Дорога в никуда

Задребезжал асфальт. По дороге с высокой скоростью проехала машина. Она была ржавой, куски бордовой краски сходили с неё, а двигатель звучал с противным кряхтеньем. В салоне не было ни звука. Радио не работало. Атмосфера была давящей на уши. Парень 17 лет на вид старался контролировать дыхание и периодически бросал взгляды на женщину на переднем сидении. Она тяжело дышала, но упрямо смотрела вперёд на дорогу, нахмурив тёмные тонкие брови. Парень вгляделся в её знакомую морщину на лбу, которая с каждым месяцем становилась все глубже. Он знал почему это происходит, но эта тема была табу для них обоих. Когда женщина сильно зажмурилась, будто от боли, он не выдержал: — Мам, ты в порядке? – спросил он стараясь не смотреть на мать, а прямо на дорогу, как она. Он прикусил губу до крови ругая себя за несдержанность. Он боялся что скажет ему мама. В последнее время она становилась все более раздражительной, хотя казалось бы куда больше. — Смотри.. за дорогой, Абрам! - мать зло рявкнула на сына. Юноша сразу стушевался, но беспокойство скучивало желудок. С матерью что-то было не так. Немного успокоившись, она стиснув зубы спросила: — Ты принял свои таблетки? — Да. – после утвердительного ответа она, казалось, расслабилась, но все ещё странно, будто скованно, откинулась на спинку кресла и еле слышно прошептала: — Сворачивай к этому зданию, – сглотнув вязкую слюну, она, немного отдышавшись, показала пальцем на ближайшее здание. Присмотревшись парень увидел каменное и заброшенное, на первый взгляд, здание. Так ли это он не знал, но надеялся на лучшее. Постройка не внушала доверия, но в настоящий момент даже самое казалось бы самое безопасное место, может таить опасность. — Одну ночь проведём там. – заключила мать. За окнами уже начинало темнеть, что было нехорошим знаком. Недавно началась весна, а значит самое сложное время было позади. Зима была нещадной в этот раз. Морозы были ещё сильнее чем обычно и если основная опасность таилась в ночи, то в этот раз голод тоже стал серьёзной проблемой. Сейчас уже стало теплее, но ночи все ещё длинные и темнота наступала быстро. Молча кивнув, парень переключил передачу и свернул к заброшенному зданию. Спрятав машину в тени, юноша заглушил двигатель и тихо вышел из нее, прихватив свою сумку, которую всегда таскал с собой. Никогда не знаешь, когда придется бежать. После в ускоренном темпе подошёл к своей матери, которая пыталась самостоятельно покинуть транспорт. Он видел, что ей было тяжело. — Ты ранена? - настойчиво спросил парень. Мать замерла, но в следующую секунду молча отпихнула его в сторону, чтобы выйти из машины. При попытке встать она чуть не упала. Неровная поверхность из щебня не помогала. — Заткнись! - прохрипела она и посмотрела на небо, - быстрее.. в здание. Поджав губы, юноша подхватил её и попытался как можно быстрее проникнуть внутрь. Каждая секунда была на счёту. На улице стемнело настолько сильно, что практически ничего не было видно. Фонари не работали и источником света была лишь луна, которая по ощущениям скоро скроется за тёмными облаками. Её мягкий желтоватый цвет притягивал, а величина спутника поражала, настолько близко она находилась к Земле. Когда пара проникла внутрь, Абрам посадил маму у стены, а сам начал судорожно искать чем закрыть все входы и выходы. На удивление окна в здании были чем-то заколочены, пропуская через щели капельки лунного света. И лишь дверь, через которую они вошли, была открыта. Он судорожно оглядывал помещение в поисках того, чем можно её заблокировать. Вдалеке послышался вой. Они учуяли добычу. — Блять! – тихо ругнувшись парень увидел старый, но крепкий шкаф. Подбежав к нему, он постарался максимально быстро передвинуть его к двери. Казалось бы ему не хватит сил, но адреналин, бурливший в его крови, помог ему. И как раз вовремя. В дверь начали ломиться пытаясь её выбить. Шкаф скрипел и гудел, но выдержал напор. Снаружи раздавались рык и скрежет когтей. Успел... Он успел... Облегчённо выдохнув, парень привалился к каменной стене и постарался отдышаться. Пот стекал по его виску. Тело било крупной дрожью. Но расслабляться было нельзя. В любой момент шкаф может не выдержать и придётся бежать. Но сможет ли он? Повернув голову к матери, чтобы спросить о следующих действиях, он увидел как она все также сидела привалившись спиной к стене. Её дыхание было тяжёлым сквозь стиснутые зубы. Абрам испуганно, но медленно подошёл к ней. Но она казалось бы даже не обратила внимание на это. Дело плохо. — Мам! - он упал на колени перед ней, пытаясь осмотреть её, но тут почувствовал, что ткань штанов намокла от чего-то липкого. В нос тут же ударил железный запах крови. Паника все больше проникало в его голову. Он не думал, что все настолько серьёзно. — Покажи рану... - сморщив лицо от страха, парень дрожащими руками расстегнул её куртку и постарался поднять кофту, которая из зеленного цвета яркой листвы стала коричневой под цвет опавшего клёна осенью. — Не лезь, Абрам! - женщина сипло постаралась прикрикнуть на сына, но смогла лишь прохрипеть. Тяжело дыша, она прикрыла свои глаза, схватила его мёртвой хваткой за руку и продолжила: — Повтори все... кха-кха, - она выплюнула сгусток крови, случайно попав на сына, от чего он дёрнулся. Страх за мать ещё глубже укоренился в его костях, - что я тебе говорила. - она посильнее вцепилась себе в живот другой рукой. — Н-но мама... - руки дрожали, а глаза лихорадочно бегали, - надо зашить р... — Абрам! - мать грозно посмотрела на сына затуманенными глазами, - Говори! Он смотрел в её тёмно-карие глаза, которые в такой темноте казались почти чёрными. Он видел как её зрение затуманивалось, а в глазах был проблеск страха, который быстро исчез под напускной серьёзностью. — Беги... Не останавливайся... никому не доверяй, - он сипло говорил сквозь сжатые зубы, - принимай препараты каждый день... и.… будь кем угодно, но только не собой... — Молодец... - она разжала хватку на его руке и положила окровавленную руку сыну на щеку, будто пытаясь нежно погладить её, - ты... ты должен выжить. Ты же мой с… - её речь оборвалась, а глаза потухли. Последнее, что Абрам успел увидеть в глазах матери было некое подобие гордости, которое он видел ещё в далёком детстве. Когда все ещё было более менее хорошо. — Нет... Нет! - он схватил её, пытаясь приподнять, но услышал лишь противное тошнотворное чваканье. К горлу подступила тошнота, - мама… В панике он поднял кофту и увидел глубокую рану на её животе, которую она скрывала от него. Что за глупость?! Почему?! Почему не сказала ему об этом?! Порвав ее кофту, он попытался зажать рану, чтобы остановить кровь. Она не могла так просто умереть! Не могла! На глаза выступили слезы, но он стёр их и перевязал рану, попробовал сделать массаж сердца, чтобы оно снова забилось. Глубоко внутри он понимал, что уже поздно, но это его мать! Как он может так просто сдаться, когда она столько всего сделала, чтобы он выжил?! Чтобы они выжили?! В голове проносились воспоминания о ней. В основном о детстве, когда она ещё могла улыбаться, когда он ещё мог это делать. Когда все ещё было более менее хорошо. Спустя казалось бы долге время он сдался. Он ничего не мог сделать. Он был слаб. Он не обратил внимание на неё когда это было нужно, не настоял, когда ещё можно было всё исправить. В голову проникало все больше мыслей, воспоминаний, чувств. Истерика накатывала с каждым мигом все сильнее. — «Абрам!» - грозный голос матери раздался у него в голове. Нет. Сейчас не время. Все потом. Сначала надо избавиться от тела. Внутри сердце сжалось в подобие единого нервного комка, который вот вот взорвётся, но нужно сделать так, чтобы никто не обнаружил её труп. Иначе все, что она делала для них, для него, было напрасно. Стиснув зубы до скрежета, он в последний раз вдохнул её родной запах с ноткой сигарет, который ещё чувствовался даже сквозь стойкий запах крови и, резко поднял обмякшее тело на руки. Он понимал, что он должен сделать даже если от одной мысли ему было тошно. Если он не избавится от её трупа спустя время, то... она станет тем, кем хотела бы никогда не стать. Нельзя этого допустить. Это осквернило бы не только тело мамы, но и душу.  Хотелось похоронить её по нормальному, по человечески. Но в этом ненормальном мире это было невозможно. В дверь все ещё ломились. Удерживая мёртвое тело матери на руках, он пошёл на второй этаж. Там никого не было, иначе они уже были бы мертвы. Разум казалось опустел, в голове был лишь чёткий план, который появился у него в голове секунды назад. Он должен был избавиться от тела любым способом. Поднявшись, он увидел незакрытое окно. И сейчас был только один возможный вариант, который спас бы его и при этом помог бы избавиться от тела. Ему повезло, что в этом регионе не водились летающие твари. В последний раз парень посмотрел на наконец умиротворённое, но побитое жизнью лицо матери. Хотел бы он, чтобы в себе он тоже видел её черты. Собравшись с духом он медленно подошёл к окну и скинул её вниз. Спустя секунды раздался звук упавшего тела, а после, в ту же секунду, шкаф внизу перестал дребезжать. Абрам услышал как массивные лапы стучали по щебню приближаясь к источнику шума. Скатившись по стене, он против воли услышал как кто-то сомкнул челюсти на коже и оторвал первый кусок плоти. Раздались чавкающие звуки от чего тошнота подкатила к горлу. Он не смог её сдержать. Его рвало долго, протяжно, так, что, нельзя было вдохнуть. С глаз начали катиться непрошенные слезы, из-за которых мать бы его точно отлупила. Он все ещё чувствовал тепло её тела, кровь на пальцах и призрачный запах сигарет. Когда позывы прекратились он попробовал зажать уши, но все равно слышал одно и тоже. Те же повторяющиеся действия. Рык. Чавканье. Треск. Звук разрывания тканей. Все это смешалось в один непрекращающийся шум. Голова кружилась. Он не мог больше это выносить. Ему нужно бежать. Не выдержав, Абрам побежал выше на верхние этажи, лишь бы не слышать всего этого. Спустя время звуки прекратились и парень наконец смог заставить себя уснуть забившись в пыльный и холодный угол. А во сне ему снился скрежет когтей и громкое чавканье пожирания чужой плоти. Кошмар только начинался. *** Абрам проснулся на рассвете. Спустившись с шестого этажа, он посмотрел на место, где умерла его мама, Мэри. К горлу тут же подступила тошнота. Воспоминания о чавкающем звуке были ещё свежи. Нужно забрать кости. Он должен был похоронить её. После всего, что она сделала должен был. Сглотнув вязкую слюну, парень покрепче ухватился за лямку своей старой сумки. Подойдя к месту смерти Мэри, он взял её сумку, которую она скинула с себя вчера. После отодвинул шкаф от входной двери и вышел на улицу. Было тихо. Ни одного звука. Даже иногда поющие птицы в этот раз не издали ни звука, будто скорбели над очередным умершем человеком. Подходя к месту, где упала его мать, ноги стремительно немели, будто становясь деревянными. Он боялся лицезреть последствия своих действий. Увидев то, что от неё осталось, желудок связался в узел, но юноша смог подавить это. Он заставил свой разум снова опустеть. Сев, он начал собирать по всему участку её разбросанные останки. Действия были быстрыми и механическими. Он будто собирал не останки, а мусор, который разбросали дети во дворе. На некоторых костях были куски мяса, а некоторые были раздроблены. От вида головы его пробрало. Череп проломило, а челюсти искусаны. Маму было не узнать. Взяв голову в дрожащие руки, он тут же засунул её в сумку Мэри, куда запихнул и прошлые документы, чтобы въезжать в защищённые районы. Свои, новые, он спрятал в папку, которую собирал на протяжении многих лет. Отойдя от здания на приличное расстояние, когда под ногами уже был не щебень, а земля, он начал выкапывать яму. Пальцы не слушались, но он заставил себя копать, пока не смог поместить туда сумку матери. Вернувшись к машине, он взял запасной бензин и вылил его в яму. Потом достал мамину газовую зажигалку и кинул туда. Все мгновенно вспыхнуло. Лицо обдало жаром. Он смотрел на горящую сумку и чувствовал запах жжёного мяса и волос, которые остались на трупе. Пока он смотрел на сумку, то вспоминал о том, сколько эта женщина, его мать, сделала для него. Она умерла, защищая его. Сердце тут же сжалось. На глазах появились слезы, которые он тут же смахнул. Сейчас не время. Когда все потухло, он закопал яму и ушёл ни разу не оглянувшись. Автоматически сев в машину, Абрам привалился головой к рулю. Нельзя здесь останавливаться. Нужно двигаться дальше. В голове звучали последние слова, которые он говорил Мэри перед её смертью. — Беги. Не останавливайся. Никому не доверяй. Принимай препараты каждый день и будь кем угодно, только не собой. Достав пузырёк таблеток из бардачка, он проглотил одну на сухую. Теперь баночка была пуста. Осталось ещё три, в каждой по 30 таблеток. Дважды в день. Значит до того как ему нужно приобрести новые, у него оставалось полтора месяца. Времени мало, но делать нечего. Достав новые документы, которые они с мамой подготовили заранее, он посмотрел на своё новое имя: “Нил Джостен”. Так его теперь зовут. После взглянул в треснутое зеркало заднего вида. На него уставился подросток с карими глазами и светло русыми волосами. Нужно где-то найти краску тёмного цвета, чтобы перекраситься, как в документах. Достав из сумки карту региона с пометками, где какая тварь обитает, он наметил примерный путь до ближайшего города. Ему надо пополнить запас продуктов. Взяв снек из той же сумки, Нил сквозь тошноту быстро перекусил и выехал на дорогу. Спустя часа два ему открылся взор на мертвый город. Велика вероятность, что он встретит там упырей. Главное не наткнуться на большое скопление. Проехав несколько улиц, он наконец-то увидел продуктовый. Витрины магазина были разбиты, а около него шагало трое упырей. Как он и предполагал. Взяв нож из бардачка, он закрепил его на поясе, а сам взял мамин пистолет с глушителем. Нож все также вызывал дрожь в конечностях, но он был ему необходим. Он должен выжить. Выйдя из машины, парень прихватил большую сумку с заднего сидения, специально для продуктов, и двинулся в сторону продуктового магазина. Упыри были не самыми сильными противниками, пока, конечно, не собираются в группы. Три не так много, главное не издавать громких звуков. Убивать их не так сложно, всего то надо нанести урон в голову. Тихо подойдя к каждому, он быстро проломил ножом их черепа. После чего зашёл в магазин. Стеллажи валялись на полу вместе с едой, но кое что уцелело. Запах протухшей еды стоял в воздухе, но Нил проигнорировал его и пошёл прямо к консервам в дальней части магазина. Набрав столько сколько может унести, он также взял пару бутылок воды и те немногие лекарства, что уцелели. Никогда не знаешь, что может пригодится. Увидев на стеллаже бутылку водки, он прихватил и ее. Также схватил парочку бутылок краски для каштановых волос. Застегнув сумку полную продуктов, он вышел из супермаркета озираясь по сторонам. Но это ему не помогло. Видимо он не до конца прикончил одного упыря, так как сейчас он на высокой скорости нёсся к нему, широко разинув пасть. — Черт! - тихо ругнулся парень, когда монстр опрокинул его на землю вместе с собой. Предплечьем он надавил на горло упыря, не давая тому укусить себя. Тот издавал то ли завывания, то ли скрежет и тянулся к парню в попытке укусить. В носу стоял гнилостный запах разлагающегося трупа. Свободной рукой Нил быстро достал нож с пояса и вонзил твари в висок. Тело над ним тут же обмякло и Джостен напряжено сбросил его с себя. Его колотило, но он быстро подобрал сумку и направился к машине, которую завёл и тут же помчался к черту из этого места. *** К вечеру Нил смог найти убежище, в котором ещё не перекрыли воду. Она была мутной, но это лучше чем ничего. Он тут же начал перекрашивать волосы в каштановый цвет. Линзы, итак были нужного цвета, что облегчало задачу. Но это была его последняя пара. Он может ещё месяц носить их, но после уже нужно будет искать замену. Когда все было готово парень взглянул на своё новое отражение и прошептал: — Нил Джостен. - теперь это было его новое имя, личность, которую так зовут. В голову тут же проникли события вчерашней ночи, а на глаза навернулись невыплаканные слезы. Воспоминания о прошедшем нагрянули и в последний раз парень позволил эмоциям себя поглотить. Эту ночь он просидел в ванной, сжавшись в комочек и, наконец, позволив утрате обрушиться на его молодые и ещё неокрепшие плечи.