Две бегущие судьбы

Аарон смотрел. Смотрел на пальцы Эндрю, когда те сжимали карандаш, смотрел на бегающий зрачок в глазу, радужка которого была цветом точь-в-точь как у него самого, смотрел на то, как брат сам отгораживает себя от остальных. И Аарон не понимает. Он не понимает, чем заслужил такое отношение. Почему? Почему у него не может быть брата? Человека, который был бы рядом. Который посмеялся бы над его глупостью, а не ударил. Человека, который был бы как он. Он смотрел на брата, видел самого себя, но не мог коснуться, будто в зеркало смотришь. Но вот он — Эндрю. Эндрю любит их плед из гостинной и постоянно мнёт его, Эндрю любит слушать музыку в наушниках, включая шумоподавление, Эндрю любит Ben & Jerry's шоколад-брауни, когда оно идеально охлаждено и ни капли не подтаяло, Эндрю носит 5 абсолютно одинаковых футболок, ведь другие «не такие». Эндрю существует, тогда почему Аарону кажется, что они живут в разных мирах? Когда Аарон спустя несколько часов самокопания всё-таки решился излить душу Бэтси, она сказала, что Эндрю нужно время. Но сколько времени нужно? Недели? Месяцы? Годы? Аарон почувствовал, как на соседний стул кто-то сел, только сейчас вспомнив, что находится в школе. Он открыл глаза и увидел длинные рыжие волосы, а потом зелёные глаза. Девушка ярко улыбалась, и Аарон задумался, кем нужно быть, чтобы выглядеть так счастливо утром в понедельник. — Привет, Аарон. Я забыла учебник, можно к тебе сесть? Девушку звали Кейтлин, он узнал об этом в первый день, когда близнецов знакомили с классом. В тот день она тоже сияла и улыбалась, и этим, кажется, раздражала Эндрю. — А... да, конечно, садись. Выдавил из себя Аарон, поняв, что пауза затянулась. Весь урок Аарон нагло пялился на девушку. Что-то в ней было такое... Разноцветные ногти, веснушки на носу, серёжки с большими голубыми камнями, всё это было связано с Кейтлин. Даже если девушка и заметила пристальный взгляд слева, она промолчала, когда урок закончился, поблагодарила Аарона и ускакала в столовую. Странная. Интересная. *** Если бы в присутствии Эндрю кто-то сказал, что мороженое может заменить полноценное питание, Эндрю, скорее всего, подумал, что этот человек дурак, однако со стороны человека, что второй день питается одним ведёрком мороженого, это было бы лицемерно. Но он не мог ничего с собой поделать. От всей той еды, которую он видел, его воротило. Сладость на языке и вкус шоколада скрашивали серые будни Эндрю блёклыми красками, однако долго игнорировать боль в животе и мигрень он не мог. Как бы ему не хотелось, закрыв глаза, наслаждаться тем, как постепенно раскрывается вкус у него во рту и слегка морозится язык, такими темпами его желудок покинет его раньше. Эндрю спустился на кухню. За столом сидела Би, на плите стояла кастрюля, в которой что-то кипело. — Суп будет готов через 10 минут. Чайник только что вскипел, в морозилке есть лёд. Эндрю кивнул и закинул в кружку чайный пакетик. Он ненавидел то, что Бэтси всё замечала. Она будто смотрела на человека и видела его насквозь. Это бесит. Эндрю не выносил горячих напитков и даже зимой пил либо остывший чай, либо с пятью кубиками льда. Когда кружка была наполнена, Эндрю понёс её в комнату, слушая мелодичное звяканье ледяных кубиков друг о друга. Ещё Эндрю любит головоломки. В детстве, забиваясь в угол, он закрывал уши и по памяти решал сканворд, который один раз увидел на столе воспитателя в приюте. Это успокаивало. Он задумался о запахе сигарет и голубых глазах, которые задавали много вопросов и совсем не давали на них ответов, будто Эндрю сам должен разгадать их. Странно, но после пары глотков чая у Эндрю проснулся аппетит. Полкастрюли супа, который варила Би, было уничтожено за один присест, из-за чего после этого подвига всё, на что он был способен, — лежать в кровати в позе звезды. Странно было и то, что он не чувствовал тревоги от полного отсутствия голода. Может, всё не так плохо?