Что бы ты ни делал, на перекрестке не поворачивай налево

Руки Эйвери дрожат. Его глаза наполняются слезами, пока он смотрит на экран смерти в игре после того, как D3rLord3 столкнул его с платформы. «Дурак. Какой же я дурак. Как я мог просто поверить его просьбе снова и отвлечься, когда уже знал, что он может обмануть». Ты ничто Эйвери думает о Дереке снова, снова и снова. Он лихорадочно пытается перебирать варианты, как найти его – вдруг он мог быть еще жив? Вдруг его еще можно спасти? Видео и гугл диск с файлами не дают ответов. За окном гремят фейерверки. Их красные, зеленые, желтые цвета вспышками отражаются в его глазах, бликами рассыпаются по темной комнате. Где-то на другом конце города, страны или планеты умирает единственный человек, который заботился о нем. «D3rLord3 уже бы придумал что-нибудь. Наверняка в реальной жизни он такой же умный, как в игре». Ты ничто Ты реальный. Ты особенный. Помни, кто ты. Паника внезапно прекращается. «Что бы сделал D3rLord3 на моем месте?» Эйвери делает то, что, как понимает теперь, следовало сделать сразу. Он открывает Google и пишет «как найти человека, если я знаю только его ник в майнкрафт». Он уже знал термин OSINT – поиск по открытым источникам (open-source intelligence), но только теперь применяет его на практике, когда открывает все доступные OSINT-сервисы и вводит «D3rLord3». Дрожь в руках возвращается, пока он ждет результатов поиска и параллельно сам ищет по нику и имени Дерека везде, где может придумать – на майнкрафт-серверах, в Discord, на Reddit, Steam и других площадках. Кажется, в этот момент волнение достигает пика. Ничего. Несколько пустых, заброшенных или неподходящих аккаунтов от людей, которыми вряд ли мог быть Дерек – закрытый аккаунт в Tiktok без публикаций и с нулем подписчиков, аккаунт девочки из Англии, которая вела активную страницу на Reddit про игры, страница пожилого шахматиста на Lichess со связанным профилем на Facebook, где он выкладывал счастливые фотографии со внуками и остальной семьей. «Если бы у D3rLord3 была такая семья, вряд ли бы он сидел за компьютером всю новогоднюю ночь так, чтобы никто не побеспокоился о нем. Он бы не умер в одиночестве». Ты ничто Надежда медленно угасает. Волнение, внезапно вспыхнувшее, так же быстро уходит. Остается только странное оцепенение. Тишина в комнате изредка нарушается только шумом непрекращающихся фейерверков и стуком клавиш клавиатуры. Эйвери пытается найти хоть что-то еще несколько часов, но когда фейерверки умолкают и начинает медленно светать, он понимает, что все кончено. Прошло слишком много времени. «С Новым Годом, Дерек». Эйвери иррационально, отчаянно надеется, что тот все еще жив и не сошел с ума. Может, это все было чьим-то дурацким планом, пранком, ведь в глубине души он все еще не верит в реальность всего произошедшего. Но его все еще немного трясет. Когда первый рассвет этого года озаряет его комнату, он засыпает, даже не встав из-за стола. Единственное, что он запомнит из этого плохого, тревожного сна – яркий блеск красно-золотых доспехов и смутную фигуру рыцаря, который отчаянно пытался его защитить от чего-то за гранью его понимания.

***

Прошло четыре месяца. Эйвери все так же ходил на учебу в университет, на подработку, иногда созванивался с родителями, которые жили в другом городе. Их разговоры, как обычно, были короткими, скорее формальностью, чем проявлением близости, но они хотя бы немного разбавляли ощущение одиночества, которое после истории с D3rLord3 стало еще острее. Его видео «behind the gates» набрало больше просмотров, чем он мог представить, и он чувствовал благодарность ко всем людям, которые оставляли комментарии под ним – так он ощущал, что эта безумная история касается не только его и Дерека. Но это все равно не помогало от ощущения потери чего-то важного. В университете и на подработке в небольшой забегаловке недалеко от места учебы он так и не завел друзей после того, как переехал в Майами. То ли потому, что был слишком простым и невзрачным на вид в своих гавайских рубашках и шортах, то ли потому, что большую часть свободного времени проводил в интернете. Несмотря на затворнический образ жизни, его кожа за время жизни в солнечном городе приобрела золотистый загар, а и без того светлые русые волосы выгорели на солнце. Отчаявшись найти что-то о своем спасителе, Эйвери начал искать информацию о Короле в Желтом. Он прочитал много информации о Каркозе, «желтом безумии», жёлтом знаке, который видел в том мире. Ему хотелось связать это все в единую картину, внезапно понять что-то, решить загадку, как это делал D3rLord3, но мысли путались и подсказок не было. То ли от одиночества, то ли от едкой скуки порой он представлял, каким мог бы быть Дерек в реальной жизни. Наверняка, он был собранным, сосредоточенным, внимательным. Он обращал внимание на вещи, до которых Эйвери сам бы не додумался. Он заботился о других больше, чем о себе. Он хотел знать все – и когда узнал, не жалел об этом, даже если это было так недолго. Он был лучшим человеком, которого знал Эйвери. Иногда он гулял на закате по жарким пляжам Майами, представляя высокую фигуру рыцаря в золотых доспехах рядом с собой. Его алый плащ развевался бы в порывах теплого соленого ветра, шум океана и крики чаек звучали бы на фоне их разговоров. Блеск доспехов порой ослеплял бы Эйвери, а голос Дерека звучал приглушенно из-за шлема. Но он бы ловил каждое его слово и наслаждался каждым мгновением. Иногда ему казалось, что он почти видит силуэт в доспехах, затерянный в оранжевых лучах заходящего солнца. «Настоящий рыцарь». Тоска глухо сковывала его сердце. Воображаемые воспоминания, которых никогда не существовало, только сильнее ранили его, но создавали иллюзию не-одиночества. Так проходили дни.

***

Это была обычная смена в забегаловке – Эйвери уже порядком устал, с утра разнося заказы и бегая между столиками внутри и снаружи заведения. Большая часть посетителей садилась на платформе снаружи, где были места с видом на океан; вид, конечно, был хороший, но Эйвери порядком надоело пересекать все заведение с полными подносами заказов. Это была суббота, поэтому он взял дневную смену, а не вечернюю, как обычно после учебы, и уже немного успел пожалеть об этом – посетителей было полно. День медленно клонился к вечеру. Людей стало чуть меньше – наверняка перебрались в места, где продавали больше алкоголя, чем пару видов дешевого пива, – и Эйвери вздохнул чуть свободнее. Скоро смена закончится, и он сможет отправиться домой, чтобы снова залипать на Youtube, скроллить чаты и треды и снова видеть сны о том, кого он никогда не встречал в реальности. Его фантазии стали настолько реалистичными, что постепенно выдуманный образ начал приходить к нему по ночам: то мимолетно, то снова в виде игрока несуществующем мире, то как-то странно – как рыцарь, который заботился о нем и хотел защищать его от всего, что пугало Эйвери. — Здравствуйте, что будете заказывать? – не глядя на очередного посетителя, который в одиночестве присел за крайний столик на улице, привычно спросил Эйвери. Он уставился в бумажный блокнот, куда записывал заказы, приготовившись к очередным очевидным вопросам вроде «а у вас есть этот соус?», хотя в меню его точно нет. – Я же писал, чтобы ты не поворачивал налево. Эйвери замирает. Это похоже на сцену из дурацкой мелодрамы. Он их ненавидит. Он опускает руки с блокнотом и поднимает взгляд на человека перед собой. Тот выглядит обычно. Даже слишком обычно. Но у него серьезный, внимательный, пристальный взгляд, который Эйвери мог бы представить у рыцаря, глаза которого мог увидеть в прорези шлема. — Ты тоже повернул налево, – отвечает он, с трудом справившись с тем, чтобы не закричать, не заплакать, или не заорать на Дерека, а в том, что это именно он, Эйвери уже не сомневался. Дерек – мужчина средних лет, скорее ближе к тридцати, чем к двадцати. У него темные, немного отросшие взлохмаченные волосы, он одет в темно-красную футболку и темные брюки. У него худое, бледное лицо с темными глазами, тонкие губы, и хищный профиль, напоминающий птичий. Первое, что бросается в глаза – это прямая, строгая осанка, которая выделяет его в толпе остальных расслабленных посетителей. Его взгляд кажется напряженным, и Эйвери внезапно понимает, что тот взволнован так же, как и он сам. После этого он как будто отпускает себя и дает собственным эмоциям – волнению, страху, счастью – отразиться на своем лице. – Ты жив? Ну, то есть, я вижу, что ты жив, я не настолько тупой, но как ты выжил? Ты не сошел с ума? Король не забрал тебя? Ты сражался с ним? Почему ты не послушал меня? Почему появился только сейчас? Как ты нашел меня? Дерек наконец улыбается. Его улыбка слабая, немного неловкая, но Эйвери кажется, что это лучшее, что ему удалось увидеть за последнее время. – Я так рад тебя видеть. Дерек не отвечает на его вопросы (впрочем, как и всегда), но от его слов Эйвери чувствует, как по его телу разливается тепло, а сам он невольно расплывается в ответной улыбке. – Я тоже. Правда. Его окликают откуда-то с кухни, и он понимает, что совсем забыл про заказы. Еще немного, и по его душу придут и повара, у которых на стойке выдачи закончится место для блюд, и голодные посетители. – Ой, – он нервно и виновато оглядывается по сторонам. – Я должен идти, но моя смена заканчивается через полтора часа. Ты подождешь? Пожалуйста? – его нервозность возвращается, только теперь с примесью какой-то странной неловкости, которая сквозит в голосе. Как будто стоит отвернуться, как этот удивительный, особенный человек снова исчезнет. – Конечно. Принесешь мне тот зеленый желейный десерт, который есть в конце вашего меню, и кофе? – Да! Эйвери срывается с места, чтобы добежать до кухни и выпалить заказ. Впервые это настолько приятно. Он подхватывает ждущие своей участи блюда на поднос и разносит их за столики. Его сердце, кажется, сейчас выпрыгнет из груди. Он иногда бросает торопливые взгляды через окошки на улицу, чтобы убедиться, что Дерек на месте. Тот сидит, либо листая что-то в своем телефоне, либо задумчиво смотря на океан. Когда его заказ готов, Эйвери пользуется этим, чтобы снова очутиться рядом. – Держи, – он ставит чашку и тарелку с десертом на стол, и с трудом сдерживается, чтобы не сесть напротив. – Спасибо, – Дерек снова улыбается, уже более открыто, и Эйвери чувствует, как у него в животе появляется стая бабочек, которая так и норовит вырваться наружу и заставить его сделать что-нибудь глупое. «Это снова как дурацкая сцена из дурацкой мелодрамы. Кошмар». – Пожалуйста. Я, эм, пойду. Эйвери сбегает даже быстрее, чем в прошлый раз. Пока он разносит последние из своих заказов и закрывает смену, у него в голове проносится тысяча мыслей. «А вдруг это не Дерек? Куча людей посмотрели мои видео, что если кто-то из них решил подшутить и прийти сюда, притворившись им? Но он выглядит так… Так, как я представлял его. И как бы кто-то случайный смог найти меня в реальной жизни? Но как бы сам Дерек меня нашел? Я ведь тоже пытался искать его, и ничего. Но, может, у него это получилось лучше». Он снова мельком бросает взгляд на него с противоположного конца террасы. Дерек уже расправился с десертом, и теперь снова смотрел в сторону океана. Эйвери отсюда не видел его лица, но уже знал его выражение – вдумчивое, такое, будто он знает что-то, чего не знает никто. Закончив смену, Эйвери передал остатки заказов своей сменщице, которой предстояло проработать еще несколько часов до закрытия. Попрощавшись с персоналом, он окликнул Дерека. Тот обернулся, и, быстро собравшись и оставив деньги за заказ на столике, подошел к нему. – Куда пойдем? Я впервые в Майами, – наклонив голову набок, спросил он. – Давай прогуляемся вдоль пляжа? – Давай. Они некоторое время шли молча, пока не миновали толпу людей, которые ходили на набережной между кафешками вроде той, где работал Эйвери, и не вышли на более малолюдный участок набережной. Солнце медленно тонуло в далеких волнах океана. Их волосы растрепал ветер. Эйвери украдкой смотрел на профиль Дерека, подмечая все новые детали. Теплый закатный свет мягко освещал усталость на его лице, яркие золотистые блики в темных глазах делали их еще более глубокими и загадочными. Теперь было заметно, что Дерек выглядел не только собранно – он выглядел измотанным, хоть и старался это скрыть за прямой осанкой и уверенным видом. – Это было больно? Когда Король сделал это с тобой? – наконец спросил Эйвери. Дерек повернул к нему голову, убрал руки в карманы, и спустя пару секунд отвел взгляд. – Ты же не поверишь, если я скажу, что нет? – Не поверю. – Тогда да. Я уже долго боролся с раскалывающейся головой и ускользающим разумом после первой встречи с Королем, а когда я решил впустить его в себя… Как будто я лишился собственной воли и себя и стал кем-то другим, кто постоянно чувствовал боль и хотел причинять ее всем вокруг. Худшее ощущение в жизни. Клео рассказывала, что когда она нашла меня на следующий день, я лежал в припадке вроде эпилептического, у меня шла пена изо рта, я расцарапал себе руки и много раз ударился головой об пол. Удивительно, что не повредил ничего жизненно важного. Эйвери не знает, что сказать, и как проявлять сочувствие – у него всегда это плохо получалось. – Я надеялся, что ты в порядке. Надеялся, что ты жив, – наконец он тихо произносит хотя бы это. – А кто такая Клео? – Моя девушка, – буднично произносит Дерек, но от его слов Эйвери будто бьют под дых. Ты ничто – А. Понятно. Здорово, что она смогла тебе помочь, пусть и не сразу. – Да. У нее был ночной рейс из Вашингтона в Нью-Йорк, где мы жили, она хотела приехать до Нового Года, но рейс задержали. Эйвери не хочет говорить о ней, поэтому не продолжает эту тему. – Так как ты выжил? Как смог спастись от Короля в Желтом? Как нашел меня и почему появился только сейчас? – Ладно, давай по порядку. Когда я пришел в себя в больнице, мне сказали, что у меня аутоиммунный энцефалит. Я бредил и называл себя королем, старался навредить себе и окружающим, но при этом потом не помнил приступов. А еще… Мне сказали, что я звал тебя, Эйвери. И, мне кажется, это я помню. Я помню, как продирался сквозь тьму, такую, какая не может возникнуть в сердце человека. Так много ненависти и боли, так много знаний, которые ранят, и которые не с кем разделить. Прекрасных, завораживающих знаний, которые разрывали мне голову и заставляли желать ужасных вещей. Он ненадолго замолчал, а потом остановился и замер у бортика набережной, смотря на океан. Взгляд Эйвери был прикован к лицу Дерека, он боялся упустить даже одну эмоцию, которая бы могла помочь понять его состояние. Спустя некоторое время Дерек продолжил. – Так прошло три месяца. Меня лечили, иногда я срывался, но постепенно мне становилось лучше. Не знаю, правда ли у меня был энцефалит, или это последствия действий Короля в Желтом. Может, я давно был болен, а странная майнкрафт-карта просто спровоцировала первый приступ. Может, Король действительно сделал это со мной, а врачи не нашли лучшего объяснения, чем эта болезнь. Я не знаю. Но, так или иначе, мне помогли, и сейчас я чувствую себя лучше. Я до сих пор иногда прихожу в больницу, чтобы поддерживать процесс лечения, но мне разрешили выписаться и не находится там постоянно. Приступов больше не было, но врачи сказали, что не могут дать гарантий, что их не будет и впредь. – Ого. – И это все? Я прошел через все это, и единственное, что ты скажешь, это «ого»? – Дерек возмущенно посмотрел на Эйвери, который сжался под его взглядом. – Извини, я не очень хорош в выражении поддержки. Но я очень рад, что ты жив и в порядке! Ну, насколько ты можешь быть в порядке после такого. Так… Король больше не появлялся? Ты больше его не чувствуешь? – Нет. Наверное, потому что мой план сработал. Кстати, мой план был в том, чтобы призвать его в свой разум, который был уже наполнен всеми этими знаниями о вселенной, хотя Королю нужен был чистый разум. Твой разум, Эйвери. Поэтому мне пришлось столкнуть тебя с платформы. Мне нужно было сделать это, потому что иначе Король мог вселиться в тебя, и тогда ты и все люди были бы в опасности. Точнее, тебя бы уже не было. Я бы не смог это пережить. Ты понимаешь меня? Понимаешь, почему я так поступил? Лицо Дерека снова приняло то целеустремленное, сосредоточенное выражение, которое Эйвери уже запомнил. Он внимательно смотрел на своего собеседника, немного наклонив голову вниз, чтобы встретиться с ним взглядом. Как будто решив, что одних слов недостаточно, он положил руки на плечи Эйвери, развернув его к себе. – Я надеюсь, что ты поймешь меня и не будешь винить. Мне бы этого не хотелось. Эйвери замер, ощутив большие, теплые ладони Дерека даже через тонкую ткань рукавов футболки. Он, как завороженный, смотрел в его лицо, и с каждым мгновением его сердце колотилось сильнее. От слов Дерека ему стало больно, так больно, как не было со дня, когда он думал, что потерял его. Глаза Эйвери против его воли наполнились слезами, бабочки в животе наконец вырвались на волю и его тело прошила волна мурашек. Он, не думая, двинулся вперед и обнял Дерека, сжав ткань его футболки на спине. Боги, как было приятно чувствовать живое тепло всем телом и знать, что тот, кто, казалось, был потерян навсегда, теперь так близко. – Конечно, я винил тебя, идиот! Не за то, что ты столкнул меня или врал мне, а за то, что взвалил на себя всю эту ответственность и страдал в одиночестве, не дав мне даже шанса тебе помочь! Пусть я не такой умный, как ты, но я бы мог что-то сделать, чтобы тебе не пришлось проходить через это в одиночку, – голос Эйвери дрожал, пока он всхлипывал, уткнувшись в плечо Дерека. – Ты представляешь, как я переживал все это время? Я думал, что ты… Что я больше никогда тебя не встречу. Я пытался тебя найти всеми способами, но не смог. Какого черта ты используешь свой ник только в одной игре? Я не смог найти тебя даже на Фейсбуке. Под конец его триады голос стал глухим, почти обиженным. Ему было неловко, что он прижимается к мужчине, которого сегодня встретил первый раз в жизни, но еще ему было легче оттого, что он мог это сделать. – Извини, – Дерек обнял его в ответ, погладив по спине, как будто пытаясь успокоить. Его движения казались неуверенными, наверняка ему тоже было не по себе. Он мягко отстранил Эйвери, снова взяв за плечи, чтобы заглянуть ему в лицо. Встретив его взгляд, он вздохнул. – У меня ответственная работа, я не хотел, чтобы моя игровая жизнь пересекалась с реальной. Я не использовал один и тот же ник дважды, чтобы не оставлять цифровой след. В моей сфере это… непрофессионально. – В твоей сфере? – Эйвери хмыкнул. – Звучит загадочно. – Так и есть, – Дерек улыбнулся. – Могу сказать, что это связано с цифровыми технологиями и правительством. – Ага, а в свободное время ты разгадываешь шифры в картах майнкрафта? – Эйвери фыркнул, недоверчиво посмотрев на него. – Как видишь. – Ладно, верю. Ты выглядишь как… Как кто-то, кто привык брать на себя ответственность. «Как храбрый и благородный рыцарь», – пронеслось в голове, но он решил не говорить это вслух, внезапно смутившись. Он отступил на шаг назад, снова возвращая им личное пространство, хотя ощущение объятий или хотя бы прикосновение рук были ужасно приятными. – Спасибо, если это был комплимент. – Ага, не за что. Так… Как ты нашел меня? – Это было несложно, ты же везде используешь свой никнейм. Я нашел твои реальные имя, фамилию и город, где ты сейчас живешь, потом прикинул примерный возраст и решил, что ты, скорее всего, сейчас учишься в каком-нибудь университете, поискал на сайтах и нашел твои упоминания на одном из них, где ты выкладывал какую-то учебную работу. Дальше было еще проще, я разыскал твое место работы неподалеку от учебы и решил встретиться здесь, чтобы не сильно тебя шокировать. – Не сильно шокировать? Знаешь, у тебя не получилось. Потому что прямо сейчас я просто в ужасе. Ты долбаный сталкер! – Но ты ведь рад, что я смог тебя найти? – Дерек внезапно улыбается такой хитрой, очаровательной улыбкой, от которой бабочки в животе Эйвери снова делают кульбит. – Рад. – Вот и хорошо. У тебя еще есть вопросы? На самом деле у Эйвери еще миллион вопросов, но теперь, когда ситуация немного прояснилась, он чувствует себя более спокойно. Хотя… Есть кое-что, что почему-то сильно беспокоит его. – А… Твоя девушка? Она тоже приехала сюда? Вы здесь надолго? – Мы расстались. Недавно, когда я выписался из больницы. Она не хотела оставлять меня в таком состоянии, но мне казалось, что так будет правильно, поэтому я настоял. Я чувствовал себя потерянным и не хотел втягивать ее в это. А еще… Она хотела семью, а какая семья может быть с тем, кто может в любой момент поехать крышей или умереть? Дерек печально, надломлено улыбнулся, и медленно двинулся дальше по набережной. Эйвери помедлил пару мгновений и двинулся следом. – Все-таки ты такой идиот! – в сердцах воскликнул он ему в спину, и Дерек удивленно обернулся. – Ты всегда отталкиваешь всех, кто хочет тебе помочь, да? Гребаный синдром спасателя. Ты хочешь решить все проблемы сам, но если кто-то оказывается рядом, ты берешь все на себя, и не даешь другим право выбора, даже если они хотят остаться с тобой. – Да, пожалуй, что так, – задумчиво ответил Дерек. – Наверное, это уже не исправить, – он немного виновато улыбнулся. Эйвери закатил глаза. На самом деле, он устал от этого тяжелого разговора, от непробиваемой самоотверженности Дерека, а еще тело отчаянно требовало отдыха после длинной смены. – Так где ты остановился? Ты надолго здесь? – Я снял номер в отеле на несколько дней. – Хочешь ко мне? Если честно, я немного устал после работы, но хочу еще поговорить. Тут недалеко, можно дойти пешком. – К тебе? – Дерек внезапно показался растерянным. – Да, тебе же будет нормально? У меня дома никого. Как, в принципе, и всегда. На Новый Год я же тоже был один, – внезапно добавил Эйвери, сам не зная, зачем. – Ты был со мной. Не думаю, что это можно назвать «один». – Ладно, ты прав. Так что, пойдем? – Пойдем. Какое-то огромное теплое и мягкое чувство все больше разрасталось в сердце Эйвери, пока они разговаривали. Общаться с Дереком оказалось так просто, как будто они были знакомы много лет, а не пару раз встретились в странном несуществующем мире в виде игровых аватаров. Пока солнце не село, Эйвери все время смотрел, как красиво его лучи ложатся на лицо Дерека, подчеркивая его строгие черты лица. Было ощущение, что он смотрит на что-то запретное, такое, что должно быть скрыто от чужих глаз. Когда они дошли до квартиры Эйвери, уже стемнело. Они заказали пиццу, и Эйвери решил провести экскурсию по своему простому среднестатистическому жилищу студента. – Это Вэш Ураган? – внезапно спросил Дерек, показывая на одну из фигурок на стеллаже. Как у большинства гиков, у Эйвери были свои гиперфиксации на разных играх, аниме и других вещах, поэтому в его доме было много мерча. – Да, – с гордостью ответил он, – коллекционная фигурка. – Здорово. Я смотрел «Триган» в детстве, даже удивительно, что сейчас вспомнил главного героя. – Ты помнишь, почему у него красный плащ? – Нет. Есть какая-то определенная причина? Эйвери стало неловко. Это было одной из мыслей, которыми он ужасно хотел поделиться, но говорить это вслух было не в его стиле. Но… Он так давно мечтал, чтобы D3rLord3 оказался жив и они встретились, что решил рискнуть. – Человек, который вдохновил его ценить жизнь и защищать всех людей, сказал ему, что его любимый цветок – это красная герань. Этот цветок означает решимость, – Эйвери поднял взгляд на своего собеседника, и в глазах Дерека увидел отражение собственного волнения и чего-то еще, чему не мог подобрать названия. – Я много думал о тебе. Я представлял, что если бы ты существовал в реальном мире, то был бы похож на свой аватар в игре – рыцаря в золотых доспехах с красным плащом. Того, кто готов защитить всех, кто в этом нуждается. Того, кто спас меня. Глаза Дерека расширились от удивления, и он замер, пытаясь подобрать слова. Наконец его лицо смягчилось, и в глазах появилось понимание и внезапная благодарность. – Эйвери… «Это первый раз, когда он назвал меня по имени так мягко». То, как он это произнес, было больше всего, о чем Эйвери мог мечтать. В этом слове он слышал тепло, которого ему так не хватало, симпатию и принятие. Еще немного, и он мог бы… Дерек хотел продолжить фразу, но их прервал резкий звук звонка в дверь. Они оба вздрогнули и разорвали зрительный контакт. – Точно. Пицца. – Да, пицца. Откроешь? – Да, сейчас, – Эйвери засуетился, сам не зная, отчего снова чувствует смущение. Хотя он начинал подозревать. Такое было с ним пару раз, когда он ощущал симпатию к другим парням, но не знал, как себя вести и что делать, поэтому дальше неловких разговоров дело не зашло. «Да, давай, поговори еще с этим долбаным айтишником-сталкером-гением шифров об аниме, придурок. Придумай тему получше, вы нашли общую волну, так не теряй ее», – говорил он себе мысленно, пока встречал курьера и забирал заказ. Наверное, все это было написано на его мрачном лице, потому что курьер подозрительно быстро поспешил ретироваться, едва взглянув на него. – «Нет, так не пойдет. Не хватало, чтобы Дерек тоже решил слинять и снова исчез неизвестно на сколько». После этого ужин прошел относительно спокойно. Они вернулись к нейтральным темам, хотя напряжение все еще висело в воздухе и не давало полностью расслабиться. – Ты наелся? – спросил Дерек, кивая на последние оставленные кусочки пепперони в коробке. – Ага. Можешь доесть, если хочешь. – Нет, спасибо, я тоже уже не голоден. Кстати, тот десерт в кафе был вкусным. И похожим на твой аватар. Эйвери внезапно покраснел. – Так ты поэтому его взял? – Да. Было интересно, заметил ли ты сам сходство. – Если честно, то не очень. Хотя я все меню там каждый день вижу. Они рассмеялись. Сейчас, когда за окном зажигались фонари, в комнате с одной лампой за компьютерным столом стало более уютно. Эйвери сидел на кровати, расположив ноги в позе лотоса, а Дерек за столом, в том самом кресле, где Эйвери провел так много времени, пока искал его. – Кстати, я хотел спросить еще кое о чем. Если ты не против. – Я не узнаю, пока ты не спросишь, – Дерек наклонил голову набок, как будто оценивая его. – Про все те знания, которые ты получил. Они… Все еще с тобой? Ты смог научиться с ними жить? Или смог избавиться от них? – Они все еще со мной. – О. То есть… – Это все еще больше, чем может принять мой разум. Но я научился контролировать их. Теперь это как огромная библиотека – я не воспринимаю их все одновременно, но могу обращаться к ней, когда точно знаю, что мне нужно. Это все еще сложно, но я могу этим жить. – Ты знаешь, чего хотел Король? Как он появился? Может ли он вернуться? – Я стараюсь об этом не думать. Мне кажется, если я буду размышлять о нем и анализировать его действия, это может спровоцировать новый приступ. Прости. – Ничего, не извиняйся, я понимаю! Я тоже не хочу, чтобы тебе было плохо. Знаешь, я пытался найти информацию и о тебе, и Короле, перерыл весь интернет, но не нашел ничего, что могло бы объяснить произошедшее. Я выложил видео, как искал тебя, и оно набрало так много реакций в сети. Я думал, что, может, кто-то поможет, но нет. – Да, я видел, – слабо улыбнулся Дерек. – Я видел, что оно шло пятнадцать часов. – Я сам удивился, когда понял, какой оно длительности. Я понял, что двенадцать часов провел в прострации после той книги. Это же ты оставил те таблички у выхода? Только благодаря им я смог выйти из этого состояния. – Да. Рад, что они тебе помогли. Эта книга… Мне жаль, что тебе пришлось ее увидеть. Я надеялся, что ее никто никогда больше не откроет. Знаешь, когда я прочитал ее, то тоже был в ужасе. Но на самом деле это просто часть знаний, которые существуют в мире. Все, что мы считаем злом, просто другая грань реальности. Та, где наши моральные ориентиры и представления о себе оказываются не тем, чем мы привыкли их считать. – О чем ты? Дерек поднялся на ноги, и начал задумчиво ходить по комнате, рассуждая. – Когда я впервые встретился с Королем, то понял, что не хочу, чтобы кому-то пришлось проходить через то же, что и мне. Но при этом я боялся оставаться в полном одиночестве. С одной стороны, публикация тех видео и файлов в интернете была понятным и человеческим жестом отчаяния, а с другой эгоистичным проявлением страха. Я хотел, чтобы ты ушел. Правда. Я повторял это много раз. Но еще я хотел, чтобы ты остался. Дерек остановился. Он вперил свой пристальный взгляд в лицо Эйвери, который невольно напрягся. – Ты не представляешь, как это было тяжело, нести все это в одиночку в своей голове. Я думал, что умру от голода и жажды, не способный отойти от экрана, или сойду с ума. Однажды Король пришел ко мне в твоем обличье, но я быстро понял, что это не ты. Но какая-то часть меня хотела, чтобы ты нашел меня и остался со мной. – Я тоже этого хотел, – тихо сказал Эйвери. – Я знаю, – Дерек сделал неуверенный шаг к его кровати, потом еще и еще, пока не остановился рядом, нависая над ним. – А чего ты хочешь сейчас? Эйвери задрал голову вверх, чтобы встретиться с ним взглядом, и сглотнул. «Хороший вопрос». Эйвери потребовалась вся его решимость, чтобы тут же не выпалить что-нибудь глупое и не сбежать. Что-то подсказывало ему, что если он сейчас отпустит Дерека, то может никогда его больше не увидеть. Поэтому он неуверенно поднял руку и переплел свои пальцы с его. – Я все еще хочу, чтобы ты остался. Пожалуйста. – Я тоже. Во всем виде Дерека снова появилось что-то хищное, когда он спикировал на Эйвери, как птица на добычу в траве. Наклонившись, свободную руку он положил на щеку Эйвери, нежно погладив, и в следующий миг коснулся своими губами его. За миг до поцелуя Эйвери успел увидеть в его глазах сожаление. Горькое, глубокое сожаление, которого не видел никогда. Но это не остановило его от того, чтобы ответить на поцелуй, приоткрыв рот и позволив Дереку запрокинуть его голову. Тот целовался так же, как и вел себя – уверенно, сосредоточенно и заботливо. Лучший – и пока единственный – поцелуй, который был в жизни Эйвери. Губы Дерека были прохладными, а язык горячим, и это сочетание делало все происходящее еще ярче. – Я думал, что ты умер, и месяцами представлял тебя рядом со мной. Рыцарь-лорд в сверкающих доспехах, который сверг Короля и стал неоплаканным героем. Я представлял, как мы гуляем и разговариваем, но в реальности это оказалось в тысячу раз лучше. Эйвери торопливо бормотал все это, пока Дерек продолжал целовать его в уголок рта, в шею, в ключицы. Они с каждым мгновением становились ближе, и скоро кровать прогнулась под весом двух тел. Лампа на столе моргнула и погасла, погрузив комнату во тьму, которая прерывалась только слабым холодным светом фонарей, проникающим с улицы. «Наверное, перегорела», – невнятно подумал Эйвери, слишком увлеченный новыми ощущениями, чтобы анализировать что-то. Они целовались и обнимали друг друга еще какое-то время. Эйвери знал, что обычно в такие моменты переходят к более активным действиям, но его все еще потряхивало от всех переживаний этого дня, и усталость никуда не делась. Он чувствовал, что всего слишком много. «Но вдруг, если я не проявлю инициативы, то он уйдет?» Он неуверенно встретился взглядом с Дереком. Они лежали рядом на соседних подушках, пытаясь отдышаться, и смотрели друг на друга. Эйвери видел в его глазах то же нетерпение, страх и неуверенность, которые чувствовал сам. В момент, когда он уже был готов прямо спросить, как далеко они готовы зайти, Дерек заговорил сам. – Что ты знаешь о Каркозе? – Что? – Каркоза. Ты говорил, что искал информацию о Короле в Желтом. – Да, я искал. Это те разговорчики в постели, которые тебе нравятся? – Нет. Но мне нужно знать. – Ладно, я читал, что это что-то вроде загробного мира, либо мира между мирами, либо абстракция космического ужаса. Доволен? – А ты бы хотел… – в глазах Дерека вдруг зажглось что-то незнакомое. – Увидеть ее? – Что? Нет. Зачем мне хтонический ужас? – Ты не понимаешь. Помнишь, я говорил, что существуют разные грани нашей реальности? Каркоза это одна из них. Это способ, который делает из обычного человека того, кто может разглядеть в своем мире что-то новое. Что-то темное. То, что позволит тебе понять частичку того, что понял я. Мы станем ближе, разве ты не этого хотел? – Не так, – Эйвери почувствовал себя неуютно, и попытался отодвинуться назад, от Дерека, но тот уверенно положил руку ему на плечо, останавливая. – А если я попрошу? Если это единственный способ, чтобы я остался? – Что ты имеешь в виду? В глазах Дерека появился странный отблеск. Свет фонарей странно отражался в его глазах, и в них блестели неуместные желтые блики. – Я писал тебе, чтобы ты не поворачивал налево. Ты мог выбрать другой путь. Ты всегда мог выбрать просто выйти из игры и больше никогда про нее не вспоминать. Но ты этого не сделал. И знаешь, почему? Любопытство. Оно движет и мной, и тобой, оно двигает все человечество вперед. Это единственная причина, которая делает жизнь человека осмысленной. Без любопытства ты ничто. Если ты не движешься вперед, не хочешь узнать то, что было скрыто от глаз людей, ты ничто. Если в твоей жизни нет смысла, ты ничто. Без знаний, которые я могу тебе дать, ты ничто. Без Каркозы ты ничто. Эйвери дрожал. Он наконец понял. – Дерек не вернулся, так ведь? – спросил он, по его щекам текли слезы. Он больше не пытался вырваться. – Да. Но ты можешь быть с ним. Ты можешь быть с ним всегда. Раздели с ним знания. Раздели с ним власть Короля в Желтом. Раздели с ним Каркозу. – Он в твоей голове? Ты использовал его, чтобы добраться до меня и все-таки получить мой разум? – Да. – Он сильно страдает? – Ты можешь ему помочь. Займи его место. Тогда я отпущу его, он будет мне не нужен. Эйвери подавил всхлип. Перед его глазами возник далекий, сияющий образ рыцаря. «В этот раз я должен спасти его. Я должен стать его рыцарем». – Хорошо. Дерек, я надеюсь, что мы с тобой встретимся. В этом мире, в игре, или Каркозе, неважно. Я буду ждать тебя. – Я тоже. В голос этого существа напротив просочились человеческие нотки, и Эйвери понял, что Дерек все еще где-то там, потерянный в ужасах Короля в Желтом. Он больше не мог ждать. – Забери меня и верни его. Лицо того, кто был Дереком, расплылось в жуткой улыбке. Он протянул руку к голове Эйвери, и последнее, что тот увидел, был ослепительный желтый цвет.