Проект: «Цирк»

13 октября...

15:57

      — Сюда! Давайте скорее! – выстрел. На улице стоял ужасный гул прохожих. То крик людей, выбегающих со здания, то хрипящий звук где-то там, куда не доходил взор, но больше всего, конечно, был слышен детский плач. Родители, не меньше дрожжа, пытались убедить детей быть потише, сами говоря так, что их было слышно аж за десяток метров. Те люди, что ещё можно было увидеть в стенах магазина, уже либо не подавали признаков жизни, либо мучительно издавали последние вздохи. Этот вид был одним из худших кошмаров за последнее время...       — Пожалуйста, не надо!.. – отчаянно прозвучала мольба, но после всё вновь затихло, оставив лишь страшный вой сирен. Этот безобразный шум, доносящийся из колонок, становился всё громче. Он бил по ушам, становясь предвестником тяжелого горя. Хотя этот шум уже не был просто звуком, что доносился со здания, похоже, полицейская бригада приехала... Они с криком разом заломили девушке руки, кто-то же из них поспешил внутрь. Наконец-то нож выпал из крепкой хватки, и до неё дошло, что случилось. Её руки, одежда и лицо были в крови, но, похоже, не в собственной, как больше в чужой. И тут запись резко прервалась...       — Спрашиваю ещё раз!.. – отбойным голосом на допросную комнатушку раздался крик капитана. – Вы это сделали?! – его рука громко ударила по столу, от чего арестованную передёрнуло. Девушка будто бы уже вмялась в стул, на котором она провела кучу времени... Сколько на самом деле времени прошло? Пять минут? Час? Полдня? Что вообще произошло?.. Нет, это как раз то, что она уже столько раз прокручивала у себя в голове. Это то, с чем они сейчас разбираются тут в полицейском участке. В горле было всё суше, что даже потребовать воды для неё стало настоящей пыткой. Тело перестало подчиняться всем приказам хозяйки. Руки уже не дрожали от холодных металлических оков, девушка лишь грустным и испуганным взглядом глядела в стол, иногда бросая взгляд на остальных в комнате, но она больше не говорила, в отличие от начала.       — Вы ведь понимаете, что хотя бы как минимум это, – показал полицейский на экран, – уже достаточно для того, чтоб судить вас?.. – сделал он удачную паузу, дающую девушке наконец-то попытаться что-нибудь ответить.       — Я точно не та, кого вы ищете!.. – сухо прозвучал её крик. – Вы действительно думаете, что мне вот так вот просто получилось это провернуть? Этот план уже звучит как бред...       — Хах... – насмешливо посмотрел на неё допрашивающий, выпрямившись. – Вы реально не понимаете или прикидываетесь?.. Ну ладно, допустим, как вариант, что вы могли бы быть не причастны ко всему этому, – петлял он вокруг неё. – но все же это не отменяет ваш некий самосуд над чужой жизнью на основе того, что вам показалось, что жертва является вашим... То есть, я хотел сказать, опасным чужаком... – наконец-то остановился он напротив арестантки. – Это не оборона, мисс, лишь покушение с летальным исходом... – пододвинул он к ней стакан воды. Она наконец-то дотянулась до чаши, жадно проглотив содержимое. Кажется, стало ещё больнее. Она не понимала, казалось, что она спит. Всё это просто ужасный сон. Сейчас она встанет, ей вновь придется идти на работу. Вновь слушать, как её ругает начальство и тому подобное... А это? Нет...       — Но тот человек... – вновь с дрожью вырвались слова. – Я правда не работала с ним, он не был... – вытерла она рукавом лицо, пытаясь не искажать свой голос из-за тревоги. – Не сразу было понятно, что произошло, мы с другими сотрудниками услышали сирену... Ну да, я встретила остальных чуть позже! Просто... Моя работа она такая, не все заглядывают в бухгалтерию... Но я видела его, мельком, но видела! У него была маска. Такая странная, поцарапанная... – попыталась она показать руками что-то подобное.       — Ах, о мой бог!.. – заткнул её коп, от чего она опять дернулась. – Вы уже говорили это, мисс! Мы это уже знаем и слышали ещё часа так два-три назад, как только вас арестовывали. Хватит убегать от правды, вы – убийца, и этот факт не оспорим... – очень горько прозвучали для неё слова капитана. – Никого не было там, никто не сможет подтвердить ваши догадки. Персонал уже успели допросить, многие из них уверяют, что вы имели доступ к камерам в этот день, а некоторые в принципе были уверены, что вы имели полный доступ к ним в любое свободное время и до происшествия. Смотря на то, что эта запись единственная, вы могли вполне спланировать то, чтоб доказывающего не словесного компромата было меньше, даже если это было не для вас, а для вашего друга! Но все же, к вашему сожалению, как минимум эта сохранившаяся запись дает нам вас судить хотя бы за одно убийство, и в данный момент делает вас главным обвиненным.       — Как... Она опустила голову, ей хотелось схватиться за неё. Слезы все же нахлынули бурной эмоцией. Хотелось кричать вновь и вновь, что это не могла быть она. Она бы никогда не смогла пойти на подобное... Но все же страшнее было то, что сама она помнила этот запах, помнила, как держала в руках нож или пистолет, принадлежащий одному из сотрудников, что зачем-то притащил его на своё рабочее место... Это было горькое признание, ведь она помнила, как вонзила этот нож человеку в грудь, убив его таким точным ударом. Тогда ей казалось, что это он. Голос, еле заметное лицо... Почему же ей нравится лезть куда не просят? Почему это происходит именно с ней?..       — Хах... – вновь вздохнул допрашивающий, прерывая тишину. – Мисс Эбигейл, вы больше не можете молчать, суд всё равно состоится, и вы уже не убежите от наказания. В любом из случаев, это будет жесткое наказание, вы не сможете вернуться к нормальной жизни... – сделал он паузу, возможно, в надежде, что хорошо надавил на неё, чтоб она открылась, но удовлетворяющего результата он все равно не получил. – Хорошо, – раздраженно обратился он к товарищу по работе. – На сегодня мы закончили, можете уводить ей. Два крепких парня подняли ей с места, вынося из помещения. Теперь она могла увидеть, хоть и мельком, как она выглядела со стороны. Там, где на неё смотрели через стекло, было парочку людей. Тот офицер, что её допрашивал, неожиданно остановился, как только один из людей в халате подозвал его. Эбби уже не могла с такого расстояния что-либо то услышать и, пожалуй, в этой ситуации ничего бы и не услышала, даже если б стояла впритык. Это, конечно, был мимолётный момент, не особо что-то значащий для неё, она все равно не понимала, что происходит и что дальше ещё может теперь произойти. Даже если её отпустят, жизнь уже никогда не вернется в прежнее русло... Её медленно вели по огромному белому коридору с такими же яркими раздражающими лампами, как и в допросной комнате. Все это навевало плохими воспоминаниями. Казалось, что что-то ещё жужит под ухом, и хотелось вновь схватиться за что-то опасное, чтоб защитить себя. Офицеры вновь завернули за очередной угол, и девушка, после поворота ключей, с силой упала в карцер. Их лица скривились в злостный, ненавистный комок. Проскакивала и насмешка, обращённая к ней, но больше отвращение, как к животному. Последнее, что она услышала было лишь:       — Боже, как тебе ещё повезло. Жили бы в другом штате, тебя бы просто отправили на казнь... Нам не нужны такие отбросы общества. – с грохотом хлопнула металлическая дверь. Теперь уж точно она осталась одна, в темном месте, месте страшных ожиданий и горького понимания, что, вероятно, ты уже никогда не увидишь свободу, по крайней мере ту свободу, которую ты знал...       А дальше все было как в тумане...