По ту сторону разума.

Утро встретило их тишиной и мягким светом, пробивающимся сквозь неплотно задёрнутые шторы. Где-то за окном чирикали птицы, в соседней квартире кто-то включил телевизор, но здесь, в этой комнате, было только тепло. Ёшка проснулся первым, тихонько потягиваясь в объятиях друга. Он лежал на боку, уткнувшись носом в грудь Краткого. Его голова покоилась на плече малинового, рука — на его талии, ноги переплетены с ногами. Тело ещё помнило вчерашнее напряжение, но сейчас оно было расслабленным, тёплым, почти невесомым. Он приоткрыл глаза и замер. Краткий спал. Его лицо было спокойным, без обычной хитринки и улыбки. Короткие малиновые волосы торчали в разные стороны, разбросавшись по подушке, одна прядь упала на лоб. Осторожно, чтобы не разбудить, Ёшка провёл пальцами по его лбу, заправляя прядь за ухо. Краткий пошевелился. Чуть сжал руку на талии Ёшки. — Доброе утро, — прошептал он сонно, не открывая глаз. — Ты не спишь? — удивился Ёшка. — Я сплю. — Краткий улыбнулся, всё ещё не открывая глаз. — Но я чувствую, когда ты на меня смотришь. Ёшка покраснел. Слегка поерзал в сторону, но Краткий не дал — притянул его ближе, уткнувшись носом в его волосы, вдыхая приятный аромат лавандового шампуня. — Не уходи, — пробормотал он. — Рано ещё. — Уже утро, — тихо сказал Ёшка. — Ну и что. Утро — это не повод вставать. Ёшка фыркнул. Уткнулся носом в его плечо и закрыл глаза. Он чувствовал тепло чужого тела, ровное дыхание, запах сна и чего-то родного. И ему не хотелось вставать. Совсем. — Краткий, — позвал он. — М? — А мы теперь… Ну.. Краткий открыл глаза. Посмотрел на него — не сонно, а серьёзно, мягко. – Ну? – Пара?. – тихо сказал Ёшка, слегка зажимаясь, будто стесняясь своего голоса. Краткий улыбнулся нежно, потрепетал того по волосам сняв напряжение с его плеч. – Если хочешь, то конечно. Ах ты чертенок.. Опять на меня выбор свалил, деспот.. Ёшка покраснел слегка. – Хочу.. – Ну вот и все, – Краткий смотрел на своего "теперь парня" еще не переставая улыбаться, – мой ты неуверенный милашка. Малиновый растрепал его волосы, заставляя издать звук сопротивления со стороны сиреневого. Они лежали ещё несколько минут. Потом Краткий поцеловал его в лоб, в нос, в щёку и сказал: — Ладно. Давай завтракать. — Не хочу. — Ёшка. — Не хочу вставать. — Тогда я сам завтрак сделаю, а ты лежи, — Краткий приподнялся на локте. — Но потом догоняй. — Не догоню, — пробормотал Ёшка, глубже зарываясь в теплое одеяло. — Дурак, — усмехнулся Краткий и чмокнул его в кончик носа. — Я буду ждать. Ты же знаешь. Он встал с кровати, потянулся — и пошёл на кухню. Ёшка смотрел ему вслед, укутанный в одеяло, и улыбался.

***

На кухне пахло омлетом и свежим хлебом. Краткий стоял у плиты, сосредоточенно помешивая что-то на сковороде. Ёшка наконец выбрался из комнаты, натянув одну из майк Краткого — большую, мягкую, пахнущую домом. — Ты любишь готовить? — спросил он, садясь за стол. Краткий замер на секунду, затем накрыв омлет крышкой повернулся к Ешке. – Не очень, но я люблю готовить для своего любимого парня, – подмигнул он. Ёшка вспыхнул румянцем, выпрямляясь в спине как по щелчку. – Блять, Краткий, это очень странно звучит! – протестует он, пока второй заливается смехом на всю кухню. Через пару минут уже спокойной болтовни он поставил перед Ёшкой тарелку с омлетом и чашку с чаем. Рядом — маленькое блюдце с клубникой. — Это… — Ёшка запнулся. — Это просто завтрак, — сказал Краткий, садясь напротив. — Я не подсыпал туда ничего странного. — Я не о том, — Ёшка смотрел на тарелку. — Ты просто… – он замолчал на долгую секунду – ты всё время делаешь что-то приятное. И я не знаю, как тебе отвечать. — Не надо отвечать, — ответил Краткий, отпивая чай. — Просто принимай. Это не сделка. Я просто хочу, чтобы тебе было хорошо, Ёшенька. Ёшка смотрел на него долго. Потом улыбнулся, взял вилку и начал есть. Омлет был вкусным. Чай — горячим. Утро — светлым.

***

После завтрака они пошли гулять. Краткий предложил прогуляться по городу — просто так, без цели. Ёшка согласился, хотя на улице было прохладно. Краткий завязал ему шарф (прямо перед выходом, пока Ёшка пытался надеть кроссовки) и сунул в карман тёплые перчатки. — Ты как моя бабушка, — проворчал Ёшка. — Твоя бабушка целовала тебя в лоб на прощание? — спросил Краткий. — Нет… — Ну вот. — Краткий чмокнул его в лоб. — Так что я не бабушка. Они шли по тихим улицам, мимо домов и ещё сонных магазинов. Дышали прохладным воздухом, держались за руки, и это было так просто и так правильно, что Ёшка почти не верил, что это происходит с ним. — Мне нравится, — вдруг сказал он. — Что? — Всё. — Он сжал пальцы Краткого. — Это всё. Краткий остановился. Посмотрел на него внимательно. – Мне тоже нравится. Особенно ты. – Эй, хватит блин!. – после долгого молчания он все же добавил – мне тоже.. Краткий улыбнулся и подхватил того под локоть. Они прошли через парк, посидели у фонтана — пока Ёшка не замёрз, и Краткий не заставил его встать и двигаться. Зашли в маленький магазинчик, где продавали открытки и странные игрушки. Купили немного продуктов на ужин, потому что Краткий сказал, что «готовить дома гораздо уютнее, чем заказывать».

***

– Такк.. По твоему списку нам осталось купить зелень.. лук.. молоко.. и.. – Ёшка замер, вглядываясь в бумажку. – зубная щетка x2? Это что такое? Краткий прыснул в кулак, оставляя тележку в стороне. – Это означает две зубные щетки, глупенький. – он похлопал его рукой по макушке. – Ээ.. А зачем?. – Ну ты чего? Тебе одна и мне. – А тебе зачем? – Просто хочу.. Ёшка сощурил глаза но все равно сложил две щетки в корзину – лиловую и красную.

***

Вернулись они домой только под вечер. Ёшка заканчивал раскладывать продукты. Всё по своим местам: яйца на верхнюю полку, молоко — на среднюю, сыр и колбаса — в отдел для овощей. Ему нравился этот процесс, эта маленькая, спокойная работа. Она помогала ему чувствовать себя здесь не гостем, а своим. Он как раз закрывал холодильник, когда на его талии сомкнулись тёплые ладони. Ёшка вздрогнул, но не испугался. Он уже знал эти руки, знал этот запах, знал эту улыбку, которая, скорее всего, сейчас расплывалась на лице Краткого. — Ты чего? — спросил Ёшка, не оборачиваясь. — Ничего, — голос Краткого был тихим, чуть хрипловатым. — Просто смотрю на тебя. — На что? — На тебя. — Краткий притянул его ближе, разворачивая к себе лицом. — Ты такой домашний. Я даже не знал, что мне это так нравится. Ёшка покраснел. Отвёл взгляд. — Я просто продукты убрал… — Я знаю. — Краткий коснулся его щеки, поворачивая голову обратно. — И мне нравится, что ты это делаешь. Нравится, что ты здесь. Он наклонился и поцеловал его — медленно, мягко, будто пробуя на вкус. — У нас сегодня будет немного экзотичный вечер, — прошептал Краткий, отстраняясь. — Экзотичный? — Ёшка приподнял бровь. — Я хочу подарить тебе незабываемые эмоции. Мы оба немного расслабимся, милый. Ёшка смотрел на него. В голове мелькнула мысль — та самая, от которой лицо вспыхнуло алым румянцем. Он попытался её прогнать, но Краткий уже всё понял по его глазам. — О чём ты подумал? — спросил он с хитринкой. — Ни о чём! — слишком быстро ответил Ёшка. Краткий усмехнулся, снова притянул его к себе и поцеловал — уже глубже, настойчивее. Ёшка не сопротивлялся. Они целовались, медленно перемещаясь по квартире. Краткий не отрывался от его губ — будто не мог насытиться. Ёшка пятился назад, пока не упёрся спиной в диван. Краткий мягко толкнул его, укладывая на мягкую поверхность. Снова поцеловал — теперь уже не в губы, а в шею, ключицу, спускаясь ниже. Его пальцы ловко расстёгивали пуговицы рубашки Ёшки, оголяя кожу. — Краткий… — выдохнул Ёшка. — Я не уверен, что… — Всё будет хорошо, — Краткий прикрыл его рот ладонью. — Тебе понравится. Просто наслаждайся, Ёшенька. Ёшка посмотрел на него. В глазах Краткого была такая нежность, что он не смог отказать. — Ладно… как скажешь, — прошептал он. Краткий улыбнулся и продолжил. Его руки скользили по телу Ёшки — по груди, по животу, по бёдрам. Он не спешил, наслаждался каждым прикосновением, но Ёшке казалось, что время тянется бесконечно. Он ёрзал, сжимал край дивана, чувствуя, как внутри разливается горячая волна. Неизбежность происходящего уже не пугала — она манила. Краткий открыл банку со смазкой, и через мгновение пальцы уже скользили внутри Ёшки, заставляя того постанывать. Ёшка закусывал губу, пытаясь сдержать звуки, но извращённые стоны всё равно вырывались наружу, заставляя его щёки гореть ещё сильнее. — Краткий… — прошептал он. — Я думаю, я уже готов. Краткий кивнул. Аккуратно перевернул его, закидывая ноги себе на плечи. Вошёл медленно — и в конце резким толчком до конца. Ёшка вскрикнул. — Так грубо! — выдохнул он. — Хехе, — только усмехнулся Краткий. Он двигался в среднем темпе, сжимая бёдра Ёшки. В какой-то момент он остановился, обхватил его член пальцами, дразня и играя. — Краткий! — простонал Ёшка. — Я не могу… Давай продолжим… Прошу… — Я подумаю, — ответил Краткий. — Умоляю… — голос Ёшки сорвался. Он попытался сам продолжить движения, но Краткий придержал его. Малиновый замер на мгновение, глядя на смущённое лицо под ним, на его слабые попытки взять контроль в свои руки. И почувствовал, как это возбуждает его ещё сильнее. — Ты такой красивый, когда просишь, — прошептал он. И резко продолжил движения. Теперь темп был другим — быстрее, грубее, страстнее. Ёшка стонал, вцепившись в его плечи, не в силах сдерживаться. Их тела двигались в такт, освещённые лишь лунным светом, проникающим через шторы. Краткий резко вжал Ёшку в диван, сделал несколько глубоких толчков и кончил, заполняя его теплом. Не отпуская, он наклонился к его члену, провёл языком, взял в рот — и через пару минут отправил своего парня на небо от блаженства. Ёшка излился с громким стоном, выгибаясь. — Прости… можно не глотать, — прошептал он смущённо. Краткий выпрямился и проглотил. Вытер губы и смачно поцеловал Ёшку. — Крат, — выдохнул тот, — я не дойду до душа… — Ну и к чёрту, — ответил Краткий. Он приобнял Ёшку, укладывая его на себя. Они лежали на диване, всё ещё без одежды, обессиленные и счастливые. — Тебе хоть понравилось? — тихо спросил Краткий. Ёшка, уже почти провалившийся в сон, активно закивал. Краткий улыбнулся. Прижал его к себе покрепче. — Спи сладко, — прошептал он, целуя его в макушку и закрыл глаза.