Тактильный голод

Майрон уже с четверть часа сконфуженно наблюдал за Мелькором. Он что-то рассказывал стоя к нему спиной, расхаживая по комнате, поворачиваясь боком. Впервые до майа так туго доходил смысл слов. Он в задумчивости наклонял голову то в один, то в другой бок. Когда он только пришел, так вообще будто его огрели по голове, и все мысли улетучились. Тонкая ткань халата Мелькора завораживающе струились по его телу, облегая и подчеркивая силуэт. Это делало его похожим на утонченную эльфийскую статую так, что дух захватывало. Эта ткань перетекала, словно вода, и просвечивала достаточно, чтобы можно было понять, что под ней больше ничего не было. Вдоволь насмотревшись и решив, что все это представление не спроста, Майрон приблизился к Мелькору со спины, когда тот стоял у мощного дубового стола. Одной рукой он обхватил Мелькора поперек торса, а второй сжал его ягодицу, чуть приподнимая полу халата. - Ты это специально, да? - прозвучало у уха. Майрон шумно втянул запах волос, теснее прижимаясь и гладя тело через ткань. Мелькор ничего не ответил, только слегка наклонил голову в бок, позволяя целовать шею. В какой-то момент у Майрона скопилась слюна и, не успев ее сглотнуть, он позволил стройке побежать по ключице и груди валы. - В этот раз без твоих слюней. - Как скажешь, - усмехнулся Майрон и наклонил Мелькора на стол, стянул халат с плеч, убрал сторону волосы, оголяя лопатки. Он с нажимом несколько раз провел горячей ладонью по позвоночнику, снимая напряжение и зная, как я это было нужно Мелькору. Нижняя часть сего чудесного одеяния была задрана на талию. В процессе Майрон ухмыльнулся своим мыслям, что со стороны ситуация выглядела до боли комичной: нагнутый над столом величайший из айнур и он, со спущенными штанами. Ситуацию спасало то, что никто не посмел бы ступить на личную территорию Мелькора, даже если бы все воинство Валар решило на них напасть, все бы лучше полегли, чем сделали это. Пробираться к нему мог только Саурон, чтобы караулить его во время отдыха. Иногда, во время ночных кошмаров, он накрывал его тело своим, исходившее тепло согревало его окаменевшие, словно у покойника, мышцы, помогало расслабиться. Эта вольность страшно злила Мелькора, но он все равно не мог открутить ему за это голову. Мелькору сначала было досадно, что Майрон все не так понял. Он планировал сначала обсудить стратегическое размещение, которое должно было перетечь в более приятное времяпрепровождение. Но, с другой стороны, он просто хотел использовать его для того, чтобы расслабиться, чтобы потом заняться чем-то более важным. Досадно было и то, что это тело требовало физического контакта. Поэтому какая была разница в том, что думает об этом сам майа. Майрон быстро опустился, чтобы натянуть свои штаны, а затем потянулся поправить одежду Мелькора, но тот оттолкнул его и сам привел себя в порядок. - Можешь идти. Майрон впал в ступор. - Ты же хотел что-то обсудить. - Обсудим завтра. Майа продолжал мяться на месте. - Можно я останусь? - Я уже сказал. Послеоргазменное опустошение только усилилось после этих слов. Ему в принципе не нравилось оставлять Мелькора наедине с собой, так как он имел тенденцию вредить себе черной магией и импульсивными поступками. Но сейчас к этому примешивалось мерзкое чувство собственной ненужности; Мелькор за весь вечер не соизволил даже один раз поцеловать его, не смотрел на него, словно он был каким-то неодушевленным инструментом. Ему не оставалось ничего, как развернуться и уйти.