он развернулся и поплёлся к своей кровати. Как Вэй Усянь покинул его покои, он не слышал, только и успел подумать, прежде чем провалился в сон, почему же от Вэй Усяня не пахло вином. Не пахло вообще ничем.