Птицы ночью не поют.

В той деревне, где жил Саша, птиц давно перестреляли. В голодные времена, зимой, почти ничего другого и не осталось, отчего и иного выбора не было. Да и климат не тот, куда стремились перелётные птицы.

***

—Только не долго, ладно? - крикнул отец сыну, который уже был на полшага за порог. Сегодня он поздно идёт гулять и, хоть в деревне этой он живёт столько, сколько себя помнит, но заплутать на полях и лесах, простирающихся на километры вокруг деревни, было не так уж и сложно. —Хорошо, отец. - сказал Саша, закрыв за собой дверь в отчий дом. Прохладный, свежий вечерний ветер ударил мальчику в лицо, развевая плавными движениями обрамляющие его лицо пряди рыжих волос, что в оттенках заходящего солнца играли новыми, огненными красками. Его глаза, словно два янтаря со зрачком по середине, окинули близлежащие просторы, зацепляясь взглядом на покачивающихся деревьях, чьи изумрудные кроны в золотистых лучах выглядели, будто нарисованные. Саша, желавший об этом с раннего утра, будто ведомый чем-то, зашагал в сторону того леса, что знал всю жизнь, за что стоит поблагодарить отца, коий в детстве мальчишки водил того по истоптанным тропам, меж стволов деревьев. Лучи пробирались в чащу леса, освещая родную землю да её дары. Тени деревьев мягко ложились на пути Саши, чья рыжая макушка, с каждым шагом вглубь чащи, становилась всё менее заметней да более далёкой для деревни. Шёл Саша так, пока не осознал, что тропа под ногами в какой-то момент закончилась, а обернувшись, мальчонка не увидел знакомой дороги. Он зашёл уже в глубокую чащу, куда, итак заходящее солнце не светило вовсе; отчего прежде заметные очертания теней расплылись, поглотив всё на своём пути. В какой-то момент Саша осознал. Осознал совсем мутно. Звук, издаваемый насекомыми или тем же ветром, просто отсутствовал. Здесь не было ни ветра, ни какой-либо живности, чтоб был звук. Или же что-то было? Было. Был совершенно непривычный звук пения птиц. Неприятный слуху звук, одновременно не похожий ни на одно пение, который издавала какая-либо птица, но так же, вместе с тем, в пении слышались все те ноты и звуки, которые Саша помнил с тех времён, когда ещё видел и слышал этих животных. Пение пробирало до дрожи, отдаваясь эхом в голове, настолько неприятный был звук. Но самым неприятным фактором оказалось не это. А мысль. Мимолётная мысль, что в этих лесах отродясь не было птиц, которые пели бы ночью. Но тот, кто издвал звук, будто насмехался над этим фактом. Птицы ночью не поют. Эта фраза отзывалась в голове Саши как мантра, когда ноги мальчика, действуя в ладу с вопящей об опасности интуиции, быстро понеслись в сторону, откуда мальчик пришёл. Деревья и кустарники мелькали одни за другими, но лесу не было ни конца ни края, пока Саша всё безутешно пытался разглядеть тропинку, что завела его сюда. Безрезультатно. Лишь корни деревьев да разные травы покрывали некогда знакомую землю. Сейчас, эта родная земля, казалась Саше совсем чужой. Мальчик замер. Замер, скованный необъяснимой тревогой. Пение птиц стало слышно громче, но не отчётливей – будто старая запись с хорошим качеством, что играя тихо, ощущается слишком живой. Сейчас же Саша слышал совершенно мёртвый звук, отдающийся холодным потом на его теле. Шея мальчика в суставе чуть скрипнула, когда он медленно поворачивал голову. Он не понимал, чего боится, но и прятать страх было незачем – никто ведь не узнает, что он боялся чего-то в этом лесу. Вот только мозг Саши привёл его не к мысли, что никто не узнает, потому что он ничего не расскажет. А потому, что просто не сможет рассказать. Тело мальчика сковало. Он стоял – ни живой ни мёртвый – смотря в одну точку. На существо, неуклюже пробирающееся меж деревьев, задевая те отростками своего тела. Тварь. Самая настоящая тварь. Её тело состояло исключительно из частей тел различных птиц – где-то лапы, где-то головы, где-то крылья, где-то торчали вывернутые наизнанку органы, где-то вытащенные гортани, где-то просто кости. Но ни одного глаза. Все головы птиц были с открытыми клювами, будто издавая предсмертный ор, но глаза у всех были словно выколоты. Существо не имело очертаний человека. Даже на птицу не была похожа, хотя и состояла из них. Просто тварь с хаосом вместо тела. Судя по тому, как это существо перемещалось, могло возникнуть ощущение, что оно слепое. Но Саше было совершенно не до раздумий, что перед ним такое. Он весь дрожал, когда попытался сквозь оцепенение сделать хоть один шаг. Получилось. Это и стало ошибкой – тело мальчика, из-за ватных от страха ног не удержалось, - мальчик упал на землю. Звук был приглушен мягкой травой, но слепое создание это услышало. Звук ора разнёсся по всему лесу. В деревеньке же подул ветерок, принеся с собой лишь перо птицы. Мальчика не найдут. Он сам найдёт отчий дом.