Душа желтых хризантем

Кисть выводила тонкую линию, аккуратно, не спеша, как это могло бы быть. Как это было в порыве вдохновения. Нет. Здесь она шла медленно, вдумчиво, педантично. Бледный юноша, что уже слыл живописцем, которого свет не видывал, обмакнул кончик в туш и, вновь подняв взгляд, он встретился со взглядом голубых глаз. Как и когда-то давно они пленили его. Глубоко ранили собой в самое сердце. Своей живостью и неподвижностью одновременно. — Господин Сай, ваш завтрак готов. Юноша отрывал взгляд от своего творения и посмотрел на служанку. Его тёмный, равнодушный взгляд пронзил саму душу девушки, и та едва сдержала дрожь. Этот юный мастер, ее отец очень сильно хотел заполучить его талант. Но он отказал в женитьбе всем, кто приходил к порогу его дома. Но не отказал в служении. Поначалу это было унизительно, но служанка успокаивала себя тем, что в скором времени станет хозяйкой этого дома. Увы и ах, даже спустя полгода этого не случилось. И причиной тому… Ее взгляд остановился на ширме бебу. Роскошная работа, что занимает все время господина Сая. Он денно и нощно расписывает её, добавляя всё новые и новые детали. Он покупает самые разные, дорогие пигменты, которые стоят целое состояние! Чего уж там, Мастер живописи проводит всё свое время со своими творениями, игнорируя живых. Но конце концов, успокаивала себя девушка, он сдастся. Ему, как и любому другому человеку, нужно будет продолжить свой род и продолжать давать жизнь столь прекрасному мастерству. Только вот… Служанка прикусила губу, смотря на центрального персонажа композиции. Голубые глаза смотрели на нее с картины насмешливо и проказливо, что заставило девушку развернуться и быстро покинуть комнату. Она до сих пор не смогла узнать, что за деву одаривает вниманием господин Сай, украшая ширму с ней цветами хризантем. — Ты так жесток, она же ревнует. — Аккуратные руки собирают волосы в высокий пучок, закрепляют заколкой. — Придумала себе что-то и ждёт, когда это сбудется. — Сай опускает кисть в киноварь и накланяет к ширме. Он подводит замершие губы соблазнительно-красным и выводит аккуратные стрелки в уголках глаз. Подумав немного, молодой человек не изменяет своей привычке, украшая прическу возлюбленной желтой хризантемой. — Да будет тебе. — Бумажное полотно содрогается и рука в цветастых рукавах выскальзывает, хватает его за подбородок. Бледное лицо совершенно не меняет своего выражения. Юноша перехватывает руку и тянет на себя. Девушка с картины оживает. Ее золотые волосы сияющими прядями сверкают в лучах солнца, а в голубых глазах отражается небесная высь. — Ты разобьешь ей сердце, если объявишь о свадьбе. — Наруто, душа что сотни лет провела в ширме, пока юный талант не взялся за ее реставрацию. Вдохнул в неё жизнь своим мастерством и страстью. Наруто проводит по тонким губам и во взгляде её плещет воспоминание. Он окружил ее тем, чем считал нужным. После восстановления линий и цвета, Сай выкупил ширму у хозяина. И рисовал на ней. Чистый родник с цветущей вишней стали первым его подарком девушке, нарисованной когда-то давно. Он трудился над этим несколько недель и каково было его удивление, когда на следующее утро после отхода ко сну, девушка, что замерла на переднем плане изображения, оказалась под тенью вишни. Она сидела на корнях дерева, задумчиво смотря на воду. Художник замер, рассматривая фигуру и… Влюбляясь в нее ещё больше, чем до этого. По истечению недели на плотной бумаге, где-то чуть позади, появилась беседка и мост, который в нее ведет. Закончив со своей работой, мастер весь вечер и ночь не смыкал глаз, желая увидеть движение картины, но увы. Сон был куда более сильным чем Сай и наутро… Он обнаружил, что картина вновь поменялась. Передний план был заполнен вишней и озером, через которое перекинулся мост. Он почти слышал шелест лепестков и шум воды. Девушка в ярких оранжевых одеждах сидела в беседке попивая чай. Коснувшись бумаги, юноша медленно поднялся и на негнущихся ногах вышел из комнаты, а потом и вовсе из дома. Монах, которого Сай привел добродушно усмехнулся. — Да, это дух. Но его оживили твои чувства. Если боишься, просто избавься от ширмы. Если не захочешь, дай ей имя и подай чашу с вином. Сай от ширмы не избавился. Наруто поправила цветок, желтая хризантема сливалась с цветом волос, но все же стала прекрасным украшением. Она покинула картину и испила вина с художником, становясь хозяйкой его дома и души. Для служанки — она жена, которая наконец-то добралась со всеми пожитками художника. Её сердце было не просто разбито, растоптано, а душа трепетала от ярости и негодования. — Вам было посвящено… Столько картин. — Наруто видит темный завистливый взгляд и одаривает девушку проказливой улыбкой. — Так как я прибыла, вам будет куда легче под моим управлением. — Она игнорирует слова служанки. — Впредь вам больше не нужно будет видится с моим супругом так часто. — До её слуха доносится треск ткани. Несчастная девушка порвала рукав. — Боже мой! — Наруто бережно берёт ее за руки и беспокойно оглядывает. — Ну, он всё такой же, не может вести делам сам. Только холсты и кисти у него вызывают отклик больше, чем никакой. В бытовых делах он всё ещё неряшлив. Я позабочусь о вас и о доме, чего бы мне это ни стоило. — Служанка дрожит. Она смотрит в эти честные, добрые голубые глаза и ей хочется плакать. У её господина… Великолепная госпожа. Сай выдохнул. Наруто, в отличие от служанки, его не беспокоила, проводя свое время в его компании или так, как считает нужным. В основном она тратила его накопленный капитал на дом и потом водила по нему, спрашивая, где он хочет видеть ту или иную картину его авторства. Мастер заполняет остатки ширмы желтыми хризантемами, так же как и сад по весне. Пышные цветы напоминали служанке о ее провале, о разбитом сердце и… — Отчего же ты горюешь? — Хозяйка дома прикладывается своими аккуратными губами к мундштуку трубки и выпускает колечко дыма. — Госпожа, вы ведете себя неподобающе и… — Дорогая. — Наруто прерывает служанку, качая пальцем. — У тебя было время на то, чтобы соблазнить Сая. Не моя вина, что у тебя это не получилось. Наруто весела, простодушна и не обременительна. Она бережно относится к дому, но не перетягивает главенство на себя. Поддерживает труд своего новоявленного супруга. И ее действия чаще всего критикуются служанкой, чье имя она даже не удосужилась запомнить. И тем не менее с её появлением, поместье начало заполняться цветом и живостью. К ним даже несколько раз заглянули соседей! — Что вы делаете? — Голубые глаза смотрят пронзительно, будто кусочки льда, застрявшие в сердце, начинают распространять свой холод. — Господин немного увлекся, такое бывает. Не беспокойтесь, у вечеру мы все поменяем. — Служанка безразлично смотрит на кошек, которыми разрисованы стены. — Я знаю, оставьте их. Мне они нравятся. — Они пересекаются взглядами, и рабочие ожидающие смотрят на хозяйку дома и на служанку. Наруто непреклонна. Кошки и лисы, тануки и птицы. Всё это медленно, но верно заполняло стены поместья, потакая прихотям мастера. — Зачем? — Она оставляет ночью открытую дверь. Ночью, пока служанка ходила по дому и думала, как же расправиться с надоедливой соперницей, она услышала странный звук. Медленно обернувшись, она увидела нечто ужасное, но не успела закричать. Наутро, когда супруги проснулись, Наруто прошла вдоль галереи, чтобы поклониться покойным родственникам мужа. Желтая хризантемы украшали сад и пояс. А также кусты прятали в своих недрах труп несчастной служанки, что пала от зубов огромной крысы. Смотря на окровавленные мордочки нарисованных котов, Наруто поплотнее закуталась в кимоно и поспешила позавтракать. Эта душа наконец-то обрела покой. — Что это? — Киноварь. Сай немигающие смотрит на красную краску в руках супруги. — Нарисуй её. В красном. Среди лотосов и бамбука. — Пронзительные глаза Наруто заставляют художника взяться за краску. — Нужно сделать заказ на ширму.