Разведывательная Пасха

По весне взяла Райнера тоска по родному дому. Заметили его хандру товарищи и давай пытать, что случилось, а он отмалчивается или отбурчивается. Когда Криста в знак утешения принесла ему сладкую булочку, перехваченную на рынке — на мгновение лицом просветлел, но ровно до тех пор, пока не подскочила Имир, Кристу отстранила, а булочку из руки Райнера выхватила. Наконец, при очередных расспросах, проговорился немного: — Да Пасха скоро, по дому скучаю… Ясное дело, элдийцы Парадиза слова такого не знали, а потому принялись расспрашивать с бо́льшим недоумением и интересом. Райнер ещё никогда не был так близок к провалу. Пришлось быстро оговариваться, что вот в его родной деревне был такой праздник местного значения, да. Бертольд рядом стоит, дышит тяжело, потеет, глазами мечет меж присутствующих, того и гляди — не выдержит да в Колоссального обратится. — А что на праздник на этот делают? — спросил Эрен. — Надеюсь, вкусно кормят? — Саша аж подпрыгивала от нетерпения. — Ну, это… яйца красят… — объяснил Райнер. — Чьи? — отчего-то испуганно спросил Конни. — Ну… куриные… — А-а-а… — с некоторым облегчением выдохнул Конни. — А где мы их достанем?! — тут же возбуждённо запрыгала Саша. — А вот это мы тебе и поручим, — тут же решил Эрен. — Точно! — согласился Конни, хлопнув подругу по плечу. — Уж если кто и может раздобыть жратвы хоть из-под земли — так то Сашка! Управиться силами одной Сашки, правда, не вышло — пришлось устроить большой переполох в маленьком курятнике силами половины отряда. Всё дело в том, что курятник казённый, и яйца из него попадают обычно на стол к офицерам. Так что Эрену и Жану пришлось отвлекать солдат, Райнеру и Бертольду — изображать пострадавших, которым нужна помощь из-за якобы (в итоге — по-настоящему) придавившей их телеги, Саше и Конни — забираться в курятник к беспокойно мечущимся курам, красть яйца и улепётывать от охраны, которая поняла, что попалась на уловку. К счастью, наготове была телега, которой правил Армин, куда беглецы смогли забраться, и Микаса, которая пугала преследующих своим внешним видом, чтобы у погони упал погонный дух. — А-ГА-ГА-ГА-ГА! — стоял гвалт в казарме, куда вернулись победители-похитители. Криста пыталась робко заметить, что, может быть, поступать так всё же не стоило, но Имир, приобняв подружку, попросила не занудствовать. — Ну что, Райнер — рассказывай, что с ними дальше делать! — пуская слюни на яйца (не прямо), взмолилась Саша. — Ну, красить… — Чем?! — Краской… Пока яйца вываривались в луковой шелухе под неусыпным контролем Кристы и повышенным слюнотечением Саши, в казарму, выбив дверь, вошёл капитан Леви, а вслед за ним — майор Закариас и главнокомандующий Смит. Выражение лиц и взгляды были хмурые, грозные, обвиняющие и печальные. — Вот и яйцекрады, — привычным невыразительным тоном обозначил Леви, от одного спокойно-убийственного взгляда которого Саша подавилась слюной, Криста спряталась за Имир, Микаса подобралась, готовясь к битве насмерть, а перепотевший Бертольд поднёс тыльную сторону ладони к зубам и едва не впился, но был остановлен навалившимся Райнером. — Сто шестьдесят нарядов вне очереди, — сказал капитан Леви, после чего Криста упала в обморок, а Саша с Конни обнялись и задрожали, молчаливо пуская слёзы с соплями. — Капитан, главнокомандующий, майор — остановитесь! — вперёд всех вышел Эрен, решительно выставляя перед собой раскрытую ладонь под удивлёнными взглядами однополчан. — Да что значит — остановитесь?! — грозно пошевелил усами майор Закариас. — Я с утра голодный, где мои яйца?! — Мы вовсе не украли яйца! — решительно возразил Эрен. — Мы их… позаимствовали… для модернизации! Армин удивлённо вытаращился на друга — удивлённый, в первую очередь, тем, что тот смог запомнить столь сложное слово. — Для чего?.. — скривился Леви, который сложных слов не любил. — Для лучшего вкуса! — захлёбываясь слезами, подала голос Саша. — Да вы сами попробуйте! — пропищала ненадолго очнувшаяся из обморока Криста, поддерживаемая Имир и слабой рукой указав в сторону кастрюли. Офицеры приблизились к кастрюле, взяли по яйцу, очистили, попробовали. — Хм… неплохо, — одобрил немного надкусивший вываренное в луковой шелухе яйцо Эрвин. — Очень даже! — уже по-настоящему похвалил, надкусив ещё. Леви долго присматривался и принюхивался, а вот Мик проглотил в один присест — голодный был, с его-то комплекцией так просто не наешься. Эрвину Смиту это дело понравилось. Подробнее расспросив Райнера о неведомой, но аппетитной Пасхе, командующий распорядился учредить всеразведывательную Пасху с крашеными яйцами (но обязательно уточняя, что с куриными). На помощь пришла Ханджи, которая за счёт достижений науки смогла раскрасить яйца во множество ярких цветов. А осмелевший Райнер подсказал ещё одну пасхальную традицию — стукаться яичками. — Вот так? — Жан с размаху ударил Эрена яйцом по макушке. — Ай!.. Ах ты!.. — возмущённый Эрен в ответ ударил Жана своим яйцом. Оба взяли по яйцу во вторую руку и принялись нещадно друг друга колотить, прямо посреди праздничной улицы. — Ребята, ну почему мы не можем жить в мире и гармонии?.. — робко приложив ладони к груди, спросила Криста. — Да потому что, блять, не можем! — огрызнулся Эрен, нанося яйцевой удар Жану в челюсть. Драку пресёк капитан Леви, устроив обоим драчунам зажим яйцами и заодно потрескав скорлупу об их головы. Неподалёку мычала связанная Саша, которой не давали поглотить все яйца в округе. Райнер выглядел практически счастливым, даже слёзы на глаза навернулись — почти как дома!..