Фортепиано.

***

Эллиот никогда не думал, что обычный вечерний просмотра фильма вдруг обернётся чем-то большим, чем просто обычной поседелкой вместе со старым другом. Они дружили достаточно долго, чтобы чувствовать себя друг с другом как дома. У Мафиозо с его идеально выглаженными шторами, запахом дорогого табака и этой странной, контрастирующей со всей суровой эстетикой, двухэтажной клеткой с пушистым белым кроликом в углу гостиной, которого Эллиот просто обожал тискать. А тот даже был не против и всегда отвечала заимностью светловолосому парню. Дон Соннеллино — так его называли все остальные. Грубый, резкий, с тяжёлым взглядом из-под чёрной фетровой шляпы. Но для Эллиота он был просто Маффи. Тот, кто покупал ему лимонад, когда у того болело горло, и молча поправлял его козырёк, если тот съезжал набок, мешался. Эллиот даже привык к тому, что Мафиозо всегда выглядит как человек, который только что подписал чей-то смертный приговор. Белая рубашка, чёрный галстук, неизменное пальто и шляпа, которая, кажется, никогда не покидает его головы, постоянно скрывая глаза. Даже когда они просто смотрят фильмы. Даже когда он идёт в магазин около дома за чипсами и всякими вкусностями, которые блондин уплетает за обе щеки.

***

Мафиозо встретил его на пороге. Как всегда. Ничего нового. Белая рубашка, которую было еле видно, чёрный галстук, слегка мешковатые штаны и неизменное чёрное пальто, которое он, видно, не снимал даже дома. Фетровая шляпа скрывала чёрные волосы до шеи. — Ты пришёл — констатировал факт Мафиозо низким, чуть своим грубоватым голосом, но не таким как раньше. — Ага! — Эллиот жизнерадостно протянул блондин и стянул кеды. — Фильм —это хорошо! А есть будем пиццу? Или ты решил удивить меня своими кулинарными шедеврами? — Еды мало, — сказал Мафиозо, натягивая пальто получше. — Я в магазин. А ты пока выбирай фильм. Только не ужасы. Не хочу, чтобы было как в прошлый раз. — Без проблем —кивнул Эллиот, устраиваясь на полу перед телевизором с пультом в руках. Он сам не хотел ужастики, ведь именно из-за него в прошлую ночёвку они вдвоём почти не спали всю ночь. Блондин услышал как дверь с небольшим грохотом и звоноком ключа закрывается. Мафиози ушёл и парень остался один в доме друга. Эллиот быстро нашёл фильм. Это не составило ему каких-то проблем. Какой-то старый, который они оба любили. Они часто его обсуждали, но пересматривать — не осмеливались. И вот.. Подвернулась как раз такая ситуация!

***

Скука же настигла бедного парнишку раньше, чем Мафиозо успел вернуться домой с едой. Поэтому просто сидеть и тупо смотреть в окно, стало плохим занятием. Блондин решил оглядеться. Всё же, он не часто был дома у своего друга, да и тем более один без самого хозяина. — Пройдусь — сказал он сам себе под нос, поправляя низкий хвостик из пушистых блондинистых светлых волос. Красный козырёк с чёрной эмблемой чуть съехал набок и он просто поправил и его, чтобы не слетел. Он встал с довольно тёпленького пола, решив, что просто немножко осмотрится в доме и вернётся до прихода его старого друга. Хоть Мафиозо и проводил небольшую ему экскурсию, но во многие комнаты он ещё не заходил, ведь..

«—Это тебе не понадобится», «—Всё равно не будем сюда ходить, только время на это всё потратим»

Маффи показыл лишь самое важно, поэтому Эллиот решил взять всё в свою руки. Он спокойненько, размереннымм шагами прошёлся по всему коридору. Дверей было много, даже слишком. Глаза разбегались, но привлекла его только одна дверочка. Она находилась дальше почти всех, но она единственная была приоткрыта. Та словно зазывала парня, чтобы тот вошёл в неё. Это хоть и было странно, но парень не сдержался, интерес взял вверх, поэтому он всё же зашёл внутрь. А после замер, Эллиот заметил кое-что в самой середине комнаты и это то, что привлекло его внимание сразу. Фортепиано. Чёрный, лакированный, блестящий и огромный — посреди пустой комнаты. Он стоял там, блестя под белоснежным светом люстры, которая заработала, когда Эллиот вошёл в комнату. Открытые окна только добавляли изумления в эту картину.

«Почему Маффи не рассказывал мне об этом? Он правда умеет играть?»

Сразу подумал про себя Эллиот. Внутренний голос Эллиота звучал скорее удивлённо, чем обиженно. Ему было интересно, как играет Мафиозо, но в слезах он ему это пока не скажет. Слишком как-то стыдно. Вдруг он узнаёт, что тот лазил сюда? И больше его не пустит?

«Мы дружим чёрт знает сколько, а я даже не знал, что у него дома стоит такой инструмент. Хотя... Я сам молчал про музыкалку. Наверное, просто не было повода..Интересно.»

Он сел на мягкий стул с белой подкладкой. Поправил красный козырёк на пушистых светлых волосах. Привычка, которая осталась с тех пор, как он носил кепку с детства. Водолазка немного сдавливала горло, но Эллиот быстро ослабил её, потянув за край с другой стороны . Блондин почувствовал, как пальцы начинают зудеть от желания прикоснуться к клавишам, да и к самому инструменту. Он помнит, помнит всё. Он сел за фортепиано, держа осанку. Прямая спина. Ноги. Ровно. Расстояние до клавиш. Всё как учили в музыкальной школе, когда он учился играть на гитаре и заодно осваивал фортепиано. Эллиот сразу вспомнил её. Учительница из музыкальной школы, строгая пожилая женщина с вечно дрожащими руками, всё ещё жила и если не ушла на пенсию то, учила других детей. Она всех переживёт, мудрая женщина. Учительница заставляла его сидеть так ровно, что через час занятий спина ныла, но сейчас парень понимал зачем это надо было. Вдруг, Эллиот заметил, лежащую рядом на мини-столике книжка с нотами. Он пролистал страницы, которые уже пожелтели, но ноты были выписаны аккуратно, даже с любовью. Почерк в книжке был знакомым для парня, но это точно не Мафиозо.. Эллиот быстро нашёл одну из самых лучших и знакомых ему. «Лунная соната» Бетховен. Пальцы дрожали сначала. Неприятно. Ошибки. Фальшивые ноты. Но потом… потом руки вспомнили то, что блондин делал ещё очень давно. Ещё в школьные годы. Мелодия потекла — ровно, спокойно, как вода в реке. Триоли левой руки. Ритм сердца. Аккорды. Эллиот чувствовал, как его собственное дыхание синхронизируется с его действиями: вдох на паузе, выдох — на ноте. Он не слышал ничего вокруг. Не слышал, как хлопнула входная дверь. Не слышал шагов за спиной — мягких, почти неслышных за спиной из-за увлечения музыки, даже несмотря на тяжёлые ботинки, которые раздавались эхом в большом коридоре. Не слышал, как зашелестела ткань пальто, сброшенного на спинку кресла рядом с комнатой. Тёплые ладони легли на его плечи — широкие, уверенные. Пальцы сомкнулись ровно там, где мышцы были напряжены больше всего. Эллиот дёрнулся так резко, что чуть не сбил ритм. Сердце пропустило удар, и соната на мгновение споткнулась. Мафиозо буквальнос тоял за его спиной. Всё в том же деловом костюме, белая рубашка, чёрный галстук, всё та же чёрная федора на голове. Его ладони лежали на плечах Эллиота. Они не сжимали, а просто держали парня. Поддерживали его. —Не пугайся так, продолжай играть... — Голос Мафиозо был низким, тихим, чуть хрипловатым. Он звучал прям у самого уха блондина, без привычной грубой ноты. Парень невольно сглотнул ком в горле. Эллиот почувствовал запах табака, свежего хлеба из пекарни через дорогу и чего-то ещё, что он не мог описать.

«Он стоит так близко. Чёрт. Когда он вообще вернулся? Я даже его не слышал. И... Он не убирает руки..».

Мысль была липкой, тёплой. Эллиот хотел остановиться. Правда хотел. Но пальцы продолжали двигаться по клавишам, послушался. Да и самому не хотелось прекращать. Мафиозо слегка сжал его плечи. Не больно. Просто, чтобы Эллиот знал, что он рядом. Соната текла дальше. Каждая нота теперь казалась тяжелее. Не из-за ошибок, а из-за того, что Эллиот осознавал, что его слушают. Потому что пальцы на его плечах чуть заметно поглаживали в тех местах, где музыка становилась особенно трогательной и медленной. Эллиот повёл плечом. Совсем чуть-чуть, почти незаметно, просто затекла и почувствовал, как ладони друга чуть сместились, но не убрались. Одна рука легла на лопатку, другая вёл ещё осталась его на плече. Тепло через чёрную водолазку проникало прямо в кожу. Эллиот чувствовал, немного вздрогнул, но продолжал играть. Не хотелось спугнуть данный момент. Ведь это было странно… приятно. Уютно. Опасно. Эллиот чувствовал тепло ладоней даже через ткань. Чувствовал, как Мафиозо склонился чуть ближе, почти касаясь своей щекой его блондинистых, переливающихся на свете солнца волос. Внутренний голос в голове Эллиота звучал панически, но снаружи он старался оставаться спокойным. Пушистый хвостик светлых волос слегка качался в такт музыке, красный козырёк с чёрной эмблемой чуть съехал набок,но никто не поправил. Эллиоту некогда, а Мафиозо не заметил. Либо делает вид. Они не говорили ни слова друг другу. Ни слова о том, откуда у дона Соннеллино рояль, ни слова о том, почему сын владельца пиццерии знает все переходы Бетховена. Не хотелось прекращать такой момент. Музыка говорила за всех. Когда последний аккорд замер в воздухе, тишина стала осязаемой и непривычной. Мафиозо убрал руки, но не сразу. Сначала провёл большими пальцами по линии плеч Эллиота. Коротко. Осознанно или нет, блондин не знает. Он лишь почувствовал, как холодок пробежал по спине. Именно там, где только что было тепло. Он обернулся. Мафи стоял в двух шагах, сняв шляпу и поставив её на столик с нотами. Чёрные волосы слегка растрепались. Глаза — тёмные, глубокие — смотрели на Эллиота так, будто видели его впервые. — Я даже не знал, что ты так хорошо играешь на фортепиано..— тихо сказал Мафиозо, обходя рояль и садясь рядом на край стула. Его тёмные глаза смотрели без обычной жёсткости. Скорее с необычным спокойствием. Его плечи расслабились, а сам Мафиозо словно тоже хотел прикоснуться к музыкальному инструменту, но никак не решался — Ты никогда не говорил. — Ты тоже никогда не говорил— ответил Эллиот, улыбнувшись краешком губ. — Теперь квиты. Мафиозо молчал секунду, потом хмыкнул — это у него было вместо смеха. — Это не мой инструмент. На нём играл.. Кое-кто другой. Но я тоже умею играть, просто не здесь. — Голос чуть потяжелел, но Мафиозо сразу вернул свой обычный. Словно ничего не было —Фильм, наверное, уже начался. Я думаю, нам стоит — сказал он. Молчание повисло между ними. Эллиот не знал, что и сказать. Спрашивать чем именно будет, наверное, не вежливо. Парень раздумывал, что ответить до тех пор, пока Мафиозо сам не нарушил молчание. — Я купил продукты. Ты, я надеюсь, выбрал фильм? Эллиот моргнул, возвращаясь в реальность в свои мысли. Вопрос был неожиданным, но парень быстро сообразил. — А... Да. Итальянский детектив. Шестидесятые. Дождь, сигареты. Короче, тот, который мы всмотрели вместе у меня, помнишь? —Сказал Эллиот, поднимаясь со стула. — Ещё как помню. Прекрасный фильм. Мафиозо повернулся и вышел из комнаты. Эллиот ещё секунду постоял на месте, глядя на клавиши, потом очухался, поправил пушистый хвост и пошёл следом. Не хочется пропустить начало фильма..