Забота

На улице как из ведра лил дождь. По мощеным дорожкам ручьями текла вода. Над Монийской Империей стояли тёмные тучи, в которых грозно искрили молнии. Штык дворца принцессы Сильваны был непривычно скрыт от взора жителей города. От ветра крупные капли воды бились в стекла дворца как крошечные снаряды и стекали по окну как маленькие гонщики. Грейнджер раздраженно зашторил окно и шмыгнул носом, приглушая стук капель. Для острого слуха стрелка все еще оставались раздражающими звуки с улицы. Он отошёл от окна обратно на кровать, посильнее укутываясь в плед и залезая под одеяло. Взял салфетку и высморкался, снова шмыгая красным носом. Каким бы отличным воином Грейнджер не был, а иммунитет его в последнее время подводил, поэтому Тигрилл, скептически смотря на его шмыганья и слушая кашель, отправил его на больничный, приказав Алукарду следить за тем, чтобы стрелок не пошел геройствовать. Сам Алукард был у него совсем недавно, принёс горячий чай и сказал, что скоро вернется, на что был смущенно послан куда подальше. Сейчас же Грейнджер сидел с этим самым чаем, чувствуя, как краснеют бледные щеки. «Когда он успел узнать, какой у меня любимый чай?» — подумал Грейнджер, отбивая из кружки сладкий, как незнамо что, чай. «Как ты пьешь эту сладкую бомбу...?» — Вспомнил он слова Тигрилла. Слабость к сладкому казалась ему чем-то постыдной и совершенно не подходящим для такого человека, как он. Но удержаться перед чаем с четырьмя ложками сахара или лишней шоколадки он не мог. Откуда Алукард об этом узнал, он не без понятия, но мечник теперь поддразнивал его за любовь к сладкому. В комнате стоял приятный полумрак, единственным источником света была свеча на тумбочке. Стрелку нравилась такая обстановка и в ней всегда легче засыпалось. Черты его лица в таком свете становились мягче, делая его вид не таким грозным. Успевший привыкнуть к темноте, Грейнджер поморщился, когда дверь его комнаты открылась, выпуская больше света из коридора. Алукард зашел в комнату, и аккуратно прикрыв дверь, подошёл к Грейнджеру, садясь рядом с ним на кровать. — Как ты себя чувствуешь? — слегка наклонил голову в вопросе мечник, накинув ему на плечи ещё свой плащ, заметив, что стрелок подрагивает от холода. — Нормально. Ты кстати опять в плаще в мою комнату заперся. — Буркнул в ответ Грейнджер, натягивая плащ повыше. — К слову я в состоянии... — Нет, не в состоянии, Грей. — Прервал его Алукард на полуслове. — Не дуйся, Гренка, я просто забочусь о тебе. Как и Тигрилл, и принцесса Сильвана, и все. — Если ты еще раз меня так назовешь... — угрожающе начал Грейнджер, но так и не закончил, чихнув. Алукард засмеялся, прикрыв рот кулаком и нежно смотря на стрелка. — Судьба сегодня не на твоей стороне, Гренка, — Алукард невинно похлопал глазами и получил очень выразительный взгляд от стрелка. — Ладно-ладно, не злись, я шучу. Грейнджер устало вздохнул и снова отпил чай, пока его кружку деликатно не вырвали из рук. Отпив чай, Алукард скорчил гримасу и вернул кружку Грейнджеру, сопроводимый недовольным взглядом. — Фу, как ты это пьешь. — Нормально пью. — Огрызнулся Грейнджер. — Молчу-молчу. — Алукард поднял руки в знак капитуляции, но с таким выражением лица, которое предвещает что-то максимально идиотское.— Знаешь, ты чем-то похож на кота. Злого такого, но милого. — Давай честно, ты успел напиться? Иногда меня поражает твое умение нести всякую чушь. — Устало вздохнул Грейнджер и шмыгнул носом. — Дай салфетку. Алукард улыбнулся и отдал стрелку целый рулон. Использованная салфетка отправилась в гору на тумбочке. — Принести тебе чего-нибудь? — спросил мечник немного тише обычного и его взгляд смягчился. — Шоколад на кухне лежит на полке. Верхняя правая над плитой. — смущенно буркнул Грейнджер. Алукард встал с кровати и разгладил плащ. Затем хитро улыбнулся и наклонился к Грейнджеру, коротко целуя того в обветренные губы. Рука стрелка инстинктивно вцепилась в светлые волосы мужчины, прежде чем Алукард отстранился. — Шоколад в верхней правой над плитой. — Тигрилл тебя прибьет, если узнает. Никаких контактов с больными. — Переживет. Я не могу перед тобой устоять. Гренка. — С этими словами Алукард вышел из комнаты, чуть не получив подушкой в спину, заботливо кинутой Грейнджером. Стрелок остался сидеть в комнате с ярко-красными щеками, приложив пальцы к губам, где совсем недавно были на удивление мягкие губы мечника. Грейнджер вздохнул, подтянул плед, ткнулся носом в плащ, глубоко вдыхая, и с теплом, не связанным с тканью на плечах, стал ждать Алукарда.