Он уже проиграл

Саундтрек этой главы Arctic Monkeys – R U Mine? ____________________________________________________________

Я видел солнце Оно улыбалось мне Из-за облаков

Блэр поднесла пальцы к губам, вспоминая поцелуй. В который уже раз? Это было так внезапно, так ошеломляюще. Губы Рафаэля были непривычными. Такими... плотными и прохладными. Такими требовательными. Она прокручивала этот момент в голове снова и снова, пока не поняла, что никак, совсем никак не отреагировала. Всё случилось так внезапно, что она просто растерялась от нахлынувших эмоций. Она просто не могла поверить, что всё происходило взаправду. И конечно же, он подумал, что ей неприятно, что она испугалась. Никогда ещё поцелуй не вызывал у неё такой бурной эмоциональной реакции, что тело просто отказывалось слушаться. Именно поэтому она так настойчиво пыталась связаться с ним, она должна была ему объяснить. Безуспешно. Она решила дать Рафаэлю остыть пару дней. Затем попыталась снова, но он молчал. Ей ничего не оставалось, кроме как связаться с Майки. — Блэки! А я думал, ты переехала во Флориду. От тебя ни слуху, ни духу. — Прости, был завал на работе. Надо встретиться, да? Загрузить нашу песню в сеть. — Спрашиваешь! Я уже жду, не дождусь! — с готовностью воскликнул Майки. — Кстати… А что у вас стряслось с Рафом? Он метелит грушу уже третий день и ни с кем не разговаривает. По-моему, даже передатчик разбил. Блэр вздрогнула. Чёрт, чёрт чёрт! Что она натворила?! — Я… Это моя вина, — призналась она. — Я должна поговорить с ним. Буду вечером. — Отлично! Я захвачу пиццу! Конец связи.

***

Её встретил Леонардо. Вид у него был на редкость суровый. Вместо приветствия он произнёс: — Ты пришла к Рафу? Блэр кивнула. — Не думаю, что это хорошая идея. Он сам не свой последние дни, и что-то мне подсказывает, что ты в этом замешана. — Мне нужно с ним поговорить, — взмолилась Блэр. — О чём же? Слушай, Блэр, ты хорошая девушка, помогла Майки с той песней. Но всему есть предел. Я не хочу, чтобы мой брат так убивался из-за того, что по уши влюбился. Блэр застыла. Так Лео знает? Нет, стоп! Знает что? Он сказал «влюбился»? Не «увлечён», не «нравится», а именно «влюбился». В груди Блэр заныло. Она готова была смести Леонардо с ног и бежать к Рафаэлю, пусть даже ей часами пришлось бы блуждать по канализации и мочить ноги в сточных водах. Но она только тихо сказала: — Но ведь я… тоже влюбилась. Леонардо изменился в лице. Оно как-то вытянулось. Он пристально вгляделся в лицо девушки, пытаясь понять степень её искренности. Но потом без лишних слов отодвинул люк и бросил через плечо: — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Блэр тоже на это надеялась.

***

Из тренировочного зала доносились глухие ритмичные удары. Подойдя ближе, Блэр расслышала тяжёлое дыхание. Собравшись с духом, она сделала шаг внутрь. Слева спиной к ней стоял Рафаэль, нещадно молотя боксёрскую грушу. Блэр оперлась плечом о стену, безмолвно наблюдая. Послышался треск ткани, а следом чертыхания Рафа. Он яростно дёрнул грушу, и нижняя половина глухо стукнулась о пол. — И какая это уже по счёту? Раф резко обернулся и замер. Блэр подошла ближе. — Третья, — последовал ответ. Блэр опустила взгляд на его кулаки. Костяшки левой руки без перчатки были сбиты, кое-где даже кровоточили. — И что, легче стало? — спросила она, кивнув на разбитые пальцы. — Нет. — Тогда… Может, тебе станет легче, если я отвечу на твои вопросы? Ты ведь в прошлый раз не дал мне этого сделать. Раф выжидающе смотрел на Блэр и не спешил отвечать. А может просто не знал, что следует сказать и как оправдаться. Блэр говорила не торопясь, давая Рафаэлю время осознать её слова. — Итак, первое: нет, я тебя не испугалась. Я… скажем так, была под глубочайшим впечатлением от происходящего. Второе: нет, ты никакой не уродливый мутант. Ты — самое прекрасное создание из всех, кого я знаю. Третье: наш танец не был «просто танцем». Некоторое время на лице Рафаэля отражалось замешательство. Блэр почти слышала, как скрипят шестерёнки в его голове. Она направилась к стойке с оружием, на ходу снимая куртку и оставаясь в майке. Не спрашивая позволения, она взяла в обе руки тренировочные саи, развернулась к Рафаэлю и двинулась в его сторону. Он как заторможенный тоже шагнул к ней. Блэр вытянула руку, не давая ему ступить дальше. Острие саи упёрлось Рафу в грудной панцирь, затем плавно скользнуло выше и остановилось у самой шеи, касаясь его подбородка. — И, наконец, четвёртое, — медленно проговорила Блэр, глядя Рафу в глаза. — Из всех красавчиков этого мира я выбираю тебя, черепашка-мутант ниндзя Рафаэль. А теперь — защищайся! Блэр отскочила назад. Не имея понятия, как обращаться с саями, но имея опыт просмотра старых боевиков, Блэр замахнулась. Лезвие описало широкий полукруг и полетело в направлении головы Рафа. Тот сделал неуловимое движение и с лёгкостью перехватил запястье Блэр. — Тебе не хватает практики, — усмехнулся он. — Покажешь пару приёмов? Губы Рафа растянулись в торжествующей улыбке. Он подхватил со стойки боевые саи и встал рядом с Блэр. — Повторяй за мной. И она повторяла. Стойка. Медленное движение руки, глубокое дыхание. — Держи спину прямо, — лёгкое касание чуть ниже лопаток. Блэр слушалась. Она потеряла счёт времени, растворившись в этих движениях. Необычные занятия в компании необычного парня. Всё так, как и должно быть. Взмах руки. Поворот. Шаг. Теперь всё то же самое, но быстрее. Следующая комбинация. И так по кругу. — Кажется, я выдохлась. Блэр устало опустилась на татами и положила свои саи рядом. — Уже? — Да. Теперь я хочу посмотреть. Покажи мне класс. Раф довольно усмехнулся и вышел в центр зала. Он начал свой стремительный танец. Теперь настал черёд Блэр восхищаться его скоростью, ловкостью и умением обращаться с оружием. Он словно слился с саями, Блэр терялась, где кончались его руки и начинались лезвия. Она заворожённо наблюдала, как Раф подкидывает их вверх и ловит, совершив пируэт. Вот это настоящий танец, и он так подходил необузданной натуре Рафа. Сердце Блэр наполнилось необъяснимой нежностью и восторгом. Нет, она не пожалеет о своих словах. Она действительно выбрала его из всех. Когда танец был окончен, Рафаэль выпрямился, сложил руки у груди и поклонился. Блэр зааплодировала. Счастливый Рафаэль вернул саи на место, взял полотенце, чтобы вытереть пот, ручьями струившийся по шее. Его бандана насквозь промокла. Раф не хотел, чтобы Блэр учуяла запах его тренировок. Немного помедлив, он поднял руки и расслабил узел. Бандана соскользнула с его головы. Из-за спины раздался восхищённый голос Блэр: — Невероятно! Эти саи… они — словно продолжения твоих рук. — Так и должно быть, — ответил Раф, не поворачиваясь. — Каждый из братьев становится одним целым с оружием, которое выбрал. Наконец он решился. Сам не зная, почему, он хотел, чтобы Блэр увидела его таким. Без повязки, без маски — таким, какой он есть. Рафаэль обернулся. Ни один мускул на лице Блэр не дрогнул, только улыбка тронула губы. — Будешь меня учить? — спросила она. Рафаэль подошёл ближе и опустился рядом с девушкой. Он внимательно изучал её, ища хоть какой-то повод сдать назад. Хоть намёк на испуг или неприятие. Но ничего не находил. Она спокойно сидела рядом с ним и смотрела ему в глаза. — Хочешь, чтобы я стал твоим фитнес—тренером? — Хочу. — Так и быть. Но тренировки должны быть регулярными, — голос Рафаэля стал вкрадчивым и мягким, не было ни намёка на обычную резкость. — Как скажете, сенсей. Если я смогу повторить хоть сотую часть того, что ты сейчас показал, то брошу фитнес-клуб и буду приходить хоть каждый день. — Звучит заманчиво. Он медленно поднял руку и коснулся обнажённого плеча Блэр тыльной стороной пальца, провёл линию вниз. — А тебе… понравилось только смотреть? Или ты хотела бы потрогать? — А можно потрогать? — вкрадчиво спросила Блэр, не пытаясь прервать его прикосновение. — Тебе можно всё. Рука Блэр скользнула к плечу Рафа, медленно двинулась выше, к шее. Так непривычно было видеть его без повязки. Несмотря на крошечный кусок ткани, она, казалось, скрывала часть его истинной сущности, обманывала, заставляла поверить, что в нём было что-то человеческое. Но без повязки всё было иначе. Сейчас он выглядел почти в точности как черепашка, не оставляя сомнений и иллюзий. Жёлтые глаза ещё больше контрастировали с тёмно-зелёной кожей, и это дикое сочетание притягивало, звало Блэр. Она поддалась этому зову и потянулась к его лицу. Он потянулся в ответ. — А вот и я! Доставка пиццы!.. Ай! Лео, ты чего?! Оба отпрянули друг от друга. Момент был упущен. — Кажется, нам пора, — тихо сказала Блэр.

***

— Все готовы? — Майки обвёл взглядом собравшихся вокруг компьютера черепашек, Сплинтера и Блэр. — Давай, Донни, загружай! Донни нажал заветную кнопку, и на экране всплыло окно загрузки. Их совместная песня на всех парах летела, чтобы явить себя миру. — Фу-ух, как же волнительно! — Майки с нетерпением следил за тем, как заполняется шкала. Рафаэль украдкой, стоя у всех за спинами, скользнул рукой по талии Блэр и легонько притянул её к себе. Блэр одарила его нежной улыбкой. — Готово! Готово! Ребята, наша песня онлайн! Гостиную черепашек заполнил радостный галдёж и хлопки ладоней. Сплинтер кинул быстрый взгляд на Рафаэля и про себя отметил, что тот светится, будто лампочка. — Теперь обсудим клип! — Майки потёр ладони друг о друга. — Какие там у тебя были идеи, Блэки? Блэр с готовностью рассказала о том, как она видит клип. Рафу и Майки нужно было одеться в обычную одежду рэп-исполнителей: просторные толстовки (чтобы замаскировать панцирь) и штаны, кеды и кепки. На руки лучше было надеть перчатки с фальшивыми «пальцами» для конспирации. Во время съёмок их фигуры должны были оставаться тёмными, для чего за спинами у них надлежало установить яркий свет. Сама она должна на стоять в длинном вечернем платье на заднем фоне, и только во время её партии черепашки должны были расступаться, а прожектор сверху — выхватывать её фигуру из темноты. — Отпад! — констатировал Майки. — Я — за! Раф? Есть возражения? — Никаких. — Тогда за дело! Донни, ты мастеришь нам фальшивые пальцы. Я уговариваю Эйприл одолжить нам камеру и свет. Блэки, ты достаёшь нам одежду. Раф — не мешаешься под ногами. Лео… Ну, в общем, ты просто главный. Раф недовольно скривился, но возражать не стал. Донни из своих закромов достал измерительную рулетку, и Блэр сняла с черепашек мерки для одежды. Было решено встретиться через неделю на том же месте и в то же время. И со всем реквизитом.

***

Блэр, сопровождаемая Рафом, выбралась из подземки. Хотя они и разрешили основные вопросы, оставалась некоторая недосказанность, отчего обоим было немного неловко. — Может… не поедешь на такси? Я мог бы подбросить тебя. Намного быстрее. Блэр с сомнением посмотрела на Рафа. Снова лететь с бешеной скоростью по крышам не очень-то хотелось, но желание подольше побыть с Рафом пересилило. — Ладно. Только помедленней, пожалуйста. Они отошли в тень домов, Рафаэль аккуратно приподнял её рукой, как в тот вечер, а Блэр уже уверенно обхватила его шею. И снова это чувство полёта, не сравнимое ни с чем. Ветер свистит в ушах, сердце замирает, дыхание сбивается. Но рядом с ним она ничего не боится. Пока он вот так её держит, она готова лететь целую вечность. Они оказались на уже знакомой крыше. — Сделаем привал, — сказал Раф. Он отпустил руку, ботинки Блэр коснулись крыши, но руки так и остались лежать на шее. Рафаэль привлёк её к себе. Несмотря на кипевшую в нём страсть, он старался быть нежным, насколько мог себе позволить при своей недюжинной силе. Он не мог до конца поверить, что может вот так обнимать её и не бояться. Не бояться, что всё испортит, не бояться быть отвергнутым. Это было больше похоже на сон. Прекрасный сон, который не должен был заканчиваться. — Кажется, в прошлый раз нас прервали, — слова Рафаэля прозвучали прямо над ухом Блэр. — В прошлый раз ты, кажется, сбежал. Раф тихо усмехнулся. — Больше не сбегу. И это, наконец, произошло. Их губы встретились. Сначала неуверенно ища друг друга, пробуя на вкус. Неуверенность уступила место настойчивости, и вот уже они отпустили все страхи, самозабвенно наслаждаясь такой желанной близостью. Все сомнения улетучились, никто не думал о том, как правильно целоваться человеку и человекоподобной черепахе: они просто делали всё по зову своих тел, по велению своих сердец. Это был самый прекрасный поцелуй в мире. Чтобы обрести его, пришлось преодолеть столько внутренних противоречий и сомнений, но вот они здесь, настолько естественно, будто бы они не принадлежали разным мирам. Спустя, казалось, целые часы, они отстранились друг от друга, чтобы отдышаться. Блэр обхватила ладонями лицо Рафаэля. — Почему ты так долго тянул с этим? Рафаэль ответил, не таясь. Он уже не видел смысла отпираться и скрывать свой страх. — Я боялся. — Чего? — Что ты… оттолкнёшь. — Разве я с первого дня не давала тебе понять обратное? — Не так просто, знаешь ли, свыкнуться с мыслью, что кто-то смотрит на тебя не только как на чудо мутации, но и как на.. нечто большее. — А когда… когда ты впервые понял, что… что я тебе нравлюсь? — смущённо спросила Блэр. — В тот самый первый вечер. Когда услышал, как ты поёшь. Только не хотел это признавать. — Рафаэль… Ох, знаешь, я ведь тоже боялась. — Ты? — Раф недоверчиво взглянул на Блэр. — Представь себе. Я боялась, что тебя больше интересует моё тело, чем я сама. Ну, знаешь, ты ведь никогда не был близок с девушкой… в физическом плане. На этот раз Рафаэль отреагировал не сразу. Некоторое время он внимательно вглядывался в лицо Блэр, любуясь и не смея поверить, что всё происходит взаправду. — Даже если и так, ни одна девушка ещё не вызывала во мне такую бурю эмоций. Я даже не знал, что умею чувствовать столько всего и сразу. Они улыбнулись друг другу. Руки Рафаэля заскользили по спине Блэр. Словно ему было важно чувствовать её здесь, рядом, не дать ей исчезнуть. — Ты… интересуешь меня во всех возможных смыслах. Блэр ловила каждое слово, пропускала через себя, и смысл этих слов оседал приятной ношей на сердце. Наконец-то он сказал это. Это и даже больше, чем она рассчитывала. В груди словно расцвёл цветок, и самым лучшим удобрением для него сейчас были поцелуи. И Блэр поцеловала. Она гладила Рафаэли по щекам, и всё никак не могла сполна насладиться этим ощущением его бугристой и прохладной кожи под своими пальцами. Как же ей не хватало этих прикосновений! Казалось, в них была вся она. В них и в этих поцелуях. Как иронично, что рядом с нечеловеческим существом она как никогда ощущала себя полноценным человеком. Человеком, потерявшим маленькую деталь, державшую на себе всю конструкцию. И вот, в один прекрасный день, деталь нашлась. Её Рафаэль. — Слушай, в додзё ты сказала кое-что… о том, что выбрала меня. Можешь… можешь это повторить? Блэр могла бы повторить это ещё тысячу раз. — Черепашка-мутант ниндзя Рафаэль, я выбираю тебя из всех красавчиков этого мира! Теперь ты. — Из всех женщин этого мира я выбираю тебя, Блэр Тиммонс. Они прижались лбами друг другу, как бы подкрепляя этим данную клятву. — Блэки… — Раф… Простые имена, но отчего-то в их шёпоте слышалась невероятная нежность, от которой плавилось сердце. — Похоже на свадебную клятву, — заметила Блэр. — Запомню на будущее. Блэр засмеялась и прижалась к Рафаэлю. Его руки крепче обхватили её талию, закрывая от остального мира и оставляя лишь себе. Теперь каждый из них был на своём месте. Там, где так жаждал оказаться, не смотря ни на что. Метавшаяся душа Рафаэля нашла Блэр, как затерявшаяся в море лодка нашла свой причал у приветливого берега.