Elevate: евротур.

Берлин остался позади, но стоило им отъехать примерно на тридцать километров от города, как горизонт озарился яркими разноцветными огнями. Посреди огромного поля стояла сцена, окруженная сотнями людей в клетчатых рубашках и кожаных шортах. Мощный бас и аромат жареного мяса буквально затянули их фургон на парковку. —Это знак! — прокричала Лиза, перекрывая звук гитар. — Нам нужно реабилитироваться за тот гуляш в Праге! —Реально! А то в Германии побывали, а колбаски и пиво не попробовали,— согласилась Женя, с громким лязгом распахивая дверь их розовой колымаги. — Отойдем немного сегодня от приключений, отдохнем, а завтра уже поедем дальше. Фестиваль был в самом разгаре. Девушки быстро переоделись в более соответствующие мероприятию наряды и побежали в эпицентр веселья. Тася и Лиза тут же нашли палатку с национальными деликатесами. Лиза подперла телефон с включенной фронтальной камерой на большую кружку пива и хитро улыбнулась. —На счет три! — скомандовала Лиза, хватая огромную мюнхенскую колбаску. — Кто съест все последний — тот сегодня спит на части дивана, где выпадает пружина! Они начали уплетать сосиски наперегонки под заливистый смех Саши, которая снимала этот гастрономический баттл на телефон, взяв его в руки, чтобы не залить его случайно напитками или не потерять. Алена и Женя подбадривали их, давая какие-то советы в тактике победы. —Горе, встань, так больше влезет! — Перекрикивает музыку Алена, весело хихикая, наблюдая, как жир от сосиски заливает подбородок фиолетововолосой. Победила дружба и несварение, которое Лиза пообещала себе на следующее утро.

***

Алена потянула всех к сувенирным лавкам. Она выбрала пять кожаных плетеных браслетов с маленькими металлическими подвесками в виде нот. —Это чтобы мы никогда не забывали, что мы — одна команда... То есть, группа. Даже если опять начнем сраться в пробке на границе, — серьезно сказала она, застегивая браслет на запястье Жени. Все довольно посмотрели на свои браслеты. Женя сделала их совместное фото, а затем начался полный отрыв. Со сцены на толпу зрителей полились брызги пива. Солист с длинными и, судя по всему, давно не мытыми волосами, взболтал бутылку спиртного и резко открыл ее, направив на своих слушателей. Горе смеялась, потянув Тасю ближе к сцене, чтобы заснять, что еще выкинет этот тип. Саша вновь болтала на своем "международном" языке, только теперь ее жертвой стал не усатый чех, а женщина у киоска с туристическими принадлежностями. Так как в Дрездене баран безжалостно сжевал ее любимый плед, она решила присмотреть себе новый. А вот Женя... Женя решила, что немецкое пиво — это именно то, чего ей не хватало для полного счастья этим вечером. Спустя пару-тройку внушительных кружек наш серьезный лидер превратилась в самого разговорчивого и активного человека в Европе. Сначала она потерялась в толпе фанатов группы, выступающей на сцене. Затем Саша и Тася вытаскивали ее оттуда, потому что Женя решила устроить танцевальный поединок с каким-то парнем в татуировках и с дредами. Они практически несли ее на руках до менее людной части фестиваля. —Эт я еще на голову не встала, лох! Я ТУТ АЛЬФА, ВСЕ ВИДЕЛИ?

***

Женя ходила по кругу, обнимая каждую. Все весело наблюдали за ней, понимая, что лидер позволила себе расслабиться и нисколько не осуждали ее, тем более, когда они еще увидят ее настолько любвеобильной? —Саш-ша... ты такая крутая, я тебе ваще все доверяю, ты решаешь... я тебя так обожаю! Я тебя люблю, Саш-ша! — Женя повисла на плече у ошарашенной Саши. Сначала всем показалось, что она заснула в таком положении, но затем Женя повернула голову в сторону остальных — Лиза! Ты мой лучший танцор! Ты иногда такая заноза в заднице, Лиза-а... Но я тебя люблю. Ты... ты просто огонь! Тася, ты наше солнышко! Мой маленький любимый несмыш...нешмысленыш. В какой-то момент хмельная Женя замерла перед Аленой. Она долго и внимательно всматривалась в ее лицо, а потом, под радостный визг толпы поодаль и вспышки софитов со сцены, притянула ее к себе и громко, нелепо, но со всей любовью чмокнула в губы. —О-о-о-о! — Тася чуть не выронила телефон, снимая этот момент крупным планом. —ОХУЕТЬ! — Шокированно прокричала Горе и, сложившись пополам от смеха, присела на корточки. Женя лишь счастливо и немного нагло заулыбалась, уткнувшись носом в плечо Алены, которая покраснела до корней волос, но прижала Женю к себе покрепче. Они танцевали до упаду под песни какой-то местной рок-группы, названия которой никто не мог выговорить. Лиза устроила импровизированный танцевальный перформанс прямо в траве, а Саша, забросив мысли о плане поездки, просто кружилась в толпе, чувствуя себя абсолютно свободной. Тася чувствовала себя на седьмом небе от счастья, видя, что все наконец-то просто беззаботно веселятся и наслаждаются танцами.

***

Когда ноги уже отказывались слушаться, а небо начало светлеть, они, поддерживая друг друга (и особенно Женю, которая воодушевленно пыталась станцевать Микдроп под Холода в собственном исполнении), побрели к своему верному фургону. —Всех ваще, — пробормотала Женя, заваливаясь на диванчик и закрывая глаза. Она сонно, но довольно улыбнулась. — Я люблю... всех. И Германию. И сосиски. И Алену. И Элевейт. И Сашку. И Тасю. И Лизку. И Алену. И вообще... особенно Алену. Через пять минут в фургоне стоял дружное сопение, прерываемое только тихим хихиканьем Таси, которая пересматривала видео с фестиваля.