Только не отпускай

«Не смей! Не тронь её!» Бордовая капля проступила, как только прозвучал хлёсткий удар ладонью по лицу. Кровь заструилась из рассечённых губ, тонкой полоской окрасила подбородок. Виски запульсировали, а сердце зачастило, едва не разрывая грудную клетку. Снова.

«Ты мне посмел запрещать, щенок!?»

Страха за себя не было уже давно, только за мать. «Я сказал, не смей прикасаться к ней!» Собственный голос прозвучал будто извне — был намного жёстче, чем всегда. Рана заныла, кровь хлынула сильнее. Во рту появился металлический привкус. Противно. Слёз не было. Ни сегодня, ни когда-либо ещё. Этот ублюдок должен заплатить за всё. Ребёнка дёрнули на себя, ухватив за запястье, словно тряпичную куклу. Русые волосы на мальчишеском затылке натянулись крепкой мужской рукой, и через долю секунды лоб встретился со стеной. Пустота. Спустя неясное количество времени он тяжело пришёл в себя. Тело. Рядом с ним лежало тело этого мерзавца. Кровь — она всюду — расплывалась уродливой лужицей из нескольких порезов на спине отца. Размытый силуэт матери: смотрела так отрешенно, будто видела сына в первый раз; в правой руке сжимала стальной кухонный нож. Кажется, она просто готовила ужин... «Все.. Сдохнете!» — захлёбываясь алым, прохрипел нежилец. — «Все!» — потянулся к мальчику. Тишина. Никогда именно такой ещё не было. «Кто его... Как он...» — всё ещё туманное сознание пыталось найти ответы, и верить в происходящее решительно не хотелось.

***

Настоящее. Тёмный переулок Морвэйна — есть ли в этом городе иные? — едва ли. Отвратительный смрад, влажность, полуразрушенные заводы и постоянное чувство тревоги. – Эй! Кайден несколько раз моргнул, отгоняя видения, вызванные криками из-за угла, возвращаясь в не менее пугающую реальность. — Кира, я же просил! — лицо молодого человека исказило волнение. Всё, что оставалось в данной ситуации — стоять, зажатым в узком проходе между стенами завода. — Мне нужен ноут, поэтому я и пошла туда, мне нужно домой...

«А мне нужно пространство».

Даже с девушкой, что ему крайне нравилась, было некомфортно — хотя, кто знает причину этого — никаких касаний. Когда звуки с улицы поутихли, Кайден ловко выбрался из их импровизированного убежища. Протянул девушке руку, желая помочь. — Постоянно забываю, что твоя мать — героиня, такого джентльмена вырастила, — знала бы она, что значат её слова. — Ага, слышал подобное уже тысячу раз, но спасибо. Латекс перчатки мотоциклиста приятно холодил кожу. Касалась ли Кира его по-настоящему хотя бы раз? — Пообещай, что такое не повторится. В этом кошмаре наяву ещё и это не выдержу, — их руки всё ещё были скреплены. — Тебе больше не удастся так легко меня убедить. Отчего-то уголки губ Киры поползли вверх. Неужели в этой Богом забытой дыре, среди настоящих ублюдков, нашёлся человек, который искренне за неё переживает? Девушка несмело провела пальцем по чужому запястью — хотелось проверить, как он отреагирует на её прикосновение. Байкер резко отпрянул. — Не делай так! — он боялся, что тяжёлые воспоминания всплывут вновь: кровь, боль, разочарование и страх; отец схватит его, чтобы избить, мать — чтобы помочь подняться. — Ты... Взгляд Кайдена потемнел, прямо как в тот раз в клубе. Парень слегка повернул голову, пряча собственное выражение от бликов неоновой вывески в тени. Впервые за эти чёртовы годы он истинно желал, чтобы его тронули — её касание не вызвало отвращение, как иные, — и этот факт ломал всё внутри. — Ты в порядке? — Кира не успела договорить. — Да! — раньше окончания вопроса. Несколько секунд неловкого молчания. — Тебе некомфортно, когда в твоё пространство бесцеремонно вклиниваются? — осторожно произнесла девушка. — Извини, я больше не стану. — Нет, это расстроит даже сильнее... — очевидное смущение обоих отразилось румянцем на щеках. — А чего не выдержишь в этом кошмаре? — немного шутливо, прощупывая почву, спросила Кира. — Если потеряю... — за углом прогремел очередной выстрел, заставив их вернуться в «укрытие». Вплотную прижимаясь к девушке, Кайден осознал — боль и страх уходят. — Ты не договорил, — прошептала она, прежде чем потянуть на себя ткань майки байкера с провокационной надписью «Bite me». Губы девушки несмело встретились с мужскими, точно прося разрешения. Кайден ответил на поцелуй уверенно, глубоко и нежно — приятный, а не раздражённый и испуганный трепет — скользнул языком в её рот. Женские пальцы начали мягко перебирать волосы, окрашенные в розовый — это вызвало волну мурашек у байкера, лишило воздуха. Он рвано выдохнул ей в губы, с чувством сжал её талию. Жар между ними был настолько явным, почти осязаемым. Кира слегка прикусила чужую губу — игриво и язвительно, словно отвечая на просьбу, отмеченную на его одежде — переместила ладони на напряжённые мужские плечи. Немного погодя, провела большим пальцем по тату на шее с вызывающей строчкой: «KISS NEXT SEX». Она давно не была близка с кем-то, а последние полгода вообще провела исключительно за скамом на реальные деньги своих виртуальных парней. Видеть перед собой краснеющее лицо молодого человека, то, как он старательно пытается открыться её прикосновениям... Его поведение развеивало сомнения, отодвигая страхи в сторону. С ним всё правильнее (любишь правильных парней, Кира? Но что же будет, когда он узнает, какая ты на самом деле...?) Кайден разорвал поцелуй, попытался отстраниться: — Это что-то значит? — голос его дрогнул. — А надпись на твоей шее что-то значит? – с неподдельным интересом спросила девушка. Он хотел ответить. Но смог только открыть и закрыть рот, растерянно заглянуть в её серо-голубые глаза. Никогда ещё не приходилось сталкиваться с таким вопросом. — Это, — Кайден провёл языком по губам, всё ещё влажным от поцелуя, очертил вертикальный шрам. — Определённо не то, что ты могла подумать. — А я ничего не думала, — она смотрела спокойно, без усмешки. — Всего лишь спросила. Байкер прикрыл глаза и упёрся затылком в холодную стену: — Просто... Я не умею... не могу это делать, — что именно? — А тату и пирсинг, вроде, неплохо отражают то, что не могу выразить. Но с тобой всё проще и сложнее одновременно... Его почти детские стеснение и честность вызвали приятное тепло в груди девушки. Может, всё не так уж и безнадёжно, когда он рядом. — Вот оно как... Ладно, мне они нравятся, — от уголков глаз заструились лучики морщинок, она улыбалась. Кира взяла его ладонь в свою: — Идём? Пока этот стрёмный гид не притащился за нами и сюда, — она не стала давить, не стала требовать. Они едва знали друг друга, но в этом было куда больше искренности, чем во всей их фальшивой реальности. Кайден неопределённо повёл плечом, ненадолго замер, но руку не отдёрнул. — Только не отпускай, — шепотом попросил парень. Он сам не знал, к кому обратился — к ней или к себе.