Птенчик, из какого гнезда ты ко мне упал?

Мика вздрагивает тогда, когда чувствует чужую руку на своём плече. И тут же разворачивается на сто восемьдесят градусов, чтобы лицезреть довольную улыбку товарища. ‎ ‎— И тебе доброе утро, — блондин неловко улыбается, загребая документы в руках, чтобы ни одна бумага не выпала. ‎ ‎— Может, тебе помочь? — интересуется Лоэн только ради приличия, ведь после вопроса почти сразу отбирает все бумаги, чтобы Мика мог свободно идти, — Куда их? ‎ ‎И они прогуливаются до кабинета Джин, желая доброго утра ей и Варке, который со скрипом в сердце нехотя разбирал документы. Лоэн поддерживает того, ибо тоже не особо любил такого рода работу, он больше предпочитал экспедиции, различные вылазки и, конечно, разведки. ‎ ‎Лоэн ухмыляется, взглянув на Мику и вспоминая их первую встречу. ‎ ‎ ‎ ‎Блондин устроился поудобнее на дереве, чтобы не привлекать внимание к себе и иметь возможность сделать важные записи. Над Мондштатом как и в обычные дни светило яркое солнце, а на небе не было ни облачка. Мика скучает по дождю, которого весьма давно не было. Жара его, признаться, порядком выматывала. ‎ ‎Но несмотря на погоду, Мика продолжал мелкую рутинную работу с удовольствием. Он задумывается на секунду, а после замечает на тоненькой ветке гнездо, в котором никто, на удивление, не пищал. Светловолосого это смутило, и он решил проверить, каким бы это глупым и наивным поступком не было. ‎ ‎Мика положил перо между своими записями, чтобы в случае чего вдруг он смог вспомнить то, на чём остановился. Он меняет своё положение и осторожно поднимается на коленях, приподнимая голову, в попытках увидеть что-нибудь. ‎ ‎На его лице проскальзывает улыбка, когда он замечает маленьких пушистых птенчиков. И признаться, душа его радуется, что всë в порядке, наверное, их просто накормили до отвала, и они сладенько уснули, потому и не пищали. ‎ ‎У Мики глаза расширяются, когда замечает около, кажется, не самых довольных пернатых родителей. И они начинаются яростно врезаться в того, кого посчитали вредителем. Светловолосый прикрывает лицо ладонями и уже хочет что-нибудь вымолвить, словно птицы могли понять его слова и тут же остановятся. ‎ ‎Но вместо этого он теряет равновесие и оказывается в чужих руках. Мика зажмуривает глаза, на подсознательном уровне вцепившись в одежды его поймавшего. ‎ ‎— Птенчик, из какого гнезда ты ко мне упал? — усмехнувшись, спрашивает парень, не отпуская блондина, только поудобнее подхватывая. ‎ ‎Мика распахивает очи и замечает совсем близко ласковое выражение лица, наблюдающее за ним с каким-то любованием. Но внимание светловолосого привлекает родинка под правым глазом, что казалась очень выразительной и прелестной. ‎ ‎Блондин, словно почти заворожëнный, осторожно касается щеки, поглаживая большим пальцем родинку. Едва знакомый парень на такое вздрагивает и поджимает губы, хлопая ресницами. ‎ ‎Он такого жеста вовсе не ожидал... ‎ ‎— У Вас безумно красивая родинка! — хвалит, резко краснея и отстраняясь. ‎ ‎— Благодарю, птенчик, — смеëтся парень. ‎ ‎—Я Мика. Мика Шмидт, а Вы... ‎ ‎— Лоэн, — кивает он, — Полагаю, приятно познакомиться. ‎ ‎ ‎Вот только после Лоэн так и ни разу не обратился к Мике по имени, для него он остался птенчиком, что так удачно свалился ему на ручки. ‎ ‎ *** ‎ ‎ ‎— Птенчик, — шепчет ласково на ухо, привлекая внимание к себе. ‎ ‎Мика оборачивается к своему товарищу, и их лица оказываются в опасной близости. Блондин поджимает губы и отводит взгляд, пока смущение предательски одолевает его щëки. Лоэну нравится, как смущается Мика. ‎ ‎— Чего ты? — спрашивает Мика, понимая, что он буквально зажат между шкафом и своим товарищем. ‎ ‎— Да ничего, — усмехается Лоэн и его нос соприкасается с щекой Мики, пока горячее дыхание обжигает его подбородок. ‎ ‎Блондин замирает от таких действий, встаёт в ступор, пока грудь заливается приятным обжигающим теплом. Лоэн целует его в щёку мягко и нежно, и Мика тает, обвивая шею тëмноволосого. Лоэн воспринимает это как согласие и касается чужих губ своими, пробуя и не думая углублять. ‎ ‎Они отстраняются и наблюдают за смущением друг друга. Лоэн замечает невооружённым взглядом смятение на чужом лице, но его желание обладать становится сильнее. Он касается чужой талии и тянет ближе к себе, чтобы их хрупкие грудные клетки встретились. ‎ ‎— Лоэн, — зовёт Мика тяжело дыша, обладатель очаровательной родинки под глазом взглатывает, на секунду не решаясь ни на что. ‎ ‎— Хочешь больше? — спрашивает шëпотом. ‎ ‎— Я... Я хочу, — он запинается на мгновение, но после кивает, пытаясь всем видом показать, что он тоже хочет этой запретной нежности. ‎ ‎И Лоэн его слушается, чуть отпуская Мику, пока сам он выпрямляется и оценивает все за и против, и думает, как лучше подступиться. А после ухмыляется, приближаясь к чужому лицу, от их губ остаётся лишь пару сантиметров, они способны чувствовать дыхание друг друга. И эта близость обжигает и заставляет ноги подкашиваться. ‎ ‎— Помню, в твоём дневнике была запись... Тебе нравится моя серëжка? Твои едва заметные тоже очаровательны, — и после этого он прикусывает ушко зажатого парня. ‎ ‎— Ты... Ты читал? — Мика едва ли не всхлипывает от внезапного, пусть и не сильного укуса. ‎ ‎— Конечно, милый. Конечно, птенчик. Читал.. Читал о том, как тебе нравится моя родинка. Может, ты хочешь, чтобы я изучил твоё тело на наличие родинок? — Лоэн чуть отстраняется, чтобы заметить смущение и растерянность Мики во всей красе. ‎ ‎— Я не уверен, — руки блондина оказываются между ними, чтобы служить неким барьером. ‎ ‎Лоэн усмехается, хотя это больше похоже на низкий гогот, а после целует шею, и Мику от этого передëргивает. Обладатель родинки под глазом касается мягко, но всë ещё желанно, внимательно оценивает чистоту очаровательной шеи и целится губами ниже. ‎ ‎— Только... Пожалуйста, не оставляй следов, — просит Мика, и только после этого Лоэн кусает ключицу, на что светловолосый слишком шумно вздыхает, но моментально прикрывает свой рот, чтобы ничего откровенного из него не вырвалось. ‎ ‎Лоэн хочет показать, что этот птенчик принадлежит только ему. ‎ ‎— Вроде бы они здесь были, — слышат парни голос Лизы и тут же отстраняются. ‎ ‎Они пытаются привести и себя, и мысли в порядок, чтобы не осталось ни намёка на запретную нежность между ними. Мика пытается справиться со смущением, которым был почти атакован. Но когда перед ними возникают Кейя и Лиза, Мика всë равно отводит взгляд, пока Лоэн прикусывает свои проклятые губы. ‎ ‎ ‎Наверное, не самой лучшей идеей было затевать подобное в библиотеке.