.
10 апреля 2026 г., 21:05
На лице его появилась ядовитая ухмылка. Именно что ухмылка, не улыбка. Холодная, пафосная, такая безразличная. Женя не был уверен, видел ли он когда нибудь человека, который бы так реагировал на чужие проблемы. Для одного это был провал. Траур, конец, нечто хуже смерти. Для Пети – победа. Месть, радость от которой скрыть невозможно. Хотя за что он вообще мстил? Бред.
Главной проблемой был именно обладатель этой ухмылки. Наверное, у Гуменника никогда не было столько ненависти на одного человека. И, вероятно, его ликование сейчас можно смело считать грехом. Но что поделать. Эти животные эмоции из него ничем не выбить. Главное – он сам не страдает. Даже наоборот. А на Семененко ему уже наплевать.
Ощущения странные. Женя стоял молча перед дверью, которую только что захлопнули перед его лицом. На глазах все еще блестели слезы. В такой ситуации это не было чем-то, что вызывало бы стыд. Скорее наоборот. То, что Женя еще держится, было очень важно.
Как. Как все могло произойти в один день? Не мог же блядский Гуменник спланировать расставание именно на сегодня.
***
Женя был уверен, что у него есть проблемы. Ментальные. Депрессия, возможно. Он никому об этом и слова не сказал. Хотя и не нужно было. Хватило пары диалогов, чтобы понять, что он не в норме. Да и слишком он подавленный. Но об этом знали только два человека. Первой была Соня. Она для Жени как сестра. И она старалась помочь. Очень старалась. Мура, безусловно, дорогой Жене человек. Но все ее просьбы обратиться к врачу пролетели мимо его ушей. А Соня очень за него волновалась. Молилась, чтобы тот сделал хоть что-то блять. Но Семенеко работал по плану: «я сам со всем справлюсь», который, очевидно, провалился. Вторым человеком был Петя. Естественно. Первое время он старался хоть как-то помогать. Какие бы проблемы в отношениях между ними не происходили, он понимал, что от него зависит состояние Жени. Никакая ненависть не заставит его рушить чужую жизнь. По крайней мере, Гуменник так думал. Но думал он недолго. Решение расстаться было за ним. Никаких добрых слов и благодарностей. Просто предложение расстаться. Хотя нет. Не предложение. Петя просто поставил Женю перед фактом... *** Открыв дверь парень встал в ступор. Очень любезно собранные сумки с вещами прямо у порога. В проёме показался Гуменник. Он вздохнул, и, не дав Жене вставить ни слова, спокойно проговорил. – Это твои вещи. Мы расстаёмся. Ты здесь больше не живёшь. Иди куда хочешь, главное подальше с глаз моих. И нет, это не шутка. Мне наплевать, что ты будешь делать. Теперь наплевать. – монотонно. Прямо. После слов на лице появилась та самая ухмылка. И ни капли сочувствия. *** Женя действовал импульсивно. И глупо. Но все навалилось слишком не вовремя. Слишком быстро. За секунду до, в голове пронеслась мысль. «А что подумают остальные? Будут ли считать смерть проявлением слабости?». Он не справился. Не сумел. Значит слабак. Хотя какая разница. Если он умрёт, ему будет уже плевать. Шаг, миг, земля. Хруст. Неестественный, жуткий. Секунда и он отключился. Очнулся уже в больнице. Все тело ныло. На ногах гипс. На руках тоже бинты какие то. Капельница подсоединена. Еще куча приборов. И маска. Чтобы он мог дышать. Хотя сейчас она не помогала. После пробуждения первым было ощущение удушья. Кто то из врачей спохватился и снял. Женя наконец выдохнул. Врач вместе с ним. – Уже думал не проснёшься, - он вышел из палаты и кому то что то сказал. Через секунду в палату буквально влетела Соня. Выглядела она, мягко говоря, не очень. Волосы растрепаны, синяки под глазами, словно последние дня три она не спала вообще. От части это было правдой. Она была одной из первых, кто узнал о Жене. Тут же прилетела в больницу. Он в коме. Она не могла уснуть пару дней. Постоянно чувствовала тревогу. Страх. В случившемся она винила себя. – Дурак, блять, - она аккуратно присела рядом на койке и приобняла Женю. На глазах были слезы. – Я так испугалась. – Прости, - он сам не узнал свой голос. Охрипший, севший. К тому же горло сохло ужасно. Плачебное состояние. Но хотя бы жив. – Не говори ничего, я просто рада, что ты не умер, - Соня посмотрела на него с заботой. Она вздохнула. На лице промелькнула тень улыбки. Да, смерть Жени она бы точно не пережила.***
Ха. Синтименты. Петя был словно в трансе каком то. Его как будто подменили. Никогда. Никогда у него не было таких ощущений. Никогда ему настолько не была безразлична чья то попытка суицида. Тем более когда попытку совершает такой человек. Но, увы, он даже не поинтересовался, очнулся ли Женя. Ему сообщили, что парень в коме, но не сообщали о его состоянии после. И возможно стоило просто принять. Теперь они никто друг другу. Незнакомцы, знающие всё друг о друге. Но это неважно. Уже неважно.
