Абонент

На обеденном перерыве, когда все работники офиса, подобно ожившим мертвецам, ползут в столовую или распаковывают бережно собранные жёнами судочки, Шевелев чувствует назойливую зависть вперемешку с тоской. Ему судочек утром никто не собирает. Никто не кладёт ему отваренные ещё вечером макароны, не режет огурец сердечком, не поливает любимым соусом. Даже записку короткую не кладёт. Он простой офисный работник. Проще ещё попробуй найди. Отчёты делает средне, так чтобы начальству не было к чему прикопаться, на корпоративах особой болтливостью не отличается. Да и в принципе не отличается. Если всех его коллег поставить в длинную шеренгу, выделить никого не получится. Тем более его, в несуразной рубашке, классических брюках и натянутых на нос очках, радостно проводивших его в третий десяток своим появлением. Работа за компьютером явно не влияла на него положительно. Отвращение к себе самому перевесило интерес к чужому счастью, взгляд вернулся на свой стол. Выпуклый монитор, клавиатура, настольный календарь с пометками о сдаче отчётов, фигурка леонардо из черепашек ниндзя, как напоминание о том, что он уже вырос. Газета. Как назло открытая на странице с объявлениями. Гадалки глядели на него загадочными глазами, разукрашенными, он был уверен, в задорный фиолетовый, сантехники твёрдо стояли с гаечными ключами наперевес, тоже все как на подбор, ржавая шестёрка грустно всматривалась фарами вдаль, котята жалобно просили разыскать их во дворах за скромное вознаграждение. Колонка со знакомствами притаилась в самом низу, уголке, который обязательно будет вымочен, пока газета поступит к получателю. Серёжа не вчитывался. Каждый выглядел так же жалко, как пропавший котёнок. Насколько нужно отчаяться чтобы искать себе партию в газете? Не партнёра, именно партию, так он решил. Без доказательной базы. А ещё решил, что по этим номерам никто и никогда не звонил, невозможно описать себя шестью строчками, заинтересовать тем более. И, просто для того чтобы подтвердить свою мысль, он находит на последней странице адрес электронной почты принадлежащий редакции газеты. Оставшееся время перерыва составляет настолько классическое описание, что впору использовать его в резюме. «Белорус с идеальным знанием русского языка. Уверенный пользователь пк. Рукастый, как муж на час, страстный, как любовник. Большой фанат ребусов и шарад. Не был судим и женат.» Вместо шестого предложения скромно подписывает внизу «Сергей, 32» и оставляет номер телефона. Отправляет, конечно, без фото. На компьютере из его личного только фотка Алисы на заставке. В голове он оправдывает себя следственным экспериментом, мысли о чём-то серьёзном прячет в глубине сознания. Там же запирает и пролезших внезапно розовых единорогов. Ему это только для того чтобы подтвердить, что все, кто оставляют заявки в газетах - неудачники. Через два выпуска газеты он действительно видит свой текст в колонке знакомств, вместо лица серая, как и вся газета в принципе, иконка. Редакторы даже не поправили его кривую пунктуацию? Лениво, а может сразу хотят показать читателям какие же идиоты надеются на знакомство таким замысловатым образом. Быт его от этого совершенно не меняется. Он всё так же каждый день ходит на работу, сидит за столом 8 часов, едет домой на метро, играет в незатейливую игру на приставке. Через три дня начинает радоваться, что оказался прав, но всё равно парадоксально и на подсознательном уровне чего-то ждёт. Через неделю он забывает о своей глупой идее, в очередной раз убеждаясь, что если бы так работал мир, то ящик редакции разрывался бы от писем, а колонка отлипла бы от угла предпоследней страницы. А через месяц размеренной и абсолютно скучной жизни по пути в метро его настигает звонок от неизвестного. -Ало? -Э-э, привет? Я твой номер в газете нашёл. У Серёжи вселенная перестаёт крутиться. -Серьёзно? -Ну, вроде того, просто хотел привет сказать, пообщаться, наверное... От голоса в трубке неуверенностью в своих действиях сквозит. Будто он проиграл желание на пьянке и теперь выполняет первое, что пришло в голову его нерадивым товарищам. -И многим ты вот так звонишь? -Честно, в первый раз, почувствовал, что так нужно. Серёжа прижимается спиной к стене и закуривает. Эксперимент пошёл ой как не по плану. -Меня, если что, Артём зовут, в офисе работаю, заслуженный кошкоотец, по мнению родни. -Прикольно, у меня тоже кошка есть, но я для неё скорее плебей, а не отец. Артём хихикает слегка механически из-за искажений звонка, но всё равно живо, звонко, как музыка ветра в магазине рядом с домом. -Да моя маленькая совсем, думаю, как подрастёт, сразу свои правила в доме организует. -А как её зовут хоть? -Я пока что не решил, она то Шкода, то Штучка, то Капучинка. Если будет продолжать будить меня в 5 утра, то будет без имени. Теперь смеётся уже Серёжа, болтать с этим Артёмом оказалось ужасно легко. Сигарета горячим огоньком, приползшим к фильтру, обожгла кончики пальцев. -О, хочешь я тебе фотку отправлю? Скажешь на кого она больше похожа. -Ну давай. Картинка с кошкой прилетает ему в мессенджер через пару секунд. Да, действительно милый маленький котёнок, спящий в огромной коробке и явно наслаждающийся своим королевским положением. -Ну по цвету на Капучинку похожа. -А по характеру она ужасная Шкода и та ещё Штучка. Серёжа разглядывает чужой аккаунт. Человека, находящегося в рабочих чатах, видно сразу. Фотография серьёзная, почти как на паспорт и от контраста хмурого лица и такого неловкого и наивного диалога пробивает на приятную улыбку. Они болтают без остановки, с перерывом на помехи в метро, конечно, всё время, пока Серёжа добирается до дома, пока он готовит себе ужин, пока разглядывает себя в зеркале, дивясь тому, как потрескалась от холода на улице кожа. Артём жутко интересный, после очередной его мысли кажется, что его создали и редактировали прямо под Серёжины мысли и нужды в конкретный момент. Он без умолку болтает о кошке, кино, настолках, быте, просто философствует без причины. Наверное, потому что считает это нужным. И Шевелев начинает считать это нужным тоже, потому что рассказывает это Артём правильно, так ненавязчиво, легко, не представляет это своим открытием, слова из него льются приятным ручьём, он журчит и мурлыкает. Серёже кажется, что ему снова 15 и он впервые влюбился. Оказывается, что разговоры по телефону с Артёмом идеально вписываются в его жизнь. Час на обеденном перерыве, полтора часа, пока он едет домой, два часа во время вечерних дел, заполняя тишину холостяцкой квартиры. Да и сама жизнь становится как-то легче. Мелкие радости находятся сами собой и ими так хочется делиться, что в кончиках пальцев покалывает каждую лишнюю минуту до предстоящего звонка. А Артём не против слушать и сам рассказывает новое и интересное, накопившееся в его удивительной голове. Для середины осени на улице удивительно тепло, куртка висит на плечах как коромысло с пустыми вёдрами. Но за разговором Серёжа даже не замечает, что ему она ужасно мешает. Лоб пробивает резкой болью, очки скатываются с носа и чудом задерживаются на самом кончике, и он отшатывается на шаг назад, роняя телефон и сам почти падая. -Извините, пожалуйста. -Это вы мен- Прохожий вытаращивается на него удивлённо, да и Серёжа сам не сильно лучше. Прямо перед ним на асфальте упал его Артём.