Кусок пластика с дырой

Он не чувствовал ничего. Прошла боль снизу, особенно снизу. Конечности, по ощущениям, отрезали. Удивительно, что без прошлых пробуждений из-за звука, как кости крошатся. Нет счастья и горя. Да и смысл? Если все равно пройдёт очередной цикл. Где его опустят в грязь, вколят нечто, заставляющее голову кружиться и рассудок мутнеть. Где Гофер? Гофер, Гофер, Гофер, Гофер, Гофер, Гофер... Пустоту в черепушке Сандэя разбавляет шепот, переходящий в протяжный стон. Не замечает шевеления губ. Собственных. Искусанных до мяса. Громко. Зачем тут нужен он? Зачем нужен ангел с крыльями, которые только и могли волочиться по грязи из ошибок, пыль собирать? Гофер легко играет. Сменяя ласку, нежность, агрессию... Путая детский рассудок. Не давая привыкнуть к определённому типу течения обстоятельств. Получает кайф как от чистых наркотиков. Даже сильнее. Эти чувства он никак не может сравнить. Они побуждали животную жадность видеть Сандэя таким слабым и жалким. Желание умереть прекрасно. Наблюдать за тонущим еще краше. Подай руку — откусят. Сандэй отвык плакать. Организм и психика настроены. Гофер хороший хозяин, настраивающий струны перед тем, как сыграть мелодию и сжечь инструмент. Идеальная жизнь. Кукольная и пластиковая. Жизнь не сахар и не мед. Токсины в легких и пульс тихий-тихий.