Натурщица

      Вы любите праздники? Конечно любите, большинство людей их любит. День рождения, Рождество, свадьба. Свадьба, конечно, уникальное торжество не из тех, которое бывает каждый год, поэтому это событие можно назвать по-настоящему особенным.       Сегодня новоиспеченная семья Люпин -Тонкс устраивает праздничный ужин в честь прошедшего вчера, официального бракосочетания. Празднество обещает быть не столько масштабным, сколько немного вычурным. Семью Нимфадоры Тонкс можно отнести к элите общества: мама — одна из трех дочерей представителя знатного древнего рода Блэков, а отец хоть и не имел голубой крови, но был довольно успешным предпринимателем. Что касается семьи жениха — Римуса Люпина, то здесь говорить особо не о чем. Он — человек, который сделал себя сам и никаких особенных родственных связей не имеет. Их пара, в силу разных причин, в том числе ощутимой разнице в возрасте, долго шла к заключению брака. К счастью, событие произошло, и теперь остается только радоваться, а если кто-то против, то их мнение никто не спрашивает.       Празднование пройдёт в огромном загородном коттедже в Йоркшире, который арендовали специально для этого события. Приглашенных гостей будет немного — двадцать человек: только самые близкие родственники и друзья со стороны молодоженов. Семья Блэков довольно многочисленная, а у Люпина не осталось близких родственников, только трое друзей, один из которых Блэк. Чтобы не смущать жениха, Дора решила не приглашать всех своих многочисленных дядей и кузин, а ограничиться узким кругом. Гости, очевидно, находятся в предвкушении предстоящего вечера, в том числе одна из них — лучшая подруга невесты - Гермиона Грейнджер.       Мисс Грейнджер — самодостаточная молодая женщина двадцати семи лет, которая к своим годам успела получить достойное юридическое образование и устроиться в одну из лучших фирм города, успев зарекомендовать себя как подающего надежды сотрудника. В вопросах, касающихся работы и учёбы, у нее нет никаких затруднений, а в личной и повседневной жизни не все так гладко, как хотелось бы.       Сейчас, стоя у зеркала и разглядывая свой вечерний праздничный образ, девушка никак не может привыкнуть к отражению. С легкой руки Доры она взяла в аренду дорогущее платье, которое никогда бы не надела, если бы не свадьба подруги. Черное платье в пол с открытой спиной и длинным шлейфом - явно не в ее стиле. Наряд настолько откровенный, что девушке хочется прикрыть себя. Ассиметричный дизайн с открытыми плечами не оставляет место для фантазии, к тому же есть вырез на талии. Руки, живот, ноги открыто практически все.       Когда они с Тонкс мерили наряды, подруга сразу обратила внимание на это платье, Гермиона даже мерить его не хотела, но Дора смогла ее убедить. Чтобы собрать образ целиком, девушки выбрали черные туфли на высоком каблуке, макияж минималистичный, а волосы решили собрать в высокий пучок (кудрявые волосы шатенки не были рады такому экспириенсу, но им пришлось смириться). В этом образе ее еще никто не видел, кроме подруги.       Она сложила в небольшую сумочку телефон, ключи, карту и другие мелочи, которые могут понадобиться. Подруга и ее жених предложили подвезти девушку до коттеджа, но она решила не тревожить молодоженов и поехать на такси. Сбор гостей начнется с пяти часов вечера, но Гермиона решила приехать ближе к шести, чтобы не чувствовать себя неловко в компании незнакомых людей. Из всех присутствующих она лично знакома только с брачующимися и мамой Доры.       Машина приехала быстро. К счастью, скромной девушке не пришлось краснеть под взглядом водителя. Таксит без интереса посмотрел на свою клиентку и не выказал никого недовольства пока она пыталась влезть в автомобиль вместе со своим длинным шлейфом. К счастью, девушка заранее продумала, как закрепить мешающуюся ткань, чтобы она не волочилась по полу. Мужчина еще раз уточнил адрес и поехал в нужном направлении.       Подъезжая к загородному дому, Грейнджер написала подруге, чтобы ее встретили. Гермиона никогда не была вхожа в настолько элитное общество, поэтому чувствовать себя по-настоящему комфортно не сможет, но близкий человек хотя бы поможет справится с волнением.       Дом оказался именно таким, каким она его представляла: огромным, старинным и немного вычурным. Сложно представить сколько стоит его посуточная аренда, наверное столько, сколько девушка за полгода получает, если не больше. Как сказала подруга, оплата аренды особняка стала подарком от Андромеды. Женщина никогда плохо не высказывалась о выборе своей дочери, поэтому только с радостью внесла свою лепту. Римус сразу ей понравился: достойный мужчина и неважно, что старше ее дочери на тринадцать лет.       «Давай, Грейнджер, вперед. В конце концов, не ты сегодня замуж выходишь. Будь смелее! У тебя красивые ноги», — такими были мысли девушки пред тем, как войти на территорию особняка. К счастью, идти на каблуках оказалось несложно. Дорожка вымощена крепким камнем, в котором, к счастью, не застревают каблуки.       — Герми, какая же ты красотка! — только девушка подошла к двери, как она распахнулась и перед ней предстала счастливая невеста. Платье Доры они тоже выбирали вместе. Миссис Люпин выглядит в нем просто шикарно.       — Я чувствую себя голой, — именно так она себя и ощущает. На удачу, погода стоит теплая, и она чувствует себя комфортно, иначе пришлось бы думать что надеть сверху.       — О, дорогая, я была бы рада, если бы кто-то увидел тебя сегодня голой, — шутница. Подруга уже второй год пытается найти ей пару, вот только Грейнджер активно сопротивляется.       Девушки вошли в дом и не спеша начали подниматься на второй этаж, именно там будет проходить торжество. Пока они шли, успели обсудить гостей с обеих сторон, и пришли к выводу, что потенциальных партнерш ей здесь не найти, потому что они либо уже заняты, либо очевидные гетеро. Однако, в голове Нимфадоры мелькнула одна интересная мысль, с которой она пока не готова поделиться подругой, время еще не пришло.       Даже банальный подъем по лестнице в таком огромном коттедже ощущается величественно. Лестницы с широкими ступеньками и резными перилами так и кричат о древности и дороговизне. Дора в такой обстановке чувствует себя более комфортно, поэтому ее спокойствие немного передалось и подруге.       — Пока прибыла только половина гостей, так что ты успеешь втянуться. Я уверена, что все оценят твой образ. Народ здесь, по большей части, чопорный, но даже они захотят с тобой познакомиться,       — Дора немного приободрила подругу и открыла двери.       Зал оказался просто огромным, но был украшен минималистично: столики, стулья и посуда были оформлены в сдержанном лаконичном стиле в белых и коричневых тонах. Гермиона не смогла не оценить вкус организаторов и оформителей. Кстати, Дора и Андромеда принимали активное участие в этой увлекательной работе, прибегая только к минимальной помощи профессионалов. Все-таки чувство прекрасного может передаваться по наследству.       Некоторые из гостей обратили внимание на вошедших. Люциус Малфой — муж одной из теток Доры (его она узнала по описанию) обратил на незнакомку внимание и сдержанно улыбнулся, кивая головой: аристократа видно невооруженным глазом. Другие гости продолжили беседовать. В глаза сразу бросился тот факт, что внешний вид Грейнджер смотрится гармонично на фоне других присутствующих. Мужчины и женщины выглядят так, будто пришли на красную дорожку какого-нибудь Оскара или Грэмми. От лоска одежды и блеска бриллиантов слепит глаза. Идеально выглаженные наряды, безукоризненные прически и грация в каждом движении. Пожалуй, только несколько человек не вписываются в общую картину, видимо, друзья Римуса. В этих людях нет очевидного пижонства. Гермиона ненавязчиво всех рассмотрела и даже не заметила, как время приблизилось к шести часам.       — Тетя Белла опаздывает. Это ожидаемо, — Дора немного взгрустнула, в конце концов никто не любит непунктуальных людей.       — Та самая, которая художница? — Гермиона мало знает о тетях подруги, но про эксцентричную творческую личность слышала. На секунду ей даже стало интересно увидеть ее.       — Да, она самая. У тети сейчас очень бурный творческий процесс, но надеюсь она не забыла про свадьбу, — Дора как-то рассказывала, что в детстве хорошо ладила с родственницей, но со временем общение стало более редким, хотя все равно осталось довольно теплым, несмотря на то, что раньше Андромеда не особо поощряла их общение.       — Разве можно забыть о свадьбе племянницы? — Герми немного опешила от полученной информации. Насколько же надо быть рассеянным человеком, чтобы упустить такой важный момент.       — С ней всякое может случиться, — в эту фразу девушка вложила слишком много скрытого смысла.       Ровно в шесть часов пять минут присутствующие в большом зале услышали топот быстрых шагов на каблуках. Через несколько секунд в зал влетело черное нечто с большим белым пятном рядом с собой. Черным неопознанным объектом оказалась женщина, которая держит в руках огромный плоский предмет перевязанный черной атласной лентой с бантом. Только через несколько мгновений девушка поняла, что пришли та самая тетя Белла с картиной.       Гермиона никогда не видела ее в лицо, только знала, что она как и большинство Блэков брюнетка с кудрявыми волосами. Она даже не предполагала, что женщина окажется настолько хороша сбой. Возможно ли в пятьдесят лет выглядеть на тридцать пять, причем без явных признаков хирургического вмешательства? Ее кожа светлая, практически бледная, а глаза чёрные, как ночное небо. На голове - непонятный беспорядок из растрепавшихся черных кудрей. Платье… На ней не предсказуемый тяжелый люкс, а черное платье в пол с корсетом. Оно делает отсылку к средневековому стилю: рукава, вырез декольте, незначительная пышность юбки - все говорит о необычных предпочтениях в одежде. На теле нет абсолютно никаких украшений. Если приглядеться, то макияжа либо нет, либо он настолько легкий, что практически незаметен.       — Дорогая племяшка, Усатик, рада вас видеть, — женщина некоторое время просто стояла, осматривая всю честнУю компанию, а потом остановила взгляд на племяннице и подошла к ней. Римус тоже удостоился взгляда, — это вам подарок от меня. Ее хотели выкупить три разных человека, но я отложила для вас. Повесьте картину в спальне, будет вам вместо афродизиаков. Усатик, проблем не будет никаких, я тебя уверяю, — женщина передала картину в руки зятя, а потом ее взгляд остановился на незнакомой девушке.       — Привет, тетя, рада что ты пришла, — Дора действительно оживилась, когда увидела родственницу. Теперь все гости в сборе и можно начать фуршет со всеми этими суховатыми и слишком пафосными поздравлениями от родственников.       Нимфадора даже посмеялась мысли о том, что только ее тетя Белла может всучить подарок настолько топорно еще и с сомнительными словесными вставками.       — Я не могла не прийти, дорогая, — только сейчас Гермиона обратила внимание на то, что женщина бросает в ее сторону долгие взгляды, почти не обращая внимания на племянницу.       Девушка все еще не полностью пришла в себя после появления этого черного урагана. С одной стороны, хочется повнимательней рассмотреть женщину, а с другой, отойти подальше. Если и существуют такие понятия как аура, то сейчас поле Беллатрисы Блэк давит на девушку своей весомостью, вызывая очень странное ощущение. Хорошо, что девушка устойчиво стоит на каблуках, иначе пришлось бы ловить её оседающее на пол, тело. Художница совершенно не вписывается в стандарты большей части собравшихся людей. Она явно здесь белая ворона, несмотря на черный цвет, преобладающий в ее образе. Грейнджер даже стало интересно, только на нее присутствие этого человека оказывает такое яркое влияние, или другие тоже ощущают подобное.       — Юная леди, у вас красивые уши. Вам когда-нибудь говорили об этом? — женщина резко перевела взгляд на Грейнджер и уставилась на нее настолько пронзительным взглядом, что захотелось спрятаться.       — Уши? Не припомню, думаю у меня красивые ноги, — она оказалась немного обескуражена, что поспособствовало слишком правдивому высказыванию, а когда появилось осознание, что буквально саму себя похвалила, ее уши немного покраснели. Вдруг Блэк подумает, что она слишком высокого мнения о себе?       — Вот! Даже слегка порозовевшими они остаются прекрасными. Ноги, конечно, не идеальны, как уши, но тоже в моем вкусе, — похоже, в ней сейчас говорит художник, который видит объекты и субъекты своим особым, профессиональным взглядом.       — Тетя, эту юную леди зовут Гермиона Грейнджер, — Нимфадора сдерживает себя изо всех сил, чтобы не начать задорно смеяться от того, насколько нелепо заинтересованными выглядят эти двое.       Разговор очень удачно прервала Андромеда, которая ненавязчиво дала понять, что уже стоит начать официальную часть. Также виртуозно ей удалось привлечь внимание Беллатрисы и увлечь ее к своему столику. Когда женщина отошла, Гермиона физически ощутила легкость будто большой груз с плеч упал.       Гермиона ожидала, что празднование свадьбы будет похоже на Торжество с самой большой и витиеватой буквы, но все оказалось еще хуже. Никаких громких аплодисментов, смешных рассказов из детства жениха или невесты. Несмотря на свою легкую чопорность, а Дора говорит, что очень даже тяжелую, Гермиона была бы непротив повеселиться и посмеяться, а на этой свадьбе сделать подобное практически невозможно. Если бы не Римус и Дора, то она точно бы уснула от скуки.       — Римус, это еще не самое абсурдное дело, с которым к нам приходили. Около месяца назад пришел старичок, который захотел подать в суд на производителя стиральных машин из-за того, что наименование режимов стирки написаны слишком мелким шрифтом. Я сдерживалась изо всех сил пока говорила с ним, думала, засмеюсь на весь кабинет, — когда официальная часть мероприятия закончилась, люди просто разошлись на группки по интересам и начали говорить. Римусу стало интересно послушать о ее работе. Он человек степенный и не склонен дурачится и шутить, но сегодня, очевидно, у него замечательное настроение.       — Забавная история. Значит, вы адвокат? Помогаете людям отстаивать свои права? — непонятно откуда появилась Беллатриса и совершенно бесцеремонно вмешалась в чужой разговор, не испытывая при этом ни капли неловкости.       — Да, мисс Блэк, но моей квалификации пока не достаточно, чтобы называться адвокатом, я пока кто-то вроде стажера, — Гермиона еще не может самостоятельно быть защитником в суде, но она может принимать активное участие в ведении дел.       — О боже! Не называйте меня мисс, просто Белла, терпеть не могу эти условности. Я уже слишком стара для такого обращения и неважно, что по социальному статусу я все еще ею являюсь, — эмоциональность этой женщины даже немного пугает. Она активно жестикулирует и смотрит таким пронизывающим взглядом, будто пытается увидеть что-то, глубоко спрятанное, внутри.       — Старая? Я бы точно так не сказала, — тут Гермиона поняла, что сболтнула лишнего. Присутствие этой женщины пагубно влияет на девушку, она перестает контролировать себя и начинает говорить вслух все, что на языке вертится.       — Правда? — опять этот ее странный, пронизывающий до мурашек, взгляд. Что не так с этим человеком? — приятно слышать такие слова от молодой женщины, — она сделала два шага вперед, теперь расстояние между ними составляет не больше двадцати сантиметров. Судя по всему, понятие «личное пространство» ей не знакомо.       — Тетя, не смущай мою подругу, — в происходящее вовремя вмешалась Дора, которая с другого конца зала заметила появление женщины в опасной близости к подруге.       — Дорогая, я даже не начинала, ради тебя веду себя как примерная школьница, — и ведь она абсолютно уверена в своих словах. Даже представить сложно, какой она может быть, когда не сдерживает себя.       Пока Гермиона пыталась прийти в себя, тетушку подруги вовлекли в другой разговор. Теперь, когда ее внимание отвлечено, у девушки появилась возможность переодически кидать в ее сторону заинтересованные взгляды, пытаясь получше разглядеть мелкие детали во внешности и наряде: небрежно спадающие кудрявые пряди черных волос, простой неброский маникюр, черные ленты в корсете. Только спустя пару минут Гермиона вспомнила, что не смогла сдержаться, и во время их короткого диалога надолго задержала взгляд на груди женщины, и, похоже, ее поймали с поличным. В свое оправдание девушка может сказать, что нечасто видит женщин в корсетах, к тому же, там есть на что посмотреть, слишком уж привлекательные у нее формы.       Когда обстановка начала немного давить, Грейнджер захотела выйти на свежий воздух. На удивление, к своему образу она успела привыкнуть, и откровенность платья уже почти не смущает. Единственное, что напрягает существенно — затекшие ноги, было бы неплохо переобуться в кроссовки или даже в тапочки. Ничего лучше, чем просто снять туфли она не придумала. Стоять на красивом винтажном балконе и смотреть в даль довольно приятно, ветерок немного холодит кожу и освежает. Хорошо.       — Устали? — неожиданно тишину вечера разрушил голос, который уже успел запомниться. И что она тут делает? У Грейнджер даже возникла мысль, что женщина ее преследует. Она способна на такое?       — Ноги устали, предпочитаю более удобную обувь, — когда Белла подошла поближе увидела, что туфли стоят рядом с девушкой, а не находятся на ее ногах.       — Зачем тогда надели, если в них некомфортно? — вопрос женщины немого озадачил, кстати, сейчас она выглядит более расслаблено и голос звучит немного тише.       — Они подходят к платью, а платье мы с Дорой выбирали. К тому же, я не могла прийти к подруге на свадьбу в джинсах и кроссовках, — на самом деле, она могла бы выбрать более комфортный для себя образ, но в глубине души хотелось выглядеть именно так. Когда ей еще представится возможность надеть что-то настолько дорогое и элегантное.       — О, дорогая, это такие условности. Главное ведь не то, в чем пришла подруга, а в том, что она искренне рада, а вы, очевидно, рады за мою любимую племяшку, — Гермиона задержала взгляд всего на секунду дольше, чем необходимо, а потом уже перестала замечать, как в оба глаза смотрит на свою собеседницу и не может оторваться, — к тому же этим снобам никогда не угодишь, так что вы бы произвели фурор в футболке и кроссовках не меньший, чем в этом сексуальном платье.       «Что она делает?» Этот вопрос начал бить набатом в голове, как та обезьянка с тарелками. Беллатриса Блэк флиртует, или это ее привычная манера разговора? Почему она столько времени тратит на разговор с самой обычной Гермионой Грейнджер? Сейчас хочется уйти подальше от нее и больше никогда не видеть, но тело сопротивляется.       — А вы, значит, любите корсеты и в них комфортно? — ох уж этот, не дающий покоя, предмет гардероба. Почему-то Гермиона была уверена, что подобную экстравагантную одежду Белла носит и в повседневной жизни.       — Не всегда, на самом деле. Просто люблю выглядеть эффектно. Люблю, когда людям интересно на меня смотреть, у всех такая разная реакция, даже забавно видеть их лица, — да уж, сознание этой женщины функционирует каким-то особенным образом, Гермиона таких людей никогда не понимала.       — Интересно вы рассуждает. Я, в отличи от вас, не люблю выделяться из толпы, — абсолютная правда. В детстве у нее была проблема с прикусом, поэтому лет до тринадцати ей приходилось терпеть насмешки из-за этого. Зубы выправили уже много лет назад, но комплекс остался и перерос в простое желание не привлекать внимание.       — Мисс Грейнджер, хочу нарисовать вас. Станете моей натурщицей? — неожиданный вопрос некоторое время просто висит в воздухе, будто он и не был произнесен вслух. Не хватает только стрекота сверчков в виде фонового звука.       — Простите, что вы хотите? — Грейнджер таких шуток не понимает. Она, должно быть, сейчас пошутила. Насколько Гермиона знает, Беллатриса художница узкого профиля пишет только женщин, причём, в большинстве случаев, обнаженных, никаких тебе натюрмортов и голубого моря. Вряд ли типаж Гермионы Грейнджер можно назвать подходящий для картин в стиле ню.       — Мне нравится, как вы выглядите, и я вижу внутри вас скрытую страсть, которую можно выпустить наружу. Вы покажете ее мне, а я запечатлею всю эту энергию на холсте. Каждый, кто будет смотреть на портрет, не сможет отвести от него глаз. Уверяю вас, вы даже не представляете, сколько скрытого потенциала может быть в человеке, — теперь она снова похожа на ту, ставшую уже привычной, Беллатрису Блэк. На лице нет ни следа умиротворения, только выжидающий прищуренный взгляд, можно даже сказать хищный. Скорее всего, она азартный человек. Возможно, ее желание приобщить к искусству Гермиону объясняется стремлением преодолеть очередной вызов. Грейнджер для нее просто интересный эксперимент.       — Вы меня не слышали? Я же говорю, что не хочу привлекать внимание, а вы на полном серьезе говорите, что хотите нарисовать меня и выставить картину на всеобщее обозрение! — должно быть, интонация ее голоса изменилась, стала более грубой. Теперь она уже не выглядит робкой, скорее наоборот - воинственной. Несмотря на застенчивость, Гермиона может отстаивать свои границы, когда это необходимо, иначе она не стала бы выбирать юриспруденцию делом своей жизни.       — Я никогда не ошибаюсь, и вы прямо сейчас это доказываете. Подумайте, мисс Грейнджер, признайте, что вам нравится мое предложение, — женщина еще несколько секунд буквально пронизывала девушку своим взглядом, а потом оставила ее одну.       Так странно она себя уже давно не чувствовала. Такое ощущение, что разговор с художницей высосал из нее все соки. Если десять минут назад Гермиона была в стоянии «просто немного утомилась», то сейчас к утомлению прибавилось удивление и негодование. Все было нормально: поездка на такси, поздравление молодоженов, фуршет, ненавязчивые разговоры. Да, не самое веселое мероприятие, но все было предсказуемо, а сейчас в эту рутину ворвалось предложение художницы. Она внесла смуту в этот вечер.       — Герми, ты чего тут застряла? Все в порядке? — На балконе появилась немного взволнованная Дора. Невеста кинулась поделиться шуткой с подругой и поняла, что ее нет в зоне видимости. Девушка обнаружилась одна на балконе.       — Решила подышать воздухом, а потом ко мне подошла твоя тетя и предложила написать мой портрет, — звучит даже бредово. Гермиона Грейнджер и позирование — это совершенно не совместимые понятия, она уж в этом уверена.       — Что? Белла предложила тебе поучаствовать в написании картины? — Нимфадора даже улыбаться перестала, настолько ее удивило заявление подруги, — чтоб ты знала, Белла никогда не рисовала никого из нас, даже в шутку, она всегда очень тщательно подходит к выбору натурщицы, если она предложила тебе, то это по-настоящему особенное явление.       — Серьезно? И что она во мне нашла? — Гермиона Грейнджер редко бывает в замешательстве или растерянности, но сейчас именно это и произошло. Логика Беллатрисы Блэк была вне рамок понимания девушки. В ее представлении, картины пишут с красивых утонченных людей, в которых есть особый шарм, они должны быть самобытными, а в себе она ничего особенного не видит.       — С ответом на этот вопрос я не помощник, — Нимфадора действительно не знает, почему ее привередливая тетя выбрала в качестве натурщицы не профессионала, а человека, далекого от искусства. Однако, ее этот факт обрадовал. Ее подруге не помешает внести в свою жизнь немного красок.       — Я уже отказала, но ей явно не понравился мой ответ, — может и причинно-следственную связь в ее поведении она и не уловила, но недовольство и раздражение - очень даже.       — Тебе точно следовало согласиться! Когда еще появится возможность стать натурщицей для профессионального художника? Я бы посмотрела на результат вашей совместной работы, — конечно, миссис Люпин права на все сто процентов, но переубедить упрямого человека всегда непросто.       — Хочешь посмотреть на меня голую? — они хоть и подруги но топлес друг друга не видели никогда.       — В этом вся проблема? Не хочешь позировать обнаженной? — это одна из важных причин. Гермиона всегда была скромницей, в некоторых вопросах даже ханжой, поэтому сложно представить, что какой-то человек будет с ног до головы ее разглядывать вне контекста интимной близости.       — Думаю да. Оголяться перед незнакомым человеком и сидеть при этом в одной позе часами — это не предел моих мечтаний, — в ее словах только девяносто девять процентов правды, остается только один, который вносит небольшую смуту в ее размышления.       Когда на балконе появился Римус, девушки ушли вместе с ним, чтобы продолжить банкет. К счастью, он продлился недолго. Весь оставшийся вечер Грейнджер ловила на себе пристальные взгляды художницы. Всё-таки, слова «личные границы» для нее ничего не значат. Такое ощущение будто она пытается влезть в ее голову, чтобы убедить согласиться на предложение.       Когда банкет подошел к концу, половина гостей разъехалась по домам, а некоторые, включая мисс Грейнджер, остались в коттедже. Как и было оговорено заранее, все желающие могут остаться на ночь в полностью обустроенной личной спальне, укомплектованной всеми необходимыми ночными принадлежностями и предметами гигиены. Гермиона решила остаться, потому что тащиться домой на такси ночью совсем не хочется.       — Герми, я в твоей спальне оставила повседневную одежду, так что завтра можешь спокойно ехать домой и не переживать о натертых ногах и неприличном платье, — Нимфадора все обдумала. Хоть их дружба и длится два года, они успели стать по-настоящему близкими людьми. Вряд ли кто-то другой бы подумал о сменной одежде, но она и это предусмотрела.       — Спасибо, дорогая, что бы я без тебя делала! — такое внимание всегда греет душу. Гермиона ценит дружбу. В ее жизни не так много по-настоящему дорогих людей.       Спальня оказалась довольно большой и полностью обустроенной, похожей на номер в отеле, тянет, как минимум, на четыре звезды. Вся обстановка говорит о том, что позволить себе ночь в такой комнате среднестатистический человек не сможет, тем более, начинающий адвокат. Здесь есть все для качественного отдыха и расслабления: горячий душ, мягкий халат, дорогой гель — все это успокоило настолько, что девушка уснула почти сразу, как положила голову на подушку.       Воскресное утро началось в десять, сегодня можно позволить себе поспать подольше, потому что время пробуждения регламентировано не было. Поваляться на такой кровати можно подольше. Когда же же пришло время собираться уходить, она абсолютно довольная покинула свои персональные хоромы. Тревожить молодоженов не стала, спокойно вызвала такси и поехала домой, они ее не потеряют, а если нужно - позвонят.       Дома оказалось много бытовой работы, к которой пришлось приступить, ибо тратить время на это в будни совсем не хочется. Ей пришлось сконцентрироваться на всех этих делах, а потом немного поработать, потому что в последнее время судебные дела становятся все более и более запутанными и энергозатратными. Только к вечеру ей удалось немного отвлечься и почитать художественную литературу, никак не связанную с ее профессиональной деятельностью.       На следующий день круговорот новой рабочей недели засосал сразу, как только она села в метро. Начальство уже начало названивать и задавать вопросы, на которые невозможно ответить находясь в общественном транспорте. Тем более, без доступа к необходимой информации. Еще одной каплей к морю раздражающих факторов добавился звонок с незнакомого номера.       — Здравствуйте, мисс Грейнджер, вас беспокоит Беллатриса Блэк, — она узнала этот голос сразу после первого слова, но понадобилось несколько секунд, чтобы убедиться наверняка. Экстравагантная художница — это последний человек, которого она ожидала услышать. Ей казалось, что их разговор исчерпан и на этом все закончено.       — Здравствуйте, — хорошо, что женщина не видит насколько сейчас она растеряна. К счастью, голос звучит уверенно, и этого оказалось вполне достаточно, чтобы не выгладить глупо.       — Мое предложение все еще в силе. Я хочу видеть вас своей натурщицей, если вам нужно материальное вознаграждение или какая-то услуга, я готова это предоставить. В конце концов, любой труд должен оплачиваться, — опять она за свое. На секунду Гермиона почувствовала себя тем самым человеком, который пытается отбиться от промоутеров, которые уже достали своей рекламой.       — Я вынуждена отказаться, найдите кого-то другого, — Грейнджер собрала всю силу воли в кулак, сказала нужные слова, а потом, извинившись, положила трубку. Думать над тем, достаточно ли тактично прозвучали ее слова, совсем не хочется.       Грейнджер наполнилась праведным гневом в отношении своей подруги, ибо кто еще мог дать ее номер телефона художнице. Судя по всему, она донимала племянницу, а та сдалась. Конечно, Беллатриса Блэк не какой-нибудь маньяк или опасный человек, но даже ей не надо было раскрывать конфиденциальную информацию.       Спустя час снова позвонили, когда Гермиона увидела пропущенный вызов, поняла, что это номер Блэк. Судя по всему, так просто отказываться от своей цели она не собирается. Грейнджер убедилась в этом, когда увидела на экране телефона третий пропущенный звонок с ее номера. И с этого момента жизнь превратилась не в ад, конечно, но хорошего в этом все равно мало. До конца рабочего дня Гермиона просто ее игнорировала. Она уже выразила свое мнение, поэтому сказать больше нечего.       На следующее утра девушка проснулась не от звона будильника, а от звонка в дверь. Ранний визитер немного усыпил бдительность девушки, хотя, если быть точным, ее бдительность еще не успела проснуться, шесть часов утра, в конце концов.       — Доброе утро, мисс Грейнджер, — Гермиона подняла голову повыше и увидела перед собой человека — катастрофу.       — Вы что тут делаете? — ее разум окончательно пробудился, когда картинка прояснилась, и мисс Грейнджер увидела Беллатрису в невероятно облегающем черном платье. Конечно, не заметить этого просто не представилось возможным.       — Зову вас быть своей натурщицей, — она выглядит вполне бодро, но под глазами видны синяки, похоже кто-то сегодня мало спал, — решила поймать вас тепленькой с утра пораньше. Кстати, милая пижамка, — она продолжала говорить, а Гермиона пыталась не взорваться от накопившейся злости.       — Вы что меня преследуете? Белла, я не буду вам позировать, это уже переходит все возможные рамки приличия. Если вы продолжите нарушать мои личные границы, я подам на вас в суд за преследование. Ваше поведение не нормальное! — очень сложно казаться грозной и опасной, когда стоишь перед человеком в пижаме с принотом в виде огромного улыбающегося авокадо с глазками, и растрепанными волосами.       — Мисс Грейнджер, я не пытаюсь вас преследовать, даже в мыслях не было! Просто хочу, чтобы вы согласились мне помочь. Я же не виновата, что вы отказываете постоянно, поэтому пришлось встать в такую рань, чтобы застать вас дома, — в ее голосе сквозит совершенно не прикрытое раздражение, будто Гермиона сама ее заставила сюда прийти в такую рань.       — Мало того, что вы названиваете мне на работе, так еще и домой пришли. Беллатриса, вы меня пугаете, — не то, что бы девушка действительно испугалась, но ей совершенно не улыбается разбираться с присутствием этой женщины в своей жизни.       — Мисс Грейнджер, пожалуйста, станьте моей натурщицей, — просить эта женщина оказывается умеет: ее и так большие глаза стали еще больше и в них появилась настоящая мольба. Она говорит вполне искренне, но от этого не легче.       — Я вам уже сказала, что искусство — это не мое, и участвовать в подобной деятельности я не намерена. Уверена, что вы найдете куда более подходящего кандидата, — пусть ищет профессионалов, как обычно это делает, а не мотает нервы.       — Мне нужны именно вы. Ваш типаж подходит для моей задумки. Более того, я считаю вас достаточно привлекательной, чтобы стать вдохновением для художника. Зря вы так непреклонны, — теперь она сыплет комплементами.       — Извините, но нет! — ее слова прозвучали достаточно твердо, чтобы дать понять, что больше разговаривать на эту тему она не собирается.       Блэк ушла, вот только после ее ухода настроение испортилось. Утренние процедуры прошли слишком быстро и не особо порадовали, особенно укладка непослушных кудрявых волос. Тосты подгорели и их не спас даже любимый джем, еще и кофе получился какой-то невкусный. Даже прогноз показывает облачную и дождливую погоду. Ей пришлось тащить с собой тяжелый зонт, потому что легкий остался на работе. Весь набор мелких неприятностей сегодня собрала она — Гермиона Удачливая Грейнджер.       К счастью, на работе все идет более размеренно и спокойно. Ее напарник Энди сейчас занимается спором за наследство, дело было бы обычным, если бы брат претендентки на наследство не заявил, что завещание покойного поддельное. С подобными заявлениями сталкиваешься не так часто, как может показаться стороннему человеку. Мужчина настроен серьезно и хочет подать иск. Миссис Нортон уверяет, что никакой подделки документов нет, она даже про завещание это узнала только после смерти отца. Возможно, есть вероятность, что сам мистер Дуглас использует грязные методы и хочет скомпрометировать сестру. Насколько может судить Гермиона, мужчина не внушает доверия.       — Я немного прошелся по поверхности, оказалось, этот Дуглас уже был участником двух странных дел, связанных с переводами денежных средств умерших людей, — неудивительно, а тут вдруг отец умирает, с этого события тоже можно поиметь что-то ценное.       — Предлагаю пригласить его в офис и ненавязчиво намекнуть, что его план провальный, и даже не стоит пытаться судиться с сестрой, если не хочет влипнуть в куда бОльшие проблемы, — Гермиона уверена, что мужчина пойдет на попятную, слишком уж он хитрый, не станет так рисковать.       — Мисс Грейнджер, к вам тут одна особа ломится, просит именно вашу консультацию, — секретарь Анна, немного растерянная, вошла к ним в кабинет.       — Пусть войдет, — Гермиона пытается вспомнить были ли какие-то клиенты, которые могли бы прийти именно к ней. Полностью своих дел у девушки пока нет, возможно, в этом году ее квалификацию подтвердят и она станет полноправным адвокатом, который сможет защищать клиентов на суде.       — Гермиона, как ты могла так поступить со мной! Это потому, что я старая? Я проснулась, а тебя рядом нет, даже записку не оставила. Нам было хорошо ночью, или это только мне так показалось, а ты ждала подходящего случая чтобы сбежать? — этот спешный, и полного негодования, монолог вылила на присутствующих Беллатриса Блэк.       Она влетала в кабинет, как фурия, полная грусти и возмущения. Энди опешил и застыл на месте. Художница настолько реалистично сыграла свою роль, что на секунду Гермиона даже поверила в ее сумбурный бред. Это же надо было такое придумать.       — Сказать нечего, юная леди? Вы разбили моё уже немолодое сердце. Это очень жестоко! — какой ужас, еще секунда и она расплачется. Такого позора Гермиона не переживет.       Девушка чуть ли не подпрыгнула со тула, взяла Беллу за запястье и стремительно вывела из кабинета. Она могла ожидать всякого, но не того, что Блэк заявится к ней на работу, буквально, компрометируя ее перед коллегами. Женщина говорила настолько громко, что ее, должно быть, весь этаж услышал. Это событие, кроме как секс-скандалом, не назовешь. Теперь совершенно непонятно, что делать.       — Белла, вы с ума сошли?! Какого черта заявились ко мне на работу? Это уже перешло все границы! — в состоянии шока, она сама начала говорить громко.       — Сама от себя не ожидала, — ей смешно. Этой женщине смешно, а Гермиона не знает, куда себя деть, — метод грязный, не буду с вами спорить, но я просто не придумала ничего лучше, — она не врет. Белла долго думала, как еще спровоцировать девушку и заставить согласиться. Общественный резонанс — это то, чего Гермиона точно не хочет, поэтому пришлось разыграть эту карту.       — Мисс Грейнджер, вы мне угрожаете? — она снова начала говорить громко и нести очередной бред. Угораздило же стать объектом интереса этой вероломной женщины. На что она еще способна?       — Хорошо. Боже! Я согласна. Рисуйте, только у меня будет условие: я буду позировать одетой, — слова вылетели сами, она не была готова их озвучить. Ее застали врасплох, подловили в патовой ситуации, ее слабость можно оправдать. Только когда все затихло, девушка поняла, что по-настоящему влипла. Ее только что добили, доломали, заставили прогнуться и согласиться. Единственное, что ее хоть немного успокаивает — это условие, которое она успела выдвинуть.       — Отлично, я напишу вас в одежде, — женщина не стала возражать, похоже она даже немного удивилась своей победе. На ее лице расцвела такая хитрая ухмылка, что Грейнджер аж передернуло, — я напишу вам в ближайшее время, будьте готовы к встрече.       Художница развернулась и быстро зашагала в сторону выхода. Только сейчас, глядя ей в спину, девушка осознала, что придется тратить много свободного времени находясь в компании Беллатрисы Блэк, женщины которая, если быть откровенной на сто процентов, немного взволновала ее сердце. Гермиона была бы не против встретиться с ней на нейтральной территории: сходить в ресторан или поехать куда-нибудь вместе, просто провести время. Белла эксцентричная личность, но нельзя не признать, что интересная и очень красивая.       Когда адреналин перестал бурлить в крови окончательно, девушка вернулась в кабинет. Энди уже перестал смахивать на каменную статую и начал копаться в каких-то бумагах, но по его лицу сразу видно, что спокойствие напускное. Его просто распирает от любопытства. Кого бы оно не одолевало в такой-то ситуации?       — Матерь божья! Грейнджер, что сейчас произошло? Ты что, кинула такую горячую милфу? Где ты ее вообще откопала? — началось. Энди всегда работает безукоризненно, но у него есть один недостаток - он очень любопытный…       — Успокой свою фантазию, это всего лишь немного чуднАя тетка моей лучшей подруги. Она немного эксцентричная и любит достигать своей цели не самыми этичными способами, — такое витиеватое объяснение не устроило коллегу, но он успокоился. Гермионе удалось сдержать маску невозмутимости и убедить его, что никакого секс-скандала нет.       До конца рабочего дня в кабинете висела неловкая недосказанность, даже Анна бросила на нее несколько задумчивых взглядов. Неужели они действительно считают, что Гермиона способна на такой некрасивый поступок, как бросить партнера утром, не сказав ему ни слова? Вряд ли их замешательство вызвано ее ориентацией, с этим проблем быть не должно. Гермиона никогда не скрывала свои предпочтения, но и напрямую не говорила. Возможно, коллеги уже заметили, что противоположный пол ее совершенно не интересует, но внимание на этом факте никогда не акцентировали. Теперь же Гермионе остается надеяться, что нелепое происшествие быстро забудется.       Только оказавшись дома на своем любимом диване Гермиона смогла выдохнуть и успокоиться. Денек сегодня оказался насыщенным. Настроения нет даже на обычные бытовые действия: переодеться в более удобную одежду или поужинать. Хочется просто лежать и не вставать с места. Вот только неуемной натуре такое времяпрепровождении не понравилось, и девушке пришлось действовать. Вдруг неожиданно позвонил телефон.       — Дора, рада тебя слышать. Объяснись пожалуйста как твоя неугомонная тетка узнала мой номер телефона, адрес квартиры и адрес работы? Не ты ли ей слила мою личную информацию? — гнев только стал зарождаться, но голос девушки уже звучит угрожающе.       — Прости, дорогая, но моя тетя прет как бульдозер, ей просто невозможно отказать, — на самом деле Нимфадора слукавила, ей совсем не жаль, что тетушка оказалась настойчивой. Теперь у нее есть вся контактная информация о Гермионе. Чутье миссис Люпин подсказывает, что их общение не должно прекращаться, если для этого надо разгласить некоторую информацию, то она это сделает.       — Сегодня она пришла ко мне домой в шесть утра, а после обеда на работу, устроила нелепую сцену с выдуманными претензиями ко мне. Она так натурально возмущалась, что коллеги сразу ей поверили. И знаешь что? В итоге я согласилась стать ее натурщицей, — негодование снова стало усиливаться, будто предыдущего затишья и не было.       — Все-таки она тебя уломала. Неудивительно, — девушке за малым не ляпнула что-то вроде: «Моя тетушка не промах, всегда получает того, кого хочет».       — Мы договорились, что я буду одетой, — только этот факт не дает Гермионе окончательно впасть в отчаяние.       — Интересно, — на девяносто процентов Дора уверена, что тетушка придумала какую-то уловку, и в итоге Грейнджер останется без одежды. Насколько знает Нимфадора, тетушка хочет эту картину не для себя лично, а для взгляда общественности. Все обнародованные картины написаны в похожих стилях и девушки на них, в целом, похожие. Только на некоторых из них модели прикрыты тканью или одеты в нижнее белье.       Еще около десяти минут продлился их разговор. Изначально Дора позвонила подруге, чтобы обсудить, какие купальники лучше взять в путешествие. Их с мужем медовый месяц начнется немного позже, чем было запланировано. Из-за работы Римуса, им придется ехать в Новую Зеландию позже. В итоге решили взять три купальника и два парео, чтобы сэкономить место, ведь помимо них в багаже будет еще много чего другого.       На следующий день в восемь часов вечера Беллатриса Блэк позвонила. Судя по звукам доносящимся в трубке, она находится на какой-то стройке, ибо найти другое объяснение стуку и звукам дрели она не смогла. Разговор получился коротким, всего пара фраз, но его было более чем достаточно, чтобы договориться о завтрашней встрече. Гермиона приедет к восьми часам в поместье художницы, которое, кончено, находится за городом и доехать до него — это еще тот квест. Насколько поняла Гермиона, будет что-то вроде ознакомительной встречи, на которой они обговорят все важные моменты.       Гермиона, преисполненная некоторым волнением и даже трепетом, чувствовала себя некомфортно. Сейчас, когда прошло время, и она привела мысли в порядок, поняла на что все-таки согласилась. В голове стали мелькать разные мысли. Некоторые из них просто нелепые: «Мне придется часами сидеть и не шевелиться, а как быть если нос зачешется или пятка?». Волнующие размышления тоже стали мелькать и действовать на нервы: «Она будет изучать меня с ног до головы, а мне придется смотреть на нее, вдруг я покраснею от ее пристального взгляда. Беллатриса — ходячее воплощение женской сексуальности, не удивлюсь если подобное произойдет. Главное не попасть впросак из-за какой-нибудь неловкой ситуации».       Когда настал час икс, то есть до конца рабочего дня остался час, Гермиона начала паниковать. По ее расчётам, дорога до поместья художницы займет час, значит, у нее есть еще немного времени, чтобы поесть. К счастью, на соседней улице есть хорошее недорогое кафе, где можно вкусно поесть. Домой она попадет нескоро, поэтому лучше поужинать сейчас.       Обстановка в заведении благоприятно сказалась на ее душевном спокойствие. Почти все столики свободны, в зале приятно пахнет цветами и чем-то сладким. Она приметила удобный столик и присела. Официант не заставил себя долго ждать, принес меню и приветливо улыбнулся. Гермиона выбрала два, самых часто заказываемых ею, блюда в этом заведении: салат «Цезарь» и «Спагетти болоньезе». Сейчас сидя в кафе, она старается упорядочить мысли, привести себя в форму, чтобы не упасть в грязь лицом перед художницей, а ведь сегодня они проводят только ознакомительную встречу.       Гермиона закончила с едой, а потом решила идти на автобусную остановку, лучше приехать пораньше, чем потом опаздывать, тем более дом Блэк придется еще поискать. Несмотря на то, что он находится в ближайшем пригороде, общественный транспорт ходит не так часто, как хотелось бы. В итоге девушка приехала вовремя и успела найти адрес быстро. Дом художницы оказался довольно заметной постройкой с точки зрения архитектуры, поэтому его сложно спутать с другими более привычными коттеджами на этой улице. Ворота тяжёлые, кованные, пришлось приложить усилия, чтобы отворить их. Сам дом можно сравнить с миниатюрным замком с витражными окнами, даже покрытие крыши выглядит как имитация под сланец.       — Здравствуйте, — после первого же стука в кнокер дверь открылась и перед девушкой оказалась Беллатриса Блэк, похоже она сама недавно пришла домой, потому что на пуфе возле двери лежит сумочка и ключи.       — Рада, что вы пришли, проходите, — сегодня она более спокойная, можно скатать, меланхоличная, или просто устала, в конце концов, даже ее неугомонной натуре не чуждо переутомление, — сегодня я просто на вас посмотрю и прикину некоторые детали, у меня уже есть идеи, в каком положении я хочу видеть вас на холсте, — женщина неторопливо идет вперед по коридору, а Гермиона не может не смотреть по сторонам и слушать ее слова в пол уха, в такой ситуации сложно бороться с любопытством.       Если снаружи поместье похоже на средневековое, то внутри к традиционным мотивам примешиваются различные современные дизайнерские находки. Чем дальше идешь, тем больший диссонанс начинаешь ощущать. Внутри дом просто огромный, насколько можно судить, в нем все двести квадратных метров площади.       — Я хочу, чтобы на картине вы сидели в кресле, у меня есть одно подходящее в гостевой комнате. Вы в него присядете, а я оценю как композиционно это будет выглядеть, — Беллатриса кажется очень сосредоточенной и, можно сказать, профессиональной. Глядя на нее сейчас и не подумаешь, что эта женщина способна нагло обманывать и трепать нервы.       Женщины безмолвно продолжили путь по дому и пришли в нужную комнату. Гостевая спальня оказалась больше похожа по стилю на особняк в котором проходил банкет в честь свадьбы Доры и Римуса. Все выглядит монументально: большая кровать из цельного дерева, тяжелые портьеры, потолок, украшенный лепниной тонкой работы, а в углу стоит, судя по всему, искомое кресло. По мнению Гермионы, оно больше похоже на трон. Кресло сделано из красного дерева, насколько Гермиона может судить, обивка из дорогой атласной ткани молочного цвета с золотыми нитями вкраплений. Особую ценность представляет спинка кресла и ножки, они вырезаны настолько искусно, что можно разглядеть мелкие завитки и лепестки цветов.       — Нравится кресло? — Белла заметила как пристально гостья рассматривает антикварный предмет мебели, ей стало лестно, что человек, не смыслящей в искусстве и антиквариат, смог так увлечься рассматриванием предмета роскоши.       — Да, если честно, я даже садится в него боюсь, — трепет так и сквозит в ее взгляде, что вполне ожидаемо. Само нахождение в таком дорогом и красивом доме коробит, а теперь ей придется прикасаться ко всему этому богатству.       — Все в порядке, оно не развалится, можете чувствовать себя комфортно, — женщина ободряюще улыбнулась и бросила на Грейнджер ожидающий взгляд, — сядьте так, как вам удобно, попробуйте разные позы.       Гермиона не спеша присела и, на удивление, не почувствовала никакого дискомфорта. Кресло оказалось «дружелюбным», будто так и ждало, пока она на него сядет. Девушке придется довольно долго с ним «сотрудничать», поэтому хотя бы о комфорте не придется переживать.       — Отлично, вам оно подходит. Позже перенесу его в мастерскую, — художница довольно долго рассматривала девушку, а потом улыбнулась сама себе, когда ее все утроило, — когда вы сможете приходить на сеансы? По будням или выходным?       — На самом деле по выходным было бы сподручней, я могу прийти в субботу на довольно долгое время, это будет удобнее, чем перебиваться часом или двумя в будние дни, — Гермиона решила, что может пожертвовать субботами.       — Отлично, тогда буду ждать вас в ближайшую субботу к десяти часам утра. Думаю, это время оптимальное. Что касается особых требований, то их не будет: просто приходите без макияжа и прически, одежду и обувь я подготовлю сама. Повторюсь: никакого макияжа и прически, можете даже не укладывать кудри специальными средствами, как сегодня, — все понятно и никаких вопросов у девушки не возникло, только ей показалось немного странным требование не делать макияж, возможно, и с этим вопросом художница разберется сама.       — Хорошо, я вас поняла, — мисс Грейнджер дружелюбно улыбнулась и, кинув изучающий взгляд на женщину, все-таки не смогла сдержаться. Видеть ее не в черной одежде довольно непривычно, сейчас она выглядит вполне среднестатистически в одежде, похожей на пижаму, с яркими приятыми рисунками, — значит вы не всегда носите черную одежду, но и цветную тоже?       — Ах вы про этот занимательный костюмчик-двойку? Да, он не вписывается в мой привычный монохромный стиль всеми этими цветными принтами, похожими на последствия техногенной катастрофы на лакокрасочном заводе. Этот дизайн придумал мой знакомый Амикус, подарил это творение на Рождество. Хитрый жук не захотел тратиться на подарок, но, как оказалось, одежда даже удобная, отлично подходит для ношения дома, — женщину позабавил вопрос новой знакомой. Мисс Грейнджер оказалась достаточно любопытной, раз не смогла удержаться от такого вопроса.       — Даже боюсь представить, сколько стоят эти дизайнерские вещи. Уверена, больше моей месячной зарплаты, как минимум, кратно, — скорее всего, так и есть. Вряд ли у мисс Блэк в знакомых есть малоизвестные дизайнеры, чья одежда стоит недорого.       — Не могу сказать точно о расценках на его одежду, но она в средней ценовой категории, — Гермионе за малым хватило такта не сказать что-то вроде: «Средняя ценовая категория - это где-то между H&M и Louis Vuitton?»       — Мисс Грейнджер, раз мы решили вопросы, не составите мне компанию за чашечкой чая? — похоже, некоторое напряжение в женщине все-таки присутствовало, потому что после того, как они закончили обсуждение, художница стала выглядеть более расслабленной и в ее глазах появился, ставший уже привычным, лукавый блеск.       — Пожалуй, соглашусь, — ей даже интересно стало, какой чай пьет художница, может и в таком привычном напитке ее вкус тоже специфический, — кстати, а вы не знаете до какого времени ходят автобусы? — вопрос скорее всего не по адресу, вряд ди она пользуется общественным транспортом.       — С автобусом я вам не помощник, но такси ездит круглосуточно, оплачу вам машину, так что не переживайте, — очень милый жест ее стороны. Гермионе даже не придется заботится о своем удобстве и материальной стороне, все-таки такси влетит в копеечку.       — Хорошо, спасибо, — Гермиона снова улыбнулась и заметила, как художница окинула ее изучающим взглядом. Возможно, у нее есть некая профдеформация, из-за которой она внимательно рассматривает людей. А может, просто разглядывает, упрекая ее чувство стиля. Гермиона сегодня не выглядит элегантно или стильно, как в первый день знакомства. Ее немного покоробил это факт.       После разговора они не торопясь пошли в столовую-гостиную. По дороге художница коротко рассказала о своем увлечении необычными чаями. Оказывается, ей их возят напрямую из Китая и Индии. Грейнджер обратила внимание, что женщина не пытается кичиться своим состоянием: нет в ее манере общения хвастовства или снисходительности к собеседнику. Она абсолютно искренна в своих намерениях и не пытается дать понять девушке, что она хуже нее, если не может покупать элитные чаи.       — А какой чай вы любите, мисс Грейнджер? Мне кажется, вы предпочитаете что-то классическое эрл грей или цейлонский, — и снова она изучает собеседника взглядом. Возможно, за время их работы Гермионе удастся привыкнуть к этой особенности женщины.       — Да вы правы, я люблю чай с чабрецом, особенно заваренный мамой. Но чаще всего пью кофе. Иногда мне кажется, что я стала слишком зависима от этого напитка, — Гермиона еще со студенчества привыкла заливаться на сессиях кофе, и эта привычка никуда не исчезла с годами.       Беллатриса принесла на кофейный столик красивейший заварочный чайник, две чашки и большую этажерку с разным печеньем и даже пирожными. Похоже, женщина та еще сладкоежка. Однако, когда их разговор продолжился, Гермиона обратила внимание, что Белла съела только одно небольшое овсяное печенье, в то время как Гермиона навострилась уже на третье пирожное.       — Знаете, Гермиона, у вас пока есть возможность питаться углеводами и не набирать вес, я же себя ограничиваю в сладком и мучном, довольно сильно, на самом деле, — женщина так грустно посмотрела на десерты, что девушке захотелось ее подбодрить.       — Так вот почему вы настолько хорошо выглядите! Раскрыт секрет, — Гермионе немного неловко делать настолько очевидный комплимент, но ей захотелось, потому что Беллатриса действительно хорошо выглядит, возможно, даже лучше своих младших сестер.       — Да, определено, культура питания помогает мне держать себя в форме, но тут еще надо благодарить генетику. Еще я люблю активный отдых в горах или походы в лес. Может, я не выгляжу, как любитель экстрима, но это так, — неожиданное откровение удивило девушку.       Женщины еще около двадцати минут пили чай и разговаривали на отвлеченные темы, а потом Гермиона посмотрела на время и поняла, что уже стоит возвращаться домой. Она довольно долго пробыла здесь, причем не делая свою непосредственную работу. Гостеприимством хозяйки не стоит злоупотреблять.       Такси приехало довольно быстро. Гермиона попрощалась с художницей и спокойно отправилась в путь. Уже ближе к концу поездки она начала думать о том, насколько удачно прошла их встреча. Если в первые минуты пребывания в коттедже напряжение чувствовалось сильно, то по мере обсуждения предстоящей работы и непринужденных разговоров, Грейнджер почувствовала неожиданный комфорт. Теперь Беллатриса уже не кажется ей такой загадочной и необычной. Она просто увлеченный человек. Пожалуй, это слово хорошо описывает ее порывистость.       Девушка в приподнятом настроении приехала домой и не успела заметить, как за бытовыми делами время пришло к ночи. Где-то на периферия, прямо перед сном стали всплывать картинки прожитого дня, и так уж вышло, что самым ярким событием стало посещение поместья Беллатрисы. Перед глазами одна за другой всплывают образы: художница стоит перед открытой входной дверью и улыбается, или как она сидит с ровной спиной, попивая чай из дорогой чашки, как она заправляет за ухо выбившуюся прядь волос из пучка. Кадры мелькают один за другим, и девушка не замечает, как засыпает с Беллатрисой Блэк перед глазами.       Следующий день никаких сюрпризов не принес, что, конечно, не могло не порадовать. На работе уже забыли про инцидент с Беллой, ну или просто сделали вид, что забыли. Гермиона сама не стала акцентировать внимание, и это главное. Что касается интересного дела с дележкой наследства, то с ним пока нет ясности: брат наследницы взял паузу, выжидает. Гермиона седела ставку, что не позже чем через неделю, позвонит миссис Нортон и скажет, что брат уходит с миром. Эта игра не будет стоить свеч.       Суббота наступила как-то слишком быстро, что по-настоящему осознать ее наступление пришлось только утром, когда прозвенел будильник. Девушка специально проснулась пораньше, чтобы успеть помыть голову, нормально позавтракать. К счастью, делать прическу и макияж нет необходимости, поэтому на этом удалось сэкономить время и нервы. В девять часов ей на телефон пришло сообщение от Беллы. Беллатриса Блэк: Доброе утро. Вызывала такси на ваш адрес, ждите Мисс Грейнджер: Доброе, хорошо Полноценной перепиской два сообщения не назовешь, но для них и этого уже достаточно, если учесть, что пару дней назад Гермиона совсем не была расположена к ведению совместных дел с этой женщиной. Сегодня она уже готова ехать к ней в качестве натурщицы, не имея совершенно никакого опыта в этом деле. Гермиона, в силу своего характера, поискала информацию о том, как правильно должны вести себя натурщики, но вся информация разрозненная и нет точного алгоритма поведения, что вполне ожидаемо, все-таки творческий процесс нельзя загнать в какие-то жесткие рамки, в отличие от судебного процесса. Если бы во всех сферах можно было бы все хорошо систематизировать, то жить стало бы гораздо проще.       Такси приехало немного позже ожидаемого, но Гермиона почти не опоздала - в десять часов пять минут она уже стояла возле двери. Как оказалось, мисс Блэк ждала ее буквально возле двери, поэтому ей даже не пришлось стучать.       — Привет еще раз, — женщина пропустила гостью, а потом захлопнула дверь. Сегодня она выглядит слишком уж домашней и не похожей на ту себя, которую Гермиона ожидает видеть: ее волосы высоко собраны, даже маленькая прядь не выбивается, из одежды довольно короткие серые шорты и черная безразмерная футболка.       Обе женщины находятся в довольно приподнятом настроении и, как говорится, готовые к тяжкому труду. Пока сложно сказать, насколько их работа будет трудной, но, так или иначе, скучать не придется. Уже сейчас их маршрут изменился: судя по всему, они идут в мастерскую. У профессионального художника, должно быть отдельное помещение для работы.       Комната оказалась довольно большой и вместительной. В глаза сразу бросились огромные окна в пол. Свет через них проникает чуть ли не в каждый сантиметр помещения, видимо, руководствуясь этим фактором комната и была выбрана в качестве мастерской. Ближе к двери стоит красивый небольшой диванчик и несколько стульев в тон. Все остальное пространство занимают три мольберта разных размеров, куча холстов, расставленных вдоль стен и по углам, и большой стол с художественными принадлежностями. В центре комнаты стоит то самое кресло, на котором ей придется сидеть.       — Здесь красиво и очень светло. Мне кажется, даже на улице не настолько солнечно, как в этой комнате, — и это даже не преувеличение.       — Да, я купила этот дом именно из-за этой комнаты, потому что она идеально расположена относительно Солнца. Пришлось рассмотреть больше пятнадцати домов, у меня даже была мысль построить его с нуля на подходящем участке, но мне повезло и нашелся этот коттедж, — несмотря на внешнюю взбалмошность, она все больше раскрывается, как вдумчивый и совсем не поверхностный человек, это впечатляет.       Пока Гермиона рассматривала комнату, художница вышла за реквизитом. Девушка постепенно начала фантазировать на тему своего образа. Ей совершенно неизвестно, в каком стиле будет картина: в нежном и милом или дерзком и глубоком. Следовательно, и одежда должна вписываться в общую стилистику, вариантов просто огромное множество.       Через несколько минут в комнату вошла Белла, в руках у которой находятся черные туфли на тонком каблуке и нечто, похожее на кружевную сорочку. Гермиона даже не успела начать возмущаться при виде такого минимального количества ткани в ее руках.       — Значит так, на вас будет эта сорочка и эти туфли. Что касается причёски, то волосы лучше сделать чуть более растрепанными. Возьмете в руку искусственную розу, ее еще нужно поискать, не помню куда дела. Так что пока можете переодеваться, — женщина протянула ей вещи и как будто невзначай добавила, — белье тоже не забудьте снять.       — То есть вы предлагаете мне надеть эту полупрозрачную короткую кружевную тряпочку на голое тело? Мы же договаривались, что я буду в одежде. Это по-вашему одежда? — когда Гермиона вязла в руки сорочку, то в голову пришли ассоциации с вещицей из секс-шопа. Ей предлагают надеть что-то настолько откровенное с совершенно бесстрастным выражением лица.       — Ну вы же не будете абсолютно голой, так что в этом случае лучше варианта не найти, — все-таки они слишком разные в таких тонких вопросах, как стыд. Гермиона даже для своих партнерш ничего подобного не надевала, а здесь позировать для картины.       Пауза оказалась слишком долгой. Сейчас Гермиона борется с желанием все бросить и просто уйти, а художница внимательно смотрит, будто пытаясь разглядеть что-то внутри нее. Единственное, что останавливает Грейнджер от бегства — это обещание. Она уверила женщину, что придет и станет натурщицей, а теперь хочет сбежать. Она не привыкла отступать и забирать обратно данное слово.       — Гермиона, послушайте сначала смысл моей задумки, а потом, если вам не понравится, вы уйдете, — Гермиона не ожидала такого от вероломной художницы, думала, что она упрется рогом и не сдвинется ни на сантиметр.       — Хорошо, — она ничего не потеряет если послушает.       — Картина будет размером пятьдесят на восемьдесят сантиметров, идеальный размер для, выбранного мной, концепта. Вся суть задумки заключается в контрастах, которые будут бросаться в глаза как синяки на белой коже или черная роза в букете с белыми. На вас будут дорогие брендовые туфли, в противоположность полному отсутствию макияжа и прически; дорогое винтажное кресло и дешевая пластиковая роза. Даже с точки зрения одежды будет контраст: вы вроде бы не обнажены, но из-под кружев будут видны очертания голого тела. Однако, главное здесь не это, а сам человек на холсте. Вы, Гермиона, должны выглядеть так, будто считаете себя самой желанной женщиной в мире. Этой картиной я хочу показать, что даже без дорогих платьев, украшений и макияжа женщина может быть привлекательной в чужих глазах и, в первую очередь, в своих собственных. Значение имеет только огонь в сердце, а все остальное - просто дополнение, — с каждым сказанным словом женщина распаляется все больше и больше. Гермионе даже на секунду показалось, что ее глаза искрятся, настолько воодушевленной она кажется.       — Концепт мне нравится, не могу не признать, но разве я справляюсь с этой задачей? Не думаю, что похожа на обольстительницу, к тому же во мне ноль сексуальности. Не думаю, что у меня есть настолько серьезные комплексы, но я точно не из тех, кто может выглядеть желанной, — Гермиона недолго размышляла над ответом, потому что ей действительно понравилась идея. В творчестве большое значение имеет посыл, который вкладывает творец в свою работу, это понимает даже Грейнджер. Все, конечно, замечательно, но в себе она совершенно не уварена.       — Как раз таки идеально подходите! Вы - неограниченный источник страсти, не надо себя недооценивать. Все проблемы в голове: вы слишком себя сдерживаете, но нужен только маленький толчок - и энергия прольётся, как шампанское из бутылки. Я уверена, что вы справитесь, а я помогу в этом, — мисс Грейнджер не ожидала такого потока хвалебных, именно хвалебных слов, в свой адрес. Она всегда считала себя скучной и ничем непримечательной, а теперь Беллатриса Блэк пытается убедить ее в обратном.       — Сложно поверить вашим словам, но я готова попробовать. Не уверена, что у меня получится добиться нужного эффекта, но вы так уверены в своих словах, что и мне хочется в них поверить, — как-то Дора говорила, что в жизни Грейнджер не хватает острых ощущений и экспериментов. Сегодня ожидается, как минимум, один. Находится голой в компании женщины без интимного подтекста или медицинского осмотра — это не то, что часто с ней происходит.       После недолгой заминки, Белла ушла искать искусственную розу, а Гермиона начала раздеваться. Сегодня она оделась совсем просто: джинсы-бананы и белая футболка, теперь она собирается их снять. Сейчас девушке неловко даже остаться в одном белье, а потом надо будет сидеть на кресле перед другим человеком. Она собрала всю свою храбрость и сняла сначала футболку, а потом джинсы. Сразу заметила, что температура в мастерской идеальная, даже раздетой она не почувствовала себя зябко. Когда вся одежда и нижнее белье оказалось на диване, она поняла, что назад дороги нет: все равно придется довести дело до конца.       Когда в комнату вошла художница, Гермиона уже сидела в черной сорочке, на тончайших бретельках, в кресле, пытаясь выбрать удобную позу. Туфли пришлись в пору, есть вероятность, что их Блэк купила специально для Гермионы, вряд ли они носят одинаковый размер.       — Отлично выглядите. Эх молодость! Сейчас ваша грудь находится в самой лучшей форме. Это я вам как профи говорю, — женщина подошла поближе и окинула изучающим, но как будто незаинтересованным взглядом. Неожиданно, но никакой неловкости девушка не ощутила, будто пришла на прием к врачу. Художница смотрит исключительно отстраненным, профессиональным взглядом, — двадцать первого августа выставка, возможно, мы успеем закончить картину к этому времени, поэтому хочу спросить вашего разрешения. Если мы успеем, можно ее выставить? — женщина неожиданно проявила заботу о личных границах и спросила заранее, хотя могла бы и выставить без предтворительного разговора с ней.       — Думаю да, непросто так же мы все это делаем, раз идти в отрыв, то до конца, как сказала бы Дора, — тем более, она все равно бы ее показала кому-то, так что нет смысла теперь строить из себя недотрогу.       Некоторое время потребовалось, чтобы подготовить художественные принадлежности. Сейчас они будут делать небольшой грубый эскиз карандашом, чтобы понять перспективу, пропорции. Белла выбрала довольно толстый лист бумаги форматом больше А4, острый карандаш. Ее лицо сразу стало сосредоточенным и отстраненным, женщина погрузилась в работу. Гермиона даже не успела заметить, как прошло полчаса. К счастью, Беллатриса пока не требует определенного выражения лица просто просит повернуть голову или сменить положение ног, пытаясь выбрать ту самую, правильную. За это время ей удалось сделать, скажем так, черновую работу, и это только начало их пути.       — Я закончила с наброском и меня все устраивает, поэтому есть смысл приступить к основной части. Скажу сразу, вам не обязательно сидеть неподвижно и держать постоянно одно и тоже выражение лица. Мучить себя не надо, главное - находится в образе и не шевелиться слишком часто.       — Я поняла, — это радует, в таком случае ей не придется переживать о зачесавшемся носе или затекшей руке.       — Гермиона, теперь вам надо вжиться в свою новую роль. Вы человек, не привыкший к позированию, поэтому предлагаю вспомнить свой лучший секс и представить, что он сейчас повторится. Вам надо почувствовать легкое возбуждение и ярко выразить его эмоциями, пока я не буду прорисовать детали, поэтому вы можете потихоньку вливаться в нужное настроение, — да уж... из уст Беллатрисы Блэк слова про секс должны звучать куда более волнующе, но она все такая же сосредоточенная, и ни капли игривого настроения девушка в ней не заметила, — Я, в свою очередь, помогу, чем смогу. Постараюсь поддержать нужную атмосферу.       Гермиона даже не успела подумать, каким образом художница собирается поддерживать нужную атмосферу. А все почему? Потому что женщина легким движением рук сняла с себя футболку. Гермиона приложила колоссальные усилия, чтобы не посмотреть вслед, когда она пошла к диванчику оставить ненужный предмет гардероба.       — На свадьбе я заметила как вы много внимания уделили корсет. Смею предположить, что вам понравилось, как моя грудь в нем выглядит. Не берусь утверждать, что я достаточно сексуальна для разжигания эротического настроения, но хоть немного вдохновлю вас. Правда, есть проблема: из-за мольберта меня может быть плохо видно, но думаю мы с этим справимся, — Беллатриса совершенно спокойно доносит свои мысли и подготавливает нужные принадлежности, расхаживая по мастерской в сексуальном полупрозрачном лифчике.       Эффект получился обескураживающим. Немногочисленные партнерши Гермионы всегда были довольно миниатюрные и с грудью не больше второго размера, в живую голых женщин с третьим ей пока не доводилось видеть. На ее лице застыло замешательство, которое художница восприняла как хороший знак.       — Ужас! Вы заметили как я пялюсь на вашу грудь? Некрасиво получилось... — к сожалению Гермионы, румянец на ее щеках стал слишком очевидным даже без косметики. На секунду она снова почувствовала себя школьницей в пубертате, которая засмотрелась на красивую учительницу.       — Все в порядке, мисс Грейнджер, мне даже приятно, — похоже она не лукавит. Насколько девушка успела понять, художница редко увиливает или недоговаривает, в ее стиле говорить правду в лоб, — попробуйте расслабиться и почувствовать нужное настроение. Представьте, что вы в предвкушении хорошего секса, вы знаете, что притяжение между вами с партнершей взаимное. Почувствуйте тепло чужого тела, учащенное дыхание в области шеи, прикосновения губ к чувствительным местам.       Гермионе даже стало немного теплее на сердце от ненавязчивой помощи, но она сама уже постепенно, так сказать, начала втягиваться. В голове вспыхнули воспоминания о девушке, с которой она познакомилась на первом курсе. У них никогда не было близких отношений только редкие перебрасывания словами на совмещенных парах. Гермиона тогда только осознала свою ориентацию, но очень хорошо помнила, как бросала на нее заинтересованные взгляды. Девушку звали Эрика. Она была жгучей брюнеткой с прямыми длинными волосами и пронзительным, немного дерзким взглядом. Пожалуй, ее можно назвать скрытой эротической фантазией.       Погрузившись в воспоминания, она даже заметила некоторую схожесть между ней и Блэк. Похоже, любовь Грейнджер к брюнеткам зародилась еще тогда. Когда взгляд девушки метнулся в сторону художницы, она поняла, что нет смысла фантазировать о старой знакомой, когда можно пофантазировать о женщине, которая находится совсем близко.       Глупо отрицать, что Беллатриса Блэк очень привлекательна, а глядя на ее подтянутую фигуру в одном нижнем белье, и не подумаешь, что ей больше пятидесяти лет. На секунду Гермионе захотелось почувствовать себя желанной в ее глазах. Насколько Грейнджер подсказывает ее чутье, Белла предпочитает только женщин, ей даже стало немного жаль всех мужчин в ее окружении, которым ничего никогда не светит. А ведь она очень страстная, в широком смысле этого слова, наверняка, в постели она такая же неудержимая.        — Мисс Грейнджер, у вас хорошо получается, продолжайте, — тишину в комнате резко перебил довольно громкий голос художницы. Похоже, натурщица идет в правильном направлении и фантазии пробуждают именно те эмоции, которые нужно. Даже сидеть на кресле стало еще комфортней, и ощущение соприкосновения голой кожи с кружевами начало пробуждать в теле легкое волнение.       — Чувствую себя странно, ощущение будто за мной подсматривают, — довольно честное заявление. С одной стороны, эти эмоции довольно волнующие, а с другой, хочется прикрыться, чтобы больше не чувствовать неловкость.       — А вы хотели бы, чтобы за вами подсматривали? — довольно провокационный вопрос от малознакомого человека, хотя и не неожиданный. Эта женщина часто не сдерживает порывы, говорит прямо, не переживая за то, насколько они уместны в той или иной ситуации.       — Не замечала за собой вуайеристских наклонностей. Меня смущает ваш пристальный взгляд, чувствую себя каким-то экспонатом на витрине, — она могла бы и продолжить, что видеть напротив себя человека, о котором фантазируешь, та еще задачка. Нужно держать лицо и постараться не выдать себя.       — Расслабьтесь телом, а весь огонь и желание сконцентрируйте во взгляде. Мне нужно видеть ваши глаза, именно они главные в этой картине, — легко сказать, но непросто сделать. Гермиона даже для обычных фотографий прикладывает много сил, чтобы сделать приемлемое выражение лица, а сделать взгляд «огненным» — это что-то из разряда невероятного.       Грейнджер постаралась расслабиться, и через некоторое время в голове стали всплывать картинки с Беллатрисой Блэк в главной роли: вот она отходит от мольберта, смотрит своими невозможными черными глазами, подходит ближе к креслу и снимает с Гермионы черную сорочку. Когда на секунду здравый смысл взял вверх над эмоциями, ей захотелось прекратись, но фантазия оказалась сильнее. Беллатриса отбрасывает в строну ненужную ткань, а потом раздевается сама. Теперь перед ней стоит художница в одних кружевных трусиках и завороженно смотрит. «Мисс Грейнджер, пора перестать себя сдерживать, наслаждение — это единственное, что должно вас сейчас интересовать. Хотите снять с меню трусики сами? Мне нравится, когда милые девушки берут инициативу в свои руки», — заискивающе прозвучал голос женщины в ее голове.       Голос воображаемой Блэк немного прояснил мысли и как-то их упорядочил, спустил с небес на твердую землю. Теперь Гермиона пытается продлить эти ощущения, разрешить им пройтись легкой дрожью по всему телу. Сейчас она уверена, что выражение лица именно такое, какое нужно: ожидающее предстоящее удовольствие.       — Мисс Грейнджер, можете расслабиться, сделаем небольшой перерыв, — к реальности снова ее вернул голос художницы. Оказалось, что с момента начала работы с холстом, прошло уже полтора часа.       Гермиона теперь ощущает себя куда более расслабленной, чувство неловкости стало менее ощутимым и теперь как будто даже дышать легче стало. Она не постеснялась спокойно встать с кресла, чтобы пойти забрать телефон из сумки. Белла же начала перебирать тюбики с краской на столе. Пятнадцатиминутный перерыв позволил им немного расслабиться и размять кости. Гермиона даже прошлась по мастерской. К счастью, Беллатриса ничем не показала какого-то особого интереса к натурщице, и Гермиона абсолютно успокоилась.       Еще час работы прошел так же продуктивно. За это время они успели перекинуться несколькими фразами. Художница серьезно подходит к задаче и концентрируется только на работе, не отвлекаясь на пустые разговоры. С профессионалами всегда приятно иметь дело, и неважно с хирургом или художником главное, - что человек знает свое дело. После работы они сделали еще небольшой перерыв, после которого в комнате изменилось настроение. Похоже, Блэк не может сконцентрироваться или у нее что-то не получается.       — Так ладно. Думаю, на сегодня хватит. Надо отдохнуть и пообедать. Не знаю какую еду вы, мисс Грейнджер, предпочитаете, но я все равно кое что приготовила, так что приглашаю вас остаться на обед, — художница отложила кисти в сторону и подошла к сидящей в кресле девушке.       — Пожалуй, соглашусь задержаться ненадолго, — Гермиона уже поняла, что женщина довольно гостеприимная, но что она пригласит остаться на обед, да еще собственного приготовления, не ожидала.       — Кстати, я совсем забыла, мы же не обговорили ваш гонорар. Пока занималась уговорами, совсем забыла об этой стороне нашей работе, — женщина пошла в сторону диванчика и потянулась к футболке. Она немного виновато улыбнулась.       — Мне не нужен гонорар, будем считать, что я на добровольной основе делаю свой вклад в искусство. Тем более, что вы оплачиваете мне такси, — на самом деле, Гермиона не собирается как-то монетизировать работу натурщицы. Она не профессионал, даже не любитель, поэтому брать плату будет неправильно.       — Ладно, пойдемте на кухню, — Беллатриса уже было хотела иди к двери, но ее остановил голос Грейнджер.       — Да, только оденусь сначала, — Похоже, женщина забыла, что ее гостья тут в одной прозрачной сорочке стоит. Ее взгляд какой-то расфокусированный и немного рассеянный. Кажется, ей безразличен внешний вид натурщицы вне рамок рабочего процесса.       — Точно. Похоже, мне нужно отдохнуть, — перед тем как выйти из комнаты, она бросила мимолетный, немного странный взгляд, будто сейчас впервые увидела в ней женщину, а не человека, с которого она пишет картину. Гермиона не стала сильно заострять на этом внимание и приступила к переодеванию.       Когда девушка сделала все свои дела, вышла из комнаты и даже довольно быстро нашла кухню. Белла предложила пообедать в столовой, но Гермиона посчитала это лишним и неуместным. В конце концов, у них не званый ужин, а простой повседневный обед.       — Я вчера вечером запекла ростбиф с овощами, очень люблю такие блюда, но приходится сдерживаться и не есть калорийную пищу на ночь, так что сейчас смогу составить вам компанию, — женщина включила духовой шкаф, чтобы подогреть обед.       — Никогда бы не подумала, что вы едите такие простые блюда, — Гермиона искренне удивилась ее неприхотливому вкусу.       — Думали, что я ем каких-нибудь редких устриц или рыбу фугу? На самом деле, я не прихотлива в еде, и когда стала жить отдельно от семьи, питалась как обычные студенты, — а это довольно неожиданный факт.       — Значит вы сильная и независимая и уже с юности не надеялись на семейные связи и богатство? — довольно откровенный вопрос, на который девушка хочет получить ответ, но не факт, что это произойдет.       — Да, денег на раскрутку я ни у кого не просила. Первые выставки организовывала сама, и это было очень нелегко. Единственное, что мне помогло — это сам факт принадлежности к семье Блэк. Журналисты часто писали статьи вроде: «Старшая из дочерей Друэллы Блэк пошла против семьи?» или «Беллатриса Блэк хочет связать свою жизнь с творчеством». Такие заголовки привлекали ко мне внимание, а потом, со временем, ценители искусства познакомились с моими работами и стилем. Тогда я стала популярной и высокооплачиваемой. Теперь никто из родственников не смотрит на меня с высока из-за материального достатка, — ответ получился довольно откровенным и развернутым. Видно, что женщина по натуре открытый человек и не считает разговоры о прошлом неуместными.       — Похвально. Я, признаться, видела только некоторое ваши работы и они показались мне не похожими на современное творчество, будто вы пишите в техниках художников восемнадцатого или девятнадцатого веков. Обычно современные художники более... экспрессивные что ли, — не то что бы Гермиона разбирается в живописи, но такие ощущения в ней вызвали некоторые работы Блэк.       — Да, в чем-то вы правы. Я не из тех творцов, кто считает искусством приклеенный скотчем банан, и в этом мой фирменный стиль. Если углубляться, то, конечно, моя техника и близко не такая филигранная, как у живописцев прошлого, — в ее словах проскользнуло легкое разочарование, будто она не настолько хороша, чтобы ее работы можно было сравнить с творениями великих.       Пока они говорили, прозвенел таймер на духовом шкафу и их обед подогрелся. На удивление, все оказалось очень вкусным: в меру пряным, в меру соленым и овощи, и мясо просто таяли во рту. Художница заметила, с каким удовольствием девушка ест ее стряпню, и искренне порадовалась. Незаметно во время разговора она подложила ей в тарелку еще картошки и несколько кусков мяса. Как оказалось, Белла даже заканчивала кулинарные курсы и неплохо в этом деле преуспевала. Женщина пообещала к следующей субботе приготовить что-нибудь еще.       Плавно от горячего они перешли к десерту, и в приятной, немногословной обстановке приступили к чаепитию. В это время художница чуть более развернуто выразила свое мнение касательно позирования. В целом, она осталась довольна и смогла увидеть в глазах Гермионы ту искру которую хотела. Если продолжать в том же духе, то все у них получится.       Они общались еще некоторое время, а потом, в половину третьего, Белла вызвала такси. На сегодня работа Гермионы закончена, а Белла еще немного поработает над картиной. Как выяснилось, у нее есть еще одна недописанная работа, которую она тоже хочет показать на предстоящей выставке. Гермионе даже стало интересно, что это за работа. Однако, ей не пришлось задавать этот вопрос вслух, потому что женщина сама в двух словах рассказала о ней. Она пишется не с натуры, а опираясь на воспоминания о недавней поездке в горные районы Шотландии. Мотивов природы в ее творчестве еще не было, поэтому пейзаж — это чистой воды эксперимент.       — Спасибо за работу, мисс Грейнджер. Я отлично провела с вами время, — женщина с доброжелательной улыбкой поблагодарила девушку перед тем, как та села в такси.       — Взаимно, — Гермиона почувствовала легкий укол грусти от того, что ей придется ехать домой и на сегодня работа с художницей закончена. Чем больше времени она с ней проводила, тем комфортнее ей становилось. Если честно, она даже не почувствовала стыда из-за того, что использовала ее в качестве объекта фантазий для разжигания сексуального желания. В конце концов, прочитать ее мысли никто не сможет.        Поездка до дома прошла в приятной и дружелюбной обстановке. Водителем оказался разговорчивый мужчина средних лет, который ненавязчиво смог поддержать разговор на разные темы, Гермиона даже рассказала ему немного о своей адвокатской работе и дала несколько простых советов. Оказывается, старшая сестра таксиста работает секретарем в адвокатской конторе, в которой хотела работать Гермиона. Мир тесен.       За оставшуюся часть дня девушка успела сделать много работы по дому, поговорить по FaceTime с родителями и даже повздорить с соседом по площадке. Он довольно проблемный и грубый тип, а сегодня произошел из ряда вон выходящий с случай: его пес пометил придверный коврик, ну или сам хозяин это сделал, и такое может быть. Настроение резко испортилось, когда, подходя к своей двери, она увидела лужу. Девушка хотела по-хорошему поговорить и попросить мужчину почистить коврик, так сказать, убрать за своим питомцем, но этот грубиян отказался и нахамил. Как же тяжело жить с неадекватными соседями... Вечером, при разговоре с Дорой, она не забыла упомянуть эту ситуацию. Однако, хамоватый сосед это последнее, что ее могло заинтересовать.       — И как твой первый день в качестве натурщицы? Тетя не приставала? — подруга не удержалась и первая начала этот разговор.       — Все прошло отлично, даже несмотря на то, что мне пришлось позировать голой, находясь только в одной прозрачной кружевной сорочке. По началу было некомфортно, но потом я даже влилась в нужное настроение, и Беллатрисе понравилось как я выглядела. Потом мы пообедали и немного поговорили о всяком. Знаешь, твоя тетушка хоть и эксцентричная, но очень интересная, — Гермиона решила рассказать про свой день обобщенно, обходя острые углы. Если она скажет о концепте картины или о полураздетой Блэк, то Дора начнет ее дразнить, а причин для этого итак предостаточно.       — Она все-таки тебя раздела… Я рада, что тебе понравилось проводить время с Беллой. Она выглядит круто, когда работает, превращается в другого человека, — Нимфадора ожидала, что Гермионе понравится в гостях у тети, но она не могла ожидать, что подруга будет умалчивать что-то. Однако, раз ее настроение приподнятое, значит ничего плохого не случилось.       Они поговорили еще около десяти минут, за которые Дора умудрилась вытянуть еще немного подробностей о поездке к художнице. Миссис Люпин ненавязчиво продолжала вбрасывать комплементы о своей тетушке, и Гермиона соглашалась почти со всеми ее словами. После завершения разговора подруга четко осознала, что Грейнджер поймала краш на ее тетю, но усердно пытается себя не выдать.       После того как у Гермионы появилось свободное время пред сном, она захотела поискать информацию о Беллатрисе Блэк в Интернете. Поисковая система выдала довольно много ссылок на статьи, видео и социальные сети. У художницы есть верифицированный аккаунт в Instagram, в котором она выкладывает фото своих картин, и лишь изредка — личные фотографии с мероприятий и поездок. Ее часто отмечают известные люди, даже некоторые политики или звезды Голливуда. Почти на всех фото Белла выглядит слишком официально, а выражение ее лица часто скупо на эмоции. Глядя на содержимое ее аккаунта, можно подумать, что Беллатриса светская особа только с немного экстравагантным вкусом в одежде. На отредактированных изображениях нет ее маниакальных улыбок, нет кулинарных шедевров или фотографий в коротких растянутых шортах.       Девушка настолько глубоко засела в изучение ее страницы, что не заметила как время пролетело. За полтора часа она вдоль и поперек изучила весь аккаунт. Ни одного фото, которое можно было бы назвать романтическим, она не нашла. Побродив еще немного в Интернете, других социальных сетей Беллы она не нашла, а это значит, что женщина не афиширует свои отношения, возможно, даже скрывает своих партнеров. Раньше Гермиона не замечала такого интереса к незнакомым людям, даже к привлекательным, а теперь ищет информацию о красивой художнице и как школьница лопатит про нее информацию во всемирной паутине.       После этого случая желание узнать о ней больше немного стихло, ну или Гермиона постаралась убедить себя в этом. Понедельник стал напряженным на работе и ей пришлось изучить довольно большое количество навалившихся материалов дел, которые требуют большого внимания. Даже думать о художнице времени не оставалось. Обычно человек склонен надеяться на лучшее, но Гермионе это не помогло. Последующие рабочие будни оказались не менее напряженными. Ей пришлось замещать коллегу из-за неожиданно сразившей его болезни, причем настолько серьезной, что его определили в стационар.       Под конец недели девушка начала ощущать себя выжатым лимоном. Настроение не удалось поднять ничем, упадок сил давал о себе знать. Хоть люди более старшего возраста говорят, что у молодежи еще достаточно выносливости и здоровья, это не всегда совпадает с действительностью. Даже молодые люди могут чувствовать упадок сил и перенапряжение, как, например, Гермиона в последние дни. Единственное, что не позволило ей окончательно пасть духом — это мысль о субботе. Первая половина дня пройдет в компании художницы.       В восемь утра ей пришло короткое сообщение от Беллатрисы. Было бы неправдой сказать, что Гермиона сразу после пробуждения не бросает нетерпеливые взгляды в сторону телефона. Ей уже хочется развеяться и забыть о трудной рабочей неделе. Беллатриса Блэк: Доброе утро, мисс Грейнджер. К которому часу вам вызвать такси? Мисс Грейнджер: Доброе, можете заказать к девяти часам       Ответ получился лаконичным как и вопрос. Их переписка слишком официальная и скупая на эмоции, что довольно странно, если учесть, что обе женщины многословные в реальной жизни и уже успели найти общий язык.       Гермиона еще с вечера приготовила одежду, даже голову помыла заранее, чтобы сегодня подольше поспать. К счастью, ощущает она себя бодро и вполне готова к трудностям и, кончено, радостям предстоящего дня. Всю неделю она старалась не думать о женщине слишком много, особенно фантазировать. Однако, уже по дороге к Блэк, она попыталась представить какое белье будет на ней сегодня. Ей хотелось надеяться, что женщина все-таки разденется, исключительно с целью вдохновить натурщицу-любителя. Чем больше она думала в этом направлении, тем сильнее усложняла ситуацию. Беллатриса не дала ни одного повода, чтобы усомниться в ее исключительно профессиональном интересе. Было бы глупо, если бы девушка переступила грань и начала думать не о том.       Сегодня таксист попался хмурый и отстраненный, никакого желания поддерживать разговор у него не возникло. Гермиона не особо огорчилась, потому что начала неожиданную, но долгожданную переписку со своим школьным другом. В последнее время у них все меньше времени для общения, а сегодня вдруг от него пришло сообщение. Парень — любитель поболтать, поэтому большую часть поездки они переписывались. В итоге договорились встретиться в среду после работы. Из-за сверхурочных часов Гермионе разрешили уйти на два часа раньше. Теперь этот бонус она использует для встречи.       Когда поездка подошла к концу, Гермиона написала сообщение Гарри, что будет занята и освободится только после трех часов. Она не стала говорить о своей работе с Беллой. Ей просто не хотелось выслушивать вопросы, которые обязательно посыпятся от любопытного друга.       — Доброе утро, — Гермиона поймала себя на мысли, что видеть Беллатрису Блэк, встречающую ее в дверях, уже стало привычно.       — Доброе, — вот только женщина выглядит куда менее бодрой, а какой-то сонной. Похоже, вчера кому-то было не до отдыха. — Мне завидно. Вы, мисс Грейнджер, просто непростительно бодро выглядите, а я поспала вчера четыре часа и чувствую себя ужасно, — даже манера речи немного заторможенная, а глаза полуприкрытые.       — Может, тогда перенесем сеанс? Вы бы могли поспать, — Грейнджер совсем не хочется становится косвенной причиной усталости женщины.       — Нет, менять расписание не будем, тем более, что у меня на сегодня еще и другие дела намечены. Так что придется потерпеть. Я уже выпила приемлемое количество кофе. Думаю, за работой взбодрюсь, — откровенно говоря, слабо верится словам женщины, но девушка не стала спорить и прошла в дом.       Гермиону отправили сразу в мастерскую переодеваться, а сама художница присоединится позже, после того, как сделает важный звонок. Девушка нашла, уже ставшие близкими, атрибуты на диванчике. Она заметила, что сорочка сегодня пахнет по-другому, видимо, для стирки использовали гель с легким шлейфом пионов. У Гермионы даже возникло мимолетное желание узнать, каким средством пользуется женщина, хотя оно вряд ли будет ей по карману. Слишком уж дорогой запах.       Девушка не торопясь переоделась и переобулась, взяла в руку розу и села в кресло. Сегодня она уже гораздо более подготовлена и ей не придется вживаться в роль слишком долго. Достаточно просто представить Беллатрису в кружевных чулках с подвязками, и взгляд сразу меняется. Ей действительно интересно, носит ли мисс Блэк настолько женственное нижнее белье, или ее предпочтения ограничиваются только корсетами. Ей бы очень пошли сетчатые черные чулки с подвязками, которые бы виднелись из-за разреза на пышной юбке. Было бы довольно занятно осторожно стягивать их со стройных и гладких ног женщины. Ноги у нее что надо.       — Смотрю, вы уже неплохо настроились? — девушка даже не заметила, как в комнату вошла художница. Она просто сидела, направив задумчивый взгляд в окно, и вертела розу в руках. Похоже, в ее взгляде появились нужные искры. Фантазии об одном конкретном человеке способствуют пробуждению либидо.       — Да, ваш совет сработал. Правда, приходится расслаблять мышцы лица, чтобы взгляд получился более мягким и немного заискивающим, — обычно Гермиона старается держать лицо невозмутимым, чтобы истинные эмоции не отражались так очевидно, а здесь в этом нет необходимости. Возможно, Блэк оказалась права и Гермионе стоит иногда абстрагироваться и не держать себя под контролем двадцать четыре на семь.       Когда Белла сделала всю необходимую подготовительную работу и поставила холст на мольберт, в комнате повисла комфортная тишина, которая перебивалась только хождениями Беллы, стуком кисточки о баночку и звуком открывающихся тюбиков с краской. Настолько умиротворенная обстановка, как ни странно, не вогнала обоих женщин в сонное состояние, а даже наоборот, пробудила активность. Спустя полчаса работы, художница стала выглядеть бодрее, будто и не было той «сонной мухи».       Гермиона же, сидя в тишине, начала размышлять о работе, домашних делах и родителях. В последнее время она может только созваниваться с ними, времени на поездку не хватает. Это ее удручает, но пока что она не могла с этим ничего поделать; свободных окошек нет, теперь еще прибавилась субботняя занятость. Однако, никто не мешает разговаривать с ними по FaceTime, поэтому сегодня она обязательно поговорит с мамой, а может и с отцом, если он будет свободен.       — Мисс Грейнджер, ваш настрой улетучивается, сейчас вы больше похоже на побитого щенка, а не на обольстительницу, — голос художницы отрезвил девушку.       — Извините, я немного отвлеклась, — Грейнджер виновато посмотрела на женщину, а потом встряхнула голову, разминая шею.       — Давайте немного передохнем, — похоже, женщина была не против разрядить обстановку.       Пока Беллатриса отлучилась, Гермиона прошлась к сумочке за телефоном. Она только недавно заметила, что в мастерской нет каких-либо часов, да и сама художница редко берет телефон в руки, чтобы посмотреть на время, а часы, тем временем, показывают полдень. Почти два часа работы прошли довольно быстро, даже не было ощущения усталости. Через несколько минут вернулась мисс Блэк с двумя стаканами лимонада собственного приготовления.       — Смотрю, настроение у вас не самое лучшее? — художница заметила, что девушка особенно задумчивая в последние полчаса, поэтому захотелось ее подбодрить напитком.       — Спасибо. Немного грущу от того, что не могу увидеть родителей. Они живут довольно далеко, размышления о них немного вгоняют в уныние, — вроде бы ее не спрашивали причину плохого настроения, но ей захотелось об этом сказать.       — Замечательно, что у вас хорошие отношения с родителями, я наладила отношения с ними только ближе к сорока годам. Признаться, я бы хотела, чтобы это произошло раньше. Наша мать немного со странностями. Думаю, мне это от нее досталось. Нам долго не удавалось найти общий язык, — довольно откровенное признание. Похоже, сейчас ее эта проблема не тревожит, раз она может так легко об этом говорить.       — Вы считаете себя человеком со странностями? — Гермиона зацепилась за эту фразу, ей она показалась забавной.       — О да, конечно. А вы не считаете меня странной? Думаю, каждый человек из моего окружения рано или поздно, приходит к такому выводу, — она говорит вполне серьезно, но на губах все равно проступает легкая улыбка.       — Вы эксцентричная. Слово «странная» звучит как-то... неприятно, а в вас нет ничего неприятного нет. Даже несмотря на то, что вы устроили тот цирк у меня на работе, — девушка не лукавит ни секунды, отрицательные эмоции уже успели сгладиться и испортить впечатление уже не могут.       — Вы теперь до конца жизни будете припоминать мне этот случай, я поняла, — женщина в негодовании взмахнула руками и взяла пустой стакан из рук девушки, чтобы отнести его на кухню.       Когда они снова приступили к работе, Гермиона озвучила вопрос, который вертелся на языке еще с начала сегодняшнего сеанса. Ей жутко интересно посмотреть на то, что получается на холсте. Однако, женщина четко дала понять, что не показывает незаконченную работу, потому что она может не понравится натурщице, и это собьет рабочий настрой. Художница покажет только готовый результат, если же Гермиона все равно найдет способ подсмотреть, то это останется на ее совести.       Когда больше ни у кого не возникло вопросов или предложений, они снова приступили к работе. Сейчас Гермиона старается не думать ни о чем грустном и пытается поддерживать в себе необходимый огонь, чтобы выглядеть обольстительно, а не жалостливо. Сегодня художница надела слишком закрытую одежду, что не оставляет места для фантазии. Гермионе теперь надо постараться, поэтому она вспомнила насколько завораживающе мисс Блэк выглядела на свадьбе. Причем дело было не только во внешности, но и в настроении, в котором она тогда пребывала. Такая яркая и непохожая на других, женщина ввалилась в коттедж, держа в руках большую картину.       — Гермиона, на сегодня все, — тишину комнаты нарушил голос Беллы. Она не спеша отставила кисти в сторону и встала со стула. Похоже, ее конечности затекли не меньше, чем у Гермионы. Спасибо, что художница не запрещает иногда менять позы и шевелиться, иначе просидеть без движений несколько часов у нее бы точно не получилось.       — Я сегодня тоже приготовила обед, так что, как переоденетесь, жду вас на кухне, — женщине, видимо, нравится кормить людей больше, чем ожидала Грейнджер. Слишком у нее довольное лицо.       — Хорошо, — девушка мило улыбнулась и пошла в сторону диванчика.       Когда она начала надевать трусики, то заметила, что художница так и не ушла из комнаты, а осталась в дверном проеме. Она уже успела надеть их и начала снимать сорочку, чтобы надеть лифчик, но ощущение присутствия все еще есть. «И чего она не уходит?», — подумала Гермиона. Вот только, когда посмотрела на дверь, художница уже ушла. Довольно необычная ситуация. Такого раньше не было, чтобы Блэк уделяла полуголой Гермионе времени больше, чем это необходимо для работы.       Дальше все начало складываться куда более привычно (до определенно момента уж точно), пока в дверь не постучали, причем очень громко и напористо. Похоже, у Беллы гости. Женщина даже открыть дверцу холодильника не успела, ей пришлось подойти к двери. Гермиона почувствовала себя немного не в своей тарелке. Вдруг к ней пришли гости или по какому-то личному вопросу, а тут кто-то чужой.       — Макнейр, ты как всегда. Я же просила прийти к четырем, сейчас только два, — через некоторое время возле кухни послышался недовольный и даже немного злой голос художницы.       — Ну извини, похоже моя секретарша что-то напутала, — в кухню вошел высокий худощавый мужчина за сорок, не самой приятной внешности. Симпатичным его не назовешь, но благодаря хорошо подобранной одежде и стильной стрижке, он выглядит не так плохо.       Его взгляд сразу упал на сидящую за столом Гермиону. Цепкий и изучающий взгляд мужчины, будто сканер, пробежался по девушке с ног до головы. Похоже, он успел сделать некоторые выводы для себя. Она как-то встречала прокурора с похожей манерой изучать людей. Крайне неприятный тип.       — Добрый день, мисс. Извините, что помешал вам. Мне, право, даже неловко вас прерывать, — мужчина перевел взгляд на художницу, но в его голосе не было ни капли сожаления.       — Гермиона, извините, что так получилось, мне нужно обсудить рабочие вопросы с этим человеком, — Грейнджер и без слов поняла, что обед на сегодня отменяется. Возможно, как раз об этом человеке художница и говорила, когда упомянула еще одно дело.       — Ничего страшного, все в порядке, — она действительно не обиделась, и даже почувствовала желание уйти побыстрее. Уж очень скользкий тип этот Макнейр. В его компании оставаться совсем не хочется.       — Мисс, я готов компенсировать вам стряпню Беллы и пригласить на обед или на ужин, — зачем мужчина встрял в разговор — совершенно непонятно. Очевидно, что девушка его не интересует, он хочет позлить Беллу.       — Успокойся, она предпочитает сиськи, можешь откатить свои причиндалы, — Гермионе пришлось приложить максимум усилий, чтобы остаться невозмутимой. Теперь она знает, что мисс Блэк становится несдержанной в гневе, а она, явно, недовольна.       — Другого я и не ожидал, — мужчина и глазом не моргнул, просто сел на соседний стул, закинув ногу на ногу.       Оставаться в такой гнетущей обстановке смысла уже нет, поэтому девушка сухо попрощалась. Пошла в мастерскую, забрала свои вещи и вышла из дома. Они обмолвились всего несколькими репликами, а обстановка накалилась чуть ли не до предела. Неудачно получилось, хотя дело может быть и не в неудаче, а в самом госте. Уж очень его дружелюбие нарочитое, что можно считать полным отсутствием дружелюбия. Встреча этих двоих, скорее всего, вынужденная и никому из них не принесет радости.       Настроение все-таки немного испортилось, она даже не сразу осознала, что ехать то ей не на чем, поэтому придется идти на остановку. К счастью, общественный транспорт ждать долго не пришлось и девушка села в автобус. Спустя десять минут поездки на телефон пришло сообщение. Беллатриса Блэк: Извините, что так получилось, я совсем забыла про такси, надеюсь у вас не возникло проблем с транспортом Мисс Грейнджер: Все в порядке, я успела на автобус Гермиона же другого мнения и считает, что вины Беллы в сложившейся ситуации нет —просто обстоятельства так сложились. Но ей стало приятно, что находясь в компании такого неприятного человека, еще и за работой, она смогла найти время написать сообщение. Все-таки эта женщина полна противоречий, с этим сложно не согласится.       Поездка до дома ожидаемо оказалась длиннее, чем в прошлый раз, ей пришлось сделать пересадку, но даже с этими замедляющими факторами, она оказалась дома раньше, чем ожидала. Только когда вошла в квартиру, почувствовала острое желание поесть. Все-таки она завтракала ранним утром, а ведь могла бы остаться на вкусный обед в доме художницы. Ей ничего не остается кроме как сделать быстро несколько сэндвичей и подкрепиться, чтобы позже приготовить уже нормальный ужин. Гермиона не фанат готовки, но научилась сносно делать несколько блюд и готовит их довольно часто. Иногда она заказывает еду на вынос или ходит в недорогие ресторанчики.       Ближе к вечеру ей пришло сообщение от Беллы и не простое текстовое, а мем. Смысл шутки: пришел нежданный гость, которого нельзя выгнать и приходится терпеть его присутствие. Похоже, ситуация с этим мужчиной до сих пор ее не отпустила. Однако, дело даже не в этом, а в том, что Белла отправила мем. До этого они отправляли только сообщения по существу, а теперь у них вроде бы как завязывается неформальная беседа. Мисс Грейнджер: Надеюсь, вы с достоинством пережили встречу с мистером «моя секретарша что-то напутала», мне он показался крайне неприятным типом :) Беллатриса Блэк: О да, я держалась из последних сил. Макнейр один из моих инвесторов, он богатый и нежадный, но характер похуже чем у меня ;)       Слово за слово, и их переписка затянулась на час. Общение получилось довольно забавным. Гермиона даже не заметила как начала смеяться в голос от некоторых выпадов женщины. Пожалуй, ее чувство юмора оказалось во вкусе Гермионы. Теперь уже даже сложно сказать, что в этой женщине было не во вкусе мисс Грейнджер.       Как ни странно, их недолгие перебрасывания сообщениями продолжились. И теперь Гермиона чаще стала проверять мессенджер, в ожидании какой-нибудь острой шутки или очередного мема. Даже на работе заметили, что коллега стала чаще улыбаться, а во вторник секретарю стало интересно, что именно могло так ее рассмешить.       — У меня есть знакомая художница, она рассказала, какой казус с ней произошел на первой сдаче экзамена на водительские права. Белла полностью завалила практическую часть и инструктор начал сокрушаться такому ужасному результату. Она возьми и спроси у него: «Вы знаете почему художники плохо водят? Потому что они смотрят на перспективу, а не на дорогу», — Гермиона еле сдержала порыв засмеяться.       — Понятно, — секретарю шутка смешной не показалась, она скорее удивилась тому, насколько странно она прозвучала. Однако, заострять внимание не стала и просто решила, что у Гермионы и этой художницы специфическое чувство юмора.       Грейнджер же не обратила внимание на замешательство коллеги, закрыла переписку и продолжила работу. Расслабляться времени нет, тем более, что прибавилось новых дел. Гермиона уже второй год замечает, что в летний период адвокатам приходится больше работать. Возможно, людям просто нравится судиться в теплое время года.       Утро среды порадовало хорошей погодой и сообщением от Гарри. Они встретятся с ним в торговом центе, который находится неподалеку от работы Гермионы. Девушка, если честно, была в предвкушении перед встречей с другом.тОни больше года не виделись, а в его жизни сейчас происходят большие перемены. Он собирается сделать предложение своей девушке. Джинни Уизли тоже училась с ними в одной школе, только на класс помладше.       Не оставаясь на работе больше необходимого, она пошла в метро, чтобы успеть на встречу. Все было бы замечательно, если поездка в метро не испортила настроение. В их вагоне произошла драка. Ничего не предвещало беды, как вдруг с другой стороны вагона стали слышны разговоры на повышенных тонах, почти крики. Как потом выяснилось, у парня и девушки произошла крупная ссора, в итоге он накричал на нее, а потом ударил. В их конфликт вступился один из пассажиров и уложил обидчика на лопатки с одного удара. К счастью, Гермиона вышла уже на следующей станции и не узнала, чем дело кончилось.       На фудкорте уже ждет Гарри. Он выбрал довольно удобный столик, видимо, тоже только пришел, потому что заказа за столиком не наблюдается.       — Герми, привет, — парень встал с места и кинулся обнимать подругу, — будто сто лет тебя не видел.       — Привет, — девушка широко улыбнулась и похлопала парня по спине, она тоже успела соскучится. А Поттер-то возмужал, как будто даже в плечах раздался, возможно, ходит в тренажерку. С Джинни не забалуешь, она сама фанатка спорта.       Ребята перебросились нескольким словами и даже еще не успели сделать заказ, как Гермиона заметила периферийным зрением знакомый силуэт. Прямо к их столику идет Беллатриса Блэк, собственной персоной, а рядом с ней незнакомый мужчина с кучей пакетов в руках. Похоже они заметили Гермиону и хотят подойти поздороваться.       — Мисс Грейнджер, вот это встреча, неожиданно видеть вас в такое время в будний день в торговом центре, — женщина, как ни в чем не бывало, присела за свободный стул и окинула присутствующих дружелюбным взглядом.       — Здравствуйте, Беллатриса. Да, на работе сегодня, скажем так, короткий день, вот я и встретилась с другом. Это, кстати, Гарри, — Гермиона немного опешила, но потом быстро пришла в себя.       — Очень приятно, Гарри, а я Беллатриса - знакомая Гермионы, — она пристально посмотрела на парня, но он даже глазом не моргнул, настолько его заинтересовала женщина.       Недолгая пауза затянулась. Очевидно, некомфортно здесь только Гермионе и мужчине, который так и остался стоять со своей ношей. К счастью, он оказался не из робкого десятка и напомнил о своем присутствии.       — Бля, Белыч, я пойду к машине, оставлю все это добро, если что звони, — хриплый и немного грубоватый голос удивил. Да уж, контингент знакомых Блэк разнообразный. Этот мужик больше похож на головореза, чем на какого-нибудь художника или дизайнера.       — Да, я тебя догоню, — женщина отпустила беднягу с миром и устремила все внимание на молодых людей.       — Стесняюсь спросить, что вас связывает, — Гермиона не смогла удержаться и задала интересующий вопрос. Переписка их немного сблизила, теперь Гермиона куда более раскованная в общении с ней.       — Фенрир — муж моей подруги. Он забыл про годовщину свадьбы, и теперь Нора на него второй день дуется, вот он и пришел ко мне за помощью. Она недавно начала заниматься лепкой из глины, причем успешно, вот мы и закупились разными необходимыми принадлежностями и материалами. Сама уже сто лет лепкой не занималась, в последний раз глину в руки брала еще будучи студенткой, — женщина также непринужденно продолжила разговор и поделилась короткой историей из жизни своих друзей.       — Понятно. Мне почему-то показалось, что он какой-то маргинал, и дело не только в лексиконе, — она многозначительно провела руками воздухе, очерчивая образ мужчины.       — Да, Грейбека душкой не назовешь, но он хороший мужик, — похоже, в своих словах она искренна. Белла совершенно не умеет скрывать эмоции, когда дело касается других людей, — ой, я вас прервала, отдыхайте, ребята. Пойду к Фенриру, пока он без меня не уехал, — женщина все-таки решила покинуть их столик, в конце концов, она здесь незваный гость.       После того как Белла ушла, между Гермионой и Гарри повисло молчаливое ожидание. Парень все еще находится под впечатлением и пытается уложить мысли в порядок прежде, чем навалиться на подругу с вопросами.       — Герми, это что сейчас было? Кто эта женщина? Что тебя связывает с такой красоткой? — парня как прорвало. Он уставился своими большими зелеными глазами на подругу в ожидании моментальных ответов.       — Она тетя Доры, мы с ней на свадьбе познакомились. Беллатриса довольно эксцентричная личность, профессионально занимается живописью, — на самом деле про нее можно много чего еще рассказать, но ей не хочется углубляться в подробности их взаимоотношений.       — Вы с ней довольно хорошо ладите, я погляжу. Посмотри мне в глаза и скажи честно, Гермиона Грейнджер, пялилась на ее сиськи? Я вот не удержался, ты только Джинни не говори. Очень эффектная женщина. Слушай, а она всегда так одевается, будто косплеит стильную злодейку? — Гарри иногда заносит, этот случай один из таких.       — Замолчи. Давай не будем обсуждать человека за спиной, а лучше поговорим, друг о друге. Как у тебя дела? — сдержать прилив смущения у нее не получилось, щеки все-таки потеплели. Гарри это заметил, но сжалился и сменил тему разговора.       Прежде чем углубиться в диалог, они заказали себе вредной, но вкусной еды. У Гермионы за год мало чего интересного произошло, никаких долгосрочных отношений или путешествий за границу, или чего-то еще не было. А вот Гарри довольно хорошо продвинулся по службе в полиции, даже смог обезвредить особо опасного преступника и получить поощрение за хорошую работу. На горизонте мелькает свадьба да и в целом, у него все хорошо, что не может не радовать подругу. Потому что Гарри, как никто другой, заслуживает счастья.       — Дорогая, тебе срочно нужно найти девушку, ну или женщину, нельзя такой симпатичной и умной тебе быть одной. Отношения привнесут в жизнь новых красок, — Гарри искренне переживает за подругу, его огорчает ее одиночество. Грейнджер нужен человек рядом, даже если она сама пока этого не хочет.       — Пожалуй, ты прав. Только не находится никто подходящий. Не чувствую ни с кем особой... эмоциональной связи что ли. Никто из бывших не занимал мое внимание настолько, чтобы я хотела провести с ними если не всю жизнь, то хотя бы долгое время, — Гермиону не слишком сильно волнует отсутствие постоянного партнера, даже родители не давят на нее в этом вопросе, поэтому она не уделяет личной жизни слишком много внимания.       — Ой, Герми, мы уже полтора часа зависаем. Мне еще надо пройтись по магазинам, давай как-нибудь еще встретимся. Только чур не через год, — парень посмотрел на часы и спохватился, — мой больничный закончится на этой наделе, но всегда можно встретиться в выходные.       — Хорошо, делай свои дела, рада была с тобой повидаться, — встреча с другом только улучшила и без того хорошее настроение девушки, а неожиданное появление Беллатрисы ее приятно удивило.       Молодые люди закончили разговор и вышли из торгового центра каждый в своем направлении. Гермиона пошла к метро, чтобы побыстрее доехать до дома, сегодня ей хотелось сварить какао и посмотреть какой-нибудь фильм, и не важно, что горячий какао не самый подходящий к лету напиток. Когда Грейнджер оказалась дома, то ближе к вечеру воплотила свой план в реальность.       Оставшаяся часть недели прошла довольно быстро. Гермиона и опомниться не успела, как настала очередная приятная суббота. Проснувшись утром, первое, о чем она подумала — это нежелание видеть в доме художницы гостей. Ей совсем не хотелось, чтобы в их уже привычное пространство кто-то вмешивался. К тому же, она хотела остаться на обед, она была полностью уверена, что в этот раз женщина тоже предложит задержаться после окончания работы над картиной.       Уже подходя к дверям коттеджа, она услышала резкий хлопок, будто на пол упало что-то большое и тяжелое, а через несколько секунд последовала череда громких и забористых матов. Девушку не на шутку испугал шум, вдруг случилось что-то плохое. Она долго не ждала, а быстро постучала в дверь.       — О, привет, мисс Грейнджер, проходите, у меня тут небольшой форс-мажор, — дверь открыла Беллатриса в привычной одеже: коротких шортах и футболке. Из непривычного было только что-то длинное, волочащееся по полу, похожее на карниз от штор, — в коридоре отвалился карниз и с таким шумом свалился на пол, что я со страху чуть сердечный приступ не получила. Давно надо было его перевесить. Хорошо, что никто не пострадал.       Пока женщина тащила карниз в ближайшую комнату, Гермиона пошла в мастерскую. Судя по всему, женщина еще сняла с него портьеры и отнесла в прачечную, в дверях мелькнула буйная шевелюра художницы. Гермиона не смогла сдержать ухмылку: взъерошенная и недовольная Беллатриса показалась ей милой.       Пока Гермиона отвлекалась на посторонние размышления, женщина уже пришла в мастерскую. Гермиона поймала себя на мысли, что это в первый раз, когда она будет раздеваться в ее присутствии. Девушка ненавязчиво повернулась спиной, чтобы не пересекаться взглядом с Блэк в процессе, только это не помогло. Она затылком ощутила звенящую тишину: художница не приступила, как обычно, к подготовке рабочего места, а устремила все внимание на нее. Когда Гермиона повернулась, то столкнулась с немигающим сосредоточенным взглядом женщины.       — Вы сегодня замечательно выглядите, это плодотворно повлияет на работу, — художница немного нервно улыбнулась, а потом все-таки приступила к подготовке рабочего места.       Гермиона не стала ничего говорить, просто взяла в руки розу и пошла размещаться в теперь уже своем кресле. Фраза художницы неожиданно выбила почву из-под ног. Ее замечание можно было считать комплиментом или это просто подмеченная глазом художника деталь? Гермиона не делала ничего особенного со своим телом в последние дни, чтобы выглядеть лучше, чем обычно. Она просто старается поддерживать себя в хорошей форме и следит за кожей лица, но для нее внешность никогда не была на первом месте.       — Мисс Грейнджер, вы немного отстранено выглядите, вас что-то беспокоит? — похоже, размышления девушки снова отразились на ней неподходящим для работы выражением лица.       — Нет, вроде бы ничего конкретного, просто отвлеклась, — девушка постаралась расслабиться, представить перед глазами какую-нибудь эротическую сцену с участием красивый женщины. Вот только ее абстрактная женщина уж очень похожа на одну конкретную кудрявую брюнетку.       — Может, мне снова футболку снять? Я могу. — Из-за мольберта показалась голова женщины. Вроде бы выражение лица сосредоточенное и серьезное, но глаза выдают игривые искры. Похоже, над ней смеются, — Знаете, мне не привыкать ходить по дому без одежды. Бывшая заразила этой привычкой. Она, мне кажется, имеет склонность к вуайеризму, — немного откровений о прошлом художницы удивили Гермиону. Она раньше никогда не говорила о своих отношениях и личной жизни в целом, а сама Грейнджер на эти темы разговоры не начинала.       — Ну раз она стала бывшей, значит эту привычку вы не смогли до конца перенять? — Гермиона вступила в игру. Ей неожиданно захотелось продолжить разговор о прошлых отношениях и узнать что-нибудь еще.       — Если бы дело было только в этом, — от хорошего настроения и следа не осталось, похоже девушка вступила на опасную дорожку: потревожила не самые приятные воспоминания из прошлого. — Мы прожили с ней пять лет. Для меня это довольно большой срок... А потом я узнала, что она изменила с одним из наших общих знакомых. Оказалось, что она часто это делала причем и с мужчинами, и с женщинами. Я выставила ее из дома два месяца назад, — голос художницы окончательно потух, и даже стал похож на тоскливый. Такой интонацией обычно говорят о болезненном прошлом, которое все еще не дает покоя.       — Ну и дура эта ваша бывшая, — слова как-то сами выскочили, Гермионе просто захотелось как-то поддержать женщину. Судя по всему, она ей по-настоящему нравилась, а предательство от любимого человека всегда воспринимается слишком остро.       — Я тоже так считаю, мисс Грейнджер. — Похоже, девушке удалось немного поднять ей настроение: на губах художницы проступила легкая улыбка. — А вам когда-нибудь изменяли?       — Мне? — Вопрос ошарашил Гермиону как-то слишком сильно. — Не думаю... По крайней мере, если что-то такое и было, то я об этом не знала. У меня не было настолько длительных отношений с одним человеком, чтобы измена могла сильно ранить. Я бы, скорее всего, просто взгрустнула, но не более.       — Дело не в длительности отношений. Просто вы никого из них не любили по-настоящему. Или, по крайней мере, считаете, что не любили, — на несколько секунд в комнате повисла немного гнетущая тишина. Никому из присутствующих она не понравилась.       Гермиона решила включиться в работу, чтобы отвлечь Беллу от грустных мыслей и снова привлечь ее в внимание к картине. Она представила Беллатрису расхаживающей по дому в одном белье. Картина, конечно, будоражащая кровь. А бывало ли такое, что она ходила абсолютно в неглиже? Вставала с кровати утром и шла на кухню готовить завтрак или просто кипятить чайник. Было бы неплохо встретить утро, видя перед глазами настолько приятный раздражающий фактор.       — Мисс Грейнджер, продолжайте в том же духе! — Художница все-таки переключила внимание на Гермиону и взяла кисть в руку. Теперь натурщица выглядит именно так как нужно. — Неужели вы представляете голой меня? — Лучше бы она не задавала этот вопрос. Гермиону он заставил смутиться, возможно, даже слишком сильно. Если бы у нее было чуть больше смелости, то она сказала в ответ что-то колкое или наоборот волнующее, но она была не настолько раскрепощена. Пришлось промолчать, немного опустив глаза в низ, в надежде, что проницательная художница не поймет, насколько точным оказалось ее замечание.       — Извините, я не хотела вас смущать. Просто... вы выглядели очень довольной и мне стало любопытно, что происходит в вашей голове, — искреннее извинение от честного человека. Гермионе даже стало неловко от ее слов. Ей, по большому счету, и не за что извиняться. Похоже женщине, действительно, просто стало интересно, и никаких скрытых смыслов здесь нет.       — Все в порядке. Я не представляю кого-то конкретного. Просто... абстрактные образы, — вранье оказалось, на удивление, правдоподобным. Такой ответ устроил художницу и она продолжила работу.       К счастью, никаких казусов больше не происходило, и обе женщины погрузились в работу: Белла сосредоточилась на картине, а Гермиона поддерживала нужное настроение, стараясь не перегнуть палку. Сегодняшний сеанс получился каким-то волнительным. Блэк вела себя не как обычно, да и Гермиона поступала опрометчиво. Когда мисс Блэк объявила о завершении работы, хлопнула входная дверь и кажется послышались шаги. Казалось бы, хуже уже не будет, но не тут-то было.       — Это, скорее всего, Цисси пришла. Вы пока одевайтесь и проходите на кухню. Даже если земля под ногами провалится, но мы сегодня пообедаем, — женщина была настроена решительно. По крайней мере, сейчас настроение у нее хорошее.       Гермионе показалось неожиданным, что у Нарциссы есть ключи от дома сестры, да и пришла она в самый разгар работы над картиной. Тут два варианта: либо у младшей Блэк проблемы с пунктуальностью, либо она не знала, что сестра будет занята. Белла, похоже, тоже немного растерялась, и пока они обе стояли в раздумьях, дверь в мастерскую открылась.       — Белла? Я думала, тебя нет дома, — женщина искренне удивилась, Гермиона даже не предполагала, что на холодном лице Нарциссы Малфой могут появляться такие яркие эмоции.       По прошествии нескольких секунд ,женщина обратила внимание на второго человека в комнате. Гермиона даже не сразу осознала, что все еще не одета. Нарцисса овладела собой и не подала вида, что совсем не ожидала увидеть в доме сестры Гермиону в такой компрометирующей ситуации.       — Добрый день, мисс Грейнджер, — ее взгляд направлен исключительно в глаза девушки, никак не на все то что ниже.       — Добрый день, миссис Малфой, — почему Гермиона должна чувствовать себя неловко, они ведь ничем предосудительным не занимаются? Вот только... от это не легче.       Женщина также спокойно оставила большой черный бумажный пакет возле диванчика и вышла из мастерской, а Гермиона в это время начала наспех одеваться. Если бы она в данный момент была солдатом на службе, то ее скорости позавидовали даже самые расторопные. Она оставила сумку на диванчике, с собой взяла только телефон. Подходя к кухне, девушка стала свидетелем занимательного разговора.       — Белла, ты трахаешь подругу своей племянницы? Тебе что, других баб мало? У нее складная фигура и личико милое. Я могу понять, почему она тебе приглянулась. Но как ты потом Доре в глаза смотреть будешь? — Нарцисса была, если не в бешенстве, то явно в расстроенных чувствах.       — Цисси, успокойся, я ее не трахаю. Она стала моей натурщицей, я только ее рисую, ну мы еще обедаем после работы вместе, но больше ничего. — Белла была куда более спокойной, ей ведь действительно, нечего скрывать. — Мне уже пятьдесят два года, а ты отчитываешь меня, как ребенка.       — Только не начинай. Никогда не поверю, что ты пригласила непрофессионала для позирования без какой-либо определенной цели. Если ты ее пока не трахнула, не значит, что этого не произойдет позже, — Нарцисса непреклонна.       Гермиона, слушая их разговор, снова вспомнила слова Доры, после чего у нее в голове промелькнула шальная мысль: «Может она, действительно, не просто так пригласила меня позировать? Что если я привлекаю ее... хотя бы немножко?». Мечтать не вредно, вредно подслушивать. Она не стала ждать разрешения сестринского конфликта, поэтому зашагала громче.       — Приятно было увидеться, мисс Грейнджер, — Нарцисса снова превратилась в привычную себя, легко кивнула головой и ушла из кухни.       После ее ухода в комнате повисла неловкая пауза. Никто не спешил говорить. Гермиона продолжала чувствовать себя неловко, а Белла, похоже, продолжала обижаться на сестру. Долго молчание все-таки не продлилось, поскольку Белла явно предпочитает молчанию разговоры.       — Она думает, что мы трахаемся... — Женщина потерла виски и закрыла глаза, делая глубокий вдох. — Кто еще мне это скажет? Помните Фенрира? Он тоже решил, что вы моя любовница, а присела я к вам тогда потому, что приревновала к зеленоглазому другу, — вот такое откровение свалилось на голову неподготовленной Гермионы.       — Даже обидно, что они не правы, не хочется их разубеждать, — прозвучало как очередная шутка, но Гермионе было как-то не особо радостно.       — В следующий раз не будем отрицать, — женщина не смогла сдержать улыбку, возможно, она и не шутит. — Давайте забудем о моей сестре и пообедаем. В прошлый раз я приготовила жаркое по-шотландски. На мой вкус, получилось неплохо. А сегодня я приготовила два блюда из французской кухни. Если что, все было приготовлено вчера вечером, так что они не потеряют свой вкус. — Разговор о кулинарии поднял ей настроение и Гермионе в том числе. Девушке стало жутко интересно, что же она приготовила.       Беллатриса довольно подробно рассказала про оба блюда. Буйабес — провансальский рыбный суп на бульоне из тунца и скумбрии и креветок. В состав также вошли оливки и апельсиновая цедра. У Гермионы нет аллергии на морепродукты и ей вполне понравился состав супа. Второе блюдо — открытый пирог под названием «Киш» с сыром чеддер, помидорами, и беконом. Это вполне универсальная выпечка, его можно есть холодным и горячим. Белла предложила подогреть и суп, и пирог, так должно быть вкуснее.       — Сколько времени вы потратили на приготовление? Я бы даже не попыталась испечь пирог. Суп сварить еще могу, но выпечка — это нечто невероятно далекое от меня, как и творчество, — когда Гермиона увидела тарелки, полные супа и красиво разрезанный пирог в форме для запекания. Внешний вид и аромат блюд, помимо восхищения, вызывали еще и усиленное слюноотделение.       — На все ушло не больше двух часов. Готовка — не настолько затратное по времени занятие, если есть хорошие навыки. Я тоже не сразу пришла к желанию готовить, где-то после сорока, так что у вас еще все впереди, — Белла начала помешивать суп в тарелке, незаметно поглядывая в сторону девушке, похоже ее, действительно, волнует мнение гостьи.       Гермиона, когда попробовала первую ложку, начала петь хвалебные дифирамбы этому "произведению кулинарного искусства». Такой вкусной еды она даже в ресторанах с родителями не ела. Когда они приступили к пирогу, то слова просто закончились, девушка даже не заметила как съела два довольно больших куска. Художница же ограничилась одним, и даже этого ей многовато.       — Белла, все настолько вкусно, что мне даже неловко. Вы уже второй раз меня кормите, а я ничего приятного не сделала,— Гермиона не привыкла быть в долгу, обычно на хорошие поступки она отвечает взаимностью, но что она может сделать для взрослой самодостаточной женщины, которая умеет все сама? Ну или может найти того, кто сделает все необходимое.       — Все в порядке, дорогая, для меня просто приятно… кого-то покормить, вы, кстати, можете забрать оставшуюся часть пирога с собой, мне все равно нельзя — уж очень он калорийный. — Она еще и с собой завернуть предлагает, это уже ни в какие рамки не умещается. — Отказы не принимаются. Если он останется у меня, я не удержусь и поглощу все, как пылесос. А потом превращусь в толстенькую Беллу и не влезу в свои корсеты. — Опять она шутит.       — Вы даже толстенькой не будете выглядеть плохо, — Гермиона даже не покраснела. Она вполне уверенно посмотрела на художницу, не давая даже возможности усомниться в правдивости сказанных слов. И в ее словах нет ни капли флирта, только сухие факты.       — Сочту ваши слова за комплимент, — женщина ни на секунду не растерялась, но приятно удивилась. Гермиона не выглядела, как человек, который свободно себя чувствует в вопросах флирта. Хотя ее комментарий и не назовешь флиртом, скорее искренней эмоцией.       «Она постоянно слышит комплименты в свой адрес, так что, Герми, ты ее не удивила», — вот о чем подумала девушка, прежде чем еще раз посмотреть в глаза художнице.       Когда с обедом было покончено, Беллатриса вызвала такси. У них осталось свободное время, которое неожиданно оказалось не чем занять. Легкая неловкость повисла в воздухе, но Беллатриса Блэк не была бы собой, если не придумала, как скрасить досуг.       — Если хотите, могу показать вам некоторые свои готовые работы, которые хранятся в мастерской. Их общественность пока не видела, вот думаю, стоит ли кому-то показывать или лучше сжечь на ритуальном костре? — Девушку больше впечатлили слова о ритуальном костре, чем само желание художницы показать работы.       — Я в этом вопросе не вам советчик. Для меня все картины красивые, если это не человечек из четырех палочек и овала. — Здесь она права. Гермиона видела только красивые картины именитых классиков прошлых веков, но даже она понимает, что сравнивать современных авторов с ними нет смысла. Она была несколько раз в галереях, но ее взгляд на искусство был абсолютно обывательским.       — Ингода мнение непрофессионала даже важнее. У вас взгляд незатуманенный, вы можете интуитивно увидеть то, что другие не смогут, — ее уверенность подкупила девушку, и она согласилась пройти в мастерскую.       Как оказалось, таких картин у Беллы три. Они стояли в углу, прикрытые плотной тканью и выглядели весьма внушительно, хоть и по размеру не сильно габаритные. Женщина вытащила их и расставила для удобства. На картинах, ожидаемо, изображены женщины, и все три обнаженные. На этом, собственно, их сходства заканчиваются. Во всем остальном они настолько непохожи, что складывается впечатление что их написали три разных художника — каждый в своем уникальном стиле. Гермионе визуально больше остальных понравился вертикальный холст с женщиной, стоящей напротив распахнутого окна. Ее лицо было умиротворенно-задумчивым, будто она познала дзен, и теперь наслаждается видом окружающей действительности.       — Эта картина мне понравилась. В ней есть что-то одновременно загадочное и умиротворяющее. Еще, знаете, свет из окна падает так удачно, будто обрамляя ее силуэт. Что-то вроде... свечения от нимба. К тому же, девушка сама очень красивая и телом, и лицом. Я бы повесила ее в спальню, чтобы... заряжаться положительной энергией с утра. — Комментарий Гермионы получился немного сбивчивым, но, в целом, она довольно точно подметила главные детали.       — Ну вот, а еще говорите, что плохо разбираетесь в искусстве. В нем главное чувствовать, заставляет ли вас картина испытывать эмоции, видеть символизм и красоту. Если все это работает — значит автор сделал все правильно. — Женщина немного снисходительно посмотрела на Гермиону, причем так, будто другого ответа от нее и не ожидала. — Эту картину я написала три года назад. Она отличается от остальных тем, что писалась не с натуры, а является полностью плодом моего воображения.       — Ну тогда понятно, почему она выглядит настолько идеально. Получается, вы специально не стали привлекать натурщицу, чтобы добиться максимального эффекта эфемерности и нереалистичности? — Появилось у нее такое предположение.        — Да, это могло бы быть так. Но изначально я просто хотела придумать образ идеальной женщины и запечатлеть его в определенной ситуации, а потом все как-то само собой получилось. — Значит спонтанное желание превратилось в полноценную картину. Такой порыв вполне в духе творческой личности.       Поговорив еще несколько минут, они пришли к выводу, что девушку у окна точно стоит показать другим людям, а судьбу остальных пока не удалось решить. Еще через некоторое время приехало такси и Гермиона отправилась домой. Несмотря на прошлые неудобства, день прошел замечательно, по крайней мере, позитивных эмоций было больше, чем негативных.       Хорошее настроение продолжало сохраняться вплоть до начала недели. В понедельник утром просыпаться было не так тяжело, как могло бы, а на работе даже особо бестактным клиентам не удалось испортить ей настроение. Однако, хорошее имеет свойство рано или поздно заканчиваться.       Вечером понедельника, Гермиона уже поужинала и расслабилась, решила принять душ, чтобы потом спокойно заняться каким-нибудь полезным развивающим делом. Неплохо бы почитать книжку по налоговому праву или что-нибудь из развлекательной литературы, их на полке тоже скопилось довольно много. Когда она вышла из душа увидела пропущенный звонок от Андромеды Тонкс. Довольно неожиданно, на самом деле.       — Энди, привет. Не слышала твой звонок, — Гермиона заинтересована предстоящим разговором. Андромеда редко звонит без причины.       — Привет, Герми, ничего страшного. Мне, знаешь ли, скучно стало, ребята из путешествия редко звонят... Вот я и сижу одна, грущу. — Вот оно что. Да, Дора с Римусом уехали, и им сейчас не до частых разговоров с матерью.       Первые минут десять разговор тек легко и непринужденно. А потом женщина перевела разговор совсем в другое русло, и Гермиона готова была дать голову на отсечение, что ее интерес вызван не обычным праздным любопытством.       — Говорят, ты позируешь для новой картины Беллы, — даже интонация в голосе немного изменилась.       — Кто говорит? Дора? — Гермиона на секунду удивилась, кто может знать об этом. Сама художница вряд ли распространяется, знает только Дора… и с недавнего времени Нарцисса.       — Да так, есть люди, — довольно долгая пауза дала понять, что не от Доры она узнала об их встречах, похоже подруга тоже не стала распространятся об этом факте. Хотя кого волнует, что Гермиона позирует Белле? В этом нет ничего особенного.       — Миссис Малфой значит, — девушка не смогла сдержать кривую ухмылку, вот только через телефонный звонок этого никак распознать.       — Тебе надо было в сыщики идти, а не в адвокаты. Да, Цисси как-то обмолвилась, что ездила к Белле и увидела тебя в довольно экстравагантном виде. Сестра сказала, что рисует тебя. Это правда? — Андромеда вроде бы говорила спокойным, размеренным тоном, но нотка беспокойства ощутилась сразу.       — Да, Беллатриса попросила меня стать натурщицей потому, что я подхожу по типажу для ее задумки. Она довольно долго меня упрашивала, и я согласилась, — сколько раз ей еще нужно рассказать эту историю, чтобы вопрос отпал.       — Гермиона, моя сестра довольно привлекательная женщина, во всех смыслах этого слова, к ней всегда тянется много людей, но она сложный человек, эксцентричный. — Да уж, подборе подходящих слов Энди точно нет равных. Вместо обычных формулировок типа "Белла тебе не пара", она выдает столько лишней воды.       — Энди, я не сплю с твоей сестрой, — девушка уже начала раздражаться. — И вообще, почему всех волнует, с кем я сплю или не сплю? Мне же не пятнадцать лет, в конец концов. У вас такая странная реакция на нашу совместную работу. Пожалуй, только Дора ничего против не имеет, — хорошее настроение как рукой сняло — в груди стала подниматься волна негодования.       — Гермиона, я не пытаюсь тебя поучать или контролировать твою личную жизнь. Просто Белла... легко разбивает сердца. Не специально, конечно, но женщины быстро уходят из ее жизни. Тебе больше подойдет кто-то более степенный и менее творческий. — Андромеда упорно продолжала гнуть свою линию. Самое обидное было то, что это прикрывалось заботой.       — Ее последние отношения длились пять лет. По-твоему, они закончились слишком быстро? — Гермиона понимала, что нужно остановить этот разговор — ни к чему хорошему он не приведет, но чувство несправедливости не позволяло отступать.       — Значит вы уже и об этом говорили... понятно. Ладно, не будем больше о моей сестре. Просто имей в виду, что Белла непростой человек. — К счастью, мудрость взяла верх, и Андромеда прекратила их разговор для общего блага.       — Да, ты права. Пожалуй, на сегодня хватит разговоров, — Гермиона вспылила и теперь сама хотела прекратить спор, чтобы не наломать дров из-за своей вспыльчивости, которая иногда еще проявлялась в моменты особой уязвимости.       После того как буря стихла, девушка начала анализировать, чтобы понять, почему она вообще так бурно отреагировала на этот разговор. Андромеда была настойчивой, но не грубой или обвиняющей. Ее опасения можно понять: Гермиона и Белла разные, если не сказать диаметрально противоположные. К тому же, большая разница в возрасте никуда не исчезла. Если Гермиона почувствует симпатию или даже влюбится, то это сделает хуже только ей самой. Однако, мыслительный процесс привел ее к неутешительным выводам: она уже почувствовала симпатию и определенный интерес к женщине. Если сначала она просто засматривалась на ее внешность, то сейчас все усложнилось интересом к внутреннему миру тоже. Теперь она видит, что Белла может быть смешной, интересной, искренней в своих порывах, к тому же она хороший друг и отлично готовит. Так что опасения Андромеды, можно сказать, подтвердились.       «Ну и что? Да, я испытываю к ней совсем не дружескую симпатию. Мне много, кто нравится, но это ничего не значит. Мы закончим картину и я перестану к ней приходить. Если повезет, будем иногда переписываться и на этом все. Ничего непоправимого не произошло», — так размышляла девушка уже лежа в кровати вместо того, чтобы спать.       На следующее утро Гермиона проснулась вполне бодрой и выспавшейся, несмотря на довольно длительные размышления, которые мешали уснуть. Сегодня она настроена на продуктивную работу. День расписан по часам: две встречи с клиентами на нейтральной территории, обсуждение бракоразводного процесса с очень строптивой женой, которая настроена отжать (там по-другому и не скажешь) у мужа все, что возможно.       Благо, рабочую суматоху своими сообщениями разбавляла Беллатриса. Она написала целую петицию о том, насколько странный ей попался покупатель. Одну из ее давних работ все порывается приобрести один эксцентричный коллекционер. Причем эксцентричный — мягко сказано. Прежде чем купить картину, он хвалил хороший вкус, особое чутье и безукоризненную технику Блэк, и конкретно эту работу тоже. А в конце ненавязчиво выдал фразу, которая одновременно удивила и рассмешила художницу: «А номер натурщицы у вас случайно не сохранился? Хочу воочию увидеть такую красоту».       Гермиона забросала женщину смайликами, которые хоть немного, но смогли отразить ее эмоции. Мужик буквально купил дорогую картину, просто чтобы узнать номер натурщицы. В итоге сделка не состоялась, потому что Белла не разглашает конфиденциальную информацию о девушках, с которыми работает. Коллекционер ушел обиженный.       Так, на протяжении всего дня, их переписка продолжалась. Как оказалось, Белла сегодня не особо нагружена делами и работой, поэтому может позволить себе развлекать девушку, как она выразилась. Около десяти часов вечера от нее пришло последнее сообщение за этот день. Оно было немногословным, обычное пожелание спокойной ночи со смешным смайликом, но Гермионе показалось это по-особенному важным, потому что до этого они не желали друг другу хороших снов.       Вторая половина недели оказалась менее загруженной на работе, но и художница писала меньше, из-за большой занятости. Помимо организации выставки, она параллельно занималась организацией благотворительного вечера для одаренных детей. И это не считая сотрудничества с другими творческими людьми, покупкой материалов для работы и прочего. Еще ей надо продолжать работу над катринами.       Гермиона стала замечать, что все больше времени уделяет Беллатрисе. Даже когда позвонила Дора, чтобы поделиться впечатлениями о медовом месяце. Если подруга говорила о вкусных экзотических блюдах, пляже, теплой воде и Римусе, которому такой отдых понравился, то Грейнджер говорила о днях, проведенных в доме Беллы, или от том, как они переписываются в течение дня. Девушке действительно нравилось вспоминать часы, проведенные в ее компании.       — Герми, тебе нравится тетя Белла? — Настолько прямого вопроса в лоб ей еще не задавали. Грейнджер на секунду застопорилась, пытаясь осознать, что подруга имеет в виду.       — Вау, ты оказалась более прямолинейной чем Андромеда. Да, она мне нравится. — Признать свою симпатию вслух оказалось проще, чем ожидалось. — Расскажи еще о своем путешествии.       — Подожди. Ты не можешь сказать, что тебе нравится моя тетя, а потом продолжить обсуждать наш медовый месяц, как будто ничего не было. Как думаешь, а ты ее привлекаешь? — Любопытство подруги окатило Грейнджер похлеще, чем ведро ледяной воды. Нельзя игнорировать такой важный вопрос.       — Ну ее, по крайней мере, привлекает мой типаж в качестве натурщицы. В масштабном плане, думаю, я не в ее вкусе. Вряд ли такой женщине, как она, могу понравиться обычная я, — Гермиона верила в свои слова. В качестве любимой женщины Беллатрисы должна быть какая-то яркая или даже выдающаяся личность: поэтесса или балерина (почему-то это было первое, что представляла себе девушка). Обычная помощница адвоката вряд ли способна заинтересовать знаменитую художницу, и уж тем более, органично смотреться с ней.       — Ты думаешь, что не достойна ее или что-то в этом роде? Расслабься, Грейнджер, если ты хочешь мою тетю, то можешь первой сделать шаг. Скорее всего, она просто думает, что слишком стара для тебя. — У Доры все так просто звучит. Ей легко говорить, она покорила Римуса нахрапом. Но Гермиона не настолько уверенная в себе и активная, чтобы пытаться соблазнить Беллатрису Блэк. Она буквально часами сидит перед ней голой, но никакого эффекта это пока не возымело. Белла только рисует ее и кормит едой собственного приготовления.       — Спасибо, подруга, за помощь, но я не хочу ничего менять. Я не лезу в постель ко всем, кто мне нравится, знаешь ли. — Это правда. У Гермионы, в принципе было только две девушки, с которыми были более или менее длительные отношения и всего несколько подруг на одну ночь.       Переубедить Нимфадору невозможно, она останется при своем мнении, поэтому Гермиона и не стала больше ничего говорить. Они еще немного поболтали на отвлеченные темы, и ей стало легче. Слишком уж много Беллатрисы Блэк стало в ее жизни. Как будто ее мало в мыслях, теперь еще окружающие люди норовят лишний раз о ней напомнить.       С момента разговора с Дорой Гермиона пыталась не думать о художнице слишком часто. Слова подруги всколыхнули некую скрытую уверенность. Теперь она уже не считает, что сделать шаг первой — это такой уж невозможный вариант развития событий. Вот только как это осуществить? В голове стали возникать разные ситуации одна нелепее и абсурднее другой:       Идея 1: после завершения очередного дня позирования вместо того, чтобы переодеться в свою одежду, просто встать с кресла скинуть с себя сорочку.       Идея 2: Отправить нюдсы и сделать приписку «Хочу чувствовать ваши руки на своем теле, мисс Блэк».       Идея 3: в субботу, вместо обычного приветствия, прямо в дверях поцеловать ее.       Вариантов развития событий может быть много, вот только смелости воплотить фантазии в жизнь не хватает. К тому же, если ей и удастся привлечь к себе внимание, к чему это приведет? Возможно они переспят, а на утро будут чувствовать неловкость: Белла из-за того, что поддалась моменту, а Гермиона просто потому, что не может по-другому. В итоге, их общение снизится до минимума, а потом прекратится вовсе. Такой вариант не устраивает Гермиону. Одна ночь или возможность продолжить обычное общение? Конечно, второе! Когда девушка пришла к этому выводу, ей стало легче.       Довольно быстро пришло время очередной встречи. Гермиона села в такси с полной уверенностью, что ее сознание не затуманено эротическими фантазиями об одном конкретном человек. Сейчас она настроена на работу и дружеское общение, которое позже выльется в совместный приятный обед. Вот только не всегда наши желания совпадают с объективной реальностью.       — Боже! Вы уже приехали, так рано! — Это вместо приветственных слов последовало от, очевидно, еще сонной художницы. — Я вызвала такси, потом поставила будильник и снова отключилась.       Гермиона совершенно спокойно бы отнеслась к такой заминке, если бы ей не пришлось обратить внимание на внешний вид женщины. На ней красовалась тончайшая трикотажная пижама в виде топа на тонких бретельках и коротких свободных шорт. Лифчика на ней, ожидаемо, не наблюдается (кто, вообще, спит ночью в лифчике?). Похоже, женщина не обратила внимание на этот факт, в отличии от Гермионы, которая невооруженным глазом увидела все очертания красивого бюста и плоского живота. Соски довольно призывно виднелись сквозь тонкую ткань, привлекая к себя все внимание. Просто невозможно оставаться равнодушной когда видишь фигуристую женщину... практически голой.       — Проходите, я… сейчас переоденусь и приду, — небольшая заминка произошла в тот момент, когда Белла осознала всю откровенность своего наряда.       Гермиона немного натянуто улыбнулась и пошла по коридору в сторону мастерской. К счастью, ей удалось сохранить более-менее нейтральное выражение лица (по крайней мере, ей хотелось в это поверить). Беллатриса же не сразу отошла от двери, видимо, она смутилась. Все-таки Беллу еще можно чем-то смутить. Грейнджер спокойно вошла в мастерскую и сделала все необходимые манипуляции, предшествующие работе. Пока она ждала Беллатрису, успела написать несколько сообщений Гарри, который сейчас в дороге едет к родственникам Джинни загород. Разговор получился забавным еще и с голосовым сообщением от Уизли. У девушки закралось подозрение, что будущая миссис Поттер ревнует своего жениха к подруге, и это даже показалось милым. За разговором она не сразу заметила, что Белла вошла в комнату.       — Ну что ж, я готова к работе, — женщина теперь выглядела более бодрой. Ее волосы были собраны в высокий пучок, а вместо пижамы надеты спортивные мягкие штаны и черная футболка, на которой уже видны старые пятна от краски.       — А завтрак, вы же не ели? — Ей бы не хватило десяти минут, чтобы принять легкие водные процедуры, переодеться еще и поесть что-нибудь.       — Да, вы правы, — неловкость повисла в воздухе. Белла даже на секунду почувствовала себя школьницей, которую ругает мама за несъеденный завтрак.       — Давайте так поступим: вы поедите, а я выпью с вами чай или кофе за компанию. Мне мама всегда говорила: первый прием пищи самый главный. — Родители Гермионы были дантистами, и так или иначе, точно были знакомы с физиологией человеческого тела. Поэтому в таких вопросах она им доверяла, как никому другому.       Пока длилась недолгая заминка, девушка встала из своего кресла и уже хотела было иди в сторону двери, но потом поняла, что идти в одной прозрачной сорочке на кухню будет совсем неуместно. Вот только и тело, и сердце кричат, что ничего неловкого не происходит. Голова же предупреждает, что к Белле может кто-то прийти. Встречать незнакомого человека в таком виде будет совершенно неприемлемо.       — Мисс Грейнджер, мне, конечно, нравится ваш порыв побороть застенчивость, но вам лучше одеться. Не хочу, чтобы кто-то видел вас в неглиже, — художница не могла не подметить эту заминку и, конечно, вставила свой комментарий.       — А вы ждете кого-то сегодня? — вопрос вполне логичный, так себя успокоила Гермиона.       — Нет, — Белла довольно долго думала прежде чем ответить, пытаясь вспомнить не упустила ли какую-то встречу.       — Тогда переживать не о чем, — слова слетели с языка быстрее, чем мозг успел среагировать, а ноги начали идти. В этот раз разум проиграл.       «Ты что творишь Грейнджер?! Что за провокация?», — позже этот вопрос появился в сознании как кричащий рекламный баннер. Буквально только вчера она убедила себя, что вполне довольна возможности дружить с этой женщиной, а теперь провоцирует, в первую очередь, саму себя. Вот только порыв уже не остановить, и Гермиона спокойным шагом, негромко стуча каблуками по паркету, вышла из мастерской первой. От осознания того, что на нее сейчас могут смотреть, по загривку пробежал холодок.       Белла демонстративно не двигалась и ждала, пока девушка выйдет из комнаты, а потом уже пошла следом. Если бы Гермиона могла видеть затылком, то стала бы свидетелем забавной картины: Беллатриса Блэк, прикладывающая усилия, чтобы не смотреть на удаляющуюся молодую особу. Похоже она не такая уж и незаинтересованная.       Уже на кухне напряжение немного спало и даже легкий стук каблуков не так сильно режет слух. Белла включила чайник и открыла холодильник в поисках еды. Долго думать не стала, просто достала ингредиенты для быстрого перекуса. Женщинам удавалось довольно легко сосуществовать вдвоем на кухне. Белла сделала полезные бутерброды с авокадо, огурцом и помидором, а Гермиона к овощам добавила сыр и ветчину, получив более вредный и калорийный сэндвич.       Импровизированный завтрак занял всего полчаса, хотя если бы Белла не отвлекалась бы на разговоры, а ела, то потратила бы гораздо меньше времени. Гермиону этот факт нисколько не смутил: она внимательно слушала женщину и удивлялась тому, насколько же разношерстная аудитория почитателей ее творчества: начиная с богатеньких отпрысков политиков, заканчивая престарелыми вдовами, которые хотят привнести в свою жизнь «немного огонька», повесив обнаженный потрет красивой женщины где-нибудь в гостиной. Когда разговоры все-таки закончились и с едой было покончено, они направились в мастерскую.       Как ни странно, Гермиона совершенно забыла о пикантности своего внешнего вида, и даже не обратила внимания, что снова пошла вперед, пока художница, не торопясь, плелась сзади. Грейнджер, признаться, чувствовала себя максимально комфортно. Даже туфли на шпильке не портили общее впечатление: они сели, как влиты,е и не доставляли никакого дискомфорта. Возможно, ей будет не хватать комфорта, когда отпадет необходимость надевать их.       Работа над картиной шла гладко и на протяжении двух часов Белле удавалось действовать продуктивно, а Гермиона умудрилась не выходить из образа ни на секунду. Теперь ей было гораздо проще ощущать себя слегка возбужденной. Состояние предвкушения отлично отражалось на ее лице и создавало нужный эффект.       — Мисс Грейнджер, вы сегодня в ударе. Будь я менее профессиональной, вы бы уже находились в горизонтальном положении, — Белла окончательно потерялась в работе и не сразу осознала, что сболтнула лишнего. Если бы ее сейчас слышала Фенрир, то от его комментария покраснели бы обе женщины.       — Это можно считать высшей степенью похвалы моих стараний? — Гермиона опешила, но молчать не стала. Тишина сделала бы ситуацию еще более неловкой.       — Да, пожалуй. Вот только я слегка перегнула палку, извините, — похоже, женщина смутилась не меньше. Она будто спряталась за мольберт, чтобы не видеть глаз собеседницы (очень удобно, стоит сказать).       Гермиона же совсем не расстроилась, а даже наоборот, немного воспряла духом. Обычно женщина напрямую говорит все что думает, значит, ей действительно настолько сильно понравилось позирование Грейнджер, что в ее голове возникли такие мысли. К счастью, Гермионе хватило силы воли не поддаваться на провокации и не додумать лишнего.       — Гермиона, мы сегодня очень плодотворно поработали, предлагаю закончить. Если вам интересно, можете немого поучаствовать в приготовлении сегодняшнего обеда. Я, по такому случаю, даже отступлю от своей диеты. — Пока Гермиона разминала затекшие конечности, от художницы поступило слишком заманчивое предложение.       — Не думаю, что окажусь хорошим помощником на кухне, но давайте попробуем. — Девушка даже воодушевилась. Что же такое они будут готовить вдвоем? Причем процесс приготовления не должен занять много времени.       Белла вышла из комнаты первой, а Гермиона начала переодеваться. Второго такого представления она просто не могла себе позволить. К счастью, сегодня она была в обычной повседневной одежде, которая хорошо подошла бы для работы на кухне.       Когда Гермиона вошла в комнату, увидела бурную деятельность, которую успела развести женщина. Она вытащила много ингредиентов из холодильника, готовясь к готовке, как к бою.       — Сегодня мы будем готовить кесадилью. Я люблю эту мексиканскую закуску, поэтому могу иногда себе позволить. Блюдо простое в исполнении и тортилья у меня уже готовая, так что останется только начинку сделать, — Белла уже успела достать два фартука, один протянула Гермионе. Он, если можно так выразится, гостевой: сделан из более тонкой ткани и дизайн простенький. Фартук Беллы выглядит довольно профессионально: без рисунков в цветочек и сшит из плотной ткани.       Слаженность в работе Грейнджер почувствовала еще утром, когда они делали сандвичи, а сейчас это стало еще более заметно. Как оказалось, Белла совсем не тиран на кухне и чувствует себя вполне расслабленно в присутствии помощников. Они просто разделили обязанности и остались вполне довольны. Пока Белла резала куриное филе мелкими кусочками, Гермиона шинковала лук и перец. Позже Белла натерла сыр на крупной терке. Жарить курицу взялась Белла. Она сноровисто поджарила ее с луком, позже добавила перец и дожарила начинку, не забыв посолить, поперчить и добавить паприку (обе женщины ее любят, как оказалось). Раскладывали начинку тоже вместе: Гермиона сыпала сыр, а Белла выкладывала теплую начинку. После поджаривания тортильи на сковороде, они разделили круг на четыре части и получили вкусную закуску.       — Мы с вами отлично справились, как считаете? — Белла посмотрела на результат их работы и широко улыбнулась.       — Да, если честно, я даже не ожидала, что буду готовить что-то подобное, — Гермиона теперь решила запомнить этот рецепт и обязательно попрактиковаться дома.       Из оставшейся начинки они сделали еще несколько штук, а потом Белла довольно быстро сделала освежающий лаймовый напиток. Гермиона успела заметить, что женщина равнодушна к алкоголю. Еще никогда не видела ее с похмелья и никаких признаков нахождения алкоголя в доме тоже не заметила. Ее посетила мысль, что алкоголь сам по себе довольно калорийный, а если учесть фиксацию женщины на правильном питании, вино или виски совсем не вписываются в ее рацион.       Мексиканская закуска удалась на славу, все получилась в меру пряным и в меру соленым, а курица мягкой и сочной. Девушка не могла не похвалить их работу вслух, что позабавило Беллу, которая сказала: «Сам себя не похвалишь, никто не похвалит». Однако, она не могла не согласиться: обед действительно получился очень вкусным.       К частью, сегодня их покой никто не нарушил, и они просидели на кухне дольше обычного, и только в два часа вызвали такси. Все это время им удавалось поддерживать разговор на разные темы, даже на юридические. Белла за с вою жизнь не раз обращалась к помощи юристов и даже к адвокату. Похоже, ее жизнь куда более насыщенная, чем может показаться сначала. Гермиона же внимательно слушала ее истории о сходках (именно это слово использовалось) художников, на которые ходила Белла в юности. Судя по рассказам, контингент там не самый благополучный. Удивительно, что Белла не стала наркоманкой или алкоголичкой, находясь среди таких людей.       — Бурно вы жили, однако. — Это самое мягкое выражение, что пришло в голову девушке. По большому счету, бунтарский дух очень свойственен Белле, а если учесть, что она была творческим подростком, то энергия фонтанировала из нее еще больше, чем из других детей. Родителям явно пришлось несладко.       — О да, мама с папой не были в восторге от моих товарищей. Но предъявить ничего не могли, потому что я продолжала оставаться хорошей девочкой. Годам к двадцати пяти оборвала большинство тех связей — просто переросла их. С братьями Лестрейнджами продолжаю общаться до сих пор. Они теперь солидные мужчины, и не скажешь, что когда-то на спор кукарекали в один трусах с балкона или блевали по очереди в кустах, — рассказ Беллы позабавил девушку и как-то даже успокоил. Ей стало интересно посмотреть на этих братьев.       Они могли бы еще долго говорить, но приехало такси и женщинам пришлось разойтись. Гермиона не без сожаления взяла сумочку и села в машину к улыбчивому усатому таксисту. Мужчина оказался любителем поболтать, и всю дорогу до дома она слушала его шутки, некоторые из которых показались ей специфическими.       В понедельник утром Гермиона получила сообщение от Беллы довольно необычного содержания. Беллатриса Блэк: Доброе утро, мисс Грейнджер. У меня к вам деликатное дело. Мой друг Эван Розье разводится со своей супругой, и ему нужна консультация хорошего непредвзятого адвоката. Как вы считаете, ваших коллег можно назвать непредвзятыми? Его жена истинная стерва, она без штанов его может оставить. Все для этого предпримет, даже подкуп или шантаж. Ему нужна надежная юридическая опора.       Гермиона прочитала длинное сообщение два раза прежде, чем начать думать. Их адвокатская фирма довольно известная в городе, с хорошей репутаций, но может ли она быть уверена в неподкупности своих старших коллег, сказать наверняка невозможно. По крайней мере, она никогда не замечала, чтобы ее коллеги шли на серьезные и даже противозаконные ухищрения. Мисс Грейнджер: Доброе утро. Мне ясна ваша проблема, могу посоветовать самого опытного и старшего адвоката среди нас — миссис Макгонагалл. Она действительно профессионал своего дела, несмотря на солидный возраст. Пожалуй, только в ней я могу быть уверена больше, чем в остальных. При необходимости, могут записать вашего друга на встречу с ней.       Гермиону до конца дня не отпускали мысли о друге художницы, который выбрал не самую простую кандидатуру в качестве жены. Теперь ему придется за это поплатиться.       Только вечером во вторник Белла позвонила и у них состоялся недолгий разговор. Как оказалось, мистер Розье и миссис Розье были женаты по договоренности, и большую часть совместной жизни даже не контактировали друг с другом, сохраняя мирный нейтралитет. Однако, недавно мужчина стал понимать, что его бизнес переживает не лучшие времена, а женушка захотела по-быстрому развесить, чтобы прикарманить недвижимость и счета, пока еще ничего не рухнуло.       Разговор привел к тому, что они договорились записать мужчину на прием к Макгонагалл, и там уже они смогут обсудить все вопросы по делу.       — Гермиона, думаю, в эту субботу я допишу портрет и, если вы не будете против, покажу его на выставке, — разговор резко сменил направление.       Гермиона, конечно, понимала, что их сотрудничество рано или поздно закончится, но не предполагала, что настолько быстро. У них было четыре сеанса, а следующий, значит, будет последним. Быстро время пролетело. На самом деле четыре недели — это месяц. Месяц жизни Гермионы Грейнджер, который стал чуть ли не самым ярким за последние годы.       — Знаете, а я не против, не зря же мы столько времени потратили на эту картину. Уверена, что мне все понравится, — Гермиона не собиралась чинить какие-то препятствия, ей самой стало интересно, как другие люди отреагируют на нее.       Они закончили разговор на немного напряженной ноте. Возможно, художнице тоже жаль, что их совместная работа подходит к концу. Настолько эмоционально близких отношений у Беллы не было ни с одной из девушек, с которыми она сотрудничала последние годы. Конечно, она не вызывала им такси по утрам, не рассказывала о совей юности, и уж тем более, не готовила для них. Гермиона не могла не понять, что еда приготовлена специально для нее, и это другой уровень внимания, который никак нельзя назвать сухим или профессиональным.       Задумчивость и легкую меланхолию адвоката заметили и коллеги. Даже некоторая рассеянность появилось, а ведь Гермиона всегда ведет себя сосредоточенно и отвлечь ее от работы может совсем немногое. Вот только поделать с собой она ничего не могла, она уже начинала скучать.       — Привет, дорогая, ну как у тебя дела? — звонок от Доры застал девушку на обеденном перерыве.       — У меня хорошо, у вас как? Домой собираетесь или решили остаться на островах до Рождества? — Молодожены, действительно, довольно долго в медовом месяце, и судя по всему, возвращаться не торопились.       — Ну... Римус вполне неплохо справляется с работой на расстоянии, а мне торопиться не куда. — Вполне убедила. Нимфадора уволилась с прежней работы в юридической фирме и была этому рада. Она решила, что юриспруденция не ее стезя, и захотела посвятить себя творчеству. Дора уже довольно долго занималась лепкой из глины. В этом плане она была похожа на тетю. А теперь хотела сделать свое хобби основным видом деятельности.       — Понятно. — Гермиона была очень рада за друзей, но ее голос звучал немного грустно. Своим настроением она совсем не планировала вносить смуту в радостные будни подруги, но это плохо получалось.       — Что случилось? Голос грустный. — Кончено, она заметила.       — Белла заканчивает картину, и у нас больше не будет веских поводов встречаться... Это огорчило меня сильнее, чем я ожидала... — Да, это точно.       — Ты теперь грустишь от того, что больше не сможешь лицезреть мою прекрасную тетушку?.. — Это был даже не вопрос, а самое что ни на есть утверждение.       — Да, мне кажется я уже по ней скучаю. У нас в субботу будет еще одна встреча... последняя... Кстати, я разрешила выставить картину в галерее. Может, Беллатриса пригласит меня на выставку? Я буду совсем не против сходить. — Да, Гермиона уже успела подумать о посещении мероприятия. Пока художница не приглашала, но и картину она еще не дописала до конца.       — Когда причин встретиться с ней не останется просто пригласи ее куда-нибудь. Предупреждая твои отговорки скажу, что мою тетю можно и просто по-дружески пригласить. Но не забывай, никогда не поздно пригласить ее на свидание. По крайней мере ты должна попробовать. — Дора, видимо, все не отпускала мысль свести тетушку и подругу. Она их обеих очень любила и хотела для них счастья. Так зачем искать его где-то на стороне, когда оно так близко?       — Я тебя поняла, хорошо, — Гермиона успокоила подругу, чтобы она не поднимала больше эту тему.       К счастью, отвлечь ее получилось легко. Девушки начали обсуждать отдых: соседей по бунгало, местную кухню, климат и прочее. Дора скинула несколько фотографий, на которых ее муж заметно так загорел и даже обгорел. В целом, беседа вышла жизнеутверждающей. После окончания разговора Гермиона почувствовала себя гораздо лучше.       Грейнджер довольно долго думала, что же надеть в субботу, чтобы не выглядеть слишком нарядно, но и обычная футболка с джинсами были бы слишком очевидным решением. Девушка перерыла весь гардероб и остановилась на довольно коротких джинсовых шортах, которые надевала всего пару раз, и легкой белой рубашке, через которую пикантно просвечивается белье. Для этого Гермиона выбрала кружевной светло-голубой лифчик, для контраста, так сказать.       Утром перед зеркалом она еще недолго покрутилась, чтобы убедиться, что ее внешний вид не настолько сильно провокационный. Прогноз погоды многообещающий: днем воздух прогреется до двадцати восьми градусов, поэтому ее короткие шорты хорошо впишутся в реалии сегодняшнего дня.       Такси приехало вовремя и никаких эксцессов по дороге не случилось. Единственное, что немного напрягало во время поездки — это рассказы водителя об автокатастрофах. Да, водитель такси за рулем рассказывал о том, сколько, по статистике, людей умирает на дорогах, или с интересом поведал, как его друг, водитель автобуса, протаранил другой автобус. Под конец поездки Гермиона просто выбежала из такси, мысленно благодаря высшие силы, что их поездка закончилась нормально, а не в отделении скорой помощи.       Подходя к калитке с левой стороны, девушка заметила как с противоположного направления идет симпатичная блондинка. Когда они, буквально, встретились в одной точке, игнорировать ситуацию стало глупо, и женщина постарше заговорила первой.       — Интересно какие дела могут быть у юной леди в гостях у Беллатрисы Блэк в десять утра? — женщина оказалась куда более жесткой и язвительной, когда заговорила. Внешне ангел, а внутри не так простА.       Однако Гермиона тоже не из робкого десятка, и уже успела за два года работы в адвокатской фирме нарастить устойчивую броню. Иногда приходится терпеть и куда более агрессивных клиентов или оппонентов.       — Довольно важные. Я бы даже сказала, не требующие отлагательств, — девушка уверенно направила взгляд на собеседницу, сопровождая слова легкой полуулыбкой.       — Что ж, прошу, — женщина с ног до головы рассмотрела девушку, а потом пропустила ее вперед.       Гермиона изо всех сил старалась держать лицо невозмутимым. Почему-то эта женщина показалась ей неким вызовом, перед которым совсем не хотелось оплошать. Похоже, женщина тоже восприняла девушку как угрозу, и ее взгляд стал еще более холодным.       Белла почти сразу открыла деверь, и ее легкая улыбка потухла, как только глаза сместились с Гермионы на блондинку. Все трое застыли в некоторой заминке, похоже ожидая, что хозяйка впустит гостей в дом. Блэк, тем временен, растерянно смотрела то на одну, то на другую женщину.       — Проходите, — Белла все-таки через некоторое время вышла из ступора и жестом пригласила обеих. Гермиона не стала ждать дальнейших указаний и прошла сразу в сторону мастерской.       Не нужно быть Шерлоком Холмсом, чтобы заметить, возникшее между этими двумя, напряжение. Как-то слишком часто к Беллатрисе приходят нежданные или неприятные гости. Девушка немного замедлила шаг, ей в данный момент это показалось уместным. В итоге она не только не вошла в мастерскую, но и отошла от нее подальше, чтобы расслышать голоса.       — Нора, ты, как всегда, вовремя. Что в словах "приходи после трех часов дня", тебе непонятно? — голос Беллы был настолько холодным, что по затылку Гермионы пробежали мурашки. Скрытая агрессия уже не выглядит скрытой.       — А ты занята? Извини, что помешала вам двоим. Заберу свои вещи и уйду, — голос блондинки — более громкий, но не менее напряженный.       — Да, я занята. Ты могла бы забрать коробки в любой другой день. Но нет же, тебе приспичило припереться именно сейчас, — голос Блэк набирал громкость, что свидетельствовало о том, что женщина медленно, но верно, начинала выходить из себя.       — Не начинай. Успеешь со своей кудряшкой поворковать, у вас еще весь день впереди, — конечно, она не могла не упомянуть Гермиону. Уже стало очевидно, что Нора — это та самая бывшая, с которой был сложный разрыв.       Гермиона не на шутку возмутилась. По словам Беллы, блондинка ей изменяла, а теперь, после разрыва, она приходит и предъявляет какие-то претензии. Женщина теперь свободна и может проводить свои выходные с кем хочет и ждать гостей в любое время.       — У нас, знаешь ли, большая программа намечена, нельзя отставать от графика, — Белла, ведь, даже почти не слукавила. Им надо закончить картину, пообедать — это довольно насыщенный план.       — Смотрю, тебя на молоденьких потянуло... — Вот она — открытая ревность. И Гермиона, и Белла в этот момент подумали об одном и том же: «Вот сука!».       — Ну не одной же тебе в свою жизнь разнообразие привносить, — похоже, художницу повело сильнее, чем можно ожидать.       Гермиона, слушая их диалог, решила вмешаться. Пусть эта лживая бывшая подавится. Девушка решила выйти к ним и ненавязчиво предъявить претензию блондинке, которая тратит их время. У нее в голове мелькнула забавная мысль: «Блэк плохо влияет на меня. Уже появилось желание открыто врать»       — Дорогая, ты еще не закончила? — она нарочито медленно подошла к двери и окинула немного высокомерным взглядом женщину напротив. Столько желчи в ее взгляде, пожалуй, давно не было. Она выкрутила весь свой артистизм на максимум, чтобы добиться нужного эффекта. — Думаю поднять коробки и донести их до машины не слишком долгая процедура, вам так не кажется?       — Да, вы правы, мисс. Не буду вам мешать, — женщина не ожидала такого выпада в свою сторону. Ей просто ничего не оставалось, кроме как забрать коробки и уйти. Она нарочито громко хлопнула дверью и вышла.       На несколько секунд в коридоре повисло просто гробовое молчание, никто из женщин даже не пошевелился, настолько недавний разговор завладел их вниманием. Гермиона сама от себя не ожидала такого порыва. Ей просто захотелось заткнуть рот бывшей Беллатрисы. Появление Норы, очевидно, всколыхнуло не самые приятные воспоминания.       — Спасибо, вам мисс Грейнджер за то, что подыграли. Я теперь буду вспоминать ее выражение лица с особым удовольствием, — женщина немного оттаяла и даже начала шутить. Ее искренняя улыбка показалась немного вымученной.       — Не за что, — если честно, ей даже понравилось ощущать Беллатрису Блэк в качестве своей пары. Они могли бы стать довольно гармоничным симбиозом: взрывная и затейливая Белла и Гермиона, которая умела бы гасить ее слишком сильные порывы.       Грейнджер прошла в мастерскую, не сказав ни слова. Тишина, появившаяся после ухода нежелательного гостя, стала успокаивающей: ее не хотелось нарушать. Пока девушка переодевалась, Белла решила не мешать. Когда она уже устроилась на привычном месте, в комнату вошла художница с вскрытой упаковкой шоколадных конфет. Она вытащила две конфеты, одну из которых протянула гостье.       — Выбирая между вином и шоколадом, я остановилась на шоколаде, — похоже, Беллатрисе тоже не чуждо желание заедать стресс едой.       — Спасибо, — Гермиона с большим удовольствием умяла сладость и довольная уселась в нужную позу в кресле.       — Мисс Грейнджер, мне нравится, что вы стали более расслабленной, когда дело касается выбора одежды. Я рада, что позирование вас раскрепостило. Вам надо чаще носить короткие шорты или юбки. Нечего стесняться, когда есть что показать. — Пока Белла жевала конфету, выдала такой комментарий.       — Сложно не согласиться с вами. Мне даже не было неловко светить бельем в присутствии таксиста, — она обратила внимание, что не ощутила никакого дискомфорта в компании мужчины среднего возраста, который сразу бросил взгляд на блузку, как только она села в машину.       — Вот видите, а вы еще не хотели становиться моей натурщицей, — никакого укора в словах не было, скорее — легкое подтрунивание.       — Я осознала свою ошибку знаете ли, и теперь совсем не против находиться перед вами полуголой. — Слова прозвучали как-то двусмысленно. Не то, что бы Гермиона против легкого флирта, но сейчас он показался неуместным.       — Знаете, если вы захотите, я могу написать вас полностью обнаженной. Вы отлично получитесь лежа на кровати с шелковыми простынями, — похоже Беллатриса подхватила эту неловкую волну странного флирта.       — Хотите нарисовать меня как тех француженок? — девушка надеется, что ее отсылка достаточно узнаваема.       — О нет, какой моветон. Знаете ли, я совсем не похожа на Леонардо Ди Каприо, — конечно, она поняла. Гермиона просто не могла не сказать об этом. Еще когда ее в первый раз пригласили на роль натурщицы, перед глазами возникла сцена из фильма где Кейт Уинслет лежит голой на диване.       — Вам и не нужно быть на него похожим, все-таки я планировала раздеваться перед вами. А вот перед ним бы не стала. — Пожалуй, очередным подтверждением ее ориентации стал фильм «Титаник», который она посмотрела в четырнадцать лет. Ее фаворитом был не Джек, как у многих девчонок-подростков, а рыжеволосая Роза.       Пока их разговор не стал еще более странным, Гермиона задала вопрос о картине, а потом работа как-то сама собой началась. Беллатриса сказала, что сегодня последний рывок и в картине осталось доделать только некоторые детали, но при этом очень важные детали. Иногда нужны небольшие штрихи, буквально несколько взмахов кисточкой, чтобы добиться того самого результата.       Легкое волнение постепенно начало окутывать Гермиону. Она старалась сдержать ненужные эмоции, чтобы они не отразились на выражении лица. Довольно долго ей удавалось поддерживать "то самое" состояние, но через полтора часа работы это делать стало сложнее.       — Я вижу, как вам сложно, мисс Грейнджер, но можете успокоиться, я закончила, — женщина победоносно положила кисточку в баночку с водой и отошла в сторону.       — То есть абсолютно? Картина полностью готова? — Девушка немного опешила, она предполагала, что работы минимум часа на два с половиной, а все закончилось неожиданно быстро.       — Абсолютно. Люблю это чувство, когда можно смотреть на готовое изображение и радоваться. Я успела закончить до выставки, так что, Гермиона, двадцать первого числа будьте готовы блистать. У вас будет место в первом ряду, — художница действительно была очень вдохновленной и, можно сказать, счастливой. Гермиона продолжала сидеть в кресле и наблюдать, как женщина, не торопясь, двигалась вокруг мольберта.       — Я с удовольствием приду на выставку! — У нее немного отлегло после услышанного. Беллатриса все-таки пригласила.       — Отлично. А теперь можете посмотреть. — В улыбке Беллы что-то незаметно переменилось, она стала более выжидающей. Похоже, ей хотелось увидеть реакцию на готовую работу. Насколько сильно Гермионе понравится или не понравится видеть себя на холсте, вдруг ее ожидания не совпадут с реальностью.       Гермиона встала с кресла и гораздо медленнее, чем того требовала ситуация, прошла в сторону мольберта. Целый месяц она проводила субботы в доме художницы, и теперь настал момент истины. Грейнджер ощутила куда больше волнения, чем ожидала. Пожалуй, настолько необычные ощущения она испытывала всего пару раз в жизни, поэтому этот момент можно назвать особенным.       Когда девушка подошла к мольберту, она даже не сразу поняла, кого именно перед собой видит. Спустя несколько секунд она осознала, что перед ней ее собственное лицо, но не узнаваемое в своей красоте. Картина оказалась темной: фон практический черный и на нем два ярких пятна: светлая обивка кресла и белокожая Грейнджер. Свет падал ей на лицо, подчеркивая скулы, огонь страсти в глазах, немного хитрую и зазывающую улыбку. Если бы слово искушение было человеком, то оно носило бы имя Гермионы Грейнджер.       Когда легкое удивление немного рассеялось, она отвела взгляд от лица и начала рассматривать немного взлохмаченные, будто нерасчесанные кудри, немного съехавшую на левом плече лямку сорочки, короткий бутон искусственной розы в руке. Конечно, нельзя было не обратить внимание на некоторую особенность сорочки: на холсте она получилась более прозрачной, чем в реальности, причем настолько, что местами через кружева можно отчетливо увидеть кожу, даже очертание ореолов сосков. Раньше девушка бы никогда не посчитала настолько очевидное откровение приемлемым, но сейчас, глядя на картину, она не могла не признать, что выглядит очень горячо, несмотря на небрежность в образе: отсутствие макияжа и прически. Сексуальность нашла выход во взгляде и положении тела.       Гермиона могла бы долго еще рассматривать детали на холсте: все их мельчайшие штрихи, текстуру дерева на кресле, или еле заметные веснушки на собственных щеках, но Беллатриса не умела ждать, ей очень хотелось услышать мнение натурщицы.       — Ну как вам, Мисс Грейнджер? Жду ваше заключение, — она уже вся извелась в ожидании. Гермиона уставилась на картину и смотрела не мигая и ничего не говоря.       — Красиво. Я даже представить не могла, что могу выглядеть так хорошо. Это что-то невероятное. Я просто не могу выглядеть настолько привлекательно! — Девушка с трудом оторвала взгляд и посмотрела на притулившуюся сбоку женщину.       — Рада, что вам понравилось. Я очень переживала, что мое решение с сорочкой покажется вам слишком откровенным, но я не смогла устоять, уж очень не хватало картине эротики. — Настолько искреннюю радость на лице Беллатрисы Блэк Гермиона еще не видела, даже в моменты похвалы ее стряпни. Гермионе даже стало немного неловко от такой реакции на ее слова.       Еще некоторое время художница увлеченно рассказывала о том, как долго подбирала подходящий цвет для волос девушки, или как с точностью хирурга вымеряла каждый блик в глазах, чтобы они получились именно такими, какими нужны. Слушать ее увлеченный монолог оказалось интересно. Хоть девушка и не всегда понимала, о чем идет речь, ей достаточно просто слушать ее приятный голос.       — Гермиона, кстати, у вас есть наряд для выставки? — постепенно разговор от возвышенных материй перешел к более повседневным вещам. Вопрос вечернего туалета тоже важен.       — На самом деле нет. С платьем на свадьбу мне помогала Дора, а сейчас я даже не знаю как быть... — Очевидно, ни одно платье из ее гардероба не подойдет для выставки       — Вы хотите купить наряд, чтобы потом его надеть еще раз куда-нибудь, или хотите просто арендовать на один вечер? То черное платье вы бы не стали покупать, а арендовали, что вполне приемлемо. — Замечательно, что у людей есть возможность взять наряд в аренду, и позволить себе выглядеть так, как хочется в важный день без больших трат.       — Было бы неплохо купить что-то более универсальное и не слишком дорогое, в моем гардеробе одежда делится на два типа: рабочая классика и повседневная недорогая. — У нее в голове промелькнула вполне логичная мысль: если Беллатриса поможет ей с выбором наряда, то можно что-то и купить, ее вкусу можно доверять.       — Да, соглашусь с вами. Давайте тогда поедем в какой-нибудь торговый центр и прикупим вам наряд. У меня на сегодня нет дел, я по-быстрому переоденусь и можем ехать, — от женщины поступило спонтанное предложение заняться выбором одежды прямо сейчас.       — У меня тоже нет особых планов, поэтому я согласна, — Гермиона, конечно, не предполагала, что события будут развиваться настолько стремительно, но пока есть возможность, можно и съездить.       Женщины договорились и приступили к сборам. Белла сразу отправила девушку на кухню пить холодный чай с домашним печеньем, не давая ей никакого выбора, а сама пошла собираться. Сборы заняли совсем немного времени: через двадцать минут Беллатриса уже стояла готовой у входной двери в пышном кремовом платье в пол на бретельках и босоножках на каблуке, часть волос собрала наверху в небрежный пучок, а оставшиеся красиво рассыпались по плечам. Гермионе пришлось сделать над собой большое усилие, чтобы не рассматривать женщину в упор.       — Сегодня вы даже не в черном? — девушка не удержалась и ляпнула вертевшуюся в голове мысль вслух.       — Я люблю черный цвет, но сегодня слишком жарко для него. Считаете, мне не к лицу светлые тона? — она явно нарывалась на комплимент.       — Почему же, очень даже к лицу, мне нравится, — звучит как железный аргумент.       — Тогда буду чаще отдавать предпочтение пастельным тонам, — если бы здесь была Дора, она бы прокомментировала слова Беллы в таком духе: «Моя тетушка с тобой флиртует, это точно».       Женщины не стали больше ждать и вышли из дома. Ехали они на серебристом Форде, который показался Гермионе вполне обычным автомобилем. Она почему-то ожидала увидеть какой-нибудь винтажный Кабриолет и даже усмехнулась своей мысли. Беллатрисе бы подошел такой автомобиль.       Они не стали долго думать и решили поехать в Covent Garden. В этом торговом центре они точно найдут что-то подходящее. В поездке обсудили варианты наряда Беллы. Она всегда тщательно выбирает образы для выставок, стараясь выделиться среди гостей. В этот раз у нее возникла идея удивить всех минимализмом. Этого от нее точно не будут ожидать. Гермиона уже даже представила как женщина будет выглядеть в прямом атласном миди платье на тонких бретельках и туфлях на высокой шпильке.       Дорога за окнами плыла небыстро, но за это время они довольно неплохо пообщались и даже обменялись несколькими странными анекдотами, которые другим бы точно показались непонятными. Не зря же говорят, если ты нашел человека, который понимает твои шутки, то такого человека точно нельзя от себя отпускать.       — Ну что ж, предлагаю сначала пройтись по бутикам, которые нравятся мне, и если уж там ничего не найдем, то походим по другим. Подберем вам что-то сногсшибательное и не дорогое, никто и не поймет что на вас одежда из ТЦ, — женщина была настроена решительно, и ее уверенность сразу передалась Гермионе.       Однако, запал обеих немного утих, после того как они обошли четыре бутика, так ничего и не подобрав: все какое-то либо слишком повседневное, либо слишком вычурное. Беллатриса практически сразу отметала все предложения консультантов, но и сама не нашла ничего подходящего. Обеих уже стала напрягать эта ситуация, но удача все-таки им улыбнулась.       — Здравствуйте, чем я могу вам помочь? — стоило женщинам зайти в бутик как нарисовалась улыбчивая консультантка. Беллу уже порядком достали эти лобызания перед клиентами, и она просто проигнорировала ее.       — Добрый день, мы пока сами осмотримся, — Гермиона немного неловко улыбнулась и последовала за художницей к стойкам с одежной.       Стоило ей дойти до нее, как произошло невероятное.       — Гермиона, я нашла то, что вам подходит. Святые Патрики, надеюсь ваш размер есть в наличии! Этот похоже сшили на дистрофика, — Белла держала в руках плечики с длинной прямой юбкой пудрового цвета и топом-бандо, кажется, он так называется.       Ей даже не успели слово сказать, как пришла сотрудница бутика в руках с костюмом нужного размера. Гермиона пошла в примерочную и довольно быстро разделась. Когда она взяла в руки юбку, как будто осознала, что эта одежда ей понравится, это ее вещь. Разновидность ткани она назвать не смогла, но по ощущениям похоже на плотный атлас. Верх состоял из укороченного топа-бандо с большим бантом на шее, а юбка — прямая, с завышенной талией, приходилась длиной ровно по щиколотки. Когда девушка надела все это, сразу почувствовала себя комфортно. Мельком взглянув на ценник, порадовалась еще больше — наряд оказался вполне приемлемой цены.       — Ну как? — как только она вышла из примерочной, так сразу нашла взглядом художницу.       — Идеально. На вас сидит даже лучше, чем я могла представить. Осталось только подобрать аксессуары и туфли, но это уже детали. Вам самой нравится? — Гермиона обратила внимание, что женщина рассматривает ее также как при первой встрече. Похоже, ее изучающий взгляд можно считать частью профдеформации.       — Не совсем то, что я привыкла носить, но мне нравится, и размер мой. Думаю, надо покупать и больше не ломать голову, — Грейнджер действительно была в восторге. Когда она увидела себя в зеркале и получше рассмотрела все детали, поняла, что не уедет домой без этого наряда.       Больше раздумывать они не стали и оплатили покупку. Гермиона довольна, и настроение Беллы сразу улучшилось. Поиск подходящей обуви и аксессуаров прошел в более спокойной и умиротворенной обстановке. Пока они прогуливались по отделу с бижутерией, успели найти подходящие объемные сережки витиеватой формы и такой же браслет. Оба аксессуара имитировали белое золото.       — Вот что я вам скажу, мисс Грейнджер: если не можете позволить себе купить бриллианты, лучше уж надеть очевидную бижутерию, чем светить не слишком дорогими драгоценными металлами, — вот такой совет получила мисс Грейнджер от знатока светских приемов.       С обувью получилось немного дольше. Сложно подобрать туфли, подходящие по цвету к наряду. В итоге они остановились на лодочках чуть более глубокого пудрового оттенка, пикантности им придал тонкий ремешок вокруг лодыжки. Клатч купили в соседнем с обувным магазине. Как утверждала Белла, сходство с туфлями в цвете составляет девяносто девять процентов, что можно считать большей удачей.       — Мы потратили на поиск образа... два часа двадцать пять минут. Признаться, настолько долго я не привыкла ходить по магазинам одежды, — Гермиона вздохнула спокойно, когда оплатила последнюю покупку на сегодня.       — Это еще что. Помню, как мы выбирали Цисси свадебное платье. Было потрачено не меньше двадцати часов. Неделя прошла зря, она потом все равно купила платье, которое мерила первым. Так что наши крохи можно даже не принимать в расчет.       — Вы меня успокоили, теперь я точно не считаю свое время потраченным зря, — Гермиона добродушно улыбнулась и на секунду поймала на себе странный взгляд женщины. Так на нее она еще не смотрела.       Довольные, они решили сходить в ресторанчик азиатской кухни. Сегодня их привычный обед пройдет не на уютной кухне художницы, а в месте общественного питания. Гермиона поймала себя на мысли, что ее сосем не огорчает этот факт. Главное — не что есть и где, а с кем. Азиатскую кухню вполне можно назвать диетической, если заказывать подходящие блюда. Белла оценила готовку повара на восемь из десяти, что можно назвать высокой оценкой для блюда из торгового центра. Гермиона же поставила все десять, возможно, еще из-за своей любви к острой и пряной еде. Обед прошел просто замечательно. Девушка даже не заметила, как ее заказ оплатила Беллатриса. Она ненавязчиво еще в обувном магазине предложила заплатить за туфли, в надежде, что они станут материальной благодарностью за работу натурщицы, но девушка ничего такого и слышать не хотела. Однако, с обедом ей все-таки удалось проскочить.       Их вполне размеренный разговор прервал звонок Беллатрисе. Ее выражение лица сразу изменилось, Гермиона еле сдержалась, чтобы не засмеяться, слишком уж милым вышло ее недовольное лицо, будто ее заставили пить молоко с пенкой. Иногда Беллатриса ведет себя как ребенок, как разбалованный непослушный ребенок.       — Мисс Грейнджер, мне нужно ехать, уж извините, что нас так неожиданно прервали, но встречу отменить нельзя, у Тома появились какие-то неотложные вопросы о выставке, — насколько Гермиона поняла, Том Реддл — это кто-то вроде ее менеджера, он отвечает за экономическую сторону творчества Беллатрисы.       — Ничего страшного, я еще немного пройдусь по магазинам, а потом поеду домой, — раз уж она приехала в Covent Garden, то можно пройтись не только по магазинам одежды, но и бытовые вопросы решить.       — Хорошо, напоминаю, что выставка двадцать первого августа, но думаю мы еще не раз созвонимся или спишемся до этого дня… и, Гермиона, я буду очень рада, если мы продолжим наше общение. — Слова про выставку прошли мимо, даже не задерживаясь в сознании, потому что все внимание захватила ее короткая фраза про продолжение общения.       — Конечно, я надеялась, что вы мне это скажете. — Слишком уж искренне прозвучали ее слова. Сама Гермиона даже не осознала, что покраснела, как рак. Обычно она старается сдерживать свои порывы: не говорить и не делать ничего, что могло бы скомпрометировать ее заинтересованность художницей, но одной только этой фразой и реакцией своего тела, она выдала слишком много информации.       — До скорого, мисс Грейнджер, — женщина сделала небольшую паузу прежде чем начать говорить. Похоже, даже такому умудренному жизнью человеку, как Белла, принимать искренность от других людей нелегко.       Гермиона не стала засиживаться за столиком и тоже ушла. Сейчас ей надо переключить мысли на что-то другое, чтобы не думать слишком много о всяких красивых взрослых женщинах. С некоторым трудом, но ей удалось отвлечься размышлениями о домашних покупках. Чуть позже написала Дора: скинула фотографии, со спящим в шезлонге, Римусом. Переписка немого затянулась и девушка смогла по-настоящему отвлечься.       Домой она попала только к шести часам вечера, порядком уставшая. Поездки в общественном транспорте не способствует душевному и физическому спокойствию. Загруженная довольно большим количеством пакетов она вползла в квартиру и просто оставила все в прихожей на полу. Только через час она смогла найти в себе силы распаковать покупки и повесить в шкаф новый наряд. Уже в пятницу она наденет всю эту прелесть на себя. Похоже, это тот редкий случай, когда Гермиона настолько взволнована вопросами одежды, да и внешнего вида в целом.       В переписке с Гарри она мельком упомянула, что идет в галерею на выставку картин, и парень, на удивление, заинтересовался этим вопросом. В итоге, Грейнджер пришлось сказать, что выставку организовывает Беллатриса. Поттер, когда услышал об этом, сразу начал подкалывать подругу и сыпать на нее всякие двусмысленности. Ей пришлось довольно долго отбиваться от его неуемной энергии.       Неделя до пятницы прошла в привычном ритме и без особых трудностей, но и скучать не приходилось. Они с Беллой несколько раз списывались, поддерживая довольно живой разговор. Женщина немного рассказала о концепции предстоящей выставки и успела пожаловаться на невыносимость Реддла и его снобизм, переходящий все мыслимые и немыслимые границы. Художница решила разместить портрет Гермионы на самом видном месте — посередине выставочного зала. Другие ее картины разместятся по цветовой палитре от более темным к светлым. Посетители выставки смогут постепенно насладиться всей гаммой цветов и эмоций на картинах Беллы.       Когда настал день икс, Гермиона еще с утра почувствовала то, насколько он особенный по сравнению с сотнями других дней. Она встала пораньше, чтобы успеть помыть голову и сделать другие необходимые процедуры, на которые вечером не будет времени. Выставка начнется в семь часов вечера. Гермиона заранее отпросилась с работы на два часа, чтобы успеть собраться и не опоздать. У начальства никаких вопросов не возникло, потому что Гермиона редко берет отгулы или отпрашивается пораньше, поэтому даже причину объяснить не пришлось.       Девушка довольно быстро доехала до дома и начала сборы. Со всем удалось справиться во время, но только не с прической. Ей пришлось довольно долго колдовать над волосами, чтобы уложить свои кудри в высокий пучок и красиво выпустить пряди для создания эффекта небрежности. Она скинула фотографию прически Доре, подруга оценила ее на девять из десяти, что уже можно назвать отличным результатом.       От дома Гермионы до места проведения выставки двадцать минут на такси, поэтому она не стала долго думать и заказала машину. В этот день Белла ничего не писала, видимо, слишком погрузилась в работу, времени ни на что не оставалось. Уже в такси Гермиона осознала, что толком не знает, как себя вести на таких мероприятиях. Нужно ли войти точно по часам или стоит прийти немного позже. Будет ли там ее ждать Белла, чтобы сгладить неловкость первых минут пребывания?       Выйдя из такси, Гермиона решила, что стоит прийти немного пораньше (так была вероятность, что ей удастся избежать большого скопления народа). К счастью, дверь оказалась открыта и девушка прошла внутрь без проблем. Выставка проходит в совершенно не помпезном месте, а в небольшом частном пространстве, которое часто используют для встреч творческих людей. Оно было универсально в планировке и подходило как для музыкальных вечеров, так и для собраний литераторов.       Гермиона немного растерялась и прошлась взглядом по светлому помещению с высоким потолком. Кроме нее в зале были еще трое человек, которые сосредоточенно смотрели на картины, не обращая никакого внимания на вошедшего человека. Однако, одна молодая особа все-таки отвлеклась и посмотрела в сторону Гермионы.       — Привет, в первый раз на таком мероприятии? — симпатичная молодая брюнетка с короткой стрижкой стрельнула в Грейнджер проницательным взглядом.       — Привет, да. Наверное, это слишком заметно. Я была несколько раз туристом в музеях разных стран, но туда я не надевала туфли на каблуках, — девушка сморозила первую попавшуюся чушь и немного нервно улыбнулась.       — Расслабься, все в порядке. Меня зовут Пэнси, а тебя — Гермиона. — Девушка протянула правую руку для рукопожатия, продолжая также внимательно смотреть на Грейнджер.       — Очень приятно, — она ответила на приветствие, а потом удивилась тому, что ее имя уже знают. Эта Пэнси выглядела дорого, даже при быстром рассмотрении. Гермиона уже обратила внимание на бриллианты в ушах и наверняка дорогущие часы на запястье. Откуда представитель золотой молодежи может ее знать?       — Я тебя смутила? Извини, не хотела. Просто твой портрет висит на самом видном месте и, по традиции Блэк, возле него есть приписка с именем натурщицы, — Пэнси была расслабленной, и ее состояние стало благоприятно влиять на Грейнджер.       — Не смотри на меня так. Знаешь, я не привыкла быть в центре внимания, — теперь Гермиона поняла, почему девушка так заинтересованно на нее смотрит.       — А по картине не скажешь. Теперь я пытаюсь понять как Беллатрисе удалось вытянуть из тебя столько страсти, ты слишком мило смущаешься, чтобы быть настолько обольстительной, — она довольно прямолинейна в словах. Этим Пэнси напоминает другую не малоизвестную брюнетку.       — Мисс Паркинсон, думаю, вы уже достаточно смутили мисс Грейнджер, нельзя же быть настолько неосмотрительной, — неожиданное и долгожданное появление Беллатрисы спасло порядком уставшую Гермиону.       — Пойду еще полюбуюсь вашим творчеством, мисс Блэк, — девушка как-то недобро взглянула на женщину, а потом все-таки пошла в другую сторону зала.       — Смотрю, вас уже подцепила на крючок младшая Паркинсон. Вся в отца — такая же надоедливая. — Похоже, у художницы какая-то личная неприязнь к этой юной особе.       Гермиона только сейчас обратила внимание на Беллу, слишком уж ее отвлек разговор с Пэнси. Женщина оделась так как и планировала: черная струящаяся ткань совсем уж откровенно очерчивала все изгибы фигуры, а на достаточно глубоком декольте ярко блестело ожерелье с драгоценными камнями. Девушке стоило больших усилий, чтобы отвести взгляд и посмотреть собеседнице в глаза.       — Ей понравилась ваша картина, — Гермионе было слишком неловко говорить, что девушке понравилась сама натурщица.       — Ей понравились вы, я уж знаю, что у этой пигалицы глаз на милашек наметан, — Гермиона почувствовала, что Паркинсон действует на Беллу, как красная тряпка на быка, надо было как-то переключить ее внимание на что-то другое, да и самой отвлечься не помешает.       К счастью, делать ничего не пришлось, потому что в галерею вошел посетитель, который смог отвлечь художницу вопросами об одной из картин, которую хотел выкупить. Так плавно часы пробили семь вечера и началась официальная часть мероприятия. Белла сказала несколько приветственных и благодарственных слов, подняв настроение гостей несколькими удачными шутками. Насколько Гермиона поняла, люди будут приходить и уходить в течении всего времени, отведенного для выставки. Продлится она минимум три часа.       Гермиона ожидала разное развитие событий, но никак не постоянное повышенное внимание к собственной персоне. Конечно, портрет девушки в черной полупрозрачной сорочке не может не привлечь внимание посетителей. Стоило кому-то получше разглядеть картину, как они понимали, что натурщица тоже находится на выставке. За полчаса к ней успели подойти четыре человека — и все мужчины. Каждый из них пытался флиртовать и хвалить ее внешность, благо не прибегая к слишком активным действиям. Один из гостей настолько сильно смутил не привыкшую к вниманию Гермиону, что она позорно сбежала в другой конец зала. Как назло, Беллу тоже постоянно кто-то перехватывал на разговоры, и побыть с ней наедине совсем не получалось. Однако, Грейнджер успела заметить, что Блэк периодически бросала на нее внимательные взгляды, возможно, пытаясь поддержать морально. Похоже, ей тоже не нравилось, как девушку обступили все эти заинтересованные личности.       — Устала от повышенного внимания? — в поле зрения появилась Пэнси. Пусть лучше она, чем навязчивые мужчины среднего возраста.       — Ага, этот мистер Крауч настолько вывел меня из себя, что захотелось сказать что-то вроде: «Дядя, меня не интересуют члены, перестаньте ко мне подкатывать!» — Такая реакция на, Бартемиуса Крауча — нередкое явление. Этот человек может вывести из себя даже самого спокойного человека.       — Он слишком зациклен на себе, чтобы понять очевидное. Я имею в виду, что ты — лесбиянка. — Зато мисс Паркинсон слишком проницательная. — Знаешь, мне в последнее время стало интересно, насколько Беллатриса хороша в постели. Объективно, она отлично выглядит, думаю, она страстная, — девушка как бы невзначай начала говорить, а потом свела разговор к очень скользкой теме.       — С чего ты взяла, что мне это известно? Я не сплю с Беллатрисой Блэк, — легкая растерянность прошла почти сразу и сменившись привычным раздражением. К тому же, Белла сама говорила ей, что не смешивает работу и личное.       — Серьезно? Просто она уже довольно давно рассталась со своей партнершей, и я подумала, что она нашла в тебе вдохновение и все такое, — похоже девушка искреннее удивилась такому ответу. Гермионе на секунду даже стало лестно, что их двоих могут действительно считать парой. — Тогда мне ничего не мешает пригласить тебя на свидание, — а это уже совсем неожиданный выпад.       — Довольно уверенное предложение с твой стороны. Думаешь, я соглашусь? — тут вдруг в девушке проснулся азарт. Ей захотелось продолжить провокацию.       — А почему нет? Я симпатичная, состоятельная и интересная. Думаю, этого достаточно, для первого свидания. — И слишком самоуверенная, можно добавить. Пэнси хороша, и она об этом знает. А еще она знает, что другие люди ведутся на ее обаяние и красоту.       — А может у меня уже есть девушка? — Нельзя же этот вариант отметать в конце концов.       — У тебя никого нет. Ни одна здравомыслящая женщина не стала бы отпускать свою девушку позировать для художницы, предпочитающей слабый пол. К тому же, ты выглядишь на этом портрете слишком ярко и уверенно. Уровень красоты и эротики зашкаливает, поэтому могу смело утверждать, что Беллатриса очень вдохновлена тобой. — Аргумент железный, не поспоришь. Однако, Гермиона все еще не уверена, что Белла как-то по-особенному к ней относится.       Пока она пыталась придумать, что сказать в ответ, к ним подошла Беллатриса. Женщина с самого начала их разговора только и считала секунды пока очередной приставучий ценитель искусства не отстанет от нее со своими вопросами. С самого начала этого мероприятия Белла заметила как все вокруг слетелись на Грейнджер, как пчелы на мед. Она не ожидала, что присутствие девушки вызовет такой ажиотаж. Теперь ей придется как-то с этим разбираться.       — Мисс Блэк, похоже, вам нужно больше уделять внимания своей спутнице, мисс Паркинсон своего не упустит, — она даже имени этого мужика не запомнила, а он учит ее, как правильно себя вести с Грейнджер.       — Знаете, мне не хочется признавать, что вы правы, но я с в вами согласна. Надо ее вытаскивать, — Белла, ничего не замечая вокруг, решительно направилась в сторону девушек, одна из которых усиленно пыталась закадрить другую.       — Гермиона, можно тебя на минуточку, — женщина даже не обратила внимание, что впервые обратилась к ней неформально. Слишком уж нестабилен сейчас ее эмоциональный фон, а в состоянии повышенной эмоциональности она плохо себя контролирует.       Она довольно цепко схватила девушку за руку и повела ее к выходу из зала. Сейчас им необходимо поговорить, иначе женщина просто взорвется от негодования. Надо же такое подумать: все эти люди глазеют на картину, восхищаются ею даже бросаются сальными шуточками между собой. Один уникум пытался выманить у художницы подробную информацию о Гермионе. Буквально всех интересует только эта картина и красивая Гермиона. Она слишком хороша для всех этих бесстыдников, а особенно для Паркинсон!       — Что-то случилось? — Гермиона немного испугалась. Что могло произойти такого срочного, из-за чего ее чуть ли не волоком выводят из здания.       — Случилось. Я ошиблась, мне не нужно было выставлять тебя на всеобщее обозрение. Все эти люди пялятся и ведут себя совершенно не как джентльмены. Такого просто не должно быть. А Паркинсон — это вообще отдельный кадр. Она совершенно беспорядочна в выборе партнеров, того гляди и болячку какую-то подцепишь от нее, — женщина начала свою буйную тираду с таким возмущением, что Гермиона опешила.       — Разве не для этого вы и хотели выставить мой портрет? Чтобы показать свой талант и мою красоту? В этом и был смысл, разве нет? А то, что они все мною интересуются — это даже немного льстит, хоть и смущает. — Она говорила вполне искренне, и от этого ее речь казалась еще более растерянной.       — Я не хочу, чтобы они видели тебя такой открытой, такой эмоциональной и настоящей. Я… похоже жутко ревную... — В какой-то момент ее бурная энергия стала утихать.       Гермионе понадобилось некоторое время, чтобы уложить в голове услышанную информацию. Беллатриса Блэк ревнует ее ко всем этим людям. Ей не все равно? Ей небезразлично, что Пэнси Паркинсон уделяет ее скромной персоне время? Похоже, ее мыслительный процесс отразился на лице, и Белла замолчала. На ступеньках в галерею зависло странное выжидающее молчание.       — Гермиона, скажи мне, она тебе нравится? Пэнси довольно симпатичная девушка, может я зря тут наговорила всяких ужасных вещей о ней, а ты была бы не против с ней пообщаться. Извини… Я вообще лезу не в свое дело. Встречайся с кем хочешь. Кто я вообще такая, чтобы что-то тебе указывать, просто женщина, отжившая большую часть жизни. Ты же знаешь, меня иногда заносит и… — женщина не успела договорить, Грейнджер ее прервала.       — Нет она мне не нравится и, очевидно, никто из этих мужчин. Мне нравишься ты. Просто я не ожидала, что могу оказаться тебе небезразлична. И перестань уже говорить о своем возрасте! Я просто не ожидала, что ты выведешь меня из зала и вывалишь такой поток откровений.       — Гермиона, что ты хочешь в данный момент? — После очередной затянувшейся паузы художница глубоко выдохнула и задала вполне конструктивный вопрос.       Девушка несколько раз мысленно задала себе его, чтобы понять, чего она желает: возможно, уйти с выставки или поесть мороженое, но никакие приходящие в голову варианты не кажутся по-настоящему удовлетворительными. В действительности, ей хочется совсем другого.       Гермиона подошла к женщине поближе и сделала то, что хотела уже слишком давно — поцеловала ее. Сначала ей казалось, что легкого чмока будет достаточно, чтобы обозначить свои намерения, но стоило ее губам прикоснуться к губам художницы, как тело начало жить своей жизнью. В считанные секунды чмок превратился в страстный поцелуй с языком, и ее партнерша оказалась совсем не против. Женщина по-хозяйски разместила свои руки на талии девушки. Из-за длины топа достаточно большой участок кожи на спине оказался незащищенным, и теперь теплые пальцы очень удачно его ласкают.       Гермиона так давно хотела почувствовать ее руки на себе, ее губы на своих губах, а теперь, когда получила это, не могла нарадоваться своей удаче. Если бы они стояли не на улице, то их обжимания не ограничились бы легкими поглаживаниями по спине. Гермиона еле сдержала недовольный стон, когда женщина от нее отстранилась. Она оказалась благоразумней, чем представительница молодежи. Сейчас в голове Грейнджер мелькали только мысли о Белле. Все ее ограничения, которые были выставлены недавно слетели, как от вихря. Остаться друзьями? С женщиной невозможно просто дружить, если хочется залезть к ней под юбку.       — Хочу тебя, даже не представляешь, как сильно, — Белла смотрела в глаза напротив и это было совсем не похоже на благоразумие, скорее — на еле контролируемое желание.       — Поехали ко мне. До тебя слишком долго добираться, — Гермиона предложила просто замечательную идею, вот только она не подумала, что выставка еще не завершена. В зале еще много людей и будет некрасиво оставить их.       Белла взяла Гермиону за руку и повела за собой. Быстро выловив среди гостей макушку Тома, художница уже давала ему указания:       — Том, мы отлучимся, сам тут все разрули. Продать можно любую картину, а Гермиону я заберу, она не продается.        Женщина опустила руку девушки и пошла в центр зала. Привычным движением сняла портрет Гермионы со стены, вязла его под мышку и без дальнейших объяснений пошла в сторону выхода, при этом не забыв окликнуть Гермиону. Девушка немного растерянно посмотрела на Беллу, потом пошла к ней.       — Идем к машине, — к счастью, Белла не пьет алкоголь, поэтому им не придется ждать или ловить такси, они сразу поедут к Гермионе. Девушка же успела осушить один бокал шампанского, но похоже он успел выветриться, сознание ничем не затуманено, оно яснее чем когда-либо.       Белла все таким же размашистым шагом направилась к парковке. Видеть ее в вечернем платье на бретельках и большой картиной в руках как-то странно, будто одно с другим не сочетается. Утонченность и грубая сила. Девушка провела в голове аналогию похожую со своим портретом. Беллатриса Блэк тоже сочетает в себе несочетаемое.       — Белла, ты можешь идти медленней, я не так хорошо хожу на каблуках как ты, — в какой-то момент Грейнджер перестала поспевать за скоростью женщины. За ними, должно быть, кто-то гонится, а Гермиона просто об этом не знает.       — Извини, просто я слегка взвинчена и, если честно, слишком воодушевлена твоим приглашением в гости, — женщина действительно пребывала в довольно сильном эмоциональном возбуждении. Она меньше десяти минут назад призналась, в первую очередь, самой себе, в симпатии к Гермионе, а теперь они едут к ней. Еще эта картина в руках: не дает забыть восторженные и почти алчные взгляды посетителей выставки.       Они немного сбавили скорость и уже более комфортно дошли до машины. Белла положила картину в багажник, уместив ее в специально отведенный закуток, видимо, так она перевозила свои работы в машине, а потом они спокойно разместились в салоне. Пока женщина вбивала адрес в навигатор, Грейнджер никак могла свыкнуться с мыслью, что меньше чем через полчаса они останутся наедине в ее квартире. В квартире достаточно прибрано: нет разбросанной одежды или грязной посуды в раковине, так что краснеть ей не придется.       — Это немного странно. Знаешь, как будто начала есть вкусную шоколадку с начинкой, попробовала всего пару кусочков, а потом у меня ее отняли и говорят, что нужно некоторое время подождать. Примерно тоже самое я чувствую сейчас с тобой, — после нескольких минут в пути Белла заговорила первой.       — Интересная у тебя ассоциация. А я, если честно, до сих пор не верю, что смогла заинтересовать тебя, как женщина. Слишком уж неожиданно все получилось. — Тут не поспоришь. Еще вчера Гермиона была рада обычному продолжению их общения, а теперь ей уже мало обычных поцелуев.       — Гермиона скажи, кого ты представляла, когда позировала для меня? Размышления о ком сделали выражение твоего лица настолько страстным? Иногда я могла просто смотреть на тебя по нескольку минут, ни разу не взмахнув кисточкой; ты выглядела как искушение в чистом виде, я просто не могла оторваться, — настолько откровенных разговоров они еще не вели. Оказывается, не одна Грейнджер не могла сдержать свои порывы. Барьером между ними было только одно — профессионализм художницы.       — Тебя. С самого первого дня я представляла тебя. Когда ты сняла с себя футболку, я думала, у меня сердце остановится. Ты была слишком хороша. Со временем все как-то само собой стало получаться. Мне нравилось чувствовать некую связь с тобой, хоть и в придуманной мною фантазией, — теперь врать уже нет смысла. Сказать это вслух оказалось не так уж и сложно.       — Что именно ты представляла? Хочу послушать... — Вот зачем она это делает? Им еще полдороги ехать, а она провоцирует, совершенно бесстыдно.       — Всякое разное, на самом деле, но я всегда старалась не пересекать черту, чтобы не потерять контроль окончательно. Это было очень сложно. Помнишь как ты встретила меня в пижаме, хотя этот разврат и пижамой-то не назовешь? Мне пришлось усиленно держать глаза на уровне твоих верхних, так сказать, глаз. А что касается фантазий, то в моей голове не было откровенной порнухи, огорчу тебя.       — Точно. Я тогда совсем забыла, что вышла к тебе, в чем спала. Когда осознала свою оплошность, самой неловко стало. Справедливости ради скажу, что ты всегда отлично держалась, не слишком раскрывала себя. Только иногда можно было увидеть чуть более пристальный взгляд, чем обычно. Я думала, что тебе слишком сильно нравится моя грудь, поэтому ты иногда подвисаешь, особенно, когда я надеваю одежду с глубоким вырезом. Я не имею ничего против созерцания, мне даже понравилась такая твоя реакция, — пока они стояли на светофоре, Белла выдала целый монолог о своих размышлениях по поводу Гермионы и разных ситуациях связанных с ней.       — Мы скоро приедем, — Гермиона посмотрела в окно и поняла, что им осталось недолго ехать. От предвкушения даже кончики пальцев зачесались. Очевидно, что они взрослые люди и Белла едет к ней в гости не чаю попить.       Гермиона раньше не представляла их возможный секс в разных местах и разных позах, ее мысли были скорее абстрактные, основанные на ощущениях, а не картинках, поэтому сейчас она была очень взволнована предстоящими событиями. В голову сразу стали лезь навязчивые мысли: достаточно ли она хороша для такой опытной партнерши, получится ли у них поймать нужную волну и всякие другие раздражающие размышления.       — Отлично, меня, если честно уже потряхивает, — азарт в ее глазах стал заметен невооруженным взглядом, а когда она отвлеклась на секунду от дороги и прямо посмотрела на девушку, то очевидным стал не только азарт, но и возбуждение.       Через несколько минут они все-таки доехали до квартиры. Район у Гермионы непрестижный, но и не самый худший, только благодаря работе в настолько известной адвокатской фирме, она могла позволить себе снимать приличную двухкомнатную квартиру в Лондоне.       — У тебя мило, — первым делом Белла окинула взглядом прихожую и все доступное глазу пространство. Ей действительно понравилась обстановка, очень даже в духе Гермионы: уютно и при этом минималистично.       — К счастью, я успела прибраться, так что мне теперь не будет стыдно.       — Я вызываю клининг раз в неделю и мне довольно быстро все убирают, хотя я и в квартире бы не часто убиралась, я все-таки больше по готовке, чем по уборке, — Белла никогда не любила бытовою необходимость держать пространство вокруг себя чистым, с возрастом ничего не изменилось.       — Мы так и будем говорить ни о чем вместо того, чтобы заняться чем-то более интересным? — первой нетерпение проявила девушка. В глазах Беллы все еще пылал огонь страсти, но она, явно, сдерживала его, возможно, чтобы не показаться совсем уж нетерпеливой.       Девушка забрала у нее из рук сумочку, положила аксессуар на тумбочку и свой груз пристроила там же. Белла взяла ее за руку и пошла в сторону спальни. Дверь в комнату открыта и кровать видно из-за угла, поэтому искать нужную комнату долго не пришлось. Стоило им войти, как Гермиона вовлекла в поцелуй партнершу. Белла медлить не стала и сразу пристроила одну руку у нее на талии, а другую в волосах. Когда они соприкоснулись телами, Грейнджер ощутила отсутствие нижнего белья на женщине.       — На тебе нет лифчика, но есть что-то другое, — она немного задумалась. Похоже, женщина использовала силиконовые накладки. Они не видны через тонкую ткань платья, но функцию поддержки груди выполняют хорошо.       — Да, надевать лифчик под такое платье моветон, мисс Грейнджер, а ты могла бы и не надевать белье, было бы красиво… Хотя нет, лучше носи лифчики. На тебя итак слюней литр напустили, могло быть и хуже, — Бела опять слишком много говорит, хотя Гермиона сама в этом виновата, не надо задавать лишние вопросы.       Грейнджер снова запечатала на ее губах поцелуй и максимально замедлила все мыслительные процессы в голове, чтобы ни на что не отвлекаться и уделить больше внимания ощущениям. Она даже не сразу поняла, что уже осталась без топа только в одном лифчике. Белла может действовать быстро, когда захочет.       — Нам надо помыть руки, — вдруг все резко прекратилось и женщина отстранилась, — я уже хочу оказаться в тебе, но гигиену никто не отменял.       — Действительно, — Гермиона сказала, за какой дверью ванная комната. Она, ведь, даже не подумала о такой мелочи, но очень важной. Было бы неплохо и душ принять, но она ощущает себя вполне чистой, значит и Белла тоже, иначе бы пришлось впускать ее в свою душевую кабину, а это уже переход на другой уровень взаимоотношений.       Пока женщина была в ванной, Гермиона немного растерялась. Надо расстелить постель или не надо? Стоит раздеться или подождать Беллу? Сплошные глупые вопросы и отсутствие желание на них отвечать. Пока она металась в мыслях, женщина уже пришла. Она не стала добавлять никаких комментариев, просто присела на кровать.       Когда Гермиона вернулась из ванной, то увидела перед собой картину, которую даже в самых откровенных фантазиях не могла представить. Хотя вариант с галлюцинацией тоже нельзя отметать. Беллатриса Блэк сидела на ее кровати в один черных кружевных трусиках: она привстала на коленях и отодвинула полоску ткани в сторону, давая возможность правой руке добраться до самого важного местечка. Гермиона сразу обратила внимание, что у женщины аккуратная интимная стрижка, очень в ее духе.       — Ты стоишь неподвижно уже около минуты, я настолько впечатляющая, что ты не можешь контролировать свое тело? — Блэк польстила такая реакция на свой откровенный выпад. Девушка, глядя на нее, не может совладать с собой, это даже мило.       — Ну знаешь, в моей постели еще не было настолько горячих и красивых женщин, — Немногочисленные бывшие Гермионы и рядом не стояли с такой женщиной, как Беллатриса Блэк.       Девушка еще некоторое время молчала, а потом голова немного прояснилась, и появилась вполне здравая и соответствующая ситуации идея.             Девушка начала раздеваться: сначала на стул упала юбка, потом украшения. Если бы она вложила в свои действия больше сексуальности, то привнесла в момент еще больше эффектности. Раздеваться дальше она пока не спешила, пытаясь создать хоть какую-то интригу. Хотя о какой интриге может идти речь, когда художница уже видела и так слишком много голого тела.       — Ледяная принцесса оттаяла? — Белла состроила настолько хитрое выражение лица, насколько возможно. Она немного поерзала на простынях и устремила взгляд в упор на девушку.       — Ага, вон и одежда вся стекла лужицей, — она несет какую-то несуразицу и ей абсолютно неважно, что ее поведение может показаться глупым.       — Главное, чтобы не одежда текла, а та, кто ее носит, — о боже! Белла, конечно, поддержала эту идею с тупыми шутками.       Гермиона сдержала порыв смеха и села на кровать напротив женщины, стараясь поддерживать эротичный настрой. У нее, кстати, неплохо получается. Женщина сразу в оба глаза уставилась на партнершу, осматривая чуть ли не каждый сантиметр ее тела. Сейчас взгляд художницы не похож на тот, который она помнит со времен позирования для картины. Сейчас она точно не пытается казаться профессионалом и ее интерес исключительно личного характера.       Гермиона, немного помедлив, начала расстегивать застежки лифчика. Их маленькая игра на раздевание стала нравится ей все больше и больше. От нервного возбуждения и легкой прохлады соски девушки затвердели, она на физическом уровне почувствовала как взгляд женщины неторопливо блуждает по ее небольшим округлостям. Гермиона, в свою очередь, уже во всех подробностях рассмотрела грудь партнерши, которая оказалась именно такой, какой она представляла: очевидно, больше чем ее, и некоторые возрастные изменения совсем не портят ее красоту.       — Насмотрелась? — Белла отслеживала каждую реакцию девушки на себя и не могла не порадоваться тому, как внимательно Гермиона ее рассматривала. Есть в ее взгляде трепет, который может быть только у молодого, неискушенного человека.       — То же самое могу сказать о тебе, — девушка не стала отмалчиваться. Белла смотрела в ее сторону не менее сосредоточено, чем она. Их интерес к телам друг друга был очевиден.       — Уже мастурбировала думая обо мне или воздерживалась? — Вопрос оказался немного неожиданным и слишком прямолинейным.       — Нет, я много о тебе думала, но к действиям не переходила, — это правда. Гермиона была уверена, если прейдет эту грань, то уже не сможет себя сдерживать, и сделает ситуацию еще более сложной. Разве она могла представить, что ее интерес небезответный?       — Ничего не мешает тебе сделать это сейчас. Трогай себя глядя на меня, — слова женщины прозвучали немного покровительственно. Девушке даже понравилось как они звучат: немного властно и нетерпеливо.       Гермиона начала ощущать расходящийся по телу жар ожидания и томления. Мастурбировать, глядя на человека напротив себя, оказалось очень даже возбуждающим. Девушка развела ноги пошире и сняла трусики. Теперь она абсолютно открыта пред художницей. Еще ни с кем в постели она не чувствовала себя настолько уязвимой. Но это ощущение ее совсем не пугало, даже наоборот — только больше распаляло. Гермиона прикрыла глаза, чтобы немного настроится и уделить больше внимания ощущениям.       Даже не прикасаясь к себе девушка уже могла сказать, что между ног стало влажно. Похоже, само осознание ситуации вызывало приливы возбуждения. Она юркнула пальчиками между ног и начала не спеша себя поглаживать. Когда она открыла глаза увидела, что женщина напротив нее уже полностью раздета и сидит в похожей открытой позе.       — Знаешь, какая ты горячая, Грейнджер? Сидишь вся такая голая и желанная. Я, когда тебя увидела на свадьбе, сразу решила, что сначала нарисую тебя, а потом трахну. Я держалась изо всех сил, чтобы все не испортить. Когда мы закончили с картиной, я решила, что после выставки приглашу тебя на свидание, но все получилось немного иначе. — Опять она слишком много говорит. Гермиона не слушала ее, все звуки стали сливаться в один, а ощущения становились только ярче.       — Белла, я тебя не слушаю. Если честно, я хочу уже прикоснуться к тебе. Если я продолжу, то кончу слишком быстро, — по лицу Гермионы было видно, что девушка уже плывет по волнам наслаждения и не обращает внимания ни на что.       — Не сдерживай свои порывы, иди ко мне, — Белле стало интересно, насколько далеко может зайти Гермиона. Она, сдержанная и скромная по натуре, сейчас выглядит очень решительно.       Девушка, особо не раздумывая, отвлеклась от себя и подползла к художнице. Гермиона плавно опустила женщину на подушку и поцеловала ее страстно и настойчиво. Она редко брала инициативу в свои руки, но сегодня готова была показать все, на что способна. Женщина от такого напора расслабилась и начала получать удовольствие от мокрого и горячего языка у себя во рту. Одним поцелуем, конечно, она не ограничилась. Руки начали блуждать по тонкой шее, острым ключицам и полной груди. Когда Гермиона начала уверенно ласкать пышные округлости обеими руками, то услышала первый стон, сорвавшийся с уст Беллы. Кончено, это не могло ее не порадовать       — Гермиона, твои руки неплохо справляются. — Неплохо — мягко сказано, девушка старалась изо всех сил, чтобы доставить партнерше как можно больше удовольствия.       — Знаешь, что меня еще неплохо получается? — Она отвлеклась и посмотрела затуманенным от желания взглядом прямо в глаза Беллы.       Девушка опустилась губами на левый сосок и услышала еще один, немного хриплый стон. Грудь Беллатрисы оказалось еще более горячей, чем шея и ключицы. В это время правая рука сразу нашла еще одно горячее место, которому нужно было гораздо большее внимание. Между ног Беллы тоже быстро стало мокро. Гермиона не сдержалась и сама издала тихий стон, когда почувствовала вязкую влагу пальцами.       — Белла, я хочу тебе отлизать, можно? — Вопрос появился как-то слишком неожиданно даже для нее самой, но она сразу его озвучила, не успев все обдумать и взвесить.       — Да, конечно, — женщина уже сильно разметала волосы по подушке, ее губы слегка припухли, а зрачки расширились. Сейчас почувствовать в себе чужой язык кажется очень заманчивым предложением.       Грейнджер опустила голову пониже и почувствовала жар исходящий от женщины, ее лоно так и манит к себе. Она покрепче схватилась за ее бедра и прильнула языком к клитору. Слюна и любовные соки так быстро смешались, что в тишине комнаты стали слышны хлюпающие звуки. Белла уже перестала себя сдерживать и начала откровенно стонать, выкрикивая имя любовницы. Гермиону такая реакция очень даже потешила. Она не стала останавливаться, а только увеличила амплитуду и скорость поступательных движений.       — Гермиона! Твою мать! Да! Еще! — Белла начала выкрикивать слова удовольствия слишком уж отчаянно. Девушка почувствовала, что женщина подходит к пику наслаждения, довольно быстро, по оценке самой Гермионы.       Девушка почувствовала крепкую хватку на своих волосах, а потом тихий стон. Беллатриса постепенно расслабилась и раскидала конечности по кровати, тяжело дыша. Когда адреналин в крови стал стихать, Гермиона почувствовала тяжесть в затекших конечностях, что можно считать подтверждением усердной работы.       — Нет, Грейнджер, расслабляться еще рано, после такого аттракциона невиданной сексуальной щедрости я просто обязана сделать что-то для тебя. Вставай, — Белла немного оклемалась, а потом сама подняла немного обмякшее тело девушки с кровати, — Мисс Грейнджер, а не соблаговолите ли присесть мне на лицо? Знаете ли оно куда удобнее, чем любое кресло.       — Боже, что ты несешь? Остановись! — Находиться между ног художницы ей не было стыдно, а вот слушать ее странный юмор в процессе — настолько неловко, что она покраснела.       Гермиона хотела было закрыться и отступить немного назад, но у нее не получилось. Беллатриса потянула ее за талию поближе к себе. Им удалось найти довольно удобную позу, в которой Гермиона смогла все-таки пристроиться на лице, при этом удобно схватившись на изголовье кровати. Обычно неловким считают первый секс, но в случае Грейнджер, неловким можно считать первый опыт фейсситтинга.       — Блядь, Герми, ты такая гладкая, мне это навиться, — женщина совершенно бесстыдно уставилась на самое сокровенное местечко партнерши, а девушка в этот момент испытывает весь спектр эмоций, но превалирующая все-таки неловкость, — расслабься, можешь перенести немного веса на ноги, я не развалюсь под тобой.       — Знаешь ли, я не каждый день в такой позе сексом занимаюсь. Так что я без понятия, как надо правильно распределять вес, — опыт позиций в сексе у Гермионы был довольно ограниченный, можно даже сказать, классический.       — Какая прелесть. Рада, что мое лицо станет твоим первым, — снова она несет какую-то ересь, но очень возбуждающую ересь, честно признаться.       Гермиона громко охнула, когда почувствовала сразу так много: горячий язык между складочек, руки на бедрах, прилив жара во всем теле. Справится с нахлынувшими ощущениями было совсем не просто, особенно, когда Белла подливала масла в огонь, тихо постанывая. Ей действительно доставляет удовольствие вылизывание горячей киски, упирающийся в лицо. Грейнджер тоже не отстает. Она рефлекторно начала покачивать бедрами, создавая еще больше приятных ощущений.       — Белла, твой рот просто сумасшедший! Глубже! — Девушка окончательно потеряла связь с реальностью и погрузилась в ощущения. Чтобы почувствовать больше, она начала пощипывать соски, оглаживать ореолы, теперь отпала даже необходимость для равновесия придерживаться за кровать. Гермиона усердная ученица и просто на лету все схватывает. Зато за языком совсем не следит и позволят себя всякие непристойности.       Грейнджер продержалась еще меньше, чем партнерша и кончила довольно громко, выкрикивая имя художницы. Женщина не отпустила ее сразу, довольно тщательно вылизала, и только потом помогла подняться и лечь на подушку. Подобные позы слишком выматывают, поэтому ей нужно время прийти в себя и отдышаться.       — У меня ноги отваливаются, а вагина пульсирует. Даже не знаю злиться на тебя или благодарить, — настолько опустошенной и наполненной одновременно она себя еще не чувствовала. Хотелось просто лежать и не двигаться с места. Вроде бы еще не старая, но насыщенный секс отбирает много сил. Порноактрисы, должно быть, очень натренированные, если в состоянии вытворять разнообразные кульбиты своими телами.       — Фу, как некрасиво! Не люблю слово «вагина». Лучше используй другие, допустим: «киска», «щелка», «пещерка», — вот опять она продолжает играть на своей шарманке.       — Ну извини, что не удовлетворила твое чувство прекрасного, но ничего не могу с собой поделать. Твой язык раздвигал мои стеночки настолько тщательно, что мне даже пальцев не понадобилось, чтобы кончить. Теперь моя вагина пульсирует так будто внутри нее побывал толстый резиновый член, — ну и ну. Гермиона сама в шоке от своей откровенной речи.       — Остановись. Иначе я трахну тебя снова, — похоже речь девушки возымела слишком сильный эффект. Пожалуй, стоит остановится, на второй заход она не еще готова.       Женщины полежали так минут пять, а потом все-таки пошли в душ. Горячая вода расслабила обеих так, что даже шутить сил не осталось. Они довольно быстро потерли друг другу спинки и вышли из душа довольными и чистенькими. Пока они мылись Гермиона заметила на плечах Беллы два неглубоких шрама и несколько родинок. Раньше ей казалось, что тело Беллы идеального молочного цвета, а теперь она казалась более живой и обычной, можно сказать, близкой.       Они переоделись в какие-то первые попавшиеся безразмерные футболки из шкафа и удобно устроились на мягкой постели. Завтра никуда не надо торопиться, можно спокойно поваляться в кровати, потом сделать быстрый завтрак... Возможно, им удастся куда-нибудь вместе сходить, они ведь, теперь пара?       — О чем думаешь? — Гермиона притихла, слишком задумчивое выражение лица сказало об активном мыслительном процессе в голове.       — О том, кем мы теперь друг другу приходимся, — есть смысл сразу поговорить о статусе их отношений, Гермиона будет совсем не против чего-то серьезного.       — А кем ты хочешь быть для меня? — вот что моветон — отвечать вопросом на вопрос.       — Хочу быть твоей женщиной. Хочу быть человеком, который будет тебе готовить завтраки. Я, конечно, в кулинарии полный профан, особенно по сравнению с тобой, но я буду стараться. Хочу проводить время под одним пледом и пить какао, — она могла бы перечислить еще много чего.       — Отличное желание. Я тоже этого хочу. Давай попробуем, — женщина придвинулась поближе к Гермионе и не спеша погладила ее по щеке. В ее глазах не осталась ничего от прежней страсти, теперь в них можно разглядеть спокойствие и умиротворение.       Несмотря на то, что часы еще не пробили десять часов, они довольно быстро уснули. Видимо, перенесенный моральный и физический стресс, как ни крути, но именно это с ними и произошло, отразились на выносливости. Они спали крепким сном до девяти часов утра.       Гермиона проснулась от легких поглаживаний по запястью. Когда она открыла глаза увидела улыбку на губах художницы и засмеялась сама. Судя по всему, теперь ее пробуждения будут такими: немного щекочущими и теплыми. P.S. К вечеру двадцать второго августа информационные порталы, социальные сети и газеты начали пестрить новостями о выходке эксцентричной художницы на своей выставке. Она сняла одну из картин прямо со стены, и взволнованная убежала вместе с красивой незнакомкой. Позже появились слухи о личности таинственной молодой особы, которая в итоге, оказалась музой и новой возлюбленной Беллатрисы Блэк.