Путь домой

***

      Торин лежал израненный и бледный в шатре на подстилке, его раны были перевязаны, но сам он едва мог дышать. Разорванная кольчуга лежала поодаль, его длинные вьющиеся густые волосы походили сейчас больше на спутавшуюся грязную гриву пони, который решил искупаться в луже, вываляться в песке, обтереться о лапы елей и влезть в заросли репейника. Спутанные, грязные, они разметались по подушке неосторожными сосульками, покрытые потом, кровью и грязью. Он хрипло дышал, поглядывая из последних сил на Фили и Кили. Он думал, они мертвы. Что их тела уже остывали. Как жаль, что Торин не смог попрощаться с племянниками. Не смог сказать много важных слов, которые должны они были услышать от него перед смертью. Но, как он думал, они все равно скоро и так встретятся. Уже совсем скоро. Торин закрыл глаза и хрипло вздохнул, во рту был вкус металла, виски пульсировали, а глаза закатывались. Но он услышал шаги Гендальфа и шорох откинутого полога шатра. — Торин, он здесь, — Сказал волшебник. Перед ним стоял застенчиво мистер Бэггинс, весь грязный и бледный. Он подошел к Торину и упал перед ним на колени, схватив своими ладошками его могучую широкую ладонь, прижав ее к своей груди. — Бильбо… — Хрипло сказал Торин, улыбаясь сквозь боль, — Я должен извиниться перед тобой. — Что? Нет, нет, не надо… — Запричитал Бильбо, положив одну руку на холодный лоб Торина и погладив его большим пальцем по разгладившимся морщинам. Гном покачал головой. — Я скоро покину этот мир… — Хриплый вздох, отчаянная попытка схватиться за жизнь, чтобы успеть договорить, — Но ты должен знать… Бильбо Бэггинс, я ошибся на твой счет… Дважды. Какой же я дурак, — Он хрипло и невесело усмехнулся, в горле булькала кровь. Его грязная тяжелая ладонь тянется от груди Бильбо к его лицу и нежно проводит грубыми пальцами по его щеке, мягкой, покрытой пылью щеке, на которой никогда не росла борода, — Я должен был сказать тебе еще давным давно… Еще весной, Бильбо… Я… — Он вдруг хватает его за затылок и тянет к себе рывком, чтобы прошептать на ухо что-то очень важное. А затем, с замершего Бильбо падает рука Торина, расслабившись. Его глаза закрылись и дыхание прекратилось. Мистер Бэггинс хватает Торина за щеки, слезы застлали ему обзор. — Нет, нет, нет, подожди, п-подожди, Торин! — Бильбо подсел ближе, почти улегшись ему на грудь, вцепившись отчаянно в его бороду, залитую кровью, пальцами, — Нет, не умирай, Торин! Ты разыгрываешь меня, да? Ты ведь… — Он обрывается на полуслове, не в силах более говорить, когда ком встает поперек горла. Гендальф движется бесшумно, подходя к бедному плачущему хоббиту и кладет руку ему на плечо, утешающе поглаживая, пока тот, уткнувшись в грудь Торина, громко хнычет. Позже Гендальф оставил их. Дал Бильбо возможность проститься с Торином.       Бильбо плакал так долго, что окончательно выбился из сил и несчастный хоббит, ощутивший такую пустоту и боль в душе, которой никогда не ощущал раньше за все свои пятьдесят лет жизни, провалился в дрему. Глаза его опухли от слез, губы покраснели, щеки покрылись полосками — это слезы смывали пыль с кожи. Его разбудило прикосновение к волосам. Бильбо не желал поднимать головы и отстраняться от груди Торина. Но что-то заставило его поднять голову. Из вежливости, стоило взглянуть на того, кто гладит его по волосам и, видимо, требует разговора. Бильбо сначала обернулся, но никого не было. Потом понял, что рука, которая погладила его, принадлежала тому, кто был перед ним. Бильбо развернулся и встретился взглядом с Торином. — Я тоже умер? — Не знаю, — Тихо ответил Торин. А затем улыбнулся, — Нет, конечно нет…       Бильбо ничего не сказал. Он просто крепко обнял Торина за шею, не в силах больше плакать. Сильные руки гнома сомкнулись в медвежьи объятия на мягком теле хоббита, Торин тихо посмеялся, закрыв глаза. А когда Бильбо приподнялся, чтобы снова встретиться взглядами с гномом, он неуверенно шелохнулся вперед, но замер. Торин положил руку на кудрявые волосы полурослика, глядя на него с той нежностью, с которой смотрят на самую-самую драгоценную прелесть. Торин улыбался, взгляд его был очарованным видом Бильбо. Он провел тыльной стороной ладони, разбитыми костяшками, по влажной щеке визави. — Даже покрытый грязью… Ты все так же прекрасен, прямо как в тот день когда я впервые встретил тебя в Бэг Энде, мистер Бэггинс. — Ну, такой уж я… — Тихо сказал Бильбо, не находя слов. Он вдруг понял насколько сильно привязан к Торину, как сильно любит его. И то признание Торина на грани смерти… Бильбо зарывается пальцами в бороду гнома, нежно сминая ее и почесывая его щеки ногтями. А затем тянется вперед и мягко целует его. Во рту Торина все еще вкус металла и кровь, а во рту Бильбо все еще сухо, как в пустыне и на языке привкус земли и дыма. Но это пустяки, такие пустяки. — Я все понимаю, но… Можно хотя бы не при мне? — Пробубнил недовольно Фили, приподнявшись на локтях.       Сколько было радости, сколько было ликования. Когда Торина и его племянников выносили с поля боя в лагерь, едва живых, почти мертвых, все молчали и армии пришли в оцепенение. Никто не смел излишне шуметь, уж особенно гномы.       Торин оставил престол. Дело не только в том, насколько он испугался самого себя на горе золота, сколько в Бильбо. Больше быть Королем под Горой не имело значения для него. Пусть это место займет другой гном.

***

— Как все-таки досадно побеждать… Ценой чужих жизней, — Сказал Бильбо, отвлекшись от чтения книги и задумчиво затянувшись трубкой и пустив под потолок спальни клубы сизого дыма. Он лежал под теплым одеялом в своей уютной мягкой кроватке, в своей хоббичьей норке. — Ты что, не помнишь чем в итоге все кончилось? — Отозвался лежащий рядом Торин, который сосредоточенно стучал спицами друг о друга, пока вязал шарфик. — Никогда не думал, что увижу как Король под Горой вяжет. — Надо же чем-то занимать руки, пока ты погружаешься в свои приключенческие книжки, — Ответил гном, не глядя на Бильбо, но обратив внимание на кольцо, которое сверкало в свете лучин на его пальце.

***

— Мистер Бильбо Бэггинс, — жрец обратился к хоббиту, посмотрев на него сверху вниз, в силу человеческого роста, затем посмотрел также сверху вниз на Торина, — Торин Дубощит, сын Трейна, внук Трора. Согласны ли вы связать свои души священными узами брака покуда смерть не разлучит вас и не сплотит позже в ином мире? — Да, — Уверенно сказал Торин, стоя в белой меховой накидке, в белом кофтане, вышитом золотыми нитями и с очаровательными цветами в волосах (вот уж спасибо, хоббитские девчонки. Он просил заплести себе косу, а они превратили Короля в цветочную полянку). И тоже самое ответил Бильбо, что стоял в бежевом жилете, на котором были вышиты разноцветные цветочки, под жилетом была белая блуза. Его ладони были маленькими по сравнению с гномьими, две ладони Бильбо легко помещались на одну могучую ручищу Торина, пока они держались за руки. Они надели кольца и мистеру Бэггинсу даже показалось, что пальцы Торина бьются мелкой дрожью от волнения. Наконец они скрепили свои брачные узы поцелуем. Сколько ликования и счастливых поздравлений обрушились на них тотчас, небо заполнилось белыми лепестками, что бросали хоббиты. И посыпались драгоценные камни, что бросали гномы, уже, надо сказать, изрядно поддатые и сильно выбивавшиеся из общего контингента Шира.

***

— Ворчун, — Вдруг сказал Бильбо, сунув между зубов мундштук трубки и улыбнулся сам себе, продолжая чтение. Торин прекратил вязать и посмотрел на хоббита исподлобья. — Если хочешь отморозить уши, так и скажи. Зима грядет холодная.       Но Бильбо ничего не ответил, только загадочно улыбался, продолжая скакать зрачками по строкам книги. — Дядя, мне не уснуть, — Грустно пробубнил под нос малыш Фродо, стоя в дверях спальни. Бильбо посмотрел на него и выдохнул дым носом, отложив книжку и с умилением улыбнулся ему. — Я сейчас приду. Почитаю тебе на ночь. Иди. Фродо не ответил ничего, только торопливо пошлепал голыми стопами по коридору. Бильбо посмотрел на Торина, не прекращая улыбаться с очарованием. Он был так доволен своей жизнью сейчас, что словами передать было невозможно. — Ну да, иди. А я один тут посижу, — В шутку заворчал Торин, скрывая улыбку за бородой. — Я и тебе почитаю, но сначала Фродо, — Шуткой отозвался Бэггинс, вставая с постели.