физра

Звонок Блондин быстро складывает свои вещи в рюкзак и выходит из душного кабинета. Тишина. В коридоре прохладно. Но долго тишина не держится. Потихоньку коридор заполняется людьми. Всё наполняется гулом, который давит и заставляет и так больную голову разболеться ещё сильнее. Саша трёт виски, пытаясь собрать мысли в кучу. Вдруг из толпы слышится знакомый голос: – Парадеев! Стой! Саша останавливается, но не поворачивается. Тут на плечо ложится рука, а рядом появляется знакомая тёмная макушка. – Я так заебался с этой химией. Все эти формулы пока запомнишь... Ненавижу. Саша молчит. Леша тоже не торопится говорить. Они просто идут рядом, и этого достаточно. Пару минут тишины. Потом Леша вдруг вздрагивает: – Слушай, Сань. А нам разве в столовую не надо? – Ну... вообще, да. – Так чего мы медлим?! Шатен хватает друга за руку и срывается с места. Саша пытается выдернуть руку, но куда там. У Леши хватка мёртвая. – Леш, ну куда спешить? Пока там накроют, мы успеем. – Не успеем! Я жрать хочу, я не завтракал! Саша только вздыхает и позволяет себя тащить. Всё в глазах плывёт — он едва успевает уворачиваться от попадающихся на пути людей. Кто-то возмущённо шипит вслед, кто-то шарахается в сторону, но Леше плевать. Он несётся, будто за ним черти гонятся. – Деревяшкин, ты ебанулся? – выдыхает Саша на бегу. – Ну только если немного. Вот и столовая. Наконец-то. Эти несколько минут показались вечностью. Леша отпускает руку и быстрым шагом идёт к свободному столу. Саша же остаётся в ступоре. На запястье — красный след от хватки друга. Обычное дело, но что-то будто по-другому. Блондин опускает руку и тут же забывает про это. Бывало и хуже. Они садятся за стол. Шум посуды, разговоры других учеников, чей-то громкий смех — всё это давит, смешивается в кашу. Саша проваливается в свои мысли так глубоко, что рассказы Леши пролетают мимо ушей. – И я к нему подхожу, ставлю стул рядом и такой: «Ну давай, рассказывай». А он на меня вытаращился, типа не понял, о чём я. Я ему говорю: «Ты мне должен, падла. Две недели уже прошло». А он... Леша замолкает. Смотрит на друга. – Сань, ты слушаешь вообще? Я перед кем тут распинаюсь? А? Блондин молчит. – Сань, всё хорошо? Чёт ты поникший сегодня. Саша наконец просыпается. На лице появляется маленькая ухмылка и тут же исчезает. – Всё хорошо. Просто задумался. Он встаёт из-за стола и направляется к мойке, чтобы поставить тарелку. Леша вскакивает следом. – Нет, ну он у меня получит. Он мне уже больше касаря должен, а наглости — вагон. – А за что хоть? – блондин спешно выходит из столовой и резко останавливается, поворачиваясь к другу. – В какие дела ты снова влез? Леша открывает рот, потом закрывает. Чешет затылок. – Ну... там один тип. Короче, не парься. – Леш. – Я сказал — не парься. Саша смотрит на него в упор. Потом вдруг накидывает руку на плечо друга и притягивает к себе, да так, что тот практически дышит ему в щёку. – Ты чё опять удумал? А? – Да всё нормально! – Леша пытается вывернуться, но Саша держит крепко. – Отвали, Парадеев! – Не отвалю, пока не расскажешь. – У нас физра! Надо идти, а то двойку влепят! Саша усмехается. Отпускает. Но смотрит внимательно. – Я с тобой ещё поговорю, Деревяшкин. – Ой, боюсь-боюсь... *** Физра В спортзале пахнет потом и резиной. Учитель, ленивый мужик с вечно сонным лицом, махнул рукой: «Играйте во что хотите, только не убивайте друг друга». Класс разбился на кучки. Кто-то повис на канатах, кто-то уткнулся в телефон. Леша подошёл к стойке с мячами, взял баскетбольный, покрутил в руках. – Сань, давай? – Давай, – Саша даже не спросил, во что. Раз Леша позвал — значит, надо. Они вышли на площадку. Леша встал на трёхочковую, прицелился, бросил. Мяч глухо ударился об щит и отлетел в сторону. – Бля... Саша подхватил мяч, не глядя кинул с полутора метров — чистое попадание. Даже сетка не колыхнулась. – Как ты это делаешь? – Леша скривился. – Не знаю, само как-то, – Саша пожал плечами, но в голосе — ни капли высокомерия. Просто факт. – Само как-то, – передразнил Леша. – А давай на желание? – На любое? – Да! – Леша аж оживился. Такое чувство, будто у него второе дыхание открылось. Саша поднял бровь. Улыбнулся уголком рта. – Ты проиграешь. – Посмотрим. Они играли минут двадцать. Леша носился по площадке, пытался перехватить, лез под руку, толкался. Саша двигался плавно, будто ему не надо было напрягаться. Сделал пару обманных движений — и Леша пролетел мимо, чуть не упав. – Ты специально? – крикнул Леша, поднимаясь с пола. – Не специально. Ты просто предсказуемый. – Сейчас получишь. Он рванул к Саше, пытаясь выбить мяч, но тот крутанулся на месте, переложил мяч за спину и легко забросил в кольцо. Даже не глядя. – Сука, – выдохнул Леша, но без злости. Скорее с восхищением. – Сдаёшься? – Ни за что. Практически весь урок они бесились. Один бегал за другим и наоборот. После всё-таки выдохлись и уселись на скамейку. *** Они сидят на лавочке. С окон сверху падают тёплые, весенние лучи солнца. Леша откинулся назад, запрокинул голову и смотрит в потолок. Саша сидит рядом, слегка ссутулившись, и крутит в руках мяч. – Слышь, Сань. – М? – Я теперь тебе желание должен. – Я помню, – Саша отпускает мяч и тоже откидывается. Леша усмехнулся. – Ну так давай, загадывай. Саша повернулся к нему. Посмотрел в профиль — веснушки на скулах, тёмные ресницы, вечно взъерошенные волосы. – Ну тут надо подумать. – Подумать ему надо, – вякнул Леша, опять передразнивая друга. Тут Саша подвинулся ближе. Его рука опять приобняла шею друга, а тот этого даже не заметил. – Слушай, Саш. – Чё. – Спасибо. – За что? – За просто так, – на лице шатена появилась широкая улыбка. Они замолчали. Не неловко, а просто — потому что. Где-то вдалеке слышались голоса. Промелькнули силуэты одноклассников. Леша вдруг потянулся и слегка стукнул Сашу по затылку. На что тот даже не дёрнулся. – Ты чё? – Просто так. – Придурок. – Сам такой. *** Прозвенел звонок. Уроки наконец закончились, и все ринулись домой. Леша схватил рюкзак и направился к выходу, но на пороге остановился. Оглянулся на Сашу, который всё ещё сидел на скамейке. – Идёшь? – Иду. На улице светило яркое солнце. Температура уже была приличная, настолько, что куртки не нужны. На деревьях набухали почки. Чувствовалось, что весна пришла. Они переглянулись. И оба улыбнулись. А потом Саша, не говоря ни слова, протянул руку и легонько сжал пальцы Лешиного запястья. После быстро убрал руку, а на месте его ладошки осталось такой же красный след. Леша глянул на его руку, потом на Сашу. Улыбка стала чуть шире, чуть мягче. – Трогательный ты сегодня, Парадеев. – Заткнись, — Саша сморщил нос и спрятал руки в карманы. Но в глазах — та же теплота. — Ладно, – Леша развернулся в сторону своего дома. – Завтра увидимся? – А куда ты денешься. – Точно, никуда. Он сделал несколько шагов, потом обернулся. Крикнул через плечо: – И желание своё придумай уже, а то я волнуюсь! Саша покачал головой, усмехнулся и пошёл в другую сторону. Солнце светило в спину. Весна. Хорошо.