Возвращение блудного близнеца

Наверное, если бы Илью спросили, за что именно он любит Оттаву, он бы не задумываясь ответил сразу: за очень красивый вид. Особенно летом, когда всё расцветает, всё зелёное и приятно пахнет. Вот и сейчас Илья, привыкший вставать рано утром на тренировки, сидел на улице возле коттеджа, где они с Шейном сейчас находились, и смотрел вдаль, на озеро. Начинающее подниматься солнце красиво озаряло воду, а блики его лучей мягко ложились на поверхность. Погружённый в свои мысли о прошлом, Илья и не заметил, как проснувшийся Шейн подошёл к нему и осторожно сел рядом. — Ты в порядке? Не замёрз? Хоть и лето, но таким ранним утром всё равно прохладно, — спросил Шейн в своей манере, из-за чего Илья с лёгкой ухмылкой закатил глаза и повернул голову к нему. — Ты словно старший брат. Не нужно со мной сюсюкаться, я всё же русский мужик, — с довольной ухмылкой сказал Илья, на что Шейн цокнул и улыбнулся. — Кстати, о брате… — кажется, что-то вспомнив, начал Шейн, и его улыбка стала неловкой. — Я же тебе не рассказывал, но у меня есть брат-близнец. — Брат-близнец? И ты мне не рассказывал? Мы почти десять лет знакомы, — удивлённо спросил Илья, явно не ожидая такой информации. Он был готов ко всему, но явно не к такому. — Ну понимаешь, он слегка «специфический», поэтому я мало кому о нём говорю. Он уехал из дома, когда нам было по шестнадцать лет. После этого мы редко общались — наши пути разошлись, — сказал Шейн, сжав губы и пожав плечами, словно говорил о чём-то совершенно обычном. — А, так он у вас «чёрная овца» в семье, и поэтому ты решил не рассказывать о нём? — приподняв брови, спросил Илья. Получив осуждающий взгляд, он сразу поднял руки в знак защиты: — Ладно, ладно. Но если ты не рассказывал о нём так долго, то почему решил сейчас? Илья внимательно посмотрел на него и заметил улыбку Шейна — ту самую, которая означала, что сейчас будет признание. — Он сегодня приедет пожить у нас неделю, — с широкой улыбкой сказал Шейн, наблюдая, как глаза Ильи расширяются. Нет, Илья точно к такому не был готов. Не к тому, что через двадцать или тридцать минут брат-близнец Шейна окажется у них в коттедже. Он всё ещё надеялся, что это розыгрыш, что Шейн просто решил так ему отомстить за что-то. Но нет — суетящийся Шейн был лучшим доказательством реальности происходящего. — Илья, иди переоденься! Ты до сих пор в одних трусах! — нахмурившись, сказал Шейн, держа в руках чистую посуду и тряпку. Получив этой самой тряпкой, Илья, ворча, пошёл в спальню, чтобы надеть что-нибудь «приличнее». Спустившись через десять минут, он увидел Шейна, стоящего у входной двери. По мнению Ильи, тот слишком нарядился для встречи брата. — Ничего себе ты вырядился ради встречи брата. Думаю, не стоило — ещё шокируешь паренька, — с весёлой улыбкой сказал Илья, подходя к нему вплотную и обнимая за талию. — Хотя, Холландер, тебе это идёт, не отрицаю, — добавил он, замечая, как на губах Шейна появляется самодовольная улыбка, а в глазах — озорной огонёк. И прежде чем тот успел что-то сказать, за спиной Ильи послышался голос: — Прошу прощения, а что здесь, собственно, происходит?—Илья обернулся — и замер. Перед ним стоял Шейн… в той же домашней одежде, что и пятнадцать минут назад. Он перевёл взгляд на того, кого обнимал. Пауза. Осознание. Илья резко отстранился и встал рядом с настоящим Шейном. — Что… кто это? Почему здесь два Шейна? — ошарашенно спросил он. Шейн номер два весело ухмыльнулся, а настоящий Шейн, вздохнув, сказал: — Илья, это Хадсон. Я же говорил, что мы братья-близнецы — вот поэтому мы так похожи. Он указал на брата, и тот с улыбкой помахал рукой. — Хадсон, это Илья Розанов. Илья стоял как вкопанный, переводя взгляд с одного на другого. — Как две капли воды… офигеть… — пробормотал он. Он, конечно, встречал близнецов и раньше, но редко, поэтому каждый раз удивлялся. Ещё раз внимательно посмотрев на них двоих, Илья уже открыл рот, чтобы что-то сказать… но так и не придумал, что именно. — Ладно, — наконец выдал он, поочерёдно тыкая пальцем то в одного, то в другого, — давайте сразу договоримся: вы будете носить таблички с именами. Или я просто буду звать вас обоих «эй, ты». Хадсон тихо рассмеялся, скрестив руки на груди. — О, не переживай, — с хитрой улыбкой протянул он, — ты быстро научишься нас различать. Илья прищурился. — Очень на это надеюсь. Хадсон сделал паузу, а затем, как ни в чём не бывало, добавил: — Особенно когда случайно начнёшь обнимать не того. Повисла секунда тишины. Илья медленно повернул голову к Шейну. Шейн закрыл лицо рукой. — Я уже жалею, что позвал тебя, — пробормотал он. — А я только приехал, — довольно усмехнулся Хадсон. Илья тяжело вздохнул, проводя рукой по лицу. Нет.Это будет не просто весёлая неделя.Это будет катастрофа.