Эльфийка

      Лунный свет пробивался сквозь густую листву векового леса, рассыпаясь по поляне серебристыми бликами. Хёнджин сидел на поваленном дереве, наблюдая за тем, как в воздухе плавно кружатся магические искры — верный признак того, что он где-то рядом. — Опять выслеживаешь меня, человек? — Голос раздался совсем близко, мягкий, как шелест травы, но с той самой глубиной, от которой у Хёнджина каждый раз перехватывало дыхание.       Из тени вышел Феликс. В полумраке его кожа казалась фарфоровой, а золотистые волосы сияли, словно впитав в себя солнце. Кончики заостренных ушей чуть дрогнули, когда он склонил голову набок. — Ты же знаешь, я не могу иначе, — Хёнджин поднялся, сокращая расстояние. — Слишком скучаю по своей Эльфийке.       Феликс негромко рассмеялся, и этот звук отозвался вибрацией где-то в груди Хёнджина. — Я же просил тебя не называть меня так, Джинни. Я лесной страж, а не сказочная дева. — Для меня ты — самое прекрасное существо во всех мирах, — Хёнджин протянул руку, осторожно касаясь россыпи веснушек на щеках эльфа. — И мне всё равно, как это звучит.       Магия вокруг них сгустилась, становясь почти осязаемой — тёплой и обволакивающей. Феликс подался навстречу прикосновению, прикрывая глаза. В этом жесте было столько доверия, что у Хёнджина на мгновение замерло сердце. Он знал, что эльфы редко подпускают к себе людей, но Феликс… Феликс стал его персональным чудом. — Я люблю тебя, — прошептал Хёнджин, прижимаясь своим лбом к его. — До безумия.       Феликс выдохнул, и его пальцы переплелись с пальцами Хёнджина. — Я тоже люблю тебя, человек. Так сильно, что это пугает.       Когда их губы встретились, лес вокруг словно исчез. Поцелуй был тягучим, пропитанным нежностью и вкусом лесных ягод. Хёнджин действовал осторожно, словно боялся сломать это хрупкое мгновение, но Феликс притянул его ближе, требуя большего.       Одежда скользнула на мягкий мох. В низком фэнтези этого мира магия эльфов часто была связана с их чувствами, и сейчас кожа Феликса едва заметно светилась, отражая его страсть. Хёнджин покрывал его тело поцелуями, задерживаясь на острых скулах, на изгибе шеи, на каждом крошечном созвездии веснушек.       Когда они наконец слились в едином ритме, это не было актом обладания. Это был медленный, чувственный танец. Хёнджин двигался плавно, ловя каждый вздох, каждый тихий стон, сорвавшийся с губ Феликса. Эльф выгибался под ним, обнимая за плечи, и его ногти мягко впивались в спину человека, оставляя едва заметные следы. — Джинни... — выдохнул Феликс, когда удовольствие накрыло их обоих ослепительной волной.       В этот момент магический фон леса вспыхнул и тут же затих, оставляя их в блаженной тишине, нарушаемой лишь прерывистым дыханием. Хёнджин бережно обнял Феликса, укрывая его своим теплом. — Останешься со мной до рассвета? — тихо спросил он, перебирая светлые пряди.       Феликс улыбнулся, прижимаясь к его груди, и в его глазах, отражающих луну, Хёнджин увидел ответ, который не требовал слов. В этом лесу, где магия была обыденностью, их любовь оставалась самым невероятным волшебством.