В свете питерского солнца

это нельзя было назвать отношениями. Даже новомодным словом «интрижка» это назвать нельзя,ибо для «интрижки» это все слишком сильно затянулось. Планировалась все это как секс на одну ночь,но вот уже почти 4 года Хазин стабильно курсирует из Москвы в Питер ради того,что бы снова ощутить именно его руки на своей талии. Что об этом думает гром? Пете не известно. Не то чтобы он интересовался данным вопросом..но,парень думает,что примерно то же самое,ну,если,конечно,такой человек как Игорь гром вообще способен чувствовать что-то,кроме злости. первое время такие отношения устраивали обоих мужчин. Они взрослые люди и прекрасно понимают,зачем они здесь и почему делают,но со временем это становилось все страннее. Они перестали оставаться в отелях всего через пару месяцев,Игорь аргументировал это так,что у него есть своя квартира и зачем он должен отваливать такие деньги за гостиничный номер? Петя не спорил,что,кстати,ему не свойственно. Его вдохновляла не сама идея спать у Игоря дома,а факт того,что они будут у Игоря дома. Если бы за дверьми этой старой квартире в центре ненавистного Петербурга Хазина бы ждал кто-то другой,то он бы фыркнул и оставил человека наедине с фантазией,но тут он не мог отказать..ну,или не хотел. Вообще странно было оставаться на ночь в квартире человека,который тебе даже не друг,но так же странно было пытаться натянуть на липкую от пота кожу джинсы и поспешно покидать это злачное место. Этот нелегкий выбор всегда приходилось делать самому,гром не помогал. Он никогда не выгонял Хазина,но и когда тот уходил,он тоже молчал,а прочитать что то по глазам было физически невозможно. Долгий зрительный контакт с этим человеком выкатывал похлеще любого секса. Но этот вечер был особенным. — может останешься на ночь? - гром говорит не громко,но фраза как-будто эхом отражается от стен спальни и поражает Петю дважды. — что? —может послышалась? Нет,врятли,он даже трезвый сегодня,что,опять же,ему не свойственно. К этому моменту Хазин уже успел натянуть джинсы,но сейчас чувствует на себе чужой взгляд,не пожирающий,с искрами и пляшущими чертями,нет,может даже..нежный? —ну,поздно,куда ты пойдёшь,- раньше грома не волновал этот вопрос,что за благотворительная акция? Приюти москвича на ночь? —ну,если настаиваешь,- те,кто много думают,в итоге получают пизды,а Петя смышленый,потому быстро скидывает с себя одежду и ныряет под одеяло. Деревянные окна не хило так сквозят,поэтому оказаться в тепле оказывается особенно приятно. Хазин лёг спиной к грому и уже когда начал проваливаться в дрему,почувствовал,что чужая рука уверенно обхватывает его поперек живота и почти силой прижимает к себе. Ладно,вместе все равно теплее. *** Утро начинается непривычно тихо. В комнату бьет солнечный луч и заставляет Петю нехотя разлепить глаза. Несколько секунд надо на то,что бы осознать происходящее,а потом ещё пару,чтобы понять,а какого собственно хуя? Он сейчас лежит на плече у спящего грома,Игоря,мать его,грома! С чего вдруг такая нежность? Это,само собой,вызывает подозрение и негодование у Хазина. Он пытается выбраться и выйти хотя бы на кухню,но чужие руки только сильнее прижимают его к себе —спи,бля,- звучит недовольный голос сверху. Петя предпринимает ещё пару попыток выбраться,но,когда хватка становится еще жестче,он решает,что проще капитулировать,чем бесцельно сопротивляться. *** Окончательное пробуждение наступило двумя часами позже. Проснулся Петя уже в гордом одиночестве,раскинувшись плашмя на всех площади кровати. Он мог бы лежать так ещё долго,но,взяв в руки телефон,понял,что до самолета в Москву осталось чуть меньше 3 часов,что,конечно,не может не придать мотивации встать. Спустя 5 минут Хазин уже одет. Джинсы,футболка,носки,ремень,вообщем все как обычно,за исключением того,что когда он выходил из комнаты,на кухне он видит грома. Кажется,кто бы мог подумать,что утром Игорь будет в своей квартире,но,почему то,Петя был уверен,что он здесь один. Он молчит секунд 30,прежде чем завести диалог — доброе утро,-Игорь оборачивается на него,отрываясь от плиты — доброе,ты уже уходишь? - в ответ он получает «мгм» и,кажется,диалог окончен,но вот гром так не думает, —останься хотя бы на завтрак — у меня самолет через 2:40 —а до аэропорта тут минут 30,у тебя ещё время останется,садись,- Петя опять слегка теряется в происходящем,но садится. Давно гром такой хозяйственный? Может,был всегда? Хазин не знает,но ему,видимо,предстоит Через несколько минут перед ним стоит тарелка с яичницей. Да,не блюдо мешлен,но в целом не плохо,как минимум съедобно. У Игоря в тарелке то же самое. Они едят молча. Утреннее солнце заливает комнату,внизу шумит дорога,люди куда-то идут. — знаешь,петь,- начинает Игорь,сразу ловля на себе заинтересованный взгляд собеседника. Гром тяжело выдыхает,а после смотрит тому в глаза. — мне кажется,что сейчас я по-настоящему счастлив,- он выдерживает паузу. — счастлив рядом с тобой — что ты имеешь в виду? — я люблю тебя,-Петя почти давится своим завтраком. Что? Любит? Почему? Как давно? И..но тираду мыслей светлой головы снова нарушает Игорь,но в этот раз он ставит свою тарелку на стол,сокращает расстояние между ними и целует. Так,как никогда не делал этого раньше,так,как могут только искренне любящие люди. И в ответ он получает такой же поцелуй,со вкусом ожидания,неизвестности,сотни километров расстояния и многим другим,что сейчас,в свете утреннего питерского солнца,стало резко так абсолютно не важно.