Смешной тромб

Песок горячий под ногами, мягкий и тёплый. Волны лениво катятся к берегу, разбиваясь на пену, оставляя блестящие капли воды. Воздух пахнет морем, солью и лёгкой свежестью водорослей. На горизонте блестит солнце, отражаясь в воде, создавая золотой мерцающий путь к берегу. Навальный идёт по пляжу, плечи широкие, руки свободно опущены. Накачанной натуры, высокий, лицо всё ещё с зелёнкой — полосы яркие на солнце, подсохшие, но заметные. Каждая полоска на лице будто говорит: «Я был там, это часть меня». Дима идёт рядом, босиком по песку, волосы слегка растрёпаны ветром. Лёгкая улыбка на лице, глаза блестят от солнца и волнения. — «Ты… всегда ходишь с зелёнкой?» — спрашивает Брекоткин, слегка улыбаясь, но с искренним интересом в глазах. — «Нет… только когда что-то оставляет отметку», — тихо отвечает Навальный, слегка усмехаясь. — «Она со мной до конца, как память о вчера». — «Она… тебе идёт», — говорит Дима, слегка наклоняясь, глаза сияют. — «Зелёная, как часть твоей индивидуальности». Навальный улыбается, поворачивая лицо, чтобы Дима лучше видел полосы: — «Это просто… часть меня», — шепчет он, голос чуть хриплый от ветра и солнца. — «И ещё напоминание: иногда отметки делают тебя особенным». Дима смеётся, шагает ближе, почти касаясь плеча Навального: — «Ты действительно умеешь носить это красиво», — тихо говорит он, глаза сияют, а пальцы играют с песком. Навальный останавливается, смотрит на Диму и слегка наклоняется к нему, солнечные лучи играют на зелёных полосах на его лице: — «А тебе нравится, как я выгляжу?» — спрашивает он с лёгкой улыбкой. — «Или тебе просто интересно?» — «Мне нравится… всё, что связано с тобой», — отвечает Брекоткин, почти шепотом. — «И зелёнка — часть этого». Навальный внутренне улыбается, лёгкая дрожь по телу. Он идёт в воду, волны омывают ноги. Солёная вода оставляет блестящие капли на коже, солнце играет на каплях и на зелёных полосах на лице. Дима следует за ним, смеясь, подставляя руки под воду, чтобы поймать брызги. — «Ты знаешь… зелёнка на солнце выглядит как настоящий знак силы», — шутит Дима, плеская водой. — «И как часть моей истории», — отвечает Навальный, слегка наклоняясь и брызгая Диму в ответ. — «И ещё как знак того, что я могу быть собой». Дима смеётся, шаги синхронны, руки слегка касаются, смех разносится над волнами. Песок прилипает к ногам, волосы развеваются, солнце светит прямо в глаза, но они не отворачиваются друг от друга. — «Ты странный… но я рад, что ты рядом», — говорит Брекоткин, улыбаясь. — «И зелёнка делает тебя ещё более настоящим». Навальный смотрит на полосы на лице, затем на Диму, внутренне радуясь, что его отметки видят и принимают: — «Я рад, что ты видишь это… и что не боишься», — тихо отвечает он, слегка наклоняясь к Диме. Ветер играет волосами, слышится шум прибоя. Они продолжают идти по пляжу, вода омывает ноги, солнце жарко светит, смех и разговор смешиваются с шумом волн. Зеленые полосы на лице Навального остаются до конца, символизируя его индивидуальность, яркость и принятие самим собой. И впервые он ощущает… что кто-то видит его настоящим, ярким, странным… и ценит это