Безвыходность

Рёбра Ирака не выдерживали и с характерным хрустом ломались под жёсткими ударами военных кожаных берцев Америки, пока на коже боков начинали наливаться синяки. Хотя Ирак и знал, что никто ему не поможет, он всё равно кричал из последних сил, в его сердце тлела последняя капля надежды, что он сможет хотя бы переубедить демократа в своих намерениях. Но американец ожидаемо даже почти не обратил внимание на жалобные визги под ногами, лишь переключил своё внимание с груди и области живота на лицо, точными и сильными ударами ломая нос и выбивая зубы. Миротворец с неистовым удовольствием наблюдал за агонией иракца, за страхом в его глазах, за каждой каплей багровой крови, беззвучно разбивающейся об пол. По довольному лицу янки расплылась улыбка, когда он увидел как на ресницах бедолаги заблестели слёзы, свидетельствующие о том, что его противник сдался. Когда крики превратились в сдавленные вскрики и хриплые стоны, а изо рта липкая смесь крови и слюны текла уже не струйками, а целым едва удерживаемым потоком, заливая собой холодный немытый пол, Америка закончил свой жёсткий натиск. Он отошёл на пару метров, по достоинству оценивая проделанную работу. О да.. Разорванная оранжевая роба зэка, что в нескольких местах была окрашена в красный. Разбитые губы были чуть приподняты, обнажая окровавленные зубы, сквозь пустые щели от них виднелся, когда-то может и бледно-розовый, но сейчас алый от крови и ран язык. — «Well what an beautiful..» - тихо задал сам себе риторический вопрос США. *** Изнеможённое тело безвольно лежало на полу. Сколько времени прошло? Один или может два дня? На самом деле меньше суток, а если ещё точнее - то три-четыре часа.. Да и имеют ли эти формальности значение в месте где всё равно время тянется бесконечно долго, где каждый час за десять лет? Нет, конечно, не имеют. Сейчас Ирак думал даже и не об этом, а о той херне, что происходила за пределами массивной железной двери. Гогот и бранные разговорчики даже через неё разносились эхом по комнате в которой бедняга содержался. Самым волнующим моментом стал тот, когда затворы этой самой двери заскрипели отваряясь. - «Неужели это конец?..» - пронеслось в голове у Ирака. В комнату вошло знакомое лицо, в чьих руках было ледянной ведро воды, только из под крана. — «Nighty night!» Через мгновение Ирак застучал оставшимися зубами. Было и так убийственно холодно, а ледяная вода лишь усугубила его и без того незавидное положение. Казалось, что это его последняя пытка не только на сегодня, но и вообще в жизни его нелёгкой. Глаза его медленно и тяжело сомкнулись готовые провалится в глубокий сон, тело расслабилось готовое упасть в сладостные объятья смерти.. ... Сознание возвращалось к законному владельцу — Ow! Iraq, wake up! Голос Америки разрушил мертвую тишину, но Ирак и не слушал. Слова Америки ветали где-то на периферии сознания, а сам он постепенно приходя в сознание, постепенно и приходил в ужас от осознания того, что он всё ещё жив, он всё ещё здесь, и эта тварь всё ещё рядом с ним.