Страх высоты

      Уром Дастин проснулся один. И хотя ему стало намного лучше, от температуры не осталось и следа, и насморка тоже почти не было, ему все равно было плохо. Он-то понадеялся, что Тони останется подольше, раз уж он решил оставить все как есть.       Лежать в постели Дастину уже надоело, а потому он решил встать и, наконец, умыться и нормально поесть. К счастью, Сюзен, как всегда, оставила много еды в холодильнике перед своим отъездом. Когда Дастин шел в ванную, ему показалось, что он слышал голоса из гостиной, но он не обратил на это внимание, решив, что это вернулась Алекса со своим парнем.       После душа Дастин оделся, чтобы не смущать гостя, а уже потом спустился на первый этаж на кухню, чтобы раздобыть еды. Все это время он думал о Тони и о том, как себя теперь с ним вести. С одной стороны, все было ясно: Тони решил, что им стоит остановиться и продолжать жить так, как они жили до всего этого, ведь так было лучше. Но с другой… как Дастин мог игнорировать человека, который показал свою другую, мягкую и заботливую сторону. А еще он сказал, что Дастин ему нравится. Впервые сказал это прямо.       В общем, Дастин был в полном замешательстве. Головой он понимал, как сделать будет правильно, но сердце этого совсем не желало. Думая об этом, Дастин залез в холодильник. Еды там было много, но аппетит совсем пропал. И все-таки нужно было съесть хоть что-то, а потому он достал первый попавшийся контейнер и стал выкладывать его содержимое на тарелку, чтобы разогреть.       Как только микроволновка заработала, голоса в гостиной вдруг притихли. Дастин этого даже не заметил, он весь был погружен очень глубоко в свои мысли. Он на автомате загрузил пару хлебцев в тостер и поставил чайник. Стоя спиной ко входу, Дастин не увидел, что в кухне появились еще двое, а потому он сильно испугался, когда заговорила Алекса. — Доброе утро. — сказала она.       Дастин вздрогнул и обернулся. Все мысли из головы тут же вылетели. Алекса стояла у островка и вертела в руке виноградинку. А рядом с ней оказался вовсе не Джек, а Тони. Дастин потерял дар речи. Он смотрел то на сестру, то на Тонги и не мог понять, что вообще происходит. — Температуры больше нет? — спросил Тони.       Дастин даже не знал, можно ли ему отвечать. А если и можно, то что именно. Тони ведь так пекся за свою репутацию, что даже нашел себе девушку, чтобы ничего не испортить. Он, конечно, не был в курсе, что Алекса уже давно обо все догадалась. И Дастин не знал, можно ли ей знать об этом. Поэтому он стоял и молча смотрел то на нее, то на Тони, не зная, что вообще сказать. — Если встал с кровати, значит нет. — ответила за него Алекса. — Я же говорил, будешь как огурчик. — улыбнулся Тони.       Дастин же начал сомневаться, что он проснулся. Сны при температуре могли быть и не такими. Он еле сдержался, чтобы не ущипнуть себя. Отвлек его только сигнал микроволновки, ознаменовав, что еда готова. Чтобы не смотреть больше на эту странную картину, Дастин отвернулся и стал вытаскивать горячую тарелку с холодной едой. — А ты чего здесь? — спросил он, обращаясь к Тони, а голос постарался сделать как можно более безразличным. — Джек, придурок, пошел со своими друзьями куда-то, а меня бросил. — ответила Алекса, решив, что брат обращается к ней. — Мы вообще-то с ним планировали гулять сегодня весь день. Но что поделать, друзья ему важнее, чем любимая девушка. Зачем мы вообще с ним помирились? Это все Хлои виновата и та вечеринка. — Тебе и правда давно стоит с ним порвать. — сказал Дастин, решив не говорить, что обращался он вовсе не к сестре. — Он тебя не стоит. — Я знаю, я для него слишком идеальна. — усмехнулась Алекса. — Но сердце всегда выбирает кого-то недостойного, не так ли?       Дастин ничего не ответил, потому что Алекса была просто чертовски права. Вокруг было так много красивых девушек и очень классных парней, но Дастина угораздило влюбиться именно в того, с кем отношения грозили быть всегда запутанными, непонятными и опасными. Но даже зная это, Дастин ничего не мог с собой поделать. — Ладно, я пойду выгуляю Луну. — сказала Алекса и подмигнула Дастину. Тот чуть не подавился.       Девушка ушла, а Тони, проводив ее взглядом, сел за стол. Дастин же поставил тарелку с едой рядом и стал готовить себе чай, стараясь не думать о том, что происходит, и насколько много Алекса уже знает. — Тебе сделать чай? — спросил Дастин из вежливости. — Мы только что ели. — ответил Тони, и только тогда Дастин заметил в раковине немытую посуду. — Я порвал с Челси.       На этот раз Дастин подавился, а чайник с кипятком чуть не вывалился у него из рук. — Ты сделал что? — переспросил он, откашлявшись. — Мы много говорили с твоей сестрой все утро. Вы в вашей семье все такие идеальные? Может, у вас есть хоть какие-то изъяны? Хоть у кого-то? — И о чем вы говорили? — О многом. Не хочу все пересказывать. Просто хочу, чтобы ты знал, что я сегодня пойду и расскажу все родителям. — Это не самая лучшая идея. Твой отец тебя убьет. — А разве ты не этого хотел? — Чтобы тебя убили? Может я и хотел этого раньше, но это было давно, и ты сам был в этом виноват. А сейчас я думаю, что тебе лучше промолчать. Пока что. А потом ты поступишь, уедешь, и смерть тебе грозить не будет. Тогда и поговори с ними. А сейчас не время. — А по-моему, сейчас самое время. Потом я просто не решусь. И только сейчас я понимаю, что могу потерять. В другие моменты, уж извини, ты не кажешься мне настолько близким. — Мы и так не так уж и близки. И то, что ты хорошо познакомился с моей сестрой и переночевал у меня один раз, ничего не меняет. Поэтому не смей ничего говорить. Тебе это так нужно? До этого ты же как-то жил. — Ага. — Тони горько усмехнулся. — Но при этом у меня нет ни настоящих друзей, ни настоящей девушки, которая бы мне хоть немного нравилась, а мои родители при этом меня даже не знают. — И что изменится, если ты все им расскажешь? — Ты же сам этого хотел. — Я передумал. Ты переубедил меня, я был не прав, извини. Доволен? — Я просто вдруг понял, что против меня будет вовсе не весь мир. Есть и те, кому в целом плевать на то, что у меня в личной жизни происходит. — Ты имеешь в виду Алексу? Я имею в виду, только она? А как же твои друзья? Я не хочу, чтобы ты остался и без друзей, и без родителей. — Переживаешь за меня? — Тони заулыбался. — Представь себе! — а вот Дастину было не до смеха.       Он и правда раньше не понимал, почему Тони так сильно печется о том, чтобы скрыть свою ориентацию. Он не понимал, почему Тони только из-за влюбленности стал таким несносным. Оказалось, они просто жили в разных мирах. У Дастина было все: у него были самые лучшие и понимающие родители, у него были классные друзья, его оценки были идеальными, а потому его уже по рекомендации ждали в бостонском университете после окончания школы, у него была самая лучшая на свете сестра, и жил он в районе, где стояли только богатые особняки, внешность у него была очень даже привлекательная, и с самооценкой все было в полном порядке.       Тони же не имел ничего из этого. У него была, разве что, хорошая внешность и физические данные. Дом у него был старый и маленький, он ни разу не приглашал туда своих друзей, стесняясь. Дорогую одежду он позволить себе не мог, а потому носил обноски, которые где-то добывали родители. Родители же для него были лишь теми, на ком лежит обязанность воспитывать и кормить его. Они не были близкими людьми, а скорее просто сожителями или соседями по общежитию. Настоящий друзей у Тони тоже не было. Он водился с Риком и Харви только потому, что с ними было безопасно. Но настоящими друзьями они никогда не были, учитывая, что им Тони боялся рассказать слишком много, или просто привести их к себе домой. И самооценка у этого бедняги тоже была ниже некуда. Но видно этого, конечно, не было, ведь тусил Тони с «крутыми» ребятами. — Я уже все обдумал. — вздохнул он. — Но если мы больше не увидимся, знай, что они упекли меня в психушку или в церковную школу. — Это не смешно, Тони. — нахмурился Дастин. — Правда, хватит. — Я же должен как-то перебороть свой страх. Тем более с Челси я уже порвал. Положил начало, так сказать. — Может еще и на выпускной вместе пойдем? — пошутил Дастин. — Ну нет, это слишком. — Тони поморщился. — Пока что я просто хочу сказать родителям. — Ладно. Но когда тебя изобьют до полусмерти, не прибегай ко мне плакаться. Я все еще помню, что от тебя натерпелся за эти годы. — Я понял.       После обеда тони ушел домой. А Дастин не находил себе места. Не нужно было становиться экстрасенсом, чтобы знать исход этого разговора. Тони точно побьют и выгонят из дома. Алекса, узнав о том, какие у Тони родители, тоже стала сама не своя. Оказалось, это она уговорила Тони все им рассказать. Вот только она с Тони никогда не дружила, а потому не знала, кто его родители. Дастин рассказал ей все, и теперь она чувствовала себя ужасно виноватой. Дастин успокоил ее, ведь с одной стороны, все это было правильно.       Чтобы отвлечься, Алекса стала чуть подробнее расспрашивать об их отношениях. Дастин даже не знал, что рассказать об этом. Отношений ведь не было. Они были влюблены, целовались несколько дней у Дастина в комнате, но это вообще ничего не значило. Это была лишь интрижка, которая уже даже успела закончиться. А теперь Дастин не знал, что между ними, это обсудить они пока не успели. Да и Дастин все еще не хотел начинать отношения перед своим переездом в Нью-Йорк. Встречаться с кем-то на расстоянии — самое мучительная пытка. А Тони, если говорить начистоту, никогда не суметь поступить в Нью-Йорк. Во-первых, у него были плохие оценки, а во-вторых, у него просто не хватило бы на это средств.       Родители Дастина заранее позаботились о детях и купили небольшую квартирку недалеко от университета, в который поступил Дастин и куда собиралась поступать Алекса. И обеспечивать детей они собирались до тех самых пор, пока они окончательно не встанут на ноги. Средства им это позволяли, и потому они не хотели, чтобы им детям пришлось совмещать учебу и работу. В общем, у Дастина уже все было в Нью-Йорке схвачено.       А вот у Тони не было ничего. Куда он собирался поступать, Дастин не знал, это они никогда не обсуждали. Но догадаться было не так сложно. Они жили в пригороде Питтсбурга, так что где-то там он и найдет себе колледж. И ему придется работать, чтобы обеспечить себя и оплачивать учебу, стипендия ему не светит.       После того, как он поговорит с родителями, у него не останется вообще больше никакой, даже самой незначительной, поддержки. В общем, Тони наверняка останется в Питтсбурге, где будет не так тяжело. А Дастин уедет в Нью-Йорк, и увидеться они смогут разве что по видеосвязи. Поэтому сейчас начинать какие-то более серьезные отношения было глупо. И оставлять все как есть тоже неправильно. Нельзя было окончательно привязываться друг к другу и начинать друг от друга зависеть. Правильнее было все закончить. Даже если Тони, наконец, перестанет скрывать свою ориентацию от других.       День перерос в вечер, а вечер в ночь, а от Тони так и не было ни единой весточки. Дастин стал переживать, а не убили ли его вообще. На сообщения он не отвечал, а телефон был выключен. Переживания в итоге перекинулись и на Алексу. Родители, которые вернулись домой, решили, что дети просто поссорились друг с другом. Такое часто бывало, но в последнее время они, наоборот, только больше сблизились.       После ужина Сюзен убедилась в том, что Дастин совсем выздоровел, и разрешила ему почти в школу после выходных. После родители снова увязли в работу в своем кабинете, а Алекса и Дастин уселись в гостиной на диван перед телевизором, чтобы хоть как-то отвлечься. А когда фильм почти дошел до конца, телефон вдруг оповестил о новом сообщении. — Тони? — обеспокоенно спросила Алекса.       Дастин включил телефон. Сообщение и правда было от Тони. Он кивнул сестре и побежал в кабинет родителей. Тони просил Дастина забрать его. — Мам, пап? — позвал Дастин, постучавшись в дверь и слегка ее приоткрыв. — Да? — спросила Сюзен. — Могу я взять вашу машину. Ненадолго. — Возьми. Но будь осторожен. — Спасибо.       Пока Тони накидывал на себя кофту и брал ключи с крючка в прихожей, Алекса наблюдала за ним, не решаясь напроситься с ним. Она все еще чувствовала себя сильно виноватой, а раз Дастин так засуетился, то не зря. Поэтому она лишь молча проводила брата глазами, а сама ушла в свою комнату.       Права у Дастина уже были, а вот машину ему обещали подарить на выпускной, чтобы в университете ему было на чем передвигаться. На родительской же машине Дастин уже успел прокатиться больше десятка раз, а потому, сев, он сразу поехал. Дом Тони находился в другом районе, недалеко от Дома Хлои.       Уже подъезжая, Дастин заметил одинокую фигуру на ухоженном газоне. Тони сидел прямо на траве, опустив голову на согнутые колени. Он был в той же одежде, что и утром. Крови Дастин не увидел, но это его не успокоило.       Припарковав машину на обочине, Дастин вышел и подошел к Тони. Тот даже не поднял голову. Дастин даже решил, что он мертв. Он опустился на колени рядом и аккуратно коснулся головы Тони, но тот не шелохнулся. — Ты просил не прибегать к тебе. — прозвучал хриплый голос. — Поэтому я попросил прибежать тебя. — несмотря на то, что Тони голову так и не поднял, и Дастин лица его не видел, было очевидно, что Тони шутит.       Дастин вздохнул и обеими руками поднял лицо парня перед собой. Как только лицо попало под свет фар, Дастин охнул. От этого красивого лица и живого места не осталось. Глаза опухли настолько, что не открывались полностью, все губы были в крови, на скулах виднелись синяки. Дастин был уверен, что в таком состоянии не только лицо, но и все остальное. Тони прикрылся шуткой, но на деле он сам бы просто не добрался до его дома.       Дастин не мог видеть это. Он аккуратно приблизился и обнял Тони. Только тогда Тони перестал выдавливать из себя жуткую улыбку. Он вцепился в кофту Дастина и, всхлипнув, расплакался. Дастин поглаживал его по голове, прижавшись щекой в макушку. — Ты молодец. — прошептал он. — Все хорошо. — Я плохой человек. — сказал Тони сквозь слезы и всхлипы. — Но хотя бы ты меня не бросай. — Конечно нет. — Дастин тоже еле сдерживался, чтобы не расплакаться. — Пойдем в машину, уберемся отсюда.       Как Дастин и думал, Тони еле ходил. Ему, видимо, сильно ударили по ноге, так что он сильно хромал. А еще, кроме всего прочего, шея Тони была синей. Отец пытался придушить его. И от этого Дастину было так больно. Он не понимал, как родной человек может желать убить своего же ребенка. Какой бы он ни был. Тони часто издевался над Дастином, но даже у него не было мысли его убить. Зато у родного отца такие мысли не только проскользнули в голове, но и даже почти довели до дела.       По дороге домой Дастин остановился у круглосуточной аптеки и купил там антисептик для ран, вату и пластыри. Когда он вышел, Тони уже сидел на лавочке рядом. Плакать он перестал, но выглядел ужасно. Дастин устроился рядом и стал открывать антисептик. — Они выгнали меня из дома. — сказал Тони безжизненным голосом. — Даже не дали собрать вещи. — Ты знал, что так будет. — вздохнул Дастин и, налив на кусочек ваты антисептик, прижал его к ране на брови. Тони наморщился и зашипел. — Терпи. Уверен, все у тебя будет хорошо. Мы что-нибудь придумаем. Тебе ведь всего восемнадцать, твоя жизнь только начинается. И пусть она начинается без тех людей, которые тебе не нужны. Даже если они твои родители. — Легко тебе говорить. — Ага. Сейчас будет больно. — Дастин взял новую ватку и провел по скуле, где была рана сильнее. Тони не был готова даже после предупреждения, а потому непроизвольно схватился за бок Дастина с такой силой, что наверняка оставил синяк. Дастин даже не шелохнулся. — Думаешь, твои родители не будут против, если я переночую у тебя еще раз? — Думаю, они поймут. Но куда ты пойдешь потом? — Придумаю что-нибудь. В конце концов мне не обязательно ходить в школу. Я могу устроиться на работу и найти себе жилье. — Я могу попросить родителей… — Не смей! — перебил Тони. — Не делай меня еще более жалким, чем я есть. Я сам все решу. — Ладно. Но хотя бы дай мне приклеить тебе пластыри.       Когда ребята подъехали к дому Дастина, они увидели знакомую машину. Она принадлежала Харви. А сам Харви стоял рядом. Дастин подъехал к гаражу и посмотрел на Тони. Тот выглядел сильно озадаченным. — Что он здесь делает? — спросил он. — Это твой друг, тебе лучше знать. — ответил Дастин. — Да черт, что за день сегодня такой?! — Тебе не обязательно говорить с ним обо всем этом. Я пойду прогоню его. — Не надо. Раз уж я начал, то пора бы и закончить. — Тогда вся школа будет знать. — Плевать. От меня отказались родители, что может быть хуже этого? — Да уж. Ладно, идем.       Как только Дастин и Тони вышли из машины, Харви направился к ним. Увидев, что с лицом его лучшего друга беда, Харви, на удивление Дастина, не рассмеялся и даже не попытался пошутить. Он, наоборот, напрягся и стал выглядеть еще более серьезным. — Мне остаться? — спросил Дастин. — Нет, все нормально. — ответил Тони. — Ладно. Эй ты, не смей бить его даже легонько. — обратился Дастин уже к Харви. — Мой отец занимался боксом, и он дома. — Тебе сказали идти отсюда. — грубо сказал Харви.       Дастин снова посмотрел на Тони и, слегка улыбнувшись ему, ушел в дом. Оставлять Тони без присмотра он не собирался, так что он сразу пошел в гостиную, окно которой как раз выходило на подъездную дорожку. Там он обнаружил Алексу, которая уже устроилась у окна. — Твоих рук дело? — спросил Дастин. — У Джека как раз был номер Харви. — ответила девушка, не отводя глаз от происходящего снаружи. Дастин подошел и увидел, что Харви и Тони о чем-то очень серьезно говорят, но дракой, к счастью, и не пахнет. — Думаешь, это хорошая идея? — спросил Дастин. — Должна же я была как-то все исправить. Если родители его не примут, у него должен быть хоть кто-то. — Но почему Харви? — Макс, друг Джека, хорошо с ним знаком. Он сказал, что этот Харви не гомофоб, как Рик. И что друг он очень хороший. Я решила рискнуть. Друг Тони очень нужен, как ты считаешь? — Остается надеяться, что друг из Харви и правда получится неплохой.       В подтверждение этих слов парни за окном вдруг по-дружески обнялись. Харви стоял к окну спиной, и не видел, что за ними наблюдают. А вот Тони заметил это почти сразу. Теперь он улыбнулся Дастину и Алексе. Девушка показала пальцы вверх и ушла от окна, а Дастин улыбнулся в ответ и отвел взгляд.

20.06.2026