Слухи

      Просто возмутительно, как он всё перекаверкал! Это же надо, как глупо. Василиса остервенело снимала с себя одежду, думая обо всей этой ситуации. Волосы были заплетены так крепко, что она начала раздражаться, расплетая их. Макияж, который ей нанесли, эксперементируя, еле смывался. Как же тупо. Как же она зла. В душе девушка также резко смывала с себя весь этот день. Удивительно, сколько энергии у неё появилось, после данного разговора. В итоге она теперь и должна? Каждый раз вспоминая и прокручивая его слова, Василиса закатывала глаза.       И чего ему в голову пришло? Понравилась? Ха. Нет уж, ей не нужны тут недомутки непонятно с кем. Да, он был ей приятен, даже после всего того, что случилось. Да, он симпатичный. Да, нравится ей. Но кто знает, может как обычно? Понравился парень, ты мнёшься недельку, а потом оказалось, что это овуляция. Уж простите за подробности. И всё проходит. До семнадцатого мая три недели. Она очень сомневается, что после этой прогулки, он не кинет её. Так что, потерпеть один вечер и он отстанет. Да, так и надо! И Денису тоже не надо об этом ничего знать. А то опять начнутся разборки. Или ещё, о ужас! Он решит, что это прекрасный повод для хайпа. Не надо нам такого добра.       На следующей день она сидела в чужом номере и смотрела, как мужчина в буквальном смысле бегает по номеру и что-то ищет. Полина, сидящая на диване рядом с ней, с таким же скептисом смотрела на своего парня. Блондинка с самого утра выглядела как при параде, а вот Василиса была как гопник с бодуна. Денис одобряюще присоединился к Томми, ища что-то в чужих вещах.       — Может не надо? — девушка чувствовала себя чуть-чуть некомфортно. Полина на нее взглянула и в своей манере покачала головой. Это явно значило, что, если он что-то придумал, твоего мнения особо не спрашивают.       Томми не сказать, что придумал, но решил, что им необходимо снять тренд «Я хотя бы не». На бумаге ему видите ли пишется лучше. Им конечно же надо поделиться какими-то забавными фактами, потому что знакомы они также от силы неделю. Ну и конечно, перевести это на английский для более широкой аудитории.       Уже спустя каких-то два часа они снимали видео. Томми было уже слишком смешно. Как-то он не ожидал, что девушка попадала в такие ситуации. Хотя, по ней видно.       — Я хотя бы не разбивал три штатива с пробирками, из-за чего потом был дежурным весь семестр, — со смехом говорил Томми. Ничего смешного, на самом деле.       На первом курсе ко всему прочему добавилась химия и лабораторные по ней. Девушка, которая была дежурной в тот момент, решила сократить время и взяла три штатива сразу. Грохот был знатный. При чём на глазах у всех, как одногруппников, так и лаборантов с преподавателями. После ей и вправду вручили почётное звание дежурного на весь семестр.       — Я хотя бы не снимаю аморальные клипы к песням, — закатила глаза девушка.       — Ты вообще их не снимаешь, — и то правда, но и в её словах не было лжи. Она слегка ухмыльнулась, думая о чём-то другом, — Мне хотя бы не пришлось бегать, за физиком, чтобы он поставил тройку автоматически.       — Да там чуть ли не драка за баллы была. Мне вообще можно ставить пятёрку за то, что появляюсь на каждой его паре! — драки конечно не было, но тем не менее, борьба была. Между ним и ей, — Меня хотя бы не исключили из школы.       — Я хотя бы не падал на мужчин в автобусах, — хохотнул Томми. Это история его почему-то сильнее всего позабавила. Нет, серьёзно, водители водят так, будто их преследует ФСБ и надо срочно уезжать, петляя между другими. Её так шатало, что никакие поручни не помогли. Уселась прямо на колени какому-то мужчине. Охринели они тогда оба.       В какой-то момент они начали легче перебрасываться смешным фактами, сильнее раскрывая истории. Василисе как будто только это и требовалась и она уже во всю хохотала с чего-то глупого и абсурдного от Томми. Языковой барьер был пробит и она не стесняясь начала формулировать предложения на английском. А в школе ей тройки за него ставили.       Где-то в уголке с восторгом стоял Денис, который наконец-то увидел живого человека, а не что-то вечно зажатое. Полина улыбалась, смотря на эту картину. Ей почему-то казалось, что девчонка просто строит из себя непонятно что. Что-то вроде Царевны Несмеяны. Но сейчас понимала, что это действительно сила характера. И даже мило, что с Томми ей стало в меру комфортно.

***

      Видео с девчонкой, которая хохотала как-то слишком громко, набрало слишком много просмотров. Аланас кинул это видео в избранное, после того, как пересмотрел несколько раз. И ведь потом ещё раз пересмотрит. Значит, физик. Химик? На кого она учится? Это он узнает сегодня. И возьмёт номер телефона. И соцсети. Ему надо просто, вы не поймёте.       Он уже стоял на четвёртом этаже, около номера четыреста тридцать два. За дверью послышался странный грохот, он невольно вздрогнул. Аланас теребил кольца на своих пальцах. И чего он нервничает так? Друзьям не сказал, куда пойдёт, но вопросы точно будут. Сказала ли она своим о нём?       Василиса стояла перед ним. Волосы, кудрявые после косичек, собраны в хвост, на плечах всё та же адидаска, а на лице лёгкая улыбка. Ничего себе, вот может, когда хочет.       Гулять было странно. Неловко в какой-то степени. Разговор шёл аккуратно, изучающе.       — На кого ты учишься? — всё же задал он вопрос. Девушка взглянула с настороженностью. Слегка прищурилась, думая о чём-то своём.       — На физика, — всё же спокойно ответила. Ответ его удивил. Нет, он не был сексистом, но просто, удивительно как-то. Сам он вращается в среде музыкантов и в общем творческих людей, наверное из-за этого непривычно.       — У вас так принято? Совмещать разные направления? — усмехнулся Аланас. Шутка вышла немного неудачной, или же она просто не поняла. Девушка нахмурилась и чуть-чуть призадумалась.       — Ну я помню парочку. Пирокинезис, Дима Масленников…       — Я пошутил.       Прогулка продолжалась ещё какое-то время. Под конец он уже видел, что она устала и решил не мучать своим обществом. Аланас проводил девушку до её номера и пришло время прощаться. И что сейчас делать? Обнять на прощание?       — Не против ещё раз как-нибудь прогуляться? — поинтересовался он. Девушка в этот момент как будто впала в ступор и удивлённо посмотрела на него.       — Ещё раз? — её эмоции немного заставили его сомневаться в своих. А чего она так удивляется?       — Ну да, — пожал плечами. Она чуть-чуть наклонила голову в бок и о чём-то думала. Благо, это длилось каких-то пару секунд и затем Василиса кивнула.       — Я вроде в четверг более-менее свободна, — девушка полезла в телефон, сверяясь со своим графиком.       — Номерочек свой дашь? Спишемся чуть позже, — и вот она вновь подзависла, с каким-то сомнением смотря на него. Позже девушка всё же написала свой номер телефона и они даже успели обменяться инстаграммами.       Позже, сидя на балконе и куря сигарету, Аланас разглядывал её профиль. Там были фотки начиная где-то с дветысячи двадцатого, совсем ещё мелкая. Он не мог найти её, потому что она и не была подписана как «Вавиви». Судя по всему нигде. Было забавное «Васенька», которое сопровождалось разными прдчёркиваниями и завитушками. С тем же успехом он смог найти её и в других соцсетях. Интересная, конечно.

***

      Девушка была безумно смущена. Конечно, приятно, когда на тебя обращают внимание, но с другой стороны было ощущение, что это ни к чему хорошему не приведёт.       Она делала водные процедуры перед сном и не замечала, как глупо улыбается зеркалу. Всё же, приятно, что он ещё раз её куда-то пригласил. Аланас был приятным парнем, с которым приятно проводить время. Он один из тех людей, когда всё говорится само. Не нужно придумывать отдельную тему для разговора, диалог идёт сам. И на самом деле, это чувство невероятное. Даже пауза в разговоре не ощущалось неловко и можно было с комфортом провести время вместе.       Честно, она надеялась, что у него такие же эмоции от прогулки. Лично Василиса даже не ожидала, что всё пройдёт настолько хорошо.       Продолжалось это всё на протяжении двух недель. Завтра первый полуфинал. Внутри поселилось что-то тёплое и нужное. У неё вдруг появился какой-то смысл во всём этом мероприятии. Они продолжали встречаться, не говоря никому. Хотя, возможно ребята знали обо всём этом, но на неё никто не бросал косых взглядов. Это говорило о многом.       В груди лишь тепло и осознание, что просыпается приятная симпатия. И она понимала, что она явно взаимная. Ежели нет, то Аланас не приглашал бы её каждый раз гулять. Он бы не дарил ей разные безделушки и цветы. И ей хотелось большего, хотелось быть с ним. Глупо так говорить, когда знакома с человеком три недели, но всё же.       Конечно, можно думать, что всё у них шло хорошо и тайно, но есть одна проблема. Они в городе, наполненном папарацци, которые всё время так и норовят тебя сфоткать. Особенно их, людей, из-за которых всё и происходит.       Так в интернете и появилось парочку интересных снимков, из-за которых всё пошло по-одному месту. Нет, конечно, там ничего такого не было. Лишь проводящие время два молодых человека. Проблема была в другом.       — Ну и когда ты собиралась мне сказать об этом? — негодовал Денис, наседая на неё. Девушка сидела на кровати и с видом провинившегося котёнка смотрела в пол.       — Я не думала, что это проблема, — прошептала она как-то совсем уж жалко. Ну это её жизнь, ему какая разница?       — Проблемой это не было, если бы всё рассказала с самого начала и это были бы подставные снимки! Если бы это был хайп, это не было проблемой! — забавно, что он даже не рассматривал, что они просто друзья. Неужели настолько было видно? Она совсем не понимала, что такого сделала? Почему он кричит на неё?       — Какая тебе разница? — обиженно спросила Василиса. Глаза на мокром месте, а щёки покраснели от злости, — Евровидение закончится и мы с тобой больше не увидимся. А мы несмотря ни на что продолжим общаться.       Прозвучало это как-то по-детски. Но она не собиралась отступать. Впервые произошло такое, она не собирается упускать этот шанс. Она взрослый человек, способный принимать взвешанные решения.       Денис странно посмотрел на неё и прищурился. Что-то в его взгляде пугало. Он подошёл к ней медленно и нагнулся, чтобы быть на одном уровне.       — Окей, сотрудничать ты со мной больше не собираешься. Но о себе подумай. Тебе один курс остался. Сомневаюсь, что ты бросишь учёбу. Куда тебе в другую страну без языка? Кому ты там нужна? Квалификацию надо будет подтверждать. Если не заново учиться. Песни петь? Так тебя пиарить надо, а ты не хочешь этого. А теперь подумай, ему ты нужна? Он поедет в Россию, только ради тебя? А ты бросишь всё из-за него?       Эти слова ударили поддых. Как он может такое говорить? Это неправда. Или же…       Девушка уставилась в пол, не зная, что и думать. Она не осмелится переехать в другую страну. У неё абсолютно другие планы. А он? Нет, серьёзно, знакомы они едва ли. Ну и что, что говорили много? Ну и что, что свою жизнь чуть ли не вывалила? Всё рассказала, не утаивая. Отношения на расстоянии? Да какие отношения?! О чём она думает, ей как будто в любви признавались.       — Я думаю, ты всё поняла, — кивнул Денис, наблюдая за эмоциями в её глазах, — Чтобы больше я тебя с ним не видел. Это для твоего же блага.       Самое страшное во всём было то, что сегодня вечером у неё опять встреча с ним. Они ещё не обсуждали те фото, но ей почему-то казалось, что парня это никак не задело. Ей же было крайне некомфортно, что в её личную жизнь вот так влезли. Спазмы в горле стали сильнее охватывать его. Хотелось плакать.       Снова вечер, снова они на улице. Девушка почему-то понадеялась на хорошую погоду и не надела сверху ничего кроме лёгкой футболки. Всё это время её не покидало отвратительное чувство лицемерия. После слов Дениса в её голову начали забираться мерзкие мысли. Она будет наивно полагать, что всё сейчас происходит серьёзно? Она позволит себя обмануть? Зачем начинать, если продолжить будет нельзя?       Василиса неловко поёжилась от прохлады с реки. Ладонь неловко уцепилась за локоть и потёрла его.       — Тебя не смущают попарацци? — внезапно спросила она. Взгляд зацепился за его выражение лица. Он ничего не подозревает. Или это она ничего не подозревает?       — А тебя да? — они остановились посередине набережной.       На улице никого. Темно было ужасно, но жёлтый свет фонаря освещал им путь. Девушка с каким-то сомнением взглянула на парня, который превышал её в росте. Честно говоря, он всех превышал. Они стояли совсем близко друг к другу. Он не смотрел на девушку, его руки задвигались и на её плечах оказалась тёплая кожанка коричневого цвета. Распущенные волосы оказались под курткой. Василиса продолжала рассматривать его лицо, смотря серьёзно. Пыталась разглядеть фальшь в его глазах. В таких чистых голубых глазах. Её сердце странно забилось, когда его руки опустили на русую голову чёрную шапочку. Он снял с себя шапку. Куртки было достаточно, но…       — Так тебя не узнают, — он продолжал разглаживать её, потихоньку касаясь волос и заправляя их за уши, под шапку.       В его глазах было слишком много нежности и ни разу он не взглянул в её глаза, которые так и просили контакта. Иначе она сейчас скажет полную глупость. Движения становились всё медленнее, но не прекращались. Ей показалось, что Аланас её сейчас поцелует.       — К чему всё это? — внезапно спросила она со странной строгостью в глазах. Он остановился, не смея продолжать.       — Ты о чём? — Аланас был в явном замешательстве. В её тоне многое не нравилось, а что-то даже испугало.       — Я не собираюсь уезжать из России, а ты не собираешься уезжать из Литвы, — говорила не она, говорил Денис кто-то другой. Сердце билось невероятно быстро, как будто у неё сейчас случится инфаркт, или она упадёт в обморок, — Зачем начинать, если нельзя продолжить?       Он молчал, не зная, что и говорить. Честно, он думал об этом. Но и не хотел одновременно. Просто хотелось жить здесь и сейчас. Возможно, повстречались бы на расстоянии, а потом и решили бы как быть дальше. Хотелось быть с ней, но слова грубые, правдивые. Тон решительный, озлобленный. Она явно обижена на него, подозревая его в некрасивом отношении к её личности. Будто он хотел воспользоваться ей. Не правда. Просто так получилось.       — Я… — как на такое отвечать? В его груди сердце тоскливо сжалось, даже не зная, что в девечьей груди сердце готово было выпрыгнуть.       В её глазах были слёзы обиды, которые она быстро смахнула. Глупо обижаться именно на него. Нет тут виноватых, либо же оба друг друга стоят. Она медленно сняла шапку и куртку, которые с особой нежностью на неё надевали, и вернула Аланасу, не смея взглянуть в голубые глаза.       Она ушла, не попрощавшись. Ушла легко, как ему показалось. Но это не так. С ней было хорошо. С ним было хорошо. Но продолжать это в их ситуации — губительно для двоих.       Аланас ещё какое-то время оставался у реки, но всё же взял себя в руки и пошёл до отеля, где за десять минут до шла она. Не хотелось видеть лица друзей, но они почему-то сегодня с особым вниманием следили за ним. Всё происходило молча. Его молчание говорило громче любых слов. В глазах Лукаса «А я же говорил». В глазах Йокубаса немое сочувствие, у Эмилии непонимание. Почему-то все всё поняли. Или они знали?       Стоя на балконе и куря сигарету, он разглядывал фото какой-то журналистки. Фото, где он надевает на неё шапочку и теребит волосы. Похоже, женщина ушла, не дождавшись главной сцены вечера. Ахуительное начало Евровидения. Сегодня первый полуфинал.