Предательство: Тень прошлого

Долина Завершения. Место, где когда‑то решилась судьба всего мира шиноби. Сейчас здесь царила гнетущая тишина. Лишь ветер, проносящийся между скал, нарушал безмолвие. Два силуэта застыли друг напротив друга — Наруто Узумаки и Саске Учиха. Наруто тяжело дышал, его оранжевая куртка была порвана в нескольких местах, на лице — следы крови. Но глаза светились надеждой. Он протянул руку своему другу: — Саске… Всё кончено. Мы можем вернуться домой. Вместе. Саске, опираясь на меч, медленно поднял голову. Его Шаринган мерцал последними остатками чакры. В глубине души он понимал: Наруто победил. Не только силой, но и своей непреклонной верой. — Я… отменяю свои планы о революции, — произнёс Саске, тщательно контролируя интонацию. — Мир важнее моих амбиций. Наруто бросился к нему, схватил за руку: — Вот и отлично! Теперь мы… — Но запомни, Наруто, — перебил его Саске, и в его голосе прозвучала сталь. — Это не конец. Это лишь передышка.... Наруто помогает ему подняться, хлопает по плечу: — Всё позади. Теперь мы будем вместе защищать Коноху. Саске кивает, но его глаза остаются холодными. Он запоминает это чувство поражения. Запоминает навсегда. Настоящее: Коноха спустя годы Коноха изменилась. Новые здания, новые лица, но атмосфера уже не та. Наруто, теперь Хокаге, сидит в своём кабинете, устало потирая виски. На столе — стопка отчётов, среди которых выделяется один: «Саске Учиха замечен в лаборатории Орочимару». — Опять он там… — бормочет Наруто. — Что на этот раз? Он вспоминает, как после победы над Момошики Саске стал ещё более замкнутым. Тогда, в битве, они сражались плечом к плечу — но после Саске отдалился. В дверь стучат. Входит Шикамару. — Хокаге‑сама, у нас проблема. — Что ещё? — Наруто вздыхает. — Боруто… Он снова потерял контроль над кармой. На полигоне № 3 всё разрушено. Наруто резко встаёт: — Где он сейчас? — В госпитале. Сакура осматривает его. Наруто мчится по коридорам резиденции Хокаге. Мимо проносятся шиноби, кланяются, но он не замечает их. Его мысли заняты только одним — сыном. Лаборатория Орочимару Тем временем за пределами деревни, в секретной лаборатории Орочимару, происходит нечто невероятное. Саске стоит перед зеркалом, рассматривая свою новую руку. Кожа на ней гладкая, почти безупречная, но под ней пульсируют клетки Хаширамы — они дают ему контроль над Стихией Дерева. Рядом стоит Орочимару, улыбаясь своей змеиной улыбкой. — Впечатляет, не так ли? — шипит он. — С этими клетками ты сможешь противостоять Наруто. — Почти, — холодно отвечает Саске. — Но мне нужно больше. Орочимару кивает. На столе лежит свиток с древними печатями. — Второй Риннеган… Это будет непросто. Но если всё получится, ты станешь сильнее, чем когда‑либо. Саске сжимает кулак. Новая рука реагирует мгновенно — из неё прорастают древесные щупальца, разбивая каменную стену. — Да. Сильнее, мнокорат сильнее Наруто. Орочимару склоняет голову: — Ты уверен, что это необходимо? Он всё ещё твой друг. — Был, — отрезает Саске. — Теперь он — препятствие. Боруто шёл по улицам Конохи, опустив голову. Он чувствовал на себе взгляды — насмешливые, презрительные, ненавидящие. Ещё недавно он был сыном Хокаге, а теперь — «проклятый», «носитель кармы», «угроза». Всё началось с мелких пакостей: кто‑то испортил его вещи в Академии, кто‑то распустил слухи о том, что он опасен. Потом стали появляться листовки с его портретом и надписью «Остерегайтесь!». Однажды, возвращаясь домой, Боруто попал в засаду. Трое старшеклассников окружили его за углом школы. — Ну что, «носитель кармы»? — ухмыльнулся один из них. — Думаешь, раз сын Хокаге, так тебе всё можно? Они избили его, отобрали кунай, а потом… Боруто не хотел вспоминать, что было дальше. Он просто бежал, пока не упал от усталости возле дома. Наруто нашёл его там — грязного, окровавленного, дрожащего. — Кто это сделал? — голос Наруто дрожал от ярости. — Никто, — прошептал Боруто. — Просто… я сам виноват. — Не говори так! — Наруто обнял его. — Я найду тех, кто это сделал. Но он не успел. На следующий день история повторилась — на этот раз с другими обидчиками. А потом ещё и ещё. Слухи расползались по деревне, как яд. Жители начали избегать Боруто, родители запрещали детям играть с ним, торговцы отказывались его обслуживать. «Он опасен», — шептали за спиной. «Карма Момошики проснётся, и он всех нас уничтожит». Совет Каге: объявление угрозы Зал заседаний Совета Каге. Все лидеры деревень собрались, чтобы обсудить новую угрозу. В центре — Саске, его Риннеган холодно мерцает. — Я видел, на что способна эта карма, — говорит он ровным голосом. — Боруто Узумаки — потенциальная угроза всему миру. Если она пробудится полностью, он станет новым Оцуцуки. Каге переглядываются. Пятая Мизукаге хмурится: — Ты уверен? Он же сын Хокаге… — Именно поэтому это так опасно, — Саске делает паузу. — Наруто ослеплён отцовской любовью. Он не видит правды. Райкаге ударяет кулаком по столу: — Значит, решение ясно. Боруто Узумаки объявляется международной угрозой. Охота начинается. Тсунаде, сидящая рядом, качает головой: — Это слишком радикально. Может, есть другой способ? — Другого способа нет, — Саске поворачивается к ней. — Вы видели, что сделал Момошики. Боруто — следующая ступень эволюции. Он может стать ещё опаснее. Казекаге Гаара молчит, но его взгляд говорит сам за себя: он не согласен, но не может возразить открыто. Наруто врывается в зал заседаний, его глаза полны ярости. — Вы сошли с ума?! Боруто — мой сын! Он не угроза! Саске поворачивается к нему. Впервые за годы их взгляды встречаются так — не как у друзей, а как у врагов. — Ты не понимаешь, Наруто. Это ради безопасности мира. — Безопасность мира?! — Наруто сжимает кулаки. — Ты готов убить моего сына ради своих идей?! — Если придётся, — спокойно отвечает Саске. В зале повисает тишина. Все понимают: это не просто спор. Это начало новой войны. — Ты забыл, через что мы прошли? — продолжает Наруто. — Мы сражались вместе, умирали вместе! А теперь ты хочешь убить моего сына?! — Я защищаю мир, — твёрдо говорит Саске. — И если ты встанешь на моём пути, я остановлю и тебя. Наруто делает шаг вперёд: — Попробуй!.... Лес за пределами Конохи. Наруто и Боруто укрываются в небольшой пещере у подножия горы. Воздух здесь сырой и прохладный, пахнет мхом и землёй. Боруто прислоняется к стене, тяжело дыша. Его рука пульсирует, чёрная метка кармы то тускнеет, то вспыхивает зловещим светом, отбрасывая причудливые тени на каменные стены. — Папа… — голос Боруто дрожит. — Она становится сильнее. Я больше не могу... Боруто задыхался, его рука пульсировала — чёрная метка кармы расползалась по коже, словно живая. Наруто прижал сына к стене пещеры, заслоняя собой. — Держись, — хрипло бросил он. — Курама, дай мне ещё чакры! Голос лиса прозвучал в последний раз — слабый, угасающий: - Прости Наруто... - Я отдал всё что мог... Саске шагнул вперёд, его Риннеган сверкнул в полумраке. За спиной — отряд шиноби из разных деревень, вооружённые до зубов, готовые к бою. — Боруто Узумаки, — голос Саске звучал холодно и ровно, без эмоций. — Ты представляешь угрозу для всего мира шиноби. Решением, вынесенным на совете Каге ты будешь казнён. — Ты забыл, кто я? — Наруто медленно развернулся, не отпуская Боруто. — Я — Хокаге. И я не позволю тебе убить моего сына. — Ты больше не Хокаге, — Саске сделал паузу. — С этого момента ты — изменник. Он поднял руку. Боруто закрыл глаза. Наруто приготовился к удару. Вспышка. Оглушительный грохот. Пещеру заполнил ослепительный свет. Когда зрение вернулось, Саске стоял один. На земле — лишь след обуглённой земли и одинокий кунай, выпавший из руки Боруто. — Проклятье… — Саске сжал кулак. Ворон на его плече каркнул и взмыл в небо. — Найти их. Любой ценой. Наруто пришёл в себя резко, словно вынырнул из воды. Он лежал на влажной земле, в густом лесу. Воздух пах дымом, железом и кровью. Где‑то вдалеке слышались взрывы, крики шиноби, рёв дзюцу. Рядом застонал Боруто. Наруто рывком поднял его на ноги. — Где мы? — Боруто с трудом сфокусировал взгляд. — Не знаю, — Наруто огляделся. — Прошлое, это точно. Но какое — пока непонятно. Он посмотрел на свои руки — молодые, без шрамов. Затем на Боруто — метка кармы всё ещё на месте, но теперь едва заметна, словно спит. — Слушай внимательно, — Наруто схватил сына за плечи. — Никто не должен знать, кто мы. Ни слова о будущем. Ни намёка. Понял? Боруто кивнул. Его лицо было бледным, но решительным: — Что делаем? — Выживаем. И ищем информацию. Нужно понять, куда нас занесло. Они двинулись вглубь леса, стараясь держаться подальше от звуков боя. Наруто и Боруто осторожно продвигались по лесу, прячась за деревьями и кустарниками. Они старались не привлекать внимания, прислушиваясь к каждому звуку. — Пап, — прошептал Боруто, — что‑то здесь не так. Смотри, какие у них кунаи — старые, с зазубринами. И форма… другая. Наруто присмотрелся. Вдалеке, на опушке, группа шиноби перевязывала раны. Их снаряжение выглядело изношенным, на броне — следы старых царапин, повязки пропитаны кровью. Один из них поднял голову — на рукаве была эмблема Конохи, но под ней — знак, который Наруто не узнавал. — Да, — пробормотал он. — Это не наше время. Но какое? Они обошли группу стороной, двигаясь к окраине деревни. Коноха выглядела иначе: укрепления грубее, стены выше, на улицах — шиноби в потрёпанной форме, с усталыми глазами. В воздухе витал запах гари и свежей земли. — Смотри, — Боруто указал на группу шиноби у ворот. — У них на спинах знаки с тремя кругами. Я видел такие в учебнике истории… Это символ Третьей мировой войны! Наруто замер. Он вспомнил лекции в Академии: три круга — эмблема периода Третьей мировой. — Значит, мы в прошлом, — тихо произнёс он. — Во времена, когда Минато ещё не стал Хокаге. Боруто сжал кулаки: — Мы можем всё изменить. Предупредить их о будущих атаках, помочь Конохе выиграть войну раньше… — Нет, — оборвал его Наруто. — Любое вмешательство может всё испортить. Мы не знаем, какие последствия вызовет даже одно сказанное слово. Наша задача — выжить и найти способ вернуться. Или, если не получится, — остаться здесь и не нарушить ход истории. Он огляделся, оценивая обстановку: — Нам нужно укрытие. И информация. Но действовать будем осторожно. Никаких дзюцу, которые ещё не изобретены. Никаких намёков на будущее. Понял? Боруто кивнул: — Понял. Они нашли укрытие в заброшенном доме на окраине деревни. Наруто разжёг небольшой костёр, чтобы согреться, и достал карту, найденную в кармане одного из убитых шиноби. — Если мы хотим выжить, — начал он, — нам нужно знать расстановку сил. И найти способ залечь на дно. Боруто молча кивнул, разглядывая метку на руке. Она почти не шевелилась, но он чувствовал её присутствие — словно холодный камень за пазухой. Скрипнула дверь. Наруто мгновенно развернулся, сформировав кунай из чакры. На пороге стоял шиноби с жёлтыми волосами, собранными в хвост. Его глаза — голубые, пронзительные — оценивающе скользили по их фигурам. — Кто вы? — голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась сталь. Наруто медленно опустил руку: — Беженцы. Из деревни на границе с Кумо. Нас разбомбили, мы еле выбрались. Минато сделал шаг вперёд. Его взгляд задержался на Боруто, на метке, затем снова на Наруто. На губах появилась улыбка — не тёплая, а хищная, кровожадная. — Ваши техники… Они необычные. Откуда вы на самом деле? — он сделал паузу, и в его глазах мелькнуло что‑то пугающее. — Или мне придётся выбить из вас правду. Мне нравится, когда люди кричат. Очень нравится. Наруто напрягся. Он знал, что Минато не из тех, кто бросает слова на ветер. — Я уже сказал, — Наруто старался говорить ровно. — Мы из отдалённой деревни. Нас учили нестандартно. Минато рассмеялся — коротко и резко, с откровенной жестокостью: — Не лги мне, — он сделал ещё шаг вперёд. — Я чувствую вашу чакру. Она… странная. Не такая, как у всех. Он резко выбросил руку вперёд, атакуя. Молниеносный рывок — Наруто едва успел блокировать удар, но Минато уже переключился на Боруто. Его рука метнулась вперёд, и в следующий миг Боруто закричал от боли: Минато оторвал ему руку одним точным движением, используя технику, которую Наруто не успел распознать. — НЕТ! — Наруто рванулся вперёд. Ярость захлестнула его, но чакры почти не осталось. Он схватил Боруто, активировал технику телепортации, которую знал ещё с прошлых битв, и исчез в облаке дыма, оставив после себя лишь клочок одежды и каплю крови. Минато замер, затем рассмеялся — громко, с маниакальным восторгом: — Ха-ха-ха! Как интересно! Боль, страх, отчаяние — это лучшая музыка для моих ушей! Он наклонился, поднял клочок ткани и понюхал его: — Я найду вас. Я выслежу вас, как зверя. И когда найду — вы будете молить о смерти. Но я не дам вам её быстро. О нет... Наруто и Боруто появились в глубине леса, в нескольких километрах от деревни. Боруто стонал от боли, кровь текла из раны, где раньше была рука. Наруто прижал его к себе: — Держись, сынок. Я сейчас… Он разорвал кусок ткани, перевязал рану, затем проверил состояние сына. Силы были на исходе, чакры почти не осталось. — Мы выживем, — прошептал он. — И найдём способ вернуться. Но сначала — залечим твою рану и поймём, как не попасться Минато снова. Он опасен. Очень опасен. Боруто слабо кивнул, его глаза закрывались от боли. Наруто поднял его на руки и двинулся вглубь леса — туда, где их никто не найдёт