Героические соседи

Прошла неделя. Семь бесконечных дней, которые для Николаса Майкла Рота превратились в вязкий кисель из ожидания, кошмаров и странного, непривычного ощущения «полного дома». Ники сидел на краю своей кровати, вертя в руках старые плоскогубцы. На лбу привычно покоились очки ночного видения — подарок Аарона, который он не снимал, даже когда в этом не было практического смысла. Очки давали чувство безопасности, словно барьер между ним и миром, который в любой момент мог погрузиться во тьму. Внизу слышались голоса. Джей и Луанна были дома. В кой-то веки работа отпустила их, и квартира наполнилась запахами домашней еды и шутками отца. Но Ники чувствовал себя лишним в этом внезапном семейном идиллии. Он привык быть «призраком», который бродит по пустым комнатам, изучая замки и рисуя схемы. А еще был дядя Саул. Ники вышел в коридор и наткнулся на него. Саул сидел в кресле, вытянув хромую ногу. Посреди его лба пролегла та самая «Линия разочарования». Он смотрел бейсбол, и, судя по тому, как он сжимал подлокотник, «Чикаго Кабс» снова проигрывали. "Опять бродишь, Нарф?"-подал голос Джей из кухни. Он выглядел ликующим и жевал чокопай — верный признак того, что сегодня он чувствовал себя победителем жизни. "Мне нужно к Аарону."-бросил Ники, стараясь не смотреть дяде в глаза. Ему всё ещё было неуютно от того, что Саул теперь жил с ними. Дядя был слишком проницательным, слишком военным. Он замечал тремор в руках Ники после тренировок, замечал, как племянник вздрагивает от звука захлопнувшейся двери. Саул на мгновение оторвал взгляд от телевизора. Его карие глаза зацепились за бирюзовые манжеты куртки Ники. "Будь осторожен на улице, парень. И... не лезь в подсобки." Ники замер. Дядя знал. Конечно, он знал. О супермаркете, о бабушке Фейн, о том холоде, который поселился внутри Ники после того, как он накричал на неё в последний раз. "Я просто иду за письмом."-буркнул Ники и выскочил за дверь. Улица встретила его весенним ветром. Ники двигался быстро, почти бегом. Его тело, привыкшее к нагрузкам, требовало движения. Паркур был его спасением: он перепрыгнул через невысокое ограждение, мягко спружинил на кедах и промчался по узкому переулку. Его нервная система, работающая на 15% быстрее нормы, фиксировала всё: скрип тормозов за два квартала, шелест газеты, полет голубя. Но сегодня аналитический ум был занят другим. «Аарон. Майя. Письма». Он не виделся с остальными друзьями из «Вороньих Ручьёв» всю неделю. Не потому, что не хотел, а потому, что между ними пролегла невидимая трещина. Марица, Энцо, Иван... они были здесь, в Мусутафу, но после того, как они отдалились от Питерсонов в те тяжелые времена, Ники не мог простить им эту «нормальность». По крайней мере полностью. Они всё ещё дружили, но Ники чувствовал что Аарону и Майе он был нужнее. Конечно, ему было не приятно бросать одних друзей в угоду других, но он просто пытался балансировать. Хоть и... выходило плоховато. Подходя к дому Питерсонов, Ники почувствовал привычное тепло в груди и... легкую тошноту. Это была «проблема Майи». Рядом с ней его ладони потели, а бирюзовые отвороты джинсов казались слишком яркими. Он боялся, что если Аарон заметит, как Ники смотрит на его сестру, их идеальная синергия рухнет. А потерять Аарона было страшнее, чем провалить экзамен в UA. Он взлетел по лестнице и постучал в дверь — три коротких удара, один длинный. Их секретный код. Дверь распахнул Аарон. Он выглядел так, будто не спал всю неделю: волосы растрепаны сильнее обычного, под глазами тени. "Ну наконец-то, Шерлок. Я уж думал, ты решил вскрыть почтовый ящик академии лично, чтобы не ждать." "Пока я его вскрою, ты успеешь состариться и нарисовать свой автопортрет на пенсии."-парировал Ники, заходя внутрь. В гостиной сидела Майя. Её ярко-рыжие волосы были собраны в высокий хвост, а пальцы нервно теребили край бирюзовой футболки. При виде Ники она вспыхнула, и в комнате словно стало на пару градусов теплее. Её причуда «Тепловой резонанс» всегда реагировала на её чувства. "Привет, Ники."-тихо сказала она, пытаясь казаться взрослой и спокойной. "Привет, Майя. Ну что... они здесь?" На журнальном столике лежали три конверта с печатью UA. Три приговора. Или три пропуска в будущее. Аарон взял свой конверт, покрутил его в руках. Его пальцы, обладающие невероятной ловкостью, не дрожали, но Ники чувствовал его напряжение без слов. "Знаете."-Аарон криво усмехнулся. "Если мы не пройдем, я всегда могу пойти в строители. Буду оживлять бетонные плиты." "А я буду открывать консервные банки силой мысли."-добавил Ники, присаживаясь рядом с ними на диван. Майя посмотрела на них обоих. "Я уверена, что вы пройдёте. Учитывая ваши навыки, мы все зажгли там." Ники посмотрел на неё, и его сердце на секунду забилось в режиме «Автономного контроля» без его ведома. Он вспомнил, как она ночевала у него, как они вместе смотрели те дурацкие драмы и как он чувствовал её тепло рядом. "Давайте открывать одновременно."-предложил Ники, протягивая руку к своему конверту. "На счет три." Аарон кивнул, переглянувшись с Ники. В этом взгляде было всё: годы в Вороньих Ручьях, уход в Японию, тренировки до кровавого пота и та незыблемая вера друг в друга, которую не смог сломать никто. "Раз."-начала Майя. "Два."-подхватил Аарон, сжимая бумагу. "Три!"-выдохнул Ники. Треск разрываемой бумаги заполнил комнату. Из конвертов выпали маленькие металлические диски. "Это что, подслушивающие устройства?"-Ники мгновенно включил режим аналитика, рассматривая прибор. "Или электромагнитные передатчики?" Вдруг диски засветились, и в воздухе над столом развернулись голографические экраны. Ники затаил дыхание. Его нефритовые глаза отражали свет проекции. Сейчас он узнает, достаточно ли его «выхода за пределы», чтобы встать в один ряд с лучшими. Или же он навсегда останется просто мальчиком, который слишком много бродит в темноте. Три голографических экрана одновременно залили комнату ярким сиянием. Из динамиков вырвался нестройный гул голосов, музыки и приветствий. "Ого, полегче!"-Ники инстинктивно прикрыл глаза, его обостренные чувства взбунтовались от такой какофонии. "Это звучит как хор сломанных радиоприемников. Как тут вообще ставить на паузу?" Его длинные, чувствительные пальцы «гидравлического зажима» молниеносно прошлись по краям металлического диска. Найдя сенсорную панель, он нажал на неё, и его изображение замерло. Аарон и Майя последовали его примеру. В комнате повисла тишина, нарушаемая только тяжелым дыханием троих подростков. Они переглянулись. Воздух в гостиной Питерсонов стал горячим — Майя неосознанно начала излучать тепло от волнения. "Ладно."-Аарон кашлянул, пытаясь скрыть дрожь в руках и вернуть свой привычный саркастичный тон. "Леди и младшие идут первыми, так что... Майя, жги. Только не в буквальном смысле, а то мама за ремонт нас по головке не погладит." Майя нахмурилась, бросив на брата колючий взгляд, но спорить не стала. Она глубоко вздохнула, поправила свою зеленую резинку на хвосте и нажала на «Play». С экрана на них обрушился голос Сущего Мика. "HELLO, LISTENERS!"-проорал герой. Ники поморщился, вспоминая его речь в зале, но Майя завороженно смотрела на экран. Мик начал зачитывать результаты. "Майя Питерсон! Ты показала отличную выносливость и грацию! Твои 18 очков злодея — это неплохо для начала." Майя заметно поникла, её плечи опустились. 18? Этого же катастрофически мало для геройского курса. Но голос Мика стал ещё громче. "НО! Экзамен UA — это не только про разрушение! Мы смотрели на то, как ты помогала другим координироваться, как согревала тех, кто впал в шок! 25 ОЧКОВ СПАСЕНИЯ! Итого — 43 балла! Добро пожаловать в свою Геройскую Академию!" Майя взвизгнула, подпрыгнув на диване, и бросилась на шею Аарону, а затем и Ники. Ники почувствовал, как его лицо мгновенно стало пунцовым. Тепло её тела было таким искренним, что его аналитический склад ума на секунду просто отключился, оставив только «белый шум» в голове. "Моя очередь."-Ники с трудом вернул себе самообладание и запустил своё видео. На экране появилось усталое лицо человека с растрепанными волосами и серым шарфом. Сотриголова. Его взгляд казался таким же тяжелым, как те кошмары, что мучили Ники по ночам. "Николас Майкл Рот."-сухо произнес герой. "Твоя причуда опасна для тебя самого. Ты работаешь на износ, и это нерационально. Однако... твоя скорость и навыки и познания взлома механизмов позволили тебе эффективно выводить из строя роботов, эффективно атакуя их в слабые места. 30 очков злодея. И ещё 15 очков спасения за то, что вытащил двух абитуриентов из-под обломков до того, как их заметили роботы. Итого 45 баллов. Ты зачислен. Постарайся не сломаться в первый же день." "45..."-прошептал Ники, чувствуя, как внутри всё разжимается. Он не просто прошел. Он доказал, что его «странности», его одержимость замками и анализом — это сила. Аарон хлопнул его по плечу так сильно, что Ники чуть не слетел с дивана. "Слышал? «Нерационально»! Прямо как твоя привычка спать в шкафу, когда снятся пришельцы. Молодец, Шерлок." Последним был как раз он. Питерсон запустил видео, и на экране появилась Миднайт. Она улыбалась своей фирменной манящей улыбкой, от которой Аарон слегка закатил глаза. "Аарон Питерсон!"-промурлыкала она. "Твоё искусство... оно такое экспрессивное! То, как ты использовал свои рисунки, чтобы блокировать тяжелую технику, было очень впечатляющим. Ты настоящий Атлант этого экзамена! 42 очка злодея — ты буквально разнес этих роботов своими эскизами! И 25 очков спасения — за ту бетонную плиту, которую ты поднял дял спасения абитуриента. Итого 67 баллов! Ты в топе списка, красавчик!" Тишина. 67 баллов. Аарон стоял, глядя на замерший кадр с Миднайт. Его сарказм куда-то испарился. Он посмотрел на свои руки — руки художника, которые Теодор считал проклятием. Теперь эти руки официально были признаны руками героя. "Шестьдесят семь..."-выдохнула Майя. "Аарон, ты... ты в десятке лучших, наверное!" "Похоже на то." Аарон обернулся к Ники и Майе, и на его лице расплылась та самая редкая, искренняя улыбка, в которой не было ни капли издевки. Только облегчение и гордость. "Значит, мы все трое..." "Мы в UA."-закончил Ники, чувствуя, как его нефритовые глаза предательски защипало. "Все вместе." Он посмотрел на свои очки ночного видения на лбу. Впервые за долгое время будущее не казалось ему тёмным лесом, в котором можно потеряться. Рядом были Питерсоны, а впереди — школа, где его «Автономный контроль» наконец-то найдет свое место. "Так!"-Майя вдруг вскочила. "Нам нужно позвонить маме! И папе! О, и тёте Лизе! И... Ники, ты должен позвать своих родителей с дядей сюда! Мы обязаны это отпраздновать суши!" "Чур, я выбираю сет."-Аарон снова стал собой. "Ники, ты платишь, как самый «блестящий ученик»." "В твоих мечтах, Питерсон!"-Ники засмеялся, уворачиваясь от дружеского подзатыльника. В этот момент, в этой залитой солнцем гостиной, среди голограмм и радостных криков, кошмары Вороньих Ручьёв казались чем-то бесконечно далеким. Они победили. Вместе. ... Вторая группа — «Вороньи Ручьи», как их иногда называли в коридорах школы — собралась в просторной гостиной Эспозито. Атмосфера здесь была иной, чем у Питерсонов: более шумной, пронизанной запахом дорогого кофе и антисептика(Энцо всегда следил за чистотой из-за своей причуды). Пять дисков лежали на столе. Пять судеб. Тринити, как неформальный лидер, взяла на себя инициативу. Её фиолетовые глаза светились решимостью, хотя пальцы подрагивали — сказывался низкий сахар и типичное для ОКР желание, чтобы всё прошло «идеально». "По очереди."-скомандовала она, поправляя плащ. "Никакого хаоса. Иван, ты первый." На экране Ивана появился Цементосс. Герой-монолит смотрел на него с уважением. "Иван Торре. Твои боевые показатели невысоки — 15 очков злодея. Но то, как ты использовал причуду «Интерфейс», чтобы укреплять поврежденные конструкции зданий и вызволять застрявших абитуриентов, поражает. 25 очков спасения. Ты видишь структуру там, где другие видят руины. UA нужны такие мозги." Иван выдохнул, его рыжие волосы смешно всколыхнулись. Он поправил очки в красной оправе, чувствуя, как внутри разливается тепло. "Отличная работа, ботан."-услышал он голос Марицы. Иван слегка покраснел, вспомнив то, как они работали в команде, и улыбнулся ей. Энцо запустил своё видео. Тринадцатая, герой-спасатель в космическом костюме, заговорила мягко: "Энцо, твоя гиперчувствительность — это и дар, и проклятие. Но ты использовал визор и свои навыки баскетболиста, чтобы вычислять позиции роботов задолго до их появления, дабы стравить их друг с другом. 34 очка злодея за точные попадания электро-дисками. И 20 очков спасения за координацию других участников. Ты был нашими глазами. Добро пожаловать." Энцо застыл, не веря. Он доказал отцу, что достоин успеха сам по себе, а не из-за газетных заголовков. Он бросил взгляд на Тринити, надеясь увидеть в её глазах одобрение. Тринити промолчала, лишь слабо ухмыльнулась ему. Но Энцо этого хватило, дабы почувствовать себя счастливым. Марица не ждала приглашения. Она ударила по кнопке «Play» с той же энергией, с какой бьет битой по мячу. На экране возник Бекас. "Эй, девчонка!"-усмехнулся стрелок. "Давно я не видел такой безумной траектории. Ты разнесла тех роботов в щепки! 55 очков злодея — лучший результат по агрессии в твоем секторе. И хотя спасение — не твой конек, всего 5 очков, твоя инерция и рикошеты сделали из тебя настоящую угрозу. Не разбейся там в коридорах UA!" "Да!"-Марица победно вскинула биту. "Слышал, зануда? Пятьдесят пять!" "Ну... стоило ожидать от тебя."-усмехнулся Иван. Марица фыркнула, скрестив руки на груди, и слабо улыбнулась ему, показывая что считает и его частью данного триумфа. Тринити глубоко вздохнула. На экране появился Эктоплазм. Его пугающий вид заставил её выпрямиться. "Тринити Бейлз. Ты проявила лидерские качества и железную волю. Твои заклинания «Колдовства» были точными и эффективными. 35 очков злодея за уничтожение роботов «Магическими выстрелами» и 20 очков спасения за «Барьеры отчаяния», которыми ты прикрывала отступающих. Твой потенциал огромен. Жду тебя на занятиях." Тринити закрыла глаза. 55 баллов в сумме. Это было... правильно. Симметрично. Достойно. Она почувствовала, как её магнетизм снова возвращается к ней. Последней была Люси. Она смотрела на диск с замиранием сердца. После того, что случилось в «Золотом яблоке», само её присутствие здесь было чудом. На экране появился Король Влад. "Люси И. Твой стиль боя — это танец. Твои 28 очков злодея были заработаны с изяществом, но что действительно важно — это резонанс. Ты стабилизировала рушащиеся стены своим ритмом и успокаивала пульс раненых. 30 очков спасения. Ты — душа этого набора." Люси расплакалась. Она вспомнила падение с горки, те страшные слова Теодора и то, как отдалилась от Майи и Аарона. В её баллах — 58 в сумме — была её воля к жизни. Когда все экраны погасли, в комнате повисла странная тишина. Все пятеро поступили. Все они теперь были студентами лучшей академии страны. "Значит..."-Иван первым нарушил молчание. "Мы все прошли?" "Похоже на то."-Тринити посмотрела на своих друзей. Она видела радость Энцо, азарт Марицы, облегчение Ивана и слезы Люси. "Но знаете... мы ведь не одни там будем." Марица опустила биту на пол. "Ты о Ааронес Майе и Ники?" "Да."-тихо сказала Люси. "Ники... он молодец. Он не побоялся остаться с ними, когда мы... неважно." Энцо сочувствующе посмотрел на неё, было видно, что ему не особо приятно вспоминать те дни. Дни, что разделили их группу, оставив Ники между ними. "Эй... не надо нагружать себя. Это не твоя вина. Да и Ники с Аароном явно всегда были на одной волне." Марица хмыкнула, поправляя кепку, но её глаза были добрыми. "Ну, в UA места много. Посмотрим, чья синергия круче — их двоих или нашей банды. Но одно я знаю точно..." Она протянула руку в центр круга. "Если мы пройдем через это, то только вместе." Энцо, Иван, Тринити и, наконец, Люси положили свои руки сверху. В этот момент они были не просто подростками с причудами. Они были командой, которая была готова штурмовать вершины Мусутафу. ... В тусклой, пропитанной запахом перегара и дешёвых сигарет квартире Алленов было тихо. Джек Аллен, сутулясь, сидел в своём продавленном кресле, невидящим взглядом уставившись в выключенный телевизор. Банка пива в его руке слегка дрожала. Финч стояла в дверях своей комнаты, сжимая в руках диск. Её лицо, обрамлённое тёмно-синей чёлкой, было бледным и застывшим, как маска. Она привыкла к крикам, привыкла к тому, что её считают обузой, привыкла быть «стервой», чтобы никто не заметил, как сильно ей хочется просто сбежать. "Опять возишься с этой ерундой?"-прохрипел Джек, не оборачиваясь. "Лучше бы делом занялась, а не в герои метила. Будешь потом такой же лживой дрянью, как твоя мать." Финч не ответила. Её пальцы, способные провисеть на скале несколько минут, даже не дрогнули. Она молча нажала на кнопку запуска. Экран вспыхнул. На нём появилось грубое, звериное лицо Гончего Пса. Он не улыбался. Он смотрел прямо в душу, и его рычание почти передавалось через динамики. "Финч Аллен."-прорычал герой. "Твои результаты вызывают у меня смешанные чувства. 63 очка злодея. Ты не просто уничтожала роботов, ты находила их «точки разрыва» с пугающей эффективностью. Ты была как хирург на поле боя, превращая стальных гигантов в груду металлолома одним выстрелом из рогатки." Финч слегка прищурилась. 63. Это было много. Больше, чем у большинства. Но Гончий Пёс не закончил. "Но!"-он почти гавкнул в камеру. "0 очков спасения. Ноль, Аллен! Ты не видела людей. Ты видела только цели. Ты видела только слабые места, которые нужно разрушить. В UA мы учим героев спасать. Но твоя боевая мощь и твоё видение неоспоримы. Ты зачислена. Но запомни: если ты будешь искать только точки разрыва в людях, ты никогда не станешь настоящим героем. Жду тебя на тренировках. Не заставляй меня рычать на тебя вживую." Экран погас. "Ноль спасения?"-Джек издал хриплый смешок. "Даже там поняли, какая ты дрянная девчонка. Только ломать и умеешь. Вся в мать." Финч медленно повернула голову. Её чёрные глаза, способные разглядеть муху за полкилометра, сейчас смотрели на отца как на очередную «точку разрыва» — перегруженный узел, который вот-вот рухнет под собственной тяжестью. "Я поступила в UA, папа."-её голос был тихим, холодным и режущим, как стальной шарик. "В лучшую академию страны. Пока ты здесь гниешь в этом кресле, я буду на вершине." Она развернулась и зашла в свою комнату, захлопнув дверь прямо перед тем, как Джек начал свой очередной пьяный выкрик. Финч села на кровать, подтянув свои полосатые чулки. Она достала свою камеру и пролистала старые снимки. Фотографии Ники Рота во время его срыва. Снимки «Клуба Изобретателей». Она знала, что в UA ей они не будут рады(она была уверена, что хоть кто-то из них поступит). Она знала, что Ники, Аарон и даже этот «младший брат» Иван будут смотреть на неё с опаской или ненавистью. Но ей было всё равно. Она была скаутом. Она умела выживать там, где другие сдавались. "Ноль спасения, значит?"-прошептала она, и на её губах появилась надменная, саркастичная улыбка. "Посмотрим, как вы заговорите, когда я буду единственной, кто сможет пробить брешь в броне злодея, которую никто другой даже не поцарапает." Она вспомнила Люси. Свою маленькую кузину. Люси была единственным человеком, ради которого Финч могла бы рискнуть своей репутацией «железной леди». Мысль о том, что Люси тоже поступила, принесла кратковременное успокоение. Финч Аллен была готова к войне. И UA была просто новой территорией, которую нужно было покорить, пометив все слабые места этого мира. ... В маленькой, уютной квартире на окраине Мусутафу пахло жареной курицей и специями. Стар Шмидт, вытирая руки о передник, то и дело поглядывала на племянника. Делрой сидел за столом, вжав подбородок в воротник своей желтой куртки. Его взгляд, обычно дерзкий и прямой, сейчас был прикован к металлическому диску на столе. "Делрой, милый, остынет же."-мягко сказала Стар, поправляя выбившийся локон черных волос. "И «Собака» уже на тебя так смотрит, будто ты её предал." Крупный пес с неопределенной родословной ткнулся мокрым носом в колено Делроя, но тот лишь коротко почесал его за ухом, не отрываясь от диска. "Тётя, подожди."-буркнул он. Голос звучал глуше обычного. "Я просто... я должен знать." Он коснулся сенсора. Голограмма вспыхнула золотом и синим. На экране появился символ мира, герой номер один — Всемогущий. "Я ЗДЕСЬ! В формате видеозаписи!"-его смех заставил Делроя невольно выпрямиться. "Юный Делрой Шмидт! Твоя сила впечатляет! Твоя способность управлять массой позволила тебе буквально сносить препятствия на своем пути. 58 очков злодея! Ты был подобен живому тарану, который не остановить!" Стар ахнула, прикрыв рот ладонями. 58 очков. Это был невероятный результат. "Но помни, юный Шмидт."-голос Всемогущего стал чуть серьезнее. "Герой — это не только мощь. Твои 12 очков спасения говорят о том, что ты слишком зациклен на победе над врагом. Но ты всё равно показал дух воина! Ты зачислен на геройский курс! Иди вперед и помни: Plus Ultra!" Экран погас. Делрой сидел неподвижно. В его голове пронеслось воспоминание: трибуны стадиона, крики родителей и та самая золотая медаль, которая сейчас лежала в его сумке. Он не подвел их. Он снова первый. Почти. "Делрой!"-Стар подлетела к нему и крепко обняла, несмотря на то, что он пытался отстраниться. "Ты слышал? Сам Всемогущий! Ох, если бы твои папа и мама видели тебя сейчас..." Делрой почувствовал, как лицо обдает жаром. Он быстро отвернулся, пряча глаза, в которых на мгновение блеснула влага. "Ну всё, тётя, хватит... Это было ожидаемо. Я же быстрейший. Почти быстрейший." Он вспомнил Ники Рота. Тот «чудак» наверняка тоже поступил. И Аарон. Мысль о том, что ему придется дышать одним воздухом в академии с этими парнями, заставила его челюсть сжаться. "Значит, теперь ты официально будущий герой."-Стар отстранилась и лукаво прищурилась. "Надеюсь, в этой академии ты найдешь себе приличную девушку, а не только будешь мериться массой с роботами?" "Тётя!"-Делрой покраснел еще сильнее, утыкаясь носом в воротник. "Какие девушки? Мне тренироваться надо. Суставы от причуды ломит." "Ну-ну."-она потрепала его по зачесанным вверх волосам. "Ешь давай. Героям нужны калории. А завтра сходим, купим тебе новые кроссовки. Самые лучшие. Чтобы этот твой соперник, как его... Ники? Остался далеко позади." Делрой фыркнул, но принялся за еду. Его упрямство и гордость получили мощную подпитку. Он прошел. Он в UA. И если Ники Рот думает, что сможет обойти его в этой новой «лиге», то Делрой Шмидт готов стать для него самым тяжелым препятствием в жизни — буквально. "Слышишь, Собака?"-прошептал он псу, который выжидающе положил голову ему на колено. "Мы им покажем." Впереди был первый учебный день. День, когда старые счеты Вороньих Ручьёв должны были перерасти в нечто большее на арене величайшей школы героев.