Абсолютный Бог

— Первый идëт по следам Второго. Его скорость возвышения увеличивается, — странник низко поклонился, согнувшись почти под углом в девяносто градусов. — Всё складывается благоприятно. Пространство, в котором он находился, вздрогнуло и перекрутилось. Странник не пошатнулся, привыкнув к этому, и устремил взгляд вниз. — Подними лицо. Странник резко вскинул голову и посмотрел вперёд. Сгусток черноты перед ним засверкал всеми цветами, после чего голос, который не был ни старым, ни молодым, прошептал: — Не торопи события. Странник вздрогнул, почувствовав, как незримая сила сковала его тело, но не отвëл взгляд. — Молодые мешают, — протянул бог. — Баланс сил стремительно меняется, а она этого даже и не заметила. — Старуха слепа, — равнодушно заметил странник. — Кажется, она чувствует, что что-то не так с кандидатом, но не понимает, что именно. Она думает, что он просто мелкий бог. — С доменом Надежды? — раздался тяжëлый смех. Пространство снова сжалось до чëрной точки. — Это не мелочи. Моя дорогая антипод желает поменять расстановку сил изначальных. Эта сука так недальновидна. Странник молча склонил голову. — Мне без разницы, что ты сделаешь для этого, но убери этого назойливого пацана, который суëт нос не в своë дело, — голос бога зазвучал со всех сторон одновременно. — Если понадобится, запечатайте его! — …а что со Вторым кандидатом? — помедлив, осторожно спросил странник. — Он хорошая приманка. Если эти ублюдки-охотники и надеятся, что он победит — это не имеет значения. — Первый его разорвëт, — резюмирует странник. — Верно. Пространство изогнулось опять, а затем взорвалось столпами искр. На мгновение стало невозможно дышать, но сразу же странник снова смог двигаться. — А теперь иди. Помни, Первый не должен узнать. — Как скажете… Господин.

⚜️

— Я не могу тебе этого сказать. Блондин почесал затылок. Он спросил уже таким количеством способов, что больше не знал, как узнать правду. Он попробовал ещё раз. — Это для его блага. Ответ был неизменен, как и каждый раз. — Я не могу тебе сказать. А затем старшая сказала нечто неожиданное. Она повторила его слова: — Это для его блага. Смерть сощурился, глядя на золотые искры света, слабо пробивающиеся сквозь тьму. — То есть, Вы знаете что-то, что может ему помочь? Древний бог, кажется, вздохнула. Безнадëжно. А затем более твëрдо, чем когда-либо, произнесла: — Ты не можешь этого ему сказать. Ответ изменился. И этот ответ чем-то неуловимым пугал. — Я обещала этому ребёнку, что он не станет Богом. Он не хочет этого. — А разве… — осторожно начал Смерть, но его перебили. — Я солгала ему. Блондин вздрогнул, увидев, как Древний бог чертит что-то рукой в воздухе. Затем его зрачки задрожали. — Это невозможно… — едва слышно протянул он. — Не говори ему, — повторила Надежда. — Ты не можешь ему этого сказать. Пространство на несколько мгновений стало невыносимо ярким — затем освещение вернулось в норму. Смерть оглядел свой офис и потëр запавшие глаза руками. — Чëрт побери, Кейл… Как ты вообще в это вляпался?! Он действительно не мог сказать этому ребёнку правду. Но не потому что ему практически приказали молчать. Он просто… Он не мог. Кейл ненавидел и Охотников, и богов. Он не мог сломать этого ребёнка.

⚜️

— Это… Жестоко. Лицо её абсолютно ничего не выражало, словно обсуждаемое никак не касалось и не волновало. Мужчина перед ней запрокинул голову и засмеялся. Злобно. С ненавистью. Её это тоже не волновало. Король даже не казался ей пугающим — почему нужно бояться кого-то другого? Даже её сила осталась при ней. Вся. Так себе идея была от шпиона пытаться избавиться. — Тем не менее, это то, что мы выяснили, — другая женщина подала голос. — Совсем скоро всё будет закончено. — И весь мир будет стëрт, — бывшая святая поджала губы. Затем запрокинула голову и тоже засмеялась: — Эти ублюдки подготовили грандиозный конец. — Если бы… — со вздохом произнёс мужчина, дëрнув уголком рта. — Конец… Мы всё ещё не можем узнать, где именно он находится. — Новый Мир, — зачарованно произнесла женщина рядом с ним. — …Да, — бывшая святая глубоко вздохнула. Она готова была пробраться в самое сердце врага, если это значило, что она сможет навредить тому ублюдку. — «Конец — это Начало», мы узнали этот секретный девиз, — женщина нахмурилась. — Для создания Нового Мира требуются руины прежнего, — пробормотал мужчина. Девушка глубоко поклонилась им обоим: — Я непременно всё узнаю. Затем она вышла за дверь. — Я не думаю, что это так просто… — женщина нахмурилась. — За этим стоит что-то ещё. Конец — это Начало. Это была фраза, ради которой несколько её подчинëнных отдали свои жизни. Абсолютный Бог. Новый Мир. Жертва. Всё это так сильно перемешалось друг с другом, что казалось очевидным — прежние миры будут принесены в жертву Богу, Охотники убегут в другой мир. Но в чëм тогда смысл другим богам в этом учавствовать и странникам, что желают занять их места? Для чего на самом деле наступит конец? И что начнётся после этого?

⚜️

Кейл, щурясь от летящего ему в лицо снега, смотрел вперëд, упрямо двигаясь по сугробам. — Человек! Человек! Мне наложить на тебя магию изменения температуры? Кейл незаметно покачал головой, проклиная снег. Идти приходилось пешком, самостоятельно, так как он не мог сказать ничего Чхве Хану или Раону — мечник тащил на себе дракона, а семилетний ребëнок не должен был использовать магию. Раздражение Кейла на ситуацию выходило из него вместе с аурой. Дракон, которому прилетело по голове, издал какой-то полубессознательный звук, но Чхве Хан снова вырубил его. Кейл вздрогнул, смотря на это. Затем он постарался перестать думать о Чхве Хане и драконе и достал из кармана чëрное зеркало и постучал по нему. — Эй. Бог Смерти, который обычно начинал ныть на его неуважительный тон, не отвечал. — Ты сказал нам притащиться сюда! — нахмурился Кейл и огляделся вновь. Бескрайняя снежная пустыня и ничего более. — Эй, ответь. — Дурацкий бог! — вслух сказал Раон, после чего подлетел к Чхве Хану. Тот кивнул с рассеянным видом, смотря на Кейла и зеркало. Кейл, проигнорировав их, произнёс, стуча по экрану: — Считаю до трëх и мы уходим, если ты не ответишь прямо сейчас. <Подожди…> Надпись проявлялась слишком медленно — обычно бог Смерти либо не отвечал вообще, либо отвечал быстро. Кейл нахмурился. — Сколько? Экран снова был пустым. — Сколько нам ждать? — повторил Кейл тоном, подразумевающим, что ждать он совершенно не намерен. <Я решаю одну ситуацию…> — так же медленно проявилось на экране. Кейл озадаченно моргнул. Что он там решает? Этот ублюдок не ныл о том, какой он несчастный, как много делает и как никто его не хвалит — это было странно. — Эй, — Кейл снова постучал по экрану, а затем сказал, что собирался сказать: — У Айпоту остался только месяц и мы очень заняты. Ты тратишь моё время. На лице его появилась улыбка, которую Раон обычно называл мошеннической. Раон сейчас молчал. — А ты знаешь, как дорого моë время? <Я не мог тебе сказать ничего, кроме как просто прийти.> Бог написал что-то странное. <В этой точке мира я чувствую брешь в заморозке.> <Я могу дотянуться до этой точки.> — Человек, что-то очень странное… — тихо пробормотал Раон в его голове. <Мне очень-очень жаль, Кейл.> <Присутствует 4 человека> Глаза Кейла тут же расширились и он закричал: — Раон, телепортация! Чëрная мана тут же всколыхнулась вокруг него, словно ребёнок был уже наготове, но проклятый бог оказался быстрее. Мир вокруг погрузился во тьму. — Я верну и остальных, когда все вернутся в замок… — раздался голос ублюдка. Казалось, он действительно сожалел, но Кейлу было абсолютно плевать. — …У меня не было другого решения… Дитя. Кейл, взмахивая руками, вздрогнул всем телом, услышав, что последнее слово было произнесено голосом совсем другого бога. Они оказались посреди леса. Очень знакомого леса. — Мы… Дома? — голос Раона дрожал, когда он большими глазами смотрел на окружающий их Лес Тьмы. — Но как же мама, как же дедушка… Сестра, брат… КАК ЖЕ ОСТАЛЬНЫЕ?! — ТУПОЙ БОГ! Кейл швырнул божественный предмет и наступил каблуком, вдавливая зеркало в землю. Он наступал снова. И снова. И снова. Внутренний карман нагрелся и, уже зная, что это, Кейл резким движением достал другой божественный предмет этого ублюдка. Он хотел швырнуть и его. Но не знал, что тогда будет с запечатанным в нём другим ублюдком. Книга открылась на середине. Красными чернилами медленно проявилась надпись. <Если ты вмешаешься, то очень сильно пожалеешь.> На странице появились тëмные круги. Их становилось всё больше. <Мне жаль. Мне жаль. Мне так сильно жаль.>