Запах сирени

       В парке пахло сиренью. Сильно, настолько, что казалось, она пробиралась в лёгкие и оставалась там. Цветочный аромат смешивался с другими запахами Санкт-Петербурга, создавая симфонию. От этого кружилась голова и сводило скулы, но почему-то от этого становилось очень хорошо, аж жизнь казалась лучше, проще. Конец мая заставил людей жить. Поэтому в парке было многолюдно, особенно под вечер, когда у многих уже закончилась работа или учёба, и они решили провести время с семьёй или друзьями. Парк заполнился звуками фонтана, скрипом качелей, весёлыми криками детей с площадок и сплетнями подростков. Компания парней из шести человек расположилась на одной из лавочек, там, где было не так многолюдно. Рядом со скамейкой стояли банки газировок и лежали три пачки открытых чипсов. Они сидели молча, каждый думал о своём и наслаждался этим вечером. Петя сидел с закрытыми глазами, откинувшись на скамейку и подставляя лицо вечерним лучам солнца. Справа от него Илья что-то печатал в телефоне, отвечая родителям на сообщения. Слева сидел Влад, который перебирал пряди волос Миши, лежавшего у него на коленях и смотревшего на облака. Рядом с ними сидели Марк и Женя. На коленях у первого лежала ветка сирени, которую он сорвал где-то по дороге, и теперь перебирал цветки, раскладывая их так, чтобы они красиво смотрелись и он смог бы сделать фотку. — Долго ты ещё собираешься мучить эту ветку? — спросил Женя, приподняв бровь. — Искусство требует времени, — ответил Марк, наконец-то доставая из кармана джинсов телефон и делая снимок. Женя на это лишь фыркнул и покачал головой. Он взял стоящую рядом банку с «Доброй колой» и сделал большой глоток, поворачивая голову в сторону Пети, который всё ещё сидел с закрытыми глазами. — Илья, толкни Петю, а то он, походу, уснул, — отрывая Малинина от телефона, попросил Женя. — Да не сплю я, — поймав руку Ильи в воздухе, ответил Петя. — О, живой! — усмехнулся Влад. Пётр хотел уже ответить что-то язвительное, но неожиданно в него прилетел футбольный мячик. И тут же к нему подошёл маленький мальчик лет шести. У него красные щёки, по лбу стекает пот, он тяжело дышит из-за бега. Мальчик смотрит на него извиняющимися глазами и просит вернуть свою вещь обратно, на что старший просто улыбается, треплет его по голове, возвращает мяч и говорит ему быть аккуратнее. Парнишка благодарит Петю и убегает обратно к друзьям. Миша наконец-то встал с колен Влада, полностью принимая сидячее положение. Он разминает шею и смотрит, как этот мальчик теперь с друзьями играет в футбол прямо на дороге, не обращая внимания на людей, ходящих мимо. — Хорошо им, у них вся жизнь впереди, — с ностальгической горечью говорит Миша. — А ты что, умирать собираешься? — приподняв бровь, спрашивает Илья. — Нам всем только по восемнадцать, у нас тоже всё ещё впереди. — Да, например, ЕГЭ уже через неделю, — усмехается Женя. — Пожалуйста, давайте хотя бы на этот вечер забудем про эти страшные три буквы, — хнычет Марк, закидывая голову назад. — Я согласен с Марком, мне и школы хватает, — поддерживает Влад. — Пойдёмте лучше за мороженым. — У нас ещё чипсы остались, — указывая на открытые упаковки, сказал Петя. — Одно другому не мешает, — беря с колен сирень и вставая, сказал Марк. Кондратюк подал руку Жене, потянув того на себя. Он аккуратно положил эту самую ветку за ухо парня и слегка взъерошил ему волосы. На что Женя слегка покраснел и быстро, мимолётно чмокнул Марка в уголок губ. — Какая милота, — с нотками поддразнивания сказал Илья. — Меня сейчас стошнит, — согласился Влад. На что они получили два средних пальца от сладкой парочки и смех Пети с Мишей. — Ладно, давайте собираться, а то я тоже мороженого захотел, — хлопнув в ладоши, сказал Шайдоров. Когда компания сложила пачки с оставшимися чипсами в рюкзак Жени (потому что он единственный, кто взял его на прогулку) и направилась к ближайшему ларьку. По дороге Влад запрыгнул на бортик тротуара и, раскинув руки в стороны, аккуратно переставлял ноги, пытаясь держать баланс. Илья и Марк последовали его примеру, запрыгивая следом. — Как дети, — закатил глаза Женя, но всё же подал руку Марку для равновесия. Марк сцепляет их руки, чувствуя, как по телу пробегает приятная дрожь. Он поворачивает голову в сторону Жени и тепло улыбается. Ветка сирени всё ещё торчит из его уха. Сейчас хочется расцеловать его, но нельзя, потому что они на улице, потому что тут люди. Поэтому он просто спрыгнул с бордюра и поравнялся с Женей. Их идиллию прерывает Илья, которому очень захотелось добавить драматичности в их жизнь. — Всё, я устал, — драматично прикладывая руку ко лбу, говорит Илья, облокотившись на Петю и повисая на его плече. Гуменник хмыкает, но всё же принимает игру, придерживая Илью за талию и прижимая ближе к себе. — И что вы хотите от меня, мой принц? — спрашивает Пётр. — Понеси меня, — уверенно говорит Илья. Петя же подчиняется, поворачиваясь к тому спиной и позволяя Малинину запрыгнуть к себе на спину. Илья обвивает плечи, как коала, и, пользуясь случаем, целует несколько раз в затылок, вдыхая запах его шампуня и сирени, которая пропитала, кажется, всё вокруг. — Удобно? — спросил Петя, не останавливаясь. — Очень, — шёпотом на ухо ответил Илья. Влад обводит взглядом эти две парочки и догоняет Мишу, подстраиваясь под его шаг. Шайдоров замечает его присутствие и поворачивает голову в немом вопросе. — У них у всех какая-никакая романтика, — не смотря на собеседника, но чувствуя его взгляд, говорит Влад, пиная камушек под ногами. Миша поворачивается назад, наблюдая, как Женя и Марк, держась за руки, идут, о чём-то перешёптываясь. Как Петя несёт на своей спине Илью, краснея, но не от тяжести, а от того, что Малинин явно на ухо шепчет ему неприличные вещи. Он снова поворачивает голову в сторону Влада и закидывает руки тому на плечи. На что Влад обнимает его за талию. Шайдоров крутит головой и, понимая, что рядом никого, кроме их компании, целует Влада в лоб. Они дошли до ларька и, купив себе каждый по любимому вкусу, на этот раз решили расположиться прямо на траве, забив на то, что, скорее всего, им всем достанется от матерей за то, что те испачкают джинсы. Но это сейчас совсем не важно. — Представляете, прошло одиннадцать лет школы, — не веря своим словам, сказал Илья, облизывая своё эскимо. — Даже грустно, что всё это скоро закончится. Послезавтра у нас последний звонок, потом ЕГЭ, выпускной — и всё, мы больше не школьники, — обнимая себя за колени одной рукой, говорит Марк. — Главное, давайте не теряться, — смотря на каждого, говорит Влад. Остальные согласно кивают на это и снова погружаются в вечернюю тишину и в звуки Питера. Илья, доедая своё эскимо, садится ближе к Пете и ластится к нему, как кот, выпрашивая у того немного его шоколадного рожка. Гуменник слегка ворчит на это, но всё же позволяет Илье облизывать его мороженое. Марк же закинул ноги на колени Жени и, прислонившись к его плечу щекой, ел стаканчик с фисташковым вкусом. У Семененко же был стаканчик с карамелью, который он держал в одной руке, а второй обнимал парня за талию, водя ей вверх-вниз. Влад же расположился между ног Миши, который обнял его за плечи, прижимаясь очень близко. Дикиджи спиной чувствует, как бьётся его сердце, и это почему-то кажется очень правильным. Он предлагает свой фруктовый лёд Мише, сам пробуя его ореховый стаканчик. На что Шайдоров в шутку пачкает ему нос, но тут же целует в щёку в знак примирения. — А пойдёмте на мосты смотреть? — предлагает Женя, вставая с земли. — Так рано ещё для мостов, только девять вечера, — говорит Петя, смотря на Женю снизу вверх. — Так мы никуда не торопимся, родителей предупредить только надо, — поддерживает идею Илья. — Я за, — соглашается Марк. — Мы тоже, — отвечает за себя и Мишу Влад. — Ну и я тогда, — вставая последним, говорит Петя. — На какие смотреть будем? — интересуется Миша. — Дворцовые, они раньше, — отвечает Илья. Парни быстро пишут своим родителям о том, что они хотят ещё посмотреть на мосты и, если что, переночуют у Влада, потому что он единственный, кому не нужно переезжать мост и у кого родители уехали на дачу с сестрой. — Куда пока пойдём? — убрав телефон обратно в карман джинсов, спрашивает Женя. — Не знаю, не двигайся, — говорит Марк, убирая уже завядшую ветку сирени с уха Жени. — Куда глаза глядят, — отвечает Влад, уже таща за собой в непонятном направлении Мишу. Они гуляли по родному городу, вспоминая разные моменты из школы, из дружбы, дурачась и смеясь. Люди, которые тоже присутствовали на улице, явно их не волновали; они жили в своём мире, где существовали только они вшестером и больше никто. — Я буду скучать по школе, — тихо признался Илья. — Даже по Этери Георгиевне? — усмехнулся Женя. — Даже по ней немного, чуть-чуть, — кивнул Илья. За разговорами они не заметили, как дошли до набережной. До разводных мостов оставался ещё час, поэтому они решили прогуляться и по ней. В час десять мосты развели, а в час тридцать друзья уже шагали в сторону дома Влада, уставшие, но счастливые. Им было так хорошо, так тепло на душе. Даже не хотелось думать о будущем или прошлом. Хотелось навсегда остаться в этом мгновении, в этой точке, с этими людьми, на этой скамейке. Может быть, никто из них не знает, что такое счастье, но в этот вечер они явно не плакали.