Выжившие

Тяжелый гул механизмов отозвался вибрацией в костях. Массивная герметичная плита медленно отползла в сторону, и в душный полумрак убежища ворвался первый глоток холодного воздуха. Зверь поморщился, заслоняясь от бледных лучей, которые резали глаза после долгого сна.

Гондар попытался встать, но тут же ударился затылком о низкий свод. Железный куб, в котором он очнулся, был катастрофически мал — здесь можно было только сидеть или привстать, пригнув голову. Стены пахли сыростью и ржавчиной, а тревога уже начала сжимать горло. Гондар не медлил. Он вышел через узкую щель, что недавно открыл механизм. Когда он вылез, его лицо засыпало лучами, что прорезались сквозь железные и каменные бетоны, покрытые листвой. Оказавшись на свободе, он замер. Вокруг возвышались скелеты зданий, прошитые арматурой и облепленные жирным, влажным мхом. Природа здесь не просто росла — она заживо поедала бетон. — Где я? — сорвалось с губ едва слышным хрипом. Взгляд зацепился за странные детали: сверху торчали железные и длинные штыри, словно вколоченные кем-то специально. А на самом потолке перед ними были три белые яркие полоски. Внезапно тишину руин разрезал странный звук. Сначала Гондар подумал, что источник где-то поблизости, но когда оглушительный гул усилился, он с ужасом осознал: резонанс вибрирует прямо внутри его черепа. Гул начал меняться, переходя в прерывистый статический треск, напоминающий разряды тока или скрежет радиопомех прямо в мозгу. И в этот момент запястья прошила резкая щекотка. Гондар резко опустил взгляд. На обеих руках пульсировали неизвестные символы: круг, внутри которого был заключен крест. ⨂ Знаки светились холодным, потусторонним светом, отражаясь в расширенных зрачках охотника, а затем медленно угасли, становясь безжизненно-серыми. «Что это за метки? — Гондар осторожно коснулся левой кисти. —Проклятие?» Неизвестность пугала. Естественные звуки природы заставляли Гондара реагировать на уровне чистых рефлексов: уши дергались на каждый шорох листвы под ногами, нос подрагивал, пытаясь вычленить запах угрозы среди руин, а хвост нервно бил по пояснице. Он дышал тяжело и рвано, медленно осознавая пугающую истину: он здесь совершенно один. Кот обернулся и бросил взгляд на убежище. Прямо над темным проемом мигал призрачный белый символ — незаконченный прямоугольник, напоминающий домик с распахнутой дверью. Нахмурившись, кот осторожно приблизился и снова заглянул внутрь металического куба. В ту же секунду метки на обеих руках начали беззвучно мигать тревожным красным светом. — Что за?.. Гондар испугался. Под основным знаком на левом предплечье начали один за другим проступать маленькие красные круги. Они пульсировали. Страх перед непонятной механикой чужого мира начал медленно сводить его с ума. Он резко отпрянул и выскочил из убежища. Стоило ему оказаться на открытом пространстве, как красное мигание прекратилось. — Я не понимаю… Что мне делать? — в отчаянии произнес он, переводя свое внимание с символов на ржавые стальные штыри, уходящие ввысь. — Что ж, раз я здесь, выбора, похоже, нет — придется изучать местность. Может… тут есть еще кто-то живой… Гондар замер перед стальным штырем, прикидывая расстояние. Прыжка не хватит — слишком высоко. Он выругался сквозь зубы и огляделся в поисках хоть чего-то полезного, но вокруг были лишь глухие стены и ржавый, бесполезный хлам, вросший в бетон. — Возможно… получится оттолкнуться от стены… Самый дальний штырь торчал достаточно близко к стене. Гондар взял разбег, рванул вверх по вертикали и, оттолкнувшись от холодного бетона, в отчаянном прыжке вытянул руку. Пальцы впились в холодную ржавчину штыря, ладони обожгло неприятным холодом, но хватка охотника не подвела. Кое-как подтянувшись, он втиснулся в лаз, над которым тускло мигали три полоски. Гондар высунул голову и часто заморгал, привыкая к смене обстановки. Здесь было светлее, хотя тени в углах всё еще оставались густыми и непроглядными. В центре стены дрожало пятно солнечного света, в котором роились крохотные букашки, переливаясь в лучах прозрачными крылышками. Путь преграждали две ржавые бочки: одна поменьше, другая — за ней — покрупнее. В потолке перед ними снова виднелись штыри и знакомый символ трех полос, но туда было не добраться. Слишком высоко. Гондар легко перемахнул через первую бочку, а вот вторая оказалась препятствием посерьезнее. Допрыгнуть до верха не получалось, но, пригнувшись, он заметил под ней узкий проход. Протиснувшись в него, он оказался в тупике. — Отлично. И куда дальше? — Он задрал голову, выискивая путь, и вдруг заметил шест, который уходил в темный угол и почти сливался с ним. Вертикальная опора соединяла пол и потолок. — Да тут хрен заметишь, если не знать... Он уже потянулся к шесту, как вдруг из щели в полу выпорхнуло нечто. Серое, крылатое, хаотичное. В глазах Гондара вспыхнул азарт. Желудок отозвался резким, требовательным урчанием. Голод — паршивый напарник, но отличный мотиватор. Он мгновенно перехватил существо и принялся его рассматривать. Добыча отчаянно махала крыльями, пытаясь вырваться из когтей. — Что это еще за мошка? — прошипел он, разглядывая черное безногое и безрукое тельце с белыми точками глаз. Размером «мошка» была чуть больше ладони. На насекомое это походило мало, скорее на какую-то странную летучую мышь. Впрочем, раздумья сытости не прибавят. Гондар съел её за три укуса, невольно замурчав от удовольствия — вкус оказался на удивление приятным. И тут же на руке проявились символы. Они не мигали, а горели ровным белым светом. На левой руке возникли пустые кружочки, и один из них тут же закрасился белым.

Охотника словно осенило. «Неужели?.. Это шкала еды?» Он присмотрелся: четыре круга и черточка, отделяющая последние три деления.

Всего семь ячеек.

◉○○○|○○○

Вникать в механику этого мира было сложно, и Гондар не стал зацикливаться. Он глянул на щель, из которой вылетела мошка, и заметил там узкий лаз. Знакомые три полоски светились впереди. — Похоже, она прилетела оттуда. Посмотрим, что там еще есть. Нырнув в узкую щель, Гондар гибкой змейкой проскользнул через извилистый лаз и оказался в новом пространстве. Когда он высунул голову наружу, глаза непроизвольно расширились: перед ним раскинулся огромный зал, зажатый между такими же циклопическими металлическими стенами, изъеденными ржавчиной. В воздухе, подсвеченном пыльным маревом, летали мошки. Забыв об осторожности, кот отдался инстинкту — он прыгал, вскидывал лапы и хватал добычу прямо в полете, ощущая, как внутри просыпается азарт мелкого хищника. — Мне нужно четыре ячейки? — пробормотал он, разглядывая руку и сжимая в пальцах трепещущее тельце мошки. — Заполню-ка я всё. Вскоре голод утих, сменившись тяжелой сытостью. Гондар уселся на холодный металл пола. Мыши всё еще кружили над головой, но теперь они вызывали лишь ленивый интерес. Круги заполнены.

◉◉◉◉|◉◉◉

— Простите, что сожрал ваших друзей, — бросил он мошкам с довольной ухмылкой, будто всерьез полагал, что эти существа могут его понять. Тяжесть в желудке успокаивала мысли — теперь можно было сосредоточиться на главном: изучении этого странного места и поиске живых душ. Гондар выполз обратно и вернулся к тому же тупику, где был шест. Вцепившись в него он спокойно поднялся вверх, там его встречали символы три вертикальные полоски. Значит туда можно пролезть. Это он запомнил. Проскользнув в отверстие, он замер в глубочайшем шоке. Он больше не был заперт в тесных стенах. Перед ним открылась картина, подавляющая своим масштабом: в серое, тяжелое небо уходили исполинские железные трубы. Гондар стоял в самом центре этой пустоты, зажатый между металлическими титанами, расстояние между которыми измерялось лишь несколькими его размашистыми шагами. Стены по бокам высотой в пять метров соединяли эти опоры, а выше тянулись всё новые и новые ярусы. На ржавых трубах виднелись знакомые символы, а между ними, словно паутина, висели тяжелые стальные штыри и массивные серые цепи, удерживающие громадные металлические блоки. Некоторые блоки свисали так низко, что касались земли, другие — раскачивались на головокружительной высоте. Гондар почувствовал себя ничтожной букашкой, затерянной в чьем-то забытом и мертвом механизме. Но он заставил себя двигаться. Ковыряясь в груде мусора под ногами, он вытащил черную железную пику с острым, зазубренным концом. — Пригодится, — кот сжал копье и направился к ближайшей трубе. Внезапно три полоски в самом низу передней трубы вспыхнули резким, неоново-зеленым светом. Гондар мгновенно припал к земле, вскинув копье. Из лаза показалась массивная голова, а следом — длинное тело в чешуе. Это была ящерица: угольно-черная шкура контрастировала с ядовито-зеленой пастью. Тварь издала пронзительное писклявое рычание, от которого заложило уши. Когда монстр, вдвое превосходящий его размером, рванулся в атаку, Гондар в ужасе бросился назад. Он мигом нырнул в проем и мертвой хваткой вцепился в шест, скатываясь вниз. Ржавчина нещадно раздирала ладони, в кровь стирая кожу. Остановившись лишь в самом низу, он замер, вслушиваясь в тишину. Погони не было. — Где она?.. Что это, блять, было?! Ящерица?! — прохрипел он, глядя на окровавленные руки и чувствуя, как его бьет мелкая дрожь.