Learn to Breathe

      – Я уеду к отцу на выходные, – Сугуру сказал, пару раз щёлкая по мышке. – Ну, свадьба там, подготовка и всё дела.       – Ты уже в третий раз мне это говоришь, – Нанами не отнимал взора от монитора.       С самого утра Сугуру был сам не свой, поздравил его коротко и как-то нервно предложил выехать на работу. Нанами не обижен, просто как-то всё подозрительно складывается…       – Я просто волнуюсь. Не знаю, – Сугуру вздохнул. – Нет, я знаю, что отцу будет хорошо с Хиро-саном, но…       Нанами кивнул.       – Понимаю, просто не торопись с выводами. Хиро-сан – хороший мужчина.       Сугуру молчал, он и не спорит, даже прекрасно это понимает. Просто… это была отмазка, чтобы отвлечь внимание Нанами и вечером неожиданно его поздравить.       После работы Сатору предлагал им всем сходить в бар, но Сугуру с Нанами отказались. Сатору хотел настоять, но Гето смотрел в телефон, с кем-то активно переписывался и скрылся за поворотом. Первое, что Сатору подумал: идёт на свидание с Хайбарой?       Но нет. Юрист оставался в офисе после работы, заваленный бумагами.       Значит, не с Хайбарой. Может, тогда у него были свои личные дела?       – Пойдёмте, Годжо-сан! – Аяка обратилась к застывшему начальнику.       – Д-да, поехали.       Пока коллеги шли в сторону бара, Сугуру был занят своими мыслями, направляясь в сторону своей подруги. Сёко и Утахиме ждали его в своей квартире; где-то к восьми они должны собраться вместе с оставшимися друзьями и поздравить Нанами.       В квартире Сугуру поужинал и сейчас они все сидели в небольшой гостиной, обсуждали разное, и в какой-то момент разговор зашёл о Юмеко. Раньше она какое-то время жила с девочками, но позже съехала от них.       – Она сейчас с Нанами, – прокомментировала Сёко, посасывая чупа-чупс и листая ленту социальной сети. Она лежала на полу, откинувшись спиной к стене.       – Они ещё не встречаются? – Утахиме лежала рядом, не отрывалась от своего телефона.       Сугуру сидел напротив них в позе лотоса, пытался упаковать свой подарок в подарочную упаковку.       – Не-а, но она говорила, что признаётся сегодня, – шатенка задумалась, отложила смартфон в сторону. – Но она говорила об этом две недели назад. Эй, Сугуру. Нанами что-нибудь говорил про это?       Сугуру лишь пожал плечами, увлечённый своим делом.       – Нет. Мы не обсуждаем отношения друг друга.       Девушки лишь цокнули, и шатенка продолжила.       – В последнее время Юмеко отдалилась от нас. Мы практически не общаемся с ней, ну, если быть точнее, она с нами.       – Да она странная стала в последнее время, – Утахиме поддержала свою подругу, даже от интереса отложила телефон в сторону и поддалась вперёд.       – Может, настроения нет? – Сугуру не общался с ней, и обсуждать её с подругами не мог. Да он вообще про существование этой девушки узнал относительно недавно.       – Ну, допустим, – Сёко лишь вдумчиво кивнула.       Когда подарок наконец-то был красиво упакован, Сугуру осмотрел свою упаковку — чуть-чуть кривую, но всё же упакованную с душой и любовью.

***

      Нанами весь день ждал вечера. Не потому что заканчивается работа, а потому что Юмеко наконец-то согласилась прийти к нему. Может быть, он тот ещё извращенец, может быть, просто мужчина, который не выпускал пар последний месяц, — Нанами это мало волновало.       Он встретил Юмеко возле своей квартиры, поздоровались и обменялись последними новостями.       Девушка смущённо касалась своих пальцев, а в лифте не смела даже поднять голову.       Нанами думал: если посмотрит на меня — поцелую, но Юмеко даже не повернулась к нему.              Когда они переступили порог квартиры, Нанами не выдержал и прижал девушку к стене, впиваясь в губы.       Юмеко опустила руки на крепкие плечи, охотно отвечала на поцелуй, но спустя секунду она попыталась его остановить.       – С-стой! – Юмеко напоминала себе, что не для этого сюда пришла…!       Однако дикое желание и возбуждение изнывало внутри неё, а между ног начало пульсировать.       – Не переживай, Сугуру не будет в квартире до понедельника, – Нанами шепнул ей в губы, сжал её щёки крепко и снова накрыл девичьи губы.       Юмеко что-то промычала, а потом сдалась. Да она даже не пыталась сопротивляться. Потому что сама хотела этой близости, потому что соскучилась.       Она завела пальцы в его светлые пряди, сжала их, прижимая к себе. Нанами и не планировал разрывать поцелуй, только наклонился и приподнял девушку за бёдра, заставляя её обхватить его крепкий торс ножками.       Он нёс её в сторону своей спальни.       Кинул девушку на матрас. Юмеко только пискнула от такой неожиданности, но не успела вставить слово, как Нанами навалился сверху. Коснулся её шеи властно, так по-собственнически, что девушка лишь выдохнула, раздвигая ноги и приглашая этого мужчину.       Пока она помогала мужчине стянуть с себя одежду, Юмеко думала про себя: «У нас ещё есть час до поздравления… главное — вовремя остановиться!»       Нанами не знал о её мыслях. Он целовал её шею, плечи и спускался ниже. Юмеко зажмурилась, отключая тревожные мысли. В конце концов, если они не вложатся в это время… она придумает что-нибудь. Слишком хорошо, чтобы прерывать процесс, останавливать Нанами, который удобно устроился между её ног.       Думал ли Нанами о том, что друзья могут вломиться в квартиру и устроить неожиданное поздравление? Вообще нет. Сугуру уехал, Сёко писала, что заболела, Утахиме молчала в общем чате. И сейчас вообще не до них.       Он просто наслаждался тем, чего у него долго не было: женским, разнеженным телом под ним и упивался её сладкими стонами.       Юмеко забылась в своих чувствах и возбуждении: всё же Нанами — самый лучший партнёр, который у неё когда-либо был.       Она теряла здравый рассудок в его крепких и сильных руках, в его стонах и шёпоте. План с поздравлением совсем вылетел из головы, а её собственные мысли с признанием и вовсе улетучились из головы. Она раздвигала ноги шире и требовала ещё и ещё, ещё и ещё.       Они оба знали, что час — это ничто. Что его не хватит, чтобы насытиться друг другом. Но время, отведённое им, проходило так быстро, что девушка молилась всем богам, чтобы время остановилось. Каждый раз, когда толчки заканчивались, Юмеко отдавала себе отчёт, что сейчас остановит мужчину, но вместо нужных слов с её губ срывались другие. Нанами целовал так, что мысли о вечере, о чёртовом признании, о гостях, которые вот-вот сейчас будут в квартире, — всё это превратилось в шум на заднем плане.       Она опустилась ниже, когда мужчина выпрямился.       Нанами запрокинул голову, когда её губы коснулись его живота, потом ниже и ниже. Юмеко действовала уверенно, будто знала, что делает, хотя внутри всё дрожало от нетерпения.       Он ничего не сказал, только завёл пальцы в её тёмные локоны и крепко сжал, прижимая к своему паху.       Юмеко послушно раскрыла губы и вобрала в рот половину длины.       О боже.       Как же Нанами просто давно не чувствовал этого.       Он успел откинуть голову назад и застонал от удовольствия, не замечал никого и ничего вокруг: только губы этой девушки.       Но счастье длилось недолго. Дверь спальни распахнулась так резко, так быстро, что Нанами не сразу понял, что к чему.       – С днём рождения! – грянуло хором.       Сёко, Утахиме, Сугуру и ещё двое друзей Нанами застыли на пороге. У каждого в руках было что-то: торт, пакеты, бутылка шампанского.       Нанами замер, разжал пальцы, а Юмеко… пока она отодвинулась, чуть ли не давясь членом во рту, и прикрывалась простынёй.       В спальне стояла гробовая тишина.       – Эм, мы это… – начала Сёко, но не закончила речь.       – Не вовремя, – закончила за неё Утахиме, уже пряча улыбку в ладонь. Она отвернулась первой, отошла к стене и попыталась подавить смех. Сёко, которая отошла вместе с ней, не выдержала и заржала первой, хлопая подругу по спине.       Нанами, услышав это, поджал губы. Двое друзей Нанами, Акито и Такуми, деликатно отвернулись, уходя в сторону кухни. Но было видно, как они переглянулись.       – А он хорош, – поддразнил своего друга Акито, пока Такуми согласно кивнул, напрягая щёки.       Один Сугуру пялился. Вот честно, пялился на естество друга, а когда понял, что он делает, выпалил быстрое:       – Прости, – он хлопнул дверью слишком сильно и громко.       Чёрт, это странное чувство даже не передать словами. Сугуру смущённо оглянул друзей в коридоре и поспешил разрядить обстановку:       – Ладно, давайте пройдём в гостиную, – он старался держать лицо, но чувствовал, как щёки горят огнём. Ребята лишь пожали плечами, разговаривая между собой, прошли в гостиную.       Сугуру неловко коснулся шеи, мотнул головой пару раз, отгоняя эту пошлую сцену перед глазами.       «Блять. Теперь я никогда не смогу смотреть на Нанами без этой картины в голове», – он понимал, что, скорее всего, будет подшучивать над своим другом. Но не сейчас. Сейчас почему-то было стыдно.       Нанами смотрел на закрытую дверь, позже медленно перевел взгляд на Юмеко, которая уже натягивала майку через голову.       – Ты… – начал он.       – Я совсем забыла про это! Это ты виноват! – девушка перебила его. Её лицо всё красное, как и шея.       Но вместо привычного стыда или извинений, Нанами лишь весело усмехнулся. Покачал головой и удивлялся своим друзьям.       «Вот же идиоты», – думал он, натягивая штаны и ища свою рубашку. Он сам не заметил, как его кончики ушей покраснели.       Нанами вернулся к друзьям спустя пять минут, как только привёл себя в порядок. Юмеко сидела в гостиной, в её руках была бутылка пива. Она, увидев его, отодвинулась, чтобы он сел рядом. Нанами не видел причины отказываться.       – С днём рождения! Ещё раз! – ребята снова поздравили его хором, только было видно, что они пытались не засмеяться. Напрягали щёки как могли, а в их чёртовых глазах плясали черти.       – Чёрт, нельзя было предупредить? – Нанами честно хотел возмутиться, но ситуация была такой… странной и смешной одновременно, что не было повода возмущаться и злиться.       Первой не сдержалась Сёко. Она засмеялась, нет, заржала громко, хватаясь за живот.       – Боже, Нанамин, я не могу, – она вытерла выступающие слёзы, хлопая рядом сидящего по плечу. Этим несчастливцем оказался Сугуру, который всё ещё напрягал щёки, потому что не хотел смущать друга ещё больше.       – Так вы начали встречаться? – Утахиме посмеивалась тихо, смотрела то на Юмеко, то на Нанами.       Но эти двое чуть напряглись. Нанами и вовсе перевёл тему, спросил вежливо:       – Подай пиво.       Акито, парень с короткой стрижкой, подал ему пиво, предварительно открыв банку.       – Держи.       – Спасибо.       Девочки переглянулись между собой, а Сугуру, кажется, утопал в своих размышлениях. Он даже не заметил, как открывал одну банку за другой, опустошал за пять минут. А когда слегка охмелел, он поспешил поздравить друна одним из первых, вручил ему подарок с коротким поздравлением.       Не только Нанами было интересно, что было внутри упаковки, но и всем остальным. В особенности Юмеко, которая сжимала маленький конвертик в кармане штанов.       – Серьёзно? – Нанами закатил глаза, доставая из упаковки галстук.       – Пф-ф! – девочки засмеялись, а парни усмехнулись.             – Да ладно, тебе подойдёт, надень его, – Такуми был смуглым парнем, он не скрывал веселья, откинулся назад, опираясь на руки.       – Ни за что, – Нанами даже не стал его завязывать, убрал жёлтый галстук со странным принтом, и Сугуру захихикал.       Следующие поздравления были смешными, потому что все охмелели. Когда весь алкоголь закончился, Акито предложил поехать в караоке и продолжить вечеринку там. Предложение казалось неплохим, поэтому они все отправились в ближайший караоке-бар.       Внутри кабинки был приглушённый синий цвет, огромный стол и диванчики. Так как они уже на веселе, они быстро влились во вкус. Включали песни, пели и выпивали.       Сугуру было весело. И вправду весело.       Ему нравилась его жизнь, ему нравилось глупо смеяться, зажимать уши, когда кто-то фальшивил на высоких нотах, а потом рассмеяться, потому что… ну глупо же?       Он и не помнит, когда в последний раз так веселился со своими друзьями.       И тут же подумал: неужели до этого в его жизни было так плохо, что сейчас он считает это весельем?       В последнее время ему больше и больше казалось, что его жизнь идёт под откос, и что этим страданиям и мучениям нет конца.       Он сам застыл из-за собственных мыслей: страдания и мучения?       Сугуру усмехнулся, облизывая свои губы. Он смотрел на алкоголь, разлитый в маленький стакан. Чёрт, ненавидит это пьяное состояние, но не может остановиться пить. Он опустошил стакан, налил и снова выпил залпом, и это продолжалось без конца.       На него почти никто не обращал внимания. Сёко сидела на коленях Такуми, они о чём-то шептались. Утахиме с Акито пели дуэтом: если у девушки хоть что-то нормальное получалось, похожее на пение, то у Акито всё было ужасно.       Гето потянулся вперёд, увидев на столе пачку сигарет, кажется, принадлежавшую Нанами, и засунул в карман штанов. Пока он думал над тем, чтобы выйти покурить, он невольно наблюдал за дуэтом на сцене, по которому плачет сама японская эстрада. Сугуру рассмеялся, когда Акито закричал в микрофон, а Утахиме отвесила ему подзатыльника за это.       Телефон в кармане завибрировал пару раз. Сугуру даже не обратил внимания, поднялся на шатающихся ногах и поплёлся в сторону балкона, чтобы покурить. Или подышать свежим воздухом. Тут было душно из-за кальяна, который прикуривали.       Когда он вышел на балкон, достал из кармана пачку сигарет, сунул в губы фильтр и зажёг кончик зажигалкой. Втянул первый кайфовый дым в лёгкие и блаженно прикрыл глаза на пару секунд.       Балкон выходил в узкий переулок, где виднелся тупик и два знакомых силуэта. Сугуру не сразу обратил на них внимание, а узнал их позже.       «Даже не заметил, что их нет внутри», – подумал он, опираясь о железные перила руками и наблюдая за ними.              Нанами стоял спиной, Юмеко касалась его шеи, её губы шевелились, но слов не расслышать и не разобрать. Да и пьяный разум вряд ли что-то поймёт. Она тянулась к нему, пыталась поцеловать, но Нанами остановил её. Убрал её руки, склонил голову немного в бок.       «Ого», – подумал Сугуру, втягивая дым. Он не знал, что Нанами мог отказать кому-то в поцелуе. Ну, его жалкие попытки выпросить поцелуи не считаются, это другое.       Юмеко сделала шаг назад, закрыла лицо рукой, и её плечи затряслись.       «Плачет?» – задался вопросом Сугуру, наклоняя голову. Позже он поймал себя на мысли, что это некрасиво — стоять тут и наблюдател за их разговором.       Юмеко, будто почувствовав чужой взор, подняла голову. Они пересеклись взглядами, и девушка толкнула Нанами в плечо, покидая его.       Его друг так и стоял минуту, пока не полез в карманы штанов, но безуспешно хлопал себя по карманам.       – Это ищешь? – Сугуру наконец-то подал голос, и Нанами пришлось повернуться к нему.       В руках брюнета была его пачка сигарет.       – И как давно ты тут? – Нанами недовольно толкнулся языком в щеку.       – Только пришёл. Лови, – Сугуру кинул ему пачку сигарет, а позже, когда Нанами успешно поймал её, кинул и зажигалку.       – Спасибо, – по тону Нанами непонятно: злится? Или ему всё равно?       – Поднимайся. Без именинника не весело, – бросил Сугуру, прежде чем вернуться в кабинку.              Нанами остался стоять снизу на улице, зажигая сигарету и смотря на пустой балкон второго этажа. Какая-то непонятная злость разлилась по груди, будто бы его снова поймали за чем-то интимным, и от этого стало неприятнее. Больше неприятнее, чем тогда, когда его увидели за сексом.       – Чёрт, – он раздражённо выдохнул дым струёй и опустил взгляд вниз.       Ни Сугуру, ни Нанами не помнят то, как они начали пить одну стопку за другой. Друзья Нанами подливали им снова и снова. Одна Юмеко решила поехать домой пораньше, а оставшиеся девочки были смелее.       Сёко предложила какую-то игру, Сугуру не разобрал правила, он просто выпивал и посмеивался над шутками, которые ребята вставляли.       В какой-то момент Сёко начала целовать Такуми, Утахиме что-то говорила, пытаясь перекричать музыку. Никто больше не пел, а песни включались одна за другой.       Сугуру хотел подняться, сходить в уборную, но его руку сжали сильно, почти до боли. Чья-то рука потянула его вниз, он полетел на колени рядом сидящего, и тут же почувствовал чужое дыхание на своих губах. Акито почему-то потянулся к его лицу.       Сугуру машинально выпрямился.       – А? Ты не играешь? – кажется, Акито был пьяным в стельку.       – Во что? – Сугуру коснулся его руки, разжимая хватку.       – Прости, – Акито тут же разжал руку. Несмотря на то, что он был пьяный, он в какой-то момент увлёкся игрой и посчитал, что и Сугуру играет. – Серьёзно, я не хотел.       – Всё нормально, – Сугуру кивнул в ответ, поднялся.       Сердце испуганно стучало, а кровь кипела в венах. Но уже не от алкоголя, а от страха, который возник минутой ранее.       Пьяный мозг, ощутив страх от близости, вытеснил его алкогольное состояние на потом.       В уборную уже не хотелось.       Он просто достал свой телефон, чтобы посмотреть время, и охнул.       4:41 утра.       К тому же на экране светилось множество уведомлений и сообщений. Его внимание привлекло сообщение от Хайбары. Он интересовался, когда за ним выехать, и Сугуру нервно смахнул его сообщение влево, засунув телефон в карман.       Сугуру поднялся на шатающихся ногах и обвёл взглядом кабинку. Тут было прокурено, пахло табаком, кальяном и немного потом.       «Устал», – пронеслось у него в голове.       Не то чтобы он чувствовал себя одиноким, просто… просто после поступка Акито захотелось домой. Атмосфера для него больше не была лёгкой, пьянящей. Его глаза видели то, чего нет. Синие лампы порой виднелись для него тусклым красным цветом, а в ушах отголоском звенели чужие голоса.       – Ребят, я домой, – Сугуру пришлось крикнуть, но его услышал только Нанами, Акито и Утахиме.       – Пошли вместе, – Нанами поднялся с дивана, поставил на стол стакан с алкоголем.       Сугуру уже не разбирал, что там говорят остальные, вышел из душной кабинки первым и на свежем воздухе вздохнул облегчённо. Ночной воздух отрезвлял лучше, чем мутные воспоминания. Сугуру даже не помнит, как достал телефон и вызвал такси, а позже достал пачку сигарет, прикуривая сигарету.              Пришлось сигаретой делиться и с Нанами, который встал рядом с ним и вздохнул устало. Сугуру раскрыл рот, смотря на профиль друга.       – Что Юмеко сказала? – неожиданно для себя он задал странный вопрос. Но ему стало интересно: она всё же призналась или нет? Нанами отверг её?       – Что я ей нравлюсь, – Нанами ответил хриплым, осевшим голосом, и Сугуру покачал головой.       – Зачем отказал ей?              Но ответа не последовало, вместо него Нанами раздражённо фыркнул, облизывая пересохшие губы.       – Сугуру, – тон Нанами недовольный, он сделал небольшую паузу, втягивая дым и будто бы размышляя над следующими словами. – Не надо подслушивать чужие разговоры.       Гето остался стоять на месте, смотря на то, как Нанами подошёл к мусорному баку и выкинул окурок. Не сказать, что он обиделся, но стало неприятно?       Возможно.       – Это было случайностью, Нанами, – на удивление его голос твёрдый для пьяного человека. – Я даже не слышал вашего разговора.       Нанами повернулся к нему и задумчиво обвёл его лицо взглядом.       – Хорошо.       Эту странную сцену разбавила машина, которая остановилась возле них. Это было их такси. Они молча сели в машину, и уже спустя полчаса они поднимались по лифту.       Почему-то тишина была давящей. Такое чувство, будто Сугуру совершил какое-то преступление. Но это ведь правда: он действительно не услышал, даже не интересовался его личной жизнью. Просто вышел в неудачный момент.       Сугуру проследил за тем, как Нанами устало вздохнул, снимая обувь, и пошёл наверх.       Его одного молчание гнетёт? Или Нанами тоже неприятно? Или это вообще его мозг играет с ним в злую игру?       Сугуру не знал ответа.       – Прости, – его голос разбавил тишину в квартире, и Нанами остановился, поворачиваясь к нему. – Я действительно не желал подслушивать, вышел в неудачный момент, – почему-то становилось тошно. Только непонятно от чего: от его повторного извинения или от собственных мыслей?       Ему не хотелось, чтобы и Нанами заточил зуб на него после этой ситуации. Ему вообще не хотелось, чтобы близкие уходили от него. Отец, Нанами…       – Всё хорошо, Сугуру, – Нанами молчал долго не потому что обдумывал, что ответить, а потому что алкоголь в крови немного тормозил его действия.       Сугуру кивнул, снимая обувь, и спросил с надеждой в голосе:       – А утром пойдёшь со мной на ферму? – он посмотрел на спину Нанами, на то, как он устало размял их. – Пожалуйста, – добавил он и услышал тяжёлый вздох.       Нанами не согласился бы, ведь изначально не хотел туда ехать.       Если бы не два «но».       Во-первых: его планы на выходные провести с Юмеко отменились из-за его отказа. Во-вторых: дружеское чувство ответственности не давало Сугуру остаться наедине со своим бывшим. Такое чувство вообще есть?       – Ладно, я пойду.       Сугуру тепло улыбнулся, чувствуя, как в груди теплеет от надежды. То, что он там будет не один, уже радует.       – Спасибо. Поспишь со мной? – Сугуру понял, что сейчас он откажет, и поспешно добавил: – Можешь на полу. Я просто… не хочу оставаться один.       Алкоголь делал своё дело и с Сугуру, и с Нанами.       Первый действительно не хотел ощущать одиночество, когда в мыслях его полным-полно, а второй не мог отказать своему другу. И ведь что странно, Сугуру даже не давил на него, просто спросил, и Нанами кивнул.       Почему-то Сугуру всегда сложно отказать.       – Хорошо.       Уже через десять минут они лежали в комнате Сугуру. Нанами ленился, очень ленился, но всё же застелил матрас на полу. Было странно, конечно, потому что раньше они могли спать в обнимку, но странное чувство после отказа Юмеко не позволяло Нанами напроситься в постель и лечь рядом.       – Спокойной ночи, Сугуру, – шепнул он, когда веки тяжелели.       – Спокойной ночи, Нанами.       Но Сугуру не уснул сразу, он лежал на боку, смотрел на стену впереди и размышлял обо всём на свете. Одно только радовало — ровное дыхание Нанами рядом.       «Так, наверное, я не сойду с ума», – обратился он к себе, прикрывая веки в тщетной попытке уснуть.

***

      Телефон разрывался от звонков и от надоедливой, раздражающей вибрации. Сугуру чувствовал, как голова готова взорваться от этих звуков. Он протянул руку к тумбочке, но телефона на привычном месте не оказалось.       Его голова нещадно гудела от каждой вибрации, он схватился за виски и решил пройти в прихожую, где, кажется, оставил телефон в кармане куртки.       – Угх!       Сугуру не сразу заметил Нанами, который лежал на полу, и наступил на его грудь.       – Прости, – но утренние заторможенные действия не дали Сугуру сразу вскочить; вместо этого он нелепо поднялся и повалился на пол. Нога, почему-то, не поднялась. – Блять, – выругался Сугуру, когда больно ударился подбородком о пол.       – Что случилось? – сонный Нанами тоже не хотел подниматься, у него тоже болела голова, и он тоже, чёрт подери, хотел спать. Он хотел протереть грудь, которую сдавило, но наткнулся на чужую пятку.       – Нога не слушается, – Сугуру нелепо отполз вперёд, поднялся на локтях и ощутил небольшое головокружение от утреннего небольшого кардио.       – Мг, – Нанами пробормотал себе под нос что-то и отвернулся, натягивая одеяло до носа.       «Боже, хватит трезвонить», – думал он и плёлся в сторону прихожей. Однако его злость и раздражение рассеялись, стоило увидеть имя звонящего.       Хайбара.       – Алло? – ответил он хриплым голосом и пришлось кашлянуть несколько раз.       – Доброе утро, Сугуру. Ты только проснулся?       – Мгм, – Сугуру прислонился к стене плечом и головой, прижимая телефон к уху. – Дай нам десять минут, и я выйду, – по ту сторону трубки он услышал хмыканье.       «Разозлился?» – задался он, но тёплый тон юриста избавил его от этих мыслей.       – Хорошо. Не торопись, всё равно без тебя не поеду.       «Ого, это немного смущает с утра пораньше», – он кивнул в трубку.       – Понял.       Когда он сбросил трубку, он посмотрел на часы, которые показывали семь утра, и вздохнул.       – Нанами, вставай, – обратился он к своему другу уже громче и сам же зажмурился от своего голоса.       Пока лучшие друзья собирались и мысленно жалели, что согласились, напротив здания Хайбара прислонился к своему серому седану и не мог подавить улыбку.       Он сегодня чётко решил, что признается ему в своих чувствах. Под звёздами, в тёплую июльскую ночь. Хайбара смущённо провёл рукой по шее, склоняя голову в бок. Сердце от подобного плана стучало громче и быстрее обычного.       Спустя пятнадцать минут напротив Хайбары стояли двое парней.       Сугуру не успел даже уложить волосы, лишь собрал в небрежный пучок и выглядел смущённым.       – Прости, мы вчера отмечали день рождения Нанами, – ответил он, стараясь придать своему голосу твёрдости.       Почему-то было стыдно показывать себя в небрежном виде перед Хайбарой.       – Всё нормально. Рюкзаки можете положить в багажник.              Когда с рюкзаками было покончено, Сугуру неловко посмотрел на юриста. Нанами же залез на заднее сиденье, планируя отключиться на пару часов.       – Весёлая ночь была? – Хайбара спросил без обиды, замечая лёгкий румянец на щеках разработчика.       Сугуру кивнул.       – Ага, весело было.       Он думал над тем, что было не так весело, как он говорит, но вдаваться в подробности не хотелось.       – Поедем? – спросил он, и Хайбара кивнул.       – Сперва надо заехать в офис, там нас ждут остальные.       – Хорошо.       Когда Гето забрался на переднее пассажирское сиденье, посмотрел на своего друга. Хайбара дождался, пока он пристегнётся.       Сугуру думал, что, скорее всего, от них не несёт перегаром, но стоило ему сесть в машину, в салоне витал неприятный аромат вчерашнего. Он виновато приспустил окно, впуская свежий воздух. Хайбара сделал то же самое, и Сугуру стыдливо выдохнул.       – Прости, мы немного перепили, – он смущённо посмотрел вбок, и Хайбара легко улыбнулся, зажигая двигатель и трогаясь с места.       – М-м, что же делать? – спросил он задумчиво, растягивая буквы.       – М?       – Может, в качестве извинения ты сходишь со мной на свидание?       Хайбара на секунду бросил взгляд на зеркало заднего вида, но Нанами никак не отреагировал, наоборот, прислонившись к окну, спал.       – Свидание? – Сугуру задумался.       Не то чтобы его это слово триггерит, просто… сердце болезненно сжалось на секунду, заставляя его нервно улыбнуться.       – Х-хорошо?       – Хорошо, – повторил Хайбара за ним, кажется, не заметив нервную улыбку Сугуру.       Дорога в офис не заняла много времени. Впереди они уже заметили знакомые силуэты.       Сатору стоял, прислонившись к капоту своей машины, скрестил руки на груди и улыбался мужчине рядом. Сугуру не сразу узнал в нём Хигуруму, начальника юридического отдела.       А рядом с ними стояли двое его коллег, Юки и Аяка, которые держались за локти друг друга и о чём-то перешёптывались, улыбаясь во весь рот.       Хайбара припарковался рядом с ними, вышел из машины и поздоровался с коллегами.       – Доброе утро, ребята, – он притворил дверь, щелчок замка не прозвучал, и дверь осталась чуть приоткрытой.       Сугуру тоже вышел из машины, но не стал приближаться к коллегам. Наверное, от него за версту несёт.       – Привет, – он кивнул коллегам.       – Хигурума-сан, даже вы тут? – Хайбара посмотрел на своего начальника, который воздержался от закатывания глаз.       – Ага, – Хигуруме не дали вздохнуть. Сатору улыбнулся, не отводя взора заинтересованных глаз от Сугуру, который опирался на машину и смотрел на них.       – Он хорошо разбирается в лошадях, решил позвать и его. Надеюсь, ты не против?       – Не знал, что вы в этом разбираетесь, – Хайбара говорил искренне, пока его начальник лишь пожал плечами.       – Ну, я многое умею, наверное… – последнее слово он проговорил тише обычного.       – Так, вы, наверное, поедете с Сатору? – Хайбара посмотрел на Юки с Аякой, указал в сторону своей машины с лёгкой усмешкой на губах. – А то мне кажется, запах в салоне вам точно не понравится.       Сугуру, услышав это, хмыкнул, отводя глаза в сторону. Он сам не понял, смутился ли от его слов или нет.       – Конечно, без проблем, – Сатору оттолкнулся от своей машины.       – Я скину адрес, но ты можешь просто ехать за мной, – с этими словами Хайбара достал из кармана телефон.       На удивление Сугуру, Сатору вёл себя адекватно, не кидал в его сторону разные взгляды, не шутил, просто сел в машину и подождал, пока все сядут в салон и пристегнутся.       Хайбара вернулся к машине и, честно признаться, был рад, что оказался почти наедине с Сугуру.       Нанами досыпал и даже не замечал ничего вокруг.       Сугуру тоже хотел спать, но держался. Почему-то не хотелось отдыхать одному, пока Хайбара за рулём.       Они обсуждали ферму бабушки. Хайбара говорил, что там нет ничего особенного, и лучше не стоит строить великие ожидания насчёт места. Гето кивал и не спорил с ним, но всё равно был в предвкушении.       Давно не видел животных. В Токио максимум встретишь собачек да котиков. В зоопарк он не ходил, не потому что лень, хотя это тоже есть, а потому что он особо не любит животных. Ну… «не любит» — это громко сказано, скорее… нейтрально относится к ним?       Уже через полтора часа, когда они должны были выезжать на большую трассу, Хайбара свернул на заправку, припарковываясь возле нужной колонки.       – Хочешь что-нибудь? – он отстёгивал ремень, посмотрел на сонного Сугуру и подавил улыбку.       «Милашка».       – Ничего не надо.       – Хорошо.       Когда Хайбара вышел из машины, Сугуру смотрел ему вслед и приспустил окно.       – Купи мне воды, пожалуйста, – добавил он ему вслед и увидел, как парень поднял палец вверх — мол, всё понял.       Сугуру прислонился к краю окна, позволил себе закрыть глаза, но перед этим он бросил завистливый взгляд на Нанами, который продолжал спать сладким сном. Аж зависть душит.       Его тело обмякло сразу же, когда веки опустились. Ему показалось, что он даже провалился в глубокий сон, а тело становилось ватным, мозг плавился.       Сугуру зажмурился, когда почувствовал внезапный холод и странную головную боль, которая растекалась по лбу. Он почувствовал, как мурашки по телу забегали, заставляя его вздохнуть коротко и нервно.       – М-м? – ему пришлось открыть тяжёлые веки, и он увидел перед собой бутылку воды, которую прислонили к его лбу. И лишь позже, когда его взгляд сфокусировался, он увидел Сатору, который стоял возле.       – Выглядишь не очень, – Сатору не сдержался от комментария, рассматривая опухшие глаза и лицо брюнета. – Держи, это от головной боли.       Этот парень всунул в руки сонного Сугуру лекарство от головной боли и бутылку холодной воды.       – Спасибо, – Сугуру ответил тише, даже кивнул, и лишь потом осекся, поднимая взор и встречаясь с голубыми глазами.       Эта неожиданная нежность и внимательность были странными, неприемлемыми для Сатору. По крайней мере, так думал Сугуру, но обратно швырять бутылку с лекарством не стал — не было ни сил, ни желания устраивать истерику перед коллегами.       – Я пойду, – Сатору постоял ещё пару секунд, сжал руки в кулак и разжал, смотря то на Сугуру сверху вниз, то по сторонам, и лишь потом вернулся к своей машине.       «Что это с ним?» – Сугуру отправил в рот таблетку, запивая холодной водой и чувствуя облегчение, когда вода смочила пересохший язык и горло.       Гето чуть наклонил голову, смотря на встроенный планшет в машине, и хмыкнул. Поспал всего три минуты, а по ощущениям — целые три часа.       «Поспал называется», – думал он, вновь отпивая из бутылки.       Хайбара вернулся спустя пару минут, в руках у него был полный пакет.       – Откуда вода? – Сугуру посмотрел на полупустую бутылку и ответил.       – Годжо-сан купил.       – Хорошо.       Сугуру слишком был увлечён полным пакетом и даже не заметил, как Хайбара на пару секунд сжал губы в одну линию, раздражённо облизнулся.       – Я купил тебе завтрак и сладости, – он ловко улыбнулся, даже склонил голову набок, наблюдая за лицом Сугуру. – Не знал, какие сладости ты любишь, поэтому купил всего понемногу.       – Всего понемногу? Мне кажется, ты скупил весь отдел сладостей.       Хайбара лишь пожал плечами, проверил уровень бензина и коснулся коробки передач.       – Поехали, ферма ждёт!       Сугуру отметил, что Хайбара сегодня был необычайно весёлым и даже взбудораженным.       И к тому же, когда этот юрист безустанно твердил: «ферма то, ферма сё, ферма это», Сугуру представлял настоящую ферму. Ну… те, которые видел в телепередачах.       Это где тысячи коров пасутся на огромном поле, а неподалёку от них стоит огромный сарай из железных стен. Пахнет, конечно, животными и коровьими отходами. Представлял двухэтажный пёстрый домик, который служил гостиницей и домом одновременно, и вообще не мог представить, что там будут ровные чистые дороги.       Но когда Хайбара свернул направо, проехал один километр и началась утрамбованная брусчатка вместо асфальтированной дороги, впереди показалась огромная арка и вывеска с надписью: «Летний ветер».       Сугуру устремил взгляд вперёд, когда арка осталась позади, и увидел двухэтажный дом из красного кирпича. Выступала огромная терраса на втором этаже, тёмные балконы и такая же тёмная крыша. Этот дом не был похож ни на один из домов, которые Сугуру видел за свои двадцать три года.       Вдалеке зеленели гектары полей, уходящие за горизонт. Чуть ближе расположены деревянные постройки, явно для лошадей: тёплые денники, открытые манежи и ровные дорожки между ними, усыпанные красными камнями.       – Ого, – Сугуру не смог скрыть восхищение. – Ничего себе.       Хайбара одним глазом наблюдал за дорогой, вторым следил за реакцией Сугуру. Он был честным, откровенным. Его чёрные глаза засияли, а рот открылся в изумлении, когда он рассматривал окрестности.       – Нравится? – спросил он.       – Ты шутишь? Это очень красиво! – Сугуру снова выдохнул, а позже его глаза зацепились за двух коней, которые паслись на сочном зелёном лугу вдали.       – Рад, что тебе понравилось.       Хайбара заехал во двор, заглушил машину.       – Добро пожаловать в мой дом, Сугуру.       Гето повернулся к нему с лёгкой улыбкой.       – М-м, мы уже приехали? Чёрт, спина, – Нанами, который только проснулся, резко коснулся своей спины и шеи.       – Доброе утро, – Сугуру тихо рассмеялся, смотря назад. – Мы приехали.       – Ага, – Нанами размял шею, сонно моргая.       Когда они вышли из машины, вторая машина заезжала во двор. Сугуру резко отвёл взгляд в сторону, почему-то вспомнил ту бутылку воды и лекарство, которое, кстати, помогло унять головную боль.       Дверь дома открылась, и оттуда показалась низенькая женщина в цветастом фартуке. Она вытирала руки полотенцем и тепло улыбалась.       – А вот и вы! – сказала она, глядя на своего внука. – Я уж думала, вы заблудились по пути к нам.       Хайбара подошёл к ней, чмокнул в щёку.       – Здравствуй, бабушка.       Женщина хлопнула внука по спине и перевела взгляд на Нанами, который коротко кивнул ей и поздоровался, а позже — на Сугуру.       – Ой, это, наверное, тот самый… – она не договорила, Хайбара слишком громко и неестественно кашлянул.       – Меня зовут Гето Сугуру. Спасибо за приглашение, – ему пришлось неловко кивнуть ей, но реплику бабушки он всё же понял.       Когда из второй машины вышли коллеги, женщина принялась здороваться и знакомиться с каждым. Хайбара воспользовался ситуацией и подошёл к Сугуру слишком близко, наклонился чуть и шепнул:       – Она не имела ничего такого…       Сугуру весело хмыкнул, наблюдая за тем, как Сатору нелепо и глупо улыбался, когда бабушка сжала его руку и не отпускала, хваля его красоту и высокий рост.       – Ага. Ничего такого, – ему пришлось повернуть голову в бок, и оба почувствовали тёплое дыхание друг друга, как в тот день.       Хайбара приоткрыл губы, чтобы ответить, но не смог. Его карие глаза опустились на губы Сугуру, и он глотнул. Ему пришлось сделать шаг назад, когда бабушка предложила всем зайти внутрь и располагаться в комнатах.       Сугуру медленно отвернулся, машинально облизнул губы.       «Что я творю? Ещё на виду у всех», – думал он и зашагал за бабушкой, которая показывала, что где стоит.       Его мысли утонули где-то глубоко внутри. И он был рад этому. Вместо терзаний и размышлений он рассматривал дом изнутри. Как и ожидалось, внутри было красиво, сдержанно и богато.       Бабушка вела на второй этаж, рассказывала о своей ферме, говоря, что это любительская обитель, и даже просила прощения за скромные апартаменты. Даже обычно бесстрастный Хигурума и Нанами разглядывали стены и потолки, говоря ей обратное.       Сугуру практически не слушал их разговор, его внимание больше привлекли картины на стене, где он смог разглядеть мальчишку с конём. Это Хайбара? Надо будет потом расспросить его об этих фотографиях.       Сугуру досталась комната с Юки, который был очень-очень радостным.       – Тут очень классно, – щебетал он, занимая первую кровать возле стены, и лёг на него. – Боже, мышцы ноют после четырёх часов в машине.       Сугуру лишь весело усмехнулся, но садиться не смел. Понимал: если сядет, то дальше захочет прилечь, а дальше и уснёт до самого утра.       – Простите, Юки-сан, вчера отмечали день рождения Нанами, весь салон провонял нами, – Сугуру виновато пожал плечами, ставя рюкзак на пол рядом со второй кроватью.       – Весело вам, молодым, – Юки прикрыл глаза, надув губы. – Можете выпивать сколько угодно, а потом утром отправиться на поездку. Завидую даже.       Сугуру решил не комментировать, только выглянул в коридор. Уборная и ванная находились в самом конце коридора. И были одни на всех.       «Хорошо, что нас не так много», – подумал он.       Из соседней комнаты раскрылась дверь, и оттуда показалась знакомая золотистая шевелюра.              – Ты в уборную, – Сугуру не спрашивал.       Нанами посмотрел в конец коридора и сдержал вздох.       – Одна уборная для восьмерых, – прокомментировал он, и Хайбара, который обсуждал обед с бабушкой, повернулся к ним.       – Я буду ночевать у себя. Так что уборная и ванная комната только для вас, пользуйтесь сколько душе угодно.       – Иди первым, – Нанами кивком указал Сугуру.       – Спасибо, – когда Сугуру проходил, он благодарно хлопнул друга по плечу и прошёл дальше.       – Ребята, спускайтесь через десять минут в столовую, пообедаем! – бабушке пришлось проговорить громко, чтобы все расслышали её.       – Я могу сам их позвать, бабушка, не кричи, – Хайбара повёл её в сторону лестницы.       – Хорошо-хорошо. Пошли, поможешь мне со столом.       Сугуру прошёл дальше, но эту сцену счёл забавной, как и бабушку Хайбары.       Во время обеда, как ни странно для Сугуру, он оказался рядом с Хайбарой. Тот накладывал ему еду, салатов и много всего. Даже бабушка говорила ему: «Ешь-ешь, ты совсем худой».       Но Сугуру старался не придавать внимания попыткам бабушки сблизить его с её внуком. Это просто вызывает смех, не гадкий и не ужасный, просто… весело?       – Я не худой, – Сугуру улыбнулся, а бабушка цокнула.       – Худой, смотри, щёки какие впалые. Ну ничего, мы накормим. Я даже свежей говядины закупалась на рынке вчера.       Юки и Аяка сидели вместе, вот Нанами сидел возле Хигурумы, и, кажется, они оба нашли общий язык. Сатору не повезло. Он сел возле бабушки, которая неустанно хвалила его внешность и накладывала ему много-много еды, тоже отмечая, что он слишком худой.       Сугуру отвёл взгляд от лица Сатору, который поймал его взгляд и нервно отпил чай из чашки.       Когда обед прошёл шумно, Хайбара с бабушкой собирали посуду и относили на кухню.       – Я помогу, – Сугуру встал, чтобы помочь.       – Мы тоже поможем, – Аяка и Юки тоже принялись помогать.       Бабушка сперва отнекивалась, но Хайбара принял их помощь.       Остальные же вышли на крыльцо, чтобы покурить.       – Слушайте, – бабушка набирала в небольшую ёмкость тёплую воду. – А у вашего начальника есть пара?       – Нет, бабушка, – Юки хихикнул, понимая, к чему она это спрашивает. – А что?       – Ой, есть у нас тут одна молодая и красивая девица. Работает ветеринаром и помогает нам с животными.       Хайбара вздохнул.       – Бабушка.       – Что «бабушка»? Ты сам знаешь, какая она у нас красавица.       Аяка рассмеялась, когда Юки игриво толкнул её в плечо, мол: «Смотри, нашему начальнику невесту присматривают».       Один Сугуру не придавал значения этому разговору, помогал подавать грязную посуду, но и это дело у него отняли. Хайбара, закончив со своим делом, встал рядом с ним, не позволяя Сугуру прикасаться к грязной посуде, а позже и вовсе сказал:       – Я сам.              Все присутствующие заметили это, и Сугуру неловко кивнул, но стоять без дела он не хотел, но и новой задачи ему не давали. Оставалось лишь нелепо стоять рядом, пока остальные обсуждают ту девушку и Сатору.       Когда с посудой было закончено, они снова собрались в столовой.       – Ребят, собираемся тут через полчаса. Можете прогуливаться, осмотреть окрестности, я пока подготовлю лошадей. Старайтесь не уходить далеко, хорошо? – Хайбара давал указания, и все закивали.       Сугуру тоже кивнул. Ему было бы интересно осмотреться и на животных посмотреть, если получится.       Не прошло и двух минут, как все разбежались по сторонам. Хигурума коснулся плеча Нанами, и вдвоём они покинули столовую. Всеми знаменитая парочка друзей Аяка с Юки под ручку вышли во двор.       Сатору робким взглядом обвел лицо Сугуру и отвернулся. Сугуру вообще не собирался смотреть на него, но не мог. Его робкие и нелепые взгляды начинали раздражать.       «Что вообще на него нашло?» – задавался вопросом Сугуру, но его мысли прервали.       Хайбара хотел покинуть столовую, но оглянулся и увидел стоящего брюнета.       – Сугуру, если хочешь, можешь мне помочь, – предложил он.       Сатору сдержал глубокий вздох, смотря на Хайбару нечитаемым взглядом.       – Да, я не против, – Сугуру покинул столовую вместе с Хайбарой, а Сатору остался один и позволил себе раздражённо прикрыть веки.       «Издевательство какое-то», – отметил он на уме.