и погуляем, и погуляем...
17 июня 2026 г., 19:20
Примечания:
неожиданный хай)
***
Летний ветерок врывается без приглашения в слегка приоткрытое окошко, тревожа нежно-персиковые шторы и приоткрывая вид на заходящее за горизонт солнце. Кошачьи уставшие глазки метаются от экрана компьютера к тому невообразимому виду, который раскрывается перед ним. Переживания, ранее накрывшие парня из-за долгих результатов экзамена, которые до сих пор не опубликовали, словно испаряются где-то в этом волшебном голубовато-розовом небе. На его лице расплывается нежная улыбка, и он прикрывает свои глаза на пару минут, чтобы насладиться идиллией момента. Только, кажется, у кого-то свои планы. Яркая, словно фейерверки, мелодия прерывает тишину, царившую в комнате Чонвона. Шатен мгновенно приходит в себя. Любопытство быстро рождается внутри паренька, который борется (совсем нет) с желанием встать и подойти поближе к окну. Не проходит и пяти секунд, как бархатный голос с улицы, словно подзывая, вынуждает Чонвона подорваться со стула и направиться к шторкам. На мгновение молодой человек останавливается, будто чтобы перевести дыхание. Ян поправляет свои шоколадные пряди, которые слегка лезут в волосы. А после его аккуратные пальцы цепляются за шторки, чтобы отодвинуть их немного. Искрящееся интересом личико выглядывает из-под своего «убежища». И стоило кошачьим глазкам столкнуться с причиной прерванного момента, как на его коже расцветает лёгкий румянец. Парень снизу, явно долго ожидавший Чонвона, улыбается самой искренней улыбкой и машет одной рукой, в другой придерживает чёрную акустическую гитару. Он ничего не объясняет. Лишь делает лёгкий выдох и берётся за инструмент более серьёзно. Длинные пальцы проходятся по струнам на пробу, словно Джей делает это впервые (конечно же, нет). Лёгкое волнение окутывает его тело, а в голове ураган из мыслей, которые привели его к окнам одноклассника, который нравится Паку уж больно давно. Только вот признаваться банально, тихо и где-то за уголком школы, чтобы ни единая душа не видела, Чонсон не хотел. Юноша всегда был открытым, даже в своих чувствах, и не любил обманывать. Идея прийти к дому Яна и спеть ему песню о своих чувствах была незапланированной, слишком поспешной, однако именно благодаря ей он ощущает кошачьи глазки на себе. — Я возле дома твоего, зову тебя гулять. Я лишь только твоё сердце хочу завоевать... Бархатный голос Джея наполняет тихую улицу и смущённое сердце Чонвона, до которого долетают слова. Где-то перестали мяукать дворовые кошки, кто-то из соседей выглядывает с балкона. Но Паку всё равно. Его тёплый взгляд направлен прямо на Яна, что пытается спрятать свои розовые щёки за шторками (получается это так себе). Старший улыбается, пропевая каждую строчку песни с искренностью и необъяснимой симпатией, которая таилась долгое время где-то глубоко внутри, там, куда Чонсон мало кого пускает. Даже лучшему другу, Сонхуну, Джей ничего не говорил. Особенно о том, что собрался петь перед домом Чонвона. Иначе поддразнивания со стороны Хуна не избежать. Да и не зря ведь говорят, что счастье любит тишину. Вот этого правила и придерживался Чонсон всё это время. А сейчас его чувства льются бескрайними летними волнами любви, которые будто обнимают Чонвона на третьем этаже, откуда он наблюдает за поющим старшим, из-за которого сердце бьётся чаще, а душа наполняется чем-то волнительно-приятным и тёплым. Ян не помнит, когда влюбился в Чонсона. Тот всегда ходит по школе слишком серьёзный и собранный. Его редко можно было заметить в компании улыбающимся или смеющимся. Лишь только рядом с Сонхуном и Джейком. Они вечно говорят Чонсону что-то, из-за чего Пак не может сдержать тихого смешка или улыбки. И в такие моменты Чонвон не замечает, как тает, и начинает улыбаться довольно, словно сдал самую сложную контрольную на «отлично». Наверное, всё началось именно с улыбки. Не с красивого лица, не с идеальных оценок и даже не с того, что половина школы считала Чонсона самым привлекательным старшеклассником. А именно с улыбки. Потому что её почти никто не видел. Она была редкой. Особенной. Словно предназначенной лишь для избранных. Чонвон порой осознаёт, что мог бы провести три часа на жёсткой скамейке у спортзала, лишь бы вновь застать момент, когда Сонхун скажет что-то нелепое, а Джей рассмеётся, прикрывая рот рукой. В такие моменты весь мир почему-то становится легче. Ян часто говорил себе, что это пройдёт. Что это просто восхищение. Что однажды он проснётся и перестанет искать знакомую фигуру среди толпы учеников. Но проходили недели. Месяцы. А он всё равно первым делом замечает именно Чонсона. На переменах. В столовой. Во дворе школы. Даже на общих фотографиях взгляд всегда находил его быстрее остальных. Иногда это раздражало. Очень сильно. Особенно когда Джей даже не смотрел в его сторону. Они были из разных миров. Чонсон дружит с популярными ребятами, участвует во всех школьных мероприятиях и умудряется получать хорошие оценки. Чонвон же предпочитает проводить время в библиотеке или в пустых кабинетах после уроков. Они почти не разговаривали. Если быть честным — практически никогда. И всё же Ян знал о нём слишком много. Знал, что Джей ненавидит холодный кофе, что всегда носит с собой запасную ручку. А во время контрольных слегка постукивает пальцами по парте, когда нервничает. После уроков чаще всего остаётся в музыкальном кабинете, чтобы настроить любимую гитару, с которой неразлучен со средней школы. Такие мелочи невозможно замечать, если человек тебе безразличен. Однажды Чонвон поймал себя на том, что специально пришёл в школу на двадцать минут раньше обычного. Только потому, что видел: именно в это время Джей приходит на занятия. И когда тот действительно появился у школьных ворот, поправляя ремень сумки на плече, сердце Яна вдруг забилось так быстро, словно его застали за чем-то запретным. Это было глупо. Очень глупо. Чонсон даже не заметил его (так думал Вон). Прошёл мимо. А Чонвон всё равно чувствовал себя счастливым до самого обеда. Иногда шатену кажется, что он болен. Ведь он никак не может объяснить это странное чувство внутри, которое заставляет порой краснеть лишь от одного взгляда на Чонсона. Почему обычное «спасибо», сказанное на уроке, не выходит из головы неделями? Почему имя «Джей» заставляет сердце пропускать удары? Ян не знает, точнее не хочет говорить это вслух. Зато знает другое. Каждый раз, когда кто-то из одноклассников говорил, что Джей слишком холодный или высокомерный, ему хотелось спорить. Потому что они не видели того, что видел он. Не замечают, как Пак помогает младшим ученикам донести коробки, как отдаёт свои конспекты тем, кто пропустил уроки. А иногда даже задерживается после занятий, помогая учителям. Чонвон видел. Всегда видел. И, наверное, именно поэтому влюблялся всё сильнее. День за днём. Не надеясь на взаимность. Не строя невозможных планов. Просто храня это чувство глубоко внутри. Как самый драгоценный секрет. Потому что иногда ему казалось: если Чонсон узнает правду, то всё исчезнет. Эти взгляды украдкой. Эти случайные встречи в коридорах. Эта возможность просто находиться рядом. А Чонвон не был готов потерять даже это. Поэтому продолжал молчать. Продолжал наблюдать. И продолжал любить. Тихо. Так, чтобы никто не заметил. Кроме собственного сердца, которое уже давно сделало свой выбор. Поэтому видеть поющего Джея в свете нежного заката под собственным окном вызывает у Яна слишком много смешанных чувств. Это и смущение, которое поселилось в его душе ещё задолго до влюблённости, и необъяснимая радость, заставляющая всё внутри трепетать, и тревога, означающая, что Чонсон, на самом деле, скорее всего, заметил его тихие и неозвученные чувства... Джей же никогда не считал себя человеком, который способен влюбиться настолько сильно. Раньше ему казалось, что все эти истории про бессонные ночи, про постоянные мысли об одном человеке и про сердце, которое начинает биться быстрее от одного взгляда, существуют только в фильмах или книгах. Но потом в его жизни появился Ян Чонвон. И всё изменилось. Самое смешное заключается в том, что никто вокруг даже не догадывался об этом. Для всех Джей оставался и, скорее всего, остаётся таким же спокойным и собранным. Тем самым Пак Чонсоном, который всегда знает, что делать дальше, который редко показывает эмоции и почти никогда не позволяет чувствам брать над собой верх. Только вот рядом с Чонвоном всё это перестаёт работать. Он не мог объяснить, почему его взгляд постоянно находил Яна среди десятков учеников в коридоре. Не мог объяснить, почему во время школьных мероприятий первым делом искал именно его. Не мог объяснить, почему настроение зависело от того, улыбнулся ему сегодня Чонвон или нет. Это было странно. Непривычно и до невозможности страшно. Потому что Джей привык всё контролировать: свои оценки, планы и в целом всю свою жизнь. Но чувства к парнишке, который похож на милого котёнка с глубокими карими глазками и длинными ресничками, контролировать не получалось с каждым днём сложнее и сложнее. Совсем. Он помнит тот день, когда впервые понял, что всё намного серьёзнее обычной симпатии. Был конец осени. После уроков почти все уже разошлись по домам. Чонсон задержался в классе, помогая учителю собрать какие-то документы. Когда он вышел в коридор, то заметил Чонвона возле окна. Тот сидел на подоконнике и что-то читал. Обычная картина. Ничего особенного. Но солнечный свет падал на его волосы, а сам Ян выглядел настолько спокойным и сосредоточенным, что Джей невольно остановился. Всего на несколько секунд. А потом ещё на несколько. И ещё. Пока не понял, что просто стоит и смотрит. Смотрит так, словно перед ним находится самое красивое зрелище на свете. Именно тогда он впервые испугался. Ведь понял одну простую, но такую пугающую истину: это уже не пройдёт. Это стало частью него. С тех пор всё только усложнилось. Он начал замечать каждую мелочь. Каждую привычку. Каждое движение. Чонвон всегда слегка хмурился, когда решал сложные задачи. Всегда прикусывал губу, когда нервничал. Поправлял рукава нежного, слегка пушистого свитера, если волновался. И Джей замечал это раньше всех. Порой ему казалось, что он знает Чонвона лучше, чем самого себя. Хотя они разговаривали не так часто, как ему хотелось бы. Особенно тяжело становилось вечером. Когда город затихал. Когда домашние задания были сделаны. Когда вокруг больше не оставалось шума, способного отвлечь от мыслей. Тогда в голове оставался только один человек. Чонвон. Чонвон. И снова Чонвон. Поэтому сейчас Джей стоял под окнами его дома, напевая песню, которая, как ему казалось, могла мягко и аккуратно донести все его чувства или хотя бы их часть пареньку, что всё ещё слушает его. Фонари уже начали освещать пустую улицу мягким жёлтым светом. Солнце уже скрылось, забирая с собой тот позитивный настрой, оставляя после себя лёгкую тревогу внутри. Однако голос Пака не дрожит. Он не даёт этому чувству овладеть самым важным моментом в его жизни. Каждое слово казалось признанием. Самым искренним признанием за всю его жизнь. Джей усмехнулся. Если бы кто-нибудь из друзей увидел его сейчас, то точно не поверил бы своим глазам. Тот самый серьёзный Пак Чонсон стоит посреди улицы и поёт под чужими окнами. Ради одного человека. Ради Яна Чонвона. И, что самое удивительное, он ни о чём не жалел. Потому что любить Чонвона оказалось самым прекрасным чувством, которое ему когда-либо доводилось испытывать. Даже несмотря на страх, сомнения, бесконечные переживания. Потому что рядом с Яном мир становился другим. Более тёплым. Более светлым. Более настоящим. Именно рядом с ним Джей впервые чувствовал себя не идеальным учеником, не примерным сыном и не человеком, от которого все чего-то ждут. Рядом с Чонвоном он просто был собой. И этого оказалось достаточно, чтобы влюбиться окончательно. Без возможности отступить. Без желания забыть. Без единого шанса разлюбить. Потому что сердце уже давно сделало выбор. И выбрало Яна Чонвона. Раз и навсегда. И когда прозвучал завершающий аккорд, Пак с облегчением выдыхает. Его карамельные глаза на секунду прикрывает. В ушах сердце забивается снова волнительным ритмом. Тяжёлый ком парень сглатывает поспешно и приподнимает голову, чтобы посмотреть на младшего с надеждой на, хотя бы, капельку взаимности. Только вот окно пустует. Знакомого силуэта нет. Паника окутывает Чонсона, ладони, до этого горевшие от страстной игры на гитаре, мгновенно холодеют. В голову лезут множество мыслей, которые путают и в это же время ранят молодого человека. Этот поток заканчивается лишь тогда, когда тёплые руки окольцовывают его шею, а аккуратный носит утыкается куда-то в плечо. — Хён, — нежно и смущённо шепчет Ян, — я тебя так люблю. Возможно, это слишком поспешные слова, слишком серьёзные для их возраста. Однако именно это и чувствует Ян к Чонсону. Другие слова не могут точно описать это. А у Джея наконец-то душа успокаивается. Сильные руки обвивают тонкую талию, прижимая ближе. Он выдыхает облегчённо, прижимая сухие губы к виску, оставляя лёгкий поцелуй. — И я тебя люблю, Чонвон-а, — так же тихо говорит в ответ Пак, вдыхая родной аромат парнишки, от которого веет чем-то сладким и свежим. Чонвон только сильнее прижимается к нему, пряча счастливую улыбку где-то у него на плече. Кажется, впервые за долгое время всё встаёт на свои места, а сердце перестаёт тревожно сжиматься от сомнений и невысказанных чувств. За окном давно опускается ночь, но для них сейчас это совершенно не важно. Ведь самое главное признание уже прозвучало, а значит, впереди их ждёт ещё целая история, которую теперь они будут писать вместе, и, конечно же, та самая прогулка, на которую пригласил Джей своей песней.
