Наследник Сердца Смерти

На следующее утро я проснулся раньше обычного. Не потому что выспался. Просто в Хогвартсе утро само по себе было каким-то особенным - не шумным, не резким, а мягким и величественным. Свет медленно просачивался в комнату сквозь высокие окна, ложился на каменные стены, на пушистый ковёр, на спинку кресла у камина. Казалось, будто сам замок сначала приоткрывает один глаз, потом второй, потягивается всеми своими башнями и только потом начинает жить. Я лежал ещё несколько секунд, глядя в потолок, и пытался понять, чего мне хочется больше: пойти дальше копаться в тайнах этого мира или просто весь день смотреть в окно и делать вид, что это меня не касается. Победило первое. Я сел на кровати.  Томас уже не спал. Он сидел на подоконнике, обвив лапы хвостом, и с видом древнего философа смотрел в окно. - Увидел что-то интересное? - спросил я. - Я оцениваю территорию, - спокойно ответил он у меня в голове. - И думаю, как лучше провести день, пока ты будешь страдать на лекциях. - Я не страдать иду, а наблюдать. - Это ты так думаешь. Я встал, потянулся и подошёл к окну. За ним был ясный день - прохладный, прозрачный, с тонким шотландским солнцем и лёгкой дымкой над озером. - Сегодня начну с первых курсов, - сказал я. - Хочу посмотреть, как здесь вообще учат. Сначала трансфигурация, потом заклинания, потом зелья. Томас повернул голову. - То есть ты решил начать с детей. - Я решил начать с основ. - Звучит скучно. - А ты чем займёшься? Томас спрыгнул с подоконника, легко прошёлся по креслу и сел на его спинку. - Пока ты будешь сидеть на уроках и делать умное лицо, я хочу прогуляться по замку и окрестностям. - Один? - Да. - Томас… - Не начинай. - Просто будь осторожен. - Я кот. - Да, но на вид ты маленький дохлый котенок. Томас мрачно на меня посмотрел.  - И не лезь туда, где может быть опасно. - продолжил я.  - В Хогвартсе это слишком размытая формулировка. Я усмехнулся. - Хорошо, тогда конкретнее. Не ходи в Запретный лес. Томас замолчал на секунду. - То есть ты уже догадался, куда мне хочется? - С тобой иначе нельзя. Он сделал вид, что глубоко оскорблён. - Ладно. Не пойду в лес. По крайней мере, не сразу. - Томас. - Хорошо, хорошо. Буду осторожен. Он уже направился к двери, когда я его окликнул: - Будь осторожен! Он обернулся. - Постараюсь. Но, если я встречу что-то очень интересное, обещать ничего не могу. И выскользнул за дверь. Я покачал головой и заметил на кресле у камина свои джинсы и футболку - небрежно брошенные, слишком обычные, слишком не из этого мира. Они выглядели здесь почти нелепо. Как напоминание о том, что ещё совсем недавно всё было другим. Я подошёл к креслу и машинально сунул руку в карман джинсов. Сначала нащупал маленький защитный амулет, купленный в магазине Уизли. Потом - перо Фоукса, тёплое даже сейчас, будто внутри него жила собственная искра. Амулет я надел на шею. Металл сначала показался прохладным, но быстро нагрелся от кожи и будто улёгся на груди как что-то уже знакомое. Перо феникса я положил на столик. Оно лежало там слишком красиво и живо для обычной вещи. Я дважды щёлкнул пальцами. Бон появился почти мгновенно. - Доброе утро, сэр! - Доброе. Бон, можете постирать вот это? Я кивнул на одежду. - Конечно, сэр. Эльф подхватил джинсы и футболку так бережно, будто я доверил ему королевскую мантию. - Спасибо. - Всегда рад помочь, сэр. И исчез. Я быстро оделся, поправил рубашку, мантию, посмотрел на себя в зеркало и вздохнул. - Ну что, мистер Кеч, - сказал я своему отражению, - пойдём делать вид, что ты понимаешь, как работает магия. *** Первой, в моем графике, была трансфигурация. Я пришёл чуть раньше, и в кабинете уже собирались первокурсники. Они входили шумно, но стоило им увидеть Макгонагалл, как шум мгновенно становился тише. Профессор стояла у доски, как всегда идеально прямая. - Доброе утро, мистер Кеч, - сказала она, заметив меня. - Доброе утро, профессор. - Сегодня вы у нас наблюдатель? - Да, если можно. - Разумеется. Она указала мне на место у стены, и я сел, стараясь не отвлекать детей. - Итак, - начала Макгонагалл, обводя класс взглядом, - трансфигурация не трюк и не цирковой номер. Это точная дисциплина. Любая ошибка здесь имеет последствия. Она подняла спичку. - Сегодня мы продолжаем превращать спичку в иглу. Не в серебристую палочку. Не в что-то остроконечное. В иглу. Тонкую. Ровную. Пригодную для шитья, а не для ковыряния в зубах. По классу пробежал смешок. - Палочки наготове. Первокурсники выпрямились. - Сначала концентрация. Потом формула. Потом движение. Не наоборот. И, пожалуйста, не пытайтесь угрожать предмету. Магия этого не любит. Она коротко взмахнула палочкой, и спичка у неё в руке превратилась в тонкую блестящую иглу. В классе кто-то тихо ахнул. Потом началась работа. Кто-то шептал заклинание слишком быстро. Кто-то слишком тихо. Один мальчик так напряжённо смотрел на свою спичку, будто надеялся превратить её в иглу, силой мысли. У одной девочки спичка стала серебристой, но осталась толстой и кривой. Макгонагалл подошла к ней. - Мисс Уилкинс, вы, безусловно, добились некоторого прогресса. Это уже не дерево. Но это и не игла. Это предмет, которым можно разве что ковырять землю. Девочка покраснела, но кивнула. У другого мальчика вообще ничего не произошло. - Мистер Финч, - сказала Макгонагалл, - если вы будете моргать в тот же момент, когда произносите заклинание, результату будет трудно понять, чего именно вы от него хотите. Класс тихо засмеялся. Удивительно, но даже её строгость была живой. Не злой. Я наблюдал и всё яснее понимал, почему её уважают. Здесь всё было про дисциплину, но без скуки. Про точность, но без сухости.  К концу занятия несколько учеников уже действительно получили иглы. Пусть неровные, пусть слегка кривые, но всё же иглы. Когда дети начали собираться, Макгонагалл подошла ко мне. - Ну что скажете? - Мне нравится, что здесь магия ощущается как наука. - Так и должно быть, - спокойно ответила она. - Иначе из волшебников получаются опасные идиоты. - То есть, как в жизни, только с палочкой. На секунду мне показалось, что в уголках её губ мелькнула почти незаметная улыбка. - Весьма точное замечание, мистер Кеч. *** На заклинаниях у Флитвика всё было иначе. Если кабинет Макгонагалл напоминал мастерскую точности, то здесь царила совсем другая энергия - лёгкая, живая, почти праздничная. Сам профессор стоял за кафедрой на высокой стопке книг, чтобы его было видно всем, и выглядел так, будто сейчас не урок начнётся, а концерт. - Доброе утро! Доброе утро! - бодро пропел он. - А-а, мистер Кеч! Как чудесно! Очень рад вас видеть! Присаживайтесь, наблюдайте, вдохновляйтесь! Первокурсники здесь были оживлённее. Наверное, потому что заклинания казались им более «настоящей» магией. Не точность, не теория, а самое что ни на есть волшебство. На партах лежали перья. Я невольно усмехнулся. - Сегодня, - объявил Флитвик, - мы продолжаем изучать левитацию! Поднять предмет - не значит просто велеть ему взлететь. Вы должны быть уверены, что он хочет подняться. - А если не хочет? - спросил кто-то с задней парты. - Тогда он останется лежать, а вы будете выглядеть глупо, - весело ответил Флитвик. - Так что убеждайте его хорошо! Класс засмеялся. - Палочки наготове. Повторяем заклинание - «Вингардиум Левилса» Я едва сдержал улыбку, вспомнив фрагмент из фильма: «Рон, правильно говорит левиОса, а не левиосА!» Потом начались попытки. Перья дрожали, подпрыгивали, кружились на месте. У одной девочки перо слишком резко взлетело вверх, ударилось о лампу и плавно спланировало в чужие чернила. У другого мальчика оно лишь слегка повернулось, но тот уже выглядел так, будто лично открыл новый раздел магии. Флитвик бегал от парты к парте с искренним восторгом. - Прекрасно! Чуть мягче! Нет-нет, мистер Кларк, это левитация, а не покушение на перо! Он был одновременно смешным и невероятно точным. Радовался каждому успеху, но ошибки замечал мгновенно.  В какой-то момент он обернулся ко мне. - Мистер Кеч! А не покажете ли вы младшим ученикам пример? Я замер. - Боюсь, не смогу, профессор. - Отчего же? - У меня пока нет волшебной палочки. Класс затих. Несколько детей повернулись ко мне. Флитвик удивлённо моргнул, но быстро пришёл в себя. - Ах да, да! Мне говорили. Но, знаете ли, палочка - лишь проводник. Она направляет магию, но не создаёт её. Попробуйте без неё! В классе стало совсем тихо. Я уже понимал, что сейчас произойдёт, но отступать было поздно. - Хорошо, - сказал я. Флитвик радостно положил передо мной перо. - Просто сосредоточьтесь. Представьте движение. Лёгкость. Не бойтесь. Я вытянул руку над пером. Сосредоточился. Ничего. Ещё раз. Ничего. Я попробовал сильнее, отчётливее представить подъём, движение, импульс. Перо лежало на месте с выражением глубочайшего равнодушия. В классе кто-то хихикнул. Я попробовал ещё раз. Ноль. Флитвик мгновенно понял, что ситуация становится неловкой, и тут же спас её. - Ну-ну, ничего страшного! Совсем ничего! Беспалочковая магия - тончайшее искусство, которому многие волшебники учатся годами! И далеко не все достигают в этом успеха. Так что, дети, не думайте, будто это просто! Он обвёл класс взглядом. - Сначала палочка. Потом мастерство. Потом уже подвиги. Напряжение спало. Дети снова зашевелились, урок пошёл дальше, а я тихо выдохнул. - Спасибо, профессор. - Пустяки! - бодро ответил Флитвик. - Неудачи - это тоже полезно! Особенно если они происходят не с вами. Класс снова засмеялся, и стало легче. Но внутри неприятно кольнуло. Я снова убедился, что здесь чужой. Без палочки. Без магии. Без ясного понимания. *** На зельеварении у Слагхорна всё пахло так, будто в подземельях одновременно варили лекарства, яды и что-то съедобное. Кабинет был тёмнее остальных. Камень, полки с банками, стеклянные колбы, сушёные травы, подвешенные под потолком, и котлы - много котлов, которые уже сами по себе казались частью какого-то древнего ритуала. - А-а! Мистер Кеч! - радостно расплылся в улыбке Слагхорн. - Как чудесно! Сегодня у нас простейшее успокаивающее зелье. Основа основ! Без него зельеварение вообще не имеет смысла! Он хлопнул в ладоши. - Итак, юные волшебники! Зельеварение - не кулинария, хотя некоторые из вас с завидным упорством пытаются превратить его именно в неё. Это точность. Последовательность. Ритм. И, разумеется, магическое взаимодействие ингредиентов. Он поднял пучок сухой травы. - Ошибка в порядке - и вместо успокоения получите слабительное. А это уже совсем другая дисциплина. Класс захихикал. Я стоял чуть в стороне, наблюдая, как дети режут, добавляют, помешивают, бормочут указания себе под нос. Слагхорн обернулся ко мне. - А может, мистер Кеч тоже попробует? Для сравнения систем, так сказать? Отказываться было бы странно. - Хорошо. Он подвёл меня к свободному котлу. - Вот ингредиенты. Самое простое. Даже первокурсники справляются. «Отлично», - подумал я. - «Значит, я сейчас проиграю детям второй раз за день». Я начал работать. Нарезал, добавил, помешал. Всё по инструкции. Последовательно. Аккуратно.  У соседнего ученика зелье постепенно посветлело и начало выпускать тонкий голубоватый пар. У меня в котле плескалась какая-то мутная серо-зелёная жижа без малейшего желания становиться успокаивающим зельем. Слагхорн подошёл, заглянул внутрь и издал задумчивое: - Хм. Это «хм» было хуже любого комментария. - Что-то не так? - спросил я. - Ингредиенты верны. Последовательность тоже, - сказал он. - Но реакции нет. Я посмотрел в котёл. - Выглядит как суп, который обидели. Слагхорн громко рассмеялся. - Прекрасно сказано! Да, именно так он и выглядит. Он похлопал меня по плечу. - Не переживайте, мистер Кеч. Ваш талант, полагаю, в другом. Хотелось бы знать, в чём именно. Когда урок закончился, я вышел из подземелий с очень ясной мыслью: магия здесь вшита во всё. Даже туда, где, казалось бы, должны работать просто руки и голова. *** После обеда я направился в библиотеку. Взял самую простую книгу по начальной магии - почти детскую, с крупными рисунками, пояснениями и упражнениями. Мне не было стыдно начинать с азов, потому что гордость уже и так получила по голове два раза за день. С книгой под мышкой я вышел на улицу. Хотелось уединения. Я шёл вдоль стены замка, пока не наткнулся на маленький дворик, спрятанный между двумя выступами старого камня. Это было удивительное место - будто замок сам приберёг его для тех, кто устал от людей. Низкая каменная скамья. Тонкая дорожка из светлого гравия. Старая яблоня, под которой уже лежали первые жёлтые листья. Плющ, карабкающийся по стенам. Тёплое пятно солнца на траве. Тишина, не мёртвая, а спокойная. Я сел, раскрыл книгу и начал читать. «Основы управления магическим импульсом…» «Связь намерения и проводника…» «Формирование внутреннего магического вектора…» Звучало почти обнадёживающе. Я попробовал. Сосредоточился. Вытянул руку. Ничего. Ещё раз. Ничего. Я поменял позу, заново перечитал инструкцию, попробовал представить не абстрактную магию, а конкретное действие. Опять ничего. Я уже собирался закрыть книгу, когда услышал позади шаги. Спокойные. Уверенные. Я обернулся. Во дворик вошли слизеринцы. Во главе - Малфой. Светлые волосы, аккуратная мантия, идеально выверенные движения. Он выглядел так, будто даже случайные прогулки у него происходят по заранее продуманному сценарию. Он остановился в нескольких шагах от меня. - Мистер Кеч, верно? - спросил он спокойно. Я кивнул. - Да. Артур. - Драко Малфой. - Рад знакомству. Малфой чуть склонил голову, будто отмечая, что я держусь достойно. - Я хотел познакомиться, - сказал он. - Не каждый день в Хогвартсе появляются родственники директора. Он произнёс это вежливо, но в голосе всё равно проскальзывала едва заметная нота интереса - не дружелюбного, скорее… изучающего. - Понимаю, - ответил я. - Я, честно говоря, сам ещё привыкаю ко всему. - Это заметно, - сказал он без грубости, но с лёгкой тенью усмешки. Я усмехнулся в ответ. - Надеюсь, не слишком критично. - Пока - нет. Короткая пауза. Он скользнул взглядом по книге в моих руках, но пока ничего не сказал. - Вчера я видел вас за ужином, - продолжил Малфой. - Возможно. - За столом Гриффиндора. Вот теперь в голосе появилась холодная нотка. - Да. Он чуть прищурился. - Любопытный выбор компании. Я пожал плечами. - Они меня пригласили. Я не видел причин отказываться. - Разумеется, - сказал он. - Просто… у них довольно своеобразное общество. - В каком смысле? - Уизли, - произнёс он, будто это уже всё объясняло. - Поттер со своими… особенностями. И Грейнджер, которая считает, что знает ответы на все вопросы мира. Я спокойно посмотрел на него. - Зато с ними можно нормально разговаривать. Один из слизеринцев за его спиной едва заметно хмыкнул. Малфой чуть повернул голову, и тот сразу замолчал. - Интересная точка зрения, - сказал он. - Обычно люди стараются держаться… более подходящей компании. - Возможно, - ответил я. - Но я пока только осматриваюсь. Не хочу делать выводы слишком быстро. - Это разумно, - кивнул Малфой. - В Хогвартсе важно правильно выбрать, с кем ты общаешься. - Думаю, это везде важно. Он на секунду задержал на мне взгляд. И только после этого снова посмотрел на книгу в моих руках. Теперь уже внимательнее. Задержался. И улыбнулся. - Начальные основы магии? Я посмотрел на обложку, потом на него. - Да. Он сделал шаг ближе. - Для детей.  Его спутники за спиной уже начали переглядываться. - Решил начать с базы, - спокойно ответил я. - Впечатляет, - сказал Малфой. - Родственник самого могущественного волшебника… и учебник для детей. Вот теперь в его голосе отчётливо прозвучала насмешка. Я чуть склонил голову. - Зато я узнал много интересного. Тебе тоже советую почитать, для общего развития.  Один из слизеринцев тихо усмехнулся. Малфой резко перевёл на него взгляд - и тот мгновенно затих. - Признаться, я ожидал от вас… большего. - А я от тебя - меньшего количества комментариев по поводу чужих книг. Вот теперь пауза стала плотной. Малфой выпрямился. Вежливость начала исчезать. - Вам стоит быть осторожнее, мистер Кеч. - Я стараюсь, - ответил я. - Но не всегда получается молчать, когда кто-то начинает умничать без повода. Его глаза чуть сузились. - Вы довольно быстро осваиваетесь. - А ты довольно быстро переходишь от знакомства к оценкам. Я закрыл книгу. - Думаю, на этом можно закончить. Я сделал шаг мимо него. И именно в этот момент всё сорвалось. И именно это, кажется, задело его сильнее всего. - С ним лучше сразу всё объяснить, - сказал Малфой тихо. Я успел сделать полшага. И тут амулет на груди завибрировал. Сначала слабо. Потом резко, отчётливо. Время словно запнулось. На мгновение всё стало медленнее - движение руки Малфоя, взмах палочки, свист воздуха. Я начал поворачиваться. Слишком поздно. Заклинание ударило меня прямо в грудь. Мир взорвался белой вспышкой, и меня с такой силой отбросило назад, что я не успел ни вдохнуть, ни вскрикнуть. Спина с глухим, жутким хрустом ударилась о каменную стену. Боль прошила всё тело. Я съехал вниз, на секунду потеряв воздух. Слизеринцы рассмеялись. Малфой опустил палочку. - В следующий раз, - сказал он, глядя на меня сверху вниз, - не дерзи тем, с кем тебе лучше не связываться. Он развернулся. - Пойдёмте. На сегодня с него достаточно. Они ушли, продолжая переговариваться и смеяться, а я остался сидеть у стены, пытаясь понять, что во мне болит сильнее всего. Спина ныла так, что даже дышать было неприятно. Я медленно поднялся. - Вот урод… Амулет на груди успокоился, будто и не он только что предупреждал об опасности. - Спасибо, конечно, - пробормотал я, касаясь кулона. - Но можно было и пораньше. Я сделал осторожный вдох. Где-то в спине снова нехорошо отозвалось. Отлично. Пришлось идти в больничное крыло. *** Мадам Помфри, увидев меня, поджала губы так, будто человечество снова не оправдало её ожиданий. - Что на этот раз? - Стена победила, - честно ответил я. - Прекрасно. Ложитесь. Я лёг на койку. Она провела палочкой над моей спиной, и тёплое покалывание быстро разлилось по телу. Боль начала уходить. - Перелома нет, - сказала она. - Но ушиб вы заработали знатный. Постарайтесь хотя бы сутки не врезаться в архитектуру. - Постараюсь. - И не ввязываться в драки. - Я старался не ввязываться. Меня втянули. - Это, как правило, и есть начало любой школьной истории. Я хмыкнул и, пока она убирала флаконы, подошёл к окну. Из больничного крыла открывался отличный вид. Вдалеке виднелось квиддичное поле. Над ним уже летали фигуры на мётлах - быстрые, резкие, почти нереальные. Я невольно замер. - Что, уже тянет? - спросила Помфри, заметив мой взгляд. - Просто интересно. - Интерес в Хогвартсе редко заканчивается спокойно. Но я уже почти не слушал. Как только она отпустила меня, я направился к полю. *** На квиддичном поле шёл отбор в гриффиндорскую команду.  Трибуны, кольца, трава - всё выглядело так, будто я снова оказался внутри кадра из фильма, только теперь ветер был настоящий, крики настоящие и мётлы тоже. Гарри заметил меня первым. - О, Артур! - крикнул он. - Пришёл в команду записываться? - Пока только смотреть, - посмеялся я. Рон, уже с метлой в руке, усмехнулся: - Жаль. Нам бы пригодился хоть кто-то, кто умеет красиво падать. - Я уже сегодня тренировался, - сказал я. Гермиона, стоявшая рядом, оглядела меня внимательнее. - Ты в порядке? - Да. Просто неудачно познакомился со стеной. - Споткнулся? - спросил Гарри. - Приобрел новые знакомства. - ответил я. - В лице предводителя конкурирующего с вашим факультета.  - Малфой? - спросили они синхронно. - Он самый.  - Что он хотел? - с волнением спросила Гермиона.  - Познакомиться. - ответил я. - Но друзьями мы не стали. Надо не нарываться, пока у меня нет волшебной палочки. - А где она? - спросил Рон.  - Честно, не знаю. Видимо потерял ее, когда падал с потолка вашего большого зала.  - Как ты вообще попал к нам? - спросила Гермиона. - Ведь трансгрессия в Хогвартсе, доступна только директору.  - Давайте я вам потом расскажу. У вас как никак тренировка. Не стоит отвлекаться.  Все согласились. И Гарри сразу перевел тему, кивнув на мётлы. - Давай, попробуй. Вдруг ты прирождённый охотник. - Я пока только прирождённый зритель, - ответил я. Они засмеялись, и от этого стало легче. Я поднялся на трибуны и стал наблюдать. Кто-то взлетал слишком резко. Кто-то неуверенно. Кто-то, наоборот, сразу держался в воздухе так, будто родился на метле. И меня это действительно завораживало. Не как зрелище. Как возможность. Когда смотришь со стороны, кажется, будто это невозможно. Но, если кто-то умеет - значит, теоретически можно научиться. И я вдруг поймал себя на мысли: «Когда-нибудь тоже попробую». *** К вечеру я быстро поужинал и вернулся в комнату. За окном уже сгущались сумерки, комната наполнялась мягким полумраком, огонь в камине отбрасывал золотистые отблески на стены. Томас уже был там. Он сидел на кресле и смотрел на перо феникса, лежавшее на столике. Не просто смотрел. Почти не моргал. - Ну и где тебя носило? - спросил я. Он не сразу оторвался от пера. - Я гулял. - Это я понял. Он повернул голову. - Видел пару интересных коридоров. Один портрет, который храпит громче человека. Доспехи, которые явно думают, что они живые. И чуть не пошёл в Запретный лес. - Томас. - Я не пошёл, - спокойно сказал он. - Один побоялся. Я сел в кресло напротив. - Хоть в чём-то ты разумен. - Не привыкай. Он снова перевёл взгляд на перо. - Оно очень интересное. - Перо? - Оно будто… зовёт. Манит. Хочется рассмотреть ближе. Я насторожился. - Томас, не надо. - Да я просто посмотрю. Он спрыгнул с кресла, запрыгнул на столик и осторожно коснулся пера лапой. И в тот же миг всё изменилось. Перо вспыхнуло. Не огнём - светом. Ярким, золотисто-алым, живым. Оно не сгорело, не рассыпалось, а будто растворилось в воздухе, превратившись в тонкую струю света, которая втянулась прямо в Томаса. - Какого… - выдохнул я. Томас отдёрнул лапу, выгнул спину и замер. Воздух в комнате дрогнул. Шерсть на его теле вспыхнула не пламенем, а цветом - сначала медным, потом алым, потом золотым, будто внутри него разжёгся солнечный огонь. Контуры его тела дрогнули, вытянулись, размылись. Я поднялся с кресла так резко, что чуть не опрокинул столик. - Томас?! Он будто светился изнутри. Маленькое кошачье тело начало меняться - быстро, красиво и пугающе. Лапы вытянулись, спина распрямилась, хвост исчез в потоке света, а вместо него вспыхнул длинный огненный шлейф. Из плеч словно вырвались крылья - огромные, пылающие, золотисто-красные. Перья рождались прямо из света, слой за слоем, одно ярче другого. Через несколько секунд на столике уже сидел не кот. Феникс. Настоящий. Яркий, огненный, величественный. Он распахнул крылья, и комната будто наполнилась жарким сиянием. На стенах заплясали золотые отблески. Воздух дрогнул от движения перьев. Феникс - Томас уставился на меня глазами, в которых всё ещё была та же кошачья наглость, только теперь она выглядела древней и почти священной. - Артур… - прозвучал его голос у меня в голове. - Я… я не понимаю, что происходит! - Это, кажется, очень мягко сказано! Он дёрнулся, взмахнул крыльями - и тут же снёс со столика книгу, подсвечник и вазу, которая с грохотом разбилась об пол. - Ой. - Ой?! - Я слишком большой! Он снова взмахнул крыльями, уже в полном восторге, и по комнате пронёсся ветер, поднимая бумаги, плед с кресла и пепел у камина. - Артур! - его голос теперь был не испуганным, а почти счастливым. - Ты это видишь?! - Сложно не заметить! Феникс повернул голову, рассматривая собственное крыло. - Я прекрасен. - Невероятно скромно. - Нет, правда. Я прекрасен. Он снова расправил крылья, и на этот раз несколько огненных искр сорвались с его перьев и медленно потухли в воздухе. Я стоял, не зная, смеяться мне или звать на помощь. Томас был в таком же шоке, как и я. Но, в отличие от меня, его шок явно быстро превращался в восторг. - Открой окно, - сказал он. - Нет. - Артур. - Нет. - Я хочу полетать. - Ты только что разнёс половину комнаты! - Это не аргумент. Это побочный эффект открытия. - Томас, ты сейчас феникс! - Вот именно! Он подпрыгнул на столике, едва не сбросив ещё что-то на пол. - Пожалуйста. - Нет. - Пожалуйста. - А если кто-то увидит.  - Никто не увидит.  - Тебя сложно не заметить.  - Пожалуйста! Я закрыл лицо рукой. - Ты невозможен. - Я великолепен. - Это не одно и то же. - Открой окно. Я посмотрел на него. На огромную огненную птицу с кошачьим характером. И понял, что если не открою - он всё равно меня достанет. - Хорошо. Но один круг. Один. - Артур, я люблю тебя. - Не начинай. Я подошёл к окну и распахнул створки. Холодный вечерний воздух ворвался в комнату. Томас издал звук, который был чем-то между мурчанием и торжествующим криком, сорвался со столика и вылетел наружу. Это было красиво до невозможности. Он не просто летел - он вспыхнул в воздухе, описав золотисто-алую дугу вокруг башни. Огненные перья ловили последние остатки вечернего света, и на секунду мне показалось, что вокруг замка пронеслась живая комета. Он сделал круг, потом ещё один - уже ниже, почти касаясь воздуха над башнями, — и наконец влетел обратно в комнату, резко затормозив у окна. - Это. Было. Невероятно! - заорал он у меня в голове. - Верю. Он опустился на спинку кресла и тяжело дышал, всё ещё сияя. - Так, - сказал я. - А теперь главный вопрос. Ты можешь обратно стать котом? Он замолчал. - Не знаю. - Прекрасно. Феникс нахмурился. Если бы птицы могли выглядеть оскорблённо, он сейчас именно так и выглядел. - Подожди. Он зажмурился. Ничего не произошло. Ещё раз. Опять ничего. Третий раз - и я уже начал думать, что мне теперь жить с фениксом, который спит на кровати и сбрасывает вещи со шкафов. Но потом свет вокруг него дрогнул. Перья вспыхнули и словно начали таять в воздухе. Крылья уменьшились, тело сжалось, огненный хвост свернулся в рыжую кошачью линию - и через несколько секунд на кресле снова сидел Томас. Обычный кот. Если, конечно, слово «обычный» к нему хоть когда-то применялось. Он моргнул. - Получилось. - Получилось, - повторил я. - Я гений. Я подошёл ближе. - А снова в феникса можешь? Томас сел ровнее. - Сейчас попробую. Он сосредоточился. На этот раз всё произошло быстрее. Свет вспыхнул почти сразу, и через мгновение на кресле снова сидел феникс - яркий, огненный, сияющий. - Могу, - с очевидным удовольствием сообщил он. Ещё через несколько секунд он опять стал котом. Мы молчали. Потом я сел в кресло напротив. - Значит, - сказал я медленно, - ты впитал в себя частичку волшебного существа. - И теперь могу в него превращаться. - Похоже на то. - Это очень круто. Я посмотрел на него. - Зато теперь мы хотя бы знаем, что искать в библиотеке. Томас довольно облизнулся. - Да. Не «странный кот». А что-то, связанное с впитыванием магической сущности или с превращением в магических существ. - И с фениксами. - И с тем, почему мне это так подошло. Я кивнул. Комната всё ещё хранила следы катастрофы: разбитая ваза, сброшенные книги, перевернутый стол. Но мне было всё равно. Потому что сегодня тайна Томаса не просто сдвинулась с места. Она вспыхнула. - Только одно условие, - сказал я. - Какое? - Никаких фениксов при посторонних. Томас задумался. - А если очень захочется? - Нет. - Жестокий ты человек, Артур. - А ты слишком опасный кот. - Феникс, — важно поправил он. - Пока кот. Он довольно свернулся клубком. Я посмотрел на него и покачал головой. Хогвартс уже и так был безумен. Но, кажется, именно теперь всё начиналось по-настоящему.