Часть 63
9 апреля 2026 г., 22:09
Глава 63
Утро у главного входа в академию всегда выглядело слишком идеально.
Широкая лестница из светлого камня, ровные линии стеклянного фасада, мягкий холодный свет раннего часа, в котором даже воздух казался прозрачным. Студенты поднимались по ступеням ровным потоком: аккуратная форма, приглушённые разговоры, планшеты в руках, лёгкий шелест одежды и шагов.
Сариэль, как и всегда, выглядел безупречно.
Светлая рубашка сидела идеально, длинные золотистые волосы были собраны с той аккуратностью, которая казалась уже не привычкой, а частью его природы. Даже в утренней спешке он двигался спокойно, словно весь этот поток людей подстраивался под его ритм.
И именно поэтому странность он заметил сразу.
Шикмуон стоял у основания лестницы, прислонившись плечом к колонне, с тем выражением полного равнодушия к миру, которое на его лице выглядело почти естественным.
Чёрная рубашка была небрежно застёгнута всего на несколько пуговиц, волосы после ветра лежали ещё более хаотично, чем обычно.
И — он был босиком.
Сариэль несколько секунд просто смотрел вниз, словно пытался убедиться, что зрение его не обманывает.
— …где твоя обувь?
Шикмуон даже не сразу понял, что именно в его виде вызывает вопрос.
Он лениво опустил взгляд на собственные ноги, будто впервые за утро вспомнил об их существовании.
— Снял.
Ответ прозвучал настолько естественно, словно речь шла о перчатках.
Сариэль медленно моргнул.
— Почему?
Шикмуон пожал плечами.
— Носить обувь слишком раздражает. Слишком тесно. И неприятно.
Он сказал это с таким спокойствием, будто объяснял нечто абсолютно очевидное.
Сариэль ещё несколько секунд смотрел на него, а затем в его глазах мелькнул тот редкий, почти опасный блеск тонкой иронии.
— Понятно. Тогда, полагаю, одежда тоже раздражает?
Он рассчитывал хотя бы на тень смущения.
Именно поэтому следующая пауза оказалась фатальной.
Шикмуон нахмурился — не от неловкости, а от того, что серьёзно обдумывал вопрос.
— Да, — наконец честно ответил он. — Это тоже неприятно.
Сариэль замер.
Шикмуон, не замечая надвигающейся катастрофы, продолжил совершенно серьёзно:
— Но мой куратор из ассоциации почти лёг у двери. Настоял, чтобы я всё-таки оделся.
На секунду в коридоре стало абсолютно тихо.
А потом Сариэль резко закрыл лицо рукой.
Плечи дрогнули.
Ещё раз.
И ещё.
Сначала это был тихий выдох, почти неотличимый от обычного вздоха.
Потом — смех.
Редкий. Настоящий. Совершенно не совместимый с его обычной невозмутимостью.
Он отвернулся к стене, вторая рука легла на живот, словно ему действительно стало трудно дышать от неожиданности.
— Ты… — он попытался сказать что-то ровно, но голос всё равно дрогнул от смеха. — Ты сейчас серьёзно описал, как взрослый куратор буквально сражался с полуголым самцом у двери?
Шикмуон посмотрел на него с искренним недоумением.
— Это был не бой. Он просто не давал мне выйти.
Это только ухудшило ситуацию.
Сариэль тихо рассмеялся уже открыто, уткнувшись лбом в ладонь, и на секунду действительно представил эту картину:
строгий куратор ассоциации, распростёршийся у двери, и абсолютно невозмутимый Шикмуон, который искренне не понимает, зачем обществу вообще нужны рубашки.
— Бедный человек, — наконец выдохнул Сариэль, всё ещё улыбаясь. — Теперь я начинаю понимать, почему у ассоциации такие высокие бюджеты на сопровождение.
Шикмуон склонил голову набок.
— Он слишком нервный.
Сариэль посмотрел на его босые ноги, потом на совершенно серьёзное лицо, и улыбка снова вернулась.
— Нет. Он просто слишком хорошо знает, с кем работает.
Шикмуон хмыкнул, будто принял это как комплимент.
И они пошли дальше по тихому коридору — один безупречно собранный, второй босиком и совершенно довольный жизнью.
И, пожалуй, именно в такие моменты их странное взаимодействие начинало работать особенно хорошо.
