Good girl

Леон плавно берет ее за бедра и разворачивает к себе. Их взгляды встречаются. Грейс нервно отводит глаза и неуверенно прикусывает нижнюю губу. Они близко. Они так близко, что она может чувствовать аромат его одеколона, слышать дыхание и видеть каждую морщинку на его лице. Грейс немного страшно. Она сжимается под его взглядом, но он лишь ласково проводит по ее щеке. Без давления — с нежностью. Весь ее мир сужается до них двоих — вот так, стоящих наедине в спальне и смотрящих друг на друга. Это заставляет сердце Грейс совершать кульбиты. — Не бойся, — Леон говорит негромко — только для нее. И она, набравшись смелости, обнимает его за шею, улыбаясь уголком губ. — Я-я не боюсь, — ее сдает запинка, но Грейс все равно делает вид, будто не испытывает никакого страха. Леон смотрит с доброй усмешкой. — Да что ты? Какая смелая, — дразнит он. Грейс хмурится. Вот всегда он так — относится покровительски, словно она маленький ребенок. С другой стороны, если бы ей не нравилось, была бы она здесь, с ним? — Перестань со мной нежничать. Я не хрустальная, — Грейс пытается храбриться. На деле же все внутри сжимается от волнения, и она в очередной раз облизывает пересохшие губы, выдавая себя с головой. Леон улыбается шире. — Малышка хочет развлечься по-взрослому? — он чуть опускает голову так, что они соприкасаются носами. У Грейс пересыхает во рту. — Ты снова дразнишься, — ворчит она, но, тем не менее, подается ближе. Леон благоразумно ничего не говорит в ответ. Сократив расстояние между их лицами, он целует ее. Сначала нежно — чуть посасывая нижнюю губу, а после неторопливо проводя языком между ними. Грейс нравится целоваться. Каждый раз она плавится от приятного ощущения, скручивающегося внизу живота. Леон нежен с ней — ладонь на ее щеке продолжает ласкать, пока вторая рука оглаживает ее бок. Она позволяет ему вести, медленно уплывая на волнах наслаждения. Леон аккуратен — он никогда не давит, позволяя ей отстраниться при нужде. Но Грейс этого не хочет. Она отдается ему целиком и позволяет брать контроль. Иногда ей хотелось бы, чтобы Леон был жестче. Но как сказать ему об этом? Не то чтобы у них раньше были проблемы с разговорами — Леон всегда выслушивал, понимал и никогда не шел вразрез с ее желаниями. Что же останавливает ее сейчас? Пока Грейс погружается в свои мысли, Леон, поняв, что она ушла в себя, прекращает поцелуй и опускается поцелуями к ее шее. Он проводит языком, касается губами, убирая руку с щеки на талию. Грейс, шумно выдохнув, откидывает голову в сторону, позволяя Леону касаться. Она прикрывает глаза, ощущая, как по телу проходится приятный импульс: шея всегда была ее слабым местом. И Леон прекрасно знает об этом. Он постепенно ведет ее к кровати — Грейс приходится идти спиной, но она доверяет, а потому послушно следует за ним. Леон немного отстраняется и берется за край ее футболки. Грейс понимает без слов, позволяя ему раздеть себя. После Леон раздевается сам и дает ей время снять штаны. Оставшись в одном нижнем белье, Грейс привычно смущается. Да, он видел ее в таком виде — и не раз. Но ей отчего-то до чертиков неловко. Расправившись со своей одеждой, Леон ласково улыбается. — Не бойся, — повторяет он, обнимая ее за талию. Их взгляды встречаются, и Грейс теряется, глядя в эту бездну цвета неба. Она влюблена. Черт возьми, как же она влюблена. Леон аккуратно надавливает на нее, призывая сесть на кровать. Грейс садится и отползает назад под внимательным взглядом Леона. Его взгляд обжигает, и она покрывается мурашками. Тот скользит по лицу, шее, груди — задерживается на ней, а после движется к бедрам и заканчивает на ступнях. Когда Леон так смотрит на нее, Грейс хочется сгореть заживо, стать пеплом под его взглядом. Она чувствует, как начинают гореть щеки. — Ты так мило смущаешься, — Леон залезает на постель и медленно ползет ближе к Грейс. Его лицо такое же доброе, но в глазах мелькают озорные огоньки. — Ты — причина моего смущения, — когда он приближается, она проводит ладонями по его обнаженным плечам и ведет выше, запутываясь пальцами в его волосах. Леон прикрывает глаза, очевидно наслаждаясь незамысловатой лаской. Грейс замирает и судорожно выдыхает. Она сможет. Она попросит его. — Л-Леон, — начинает она. Он тут же открывает глаза, глядя прямо на нее. От такого взгляда не скрыться, не сбежать. И Грейс на нервах теряет дар речи не в силах связать и пару слов. — Что такое? — Леон подталкивает ее к дальнейшему разговору, одновременно с этим опускаясь к ее груди. Он оставляет поцелуй за поцелуем, останавливаясь где-то в районе живота, а после, облокотившись подбородком о него, снова смотрит на нее. Леон между ее ног выглядит до невозможности сексуально. — Ты можешь мне сказать. Знаешь же, я не осужу. Да, Грейс знает. Она может ему доверять. Вместе они прошли через ад и исцеление. События прошлого останутся вечным шрамом на сердце Грейс, и Леон, понимающий ее, как никто другой, предоставил ей убежище, стал ей другом, а после и вовсе открыл для нее свое сердце. И Грейс была бы счастлива остаться в нем до конца. — Я-я, — она делает два судорожных вздоха, пытаясь успокоиться. В ушах стучит набатом, а тело начинает дрожать. В этом ведь ничего такого — почему она так волнуется? — Я хочу, чтобы ты сделал это жестче, — все-таки выпаливает Грейс, наблюдая за реакцией Леона. Тот хмурится. — Сделал что? — кажется, он в искреннем недоумении — не притворяется. И Грейс смущается пуще прежнего, поджимает губы, но все же произносит: — Занялся со мной сексом. Жестче. Лицо Леона озаряется пониманием. Однако вскоре он начинает выглядеть слегка встревоженно. — Ты уверена? — Леон поднимается на руках и смотрит на Грейс сверху-вниз. — Уверена, — Грейс кивает. Дрожь постепенно сходит на нет — самое страшное позади. — И что ты хочешь, чтобы я сделал? — Леон серьезен — значит, просьба вероятнее всего будет исполнена. Им осталось лишь договориться о том, как именно. — Н-ну, например, — Грейс отводит взгляд, пытаясь придумать, что сказать. Так глубоко она еще не копала. Грейс перебирает в уме всевозможные варианты, которые она когда-либо видела в фильмах и книгах. У нее не так много опыта — тем более такого. Леон наверняка знает об этом больше. С другой стороны, с чего она это взяла? — Например? — переспрашивает Леон. Он не злится, не торопит — чутко наблюдает за ней. И Грейс говорит первое, что приходит ей на ум. — Например, удушение, — она делает паузу и прежде, чем Леон успевает ответить. — И-или шлепки. Или д-дергать за волосы, — тараторит Грейс. Леон, уловив ее настроение, приближает свое лицо и нежно целует. Он не углубляет поцелуй, ожидая, пока Грейс успокоится и выдохнет. — Порядок? — спрашивает Леон после того, как отстранился. — Да, — шепчет Грейс. Ей не о чем переживать. С ним она в безопасности. — Итак, — Леон задумчиво смотрит на нее, — ты хочешь пожестче, — не спрашивает — утверждает. Грейс кивает, не доверяя голосу. — Я согласен, но с одним условием. — С каким? — уточняет она. — Ты сразу же скажешь, если тебе будет больно, неприятно или страшно, — что ж, следовало ожидать. Леон всегда переживает за нее и ее комфорт. Даже в постели. — Хорошо, — Грейс кивает вновь. — В таком случае, — Леон отползает от нее — его взгляд меняется, становясь жестче: нежная голубизна становится холодной. Затягивает — Грейс завороженно уставляется на него, — становись на четвереньки спиной ко мне, — она никогда прежде не слышала, чтобы он обращался к ней с такой сталью в голосе. Прежде она была обращена на других — подчиненных и коллег, но никак не на нее. Теперь контроль полностью у него, и он открыто это демонстрирует. Грейс подчиняется. Теперь она не видит его, но чувствует, как он склоняется к ней, как приподнимает волосы и целует в шею, плечи. Грейс млеет, однако тут же вздрагивает — Леон дергает ее назад. Она издает приглушенный вскрик от неожиданности и тут же чувствует, как хватка слабеет. — Н-не останавливайся, — тут же вмешивается Грейс. Леон, послушавшись, вновь натягивает волосы, заставляя ее слегка выгнуться в спине. Она ощущает, как он прижимается к ней своим возбуждением сзади, и внизу живота приятно тянет, а пальцы на ногах поджимаются от предвкушения. Грейс слегка подается назад и качает бедрами в соблазнительном жесте, однако Леон дергает сильнее, отчего с ее губ срывается непроизвольный стон. — Стой смирно, — о, этот контроль в голосе — Грейс чувствует, как горит. Кажется, теперь у нее пылают даже уши. — Хорошая девочка, — что ж, если раньше она горела, то теперь пылает. Второй рукой он ведет по ее спине, минуя бюстгальтер, к трусам. Поддев, Леон спускает их и медленно входит в нее двумя пальцами. Грейс прикрывает глаза и тихо простанывает. Леон знает, что делает — двигается точно, выверенно, отчего все в Грейс сжимается. Он любит ласкать ее, наблюдать — она давно это заметила. Прямо сейчас Леон наверняка внимательно смотрит на нее и запоминает: как она вздрагивает, как дрожит, как закрывает глаза и стонет от наслаждения. Он играет с ней еще какое-то время, после чего отпускает волосы, позволяя опустить голову. Грейс недоуменно замирает, прислушиваясь. Кажется, Леон решает раздеться окончательно. Когда Грейс чувствует, как он приставляет сзади свой член, она прикусывает губу в предвкушении и сбивчиво выдыхает через нос. Сейчас. Сейчас ее возьмут. Он медленно входит, придерживая ее за бедра. От ощущения заполненности ведет, и она время от времени издает полустоны-полувздохи. Когда Леон начинает двигаться, постепенно набирая темп, Грейс окончательно расслабляется, позволяя себе просто отдаться моменту. Она приходит в себя только тогда, когда он, склонившись к ней, берет за горло, сжимая. Несильно, но достаточно, чтобы ощутить власть. Грейс дышит через раз, издавая стон за стоном, пока Леон двигается в своем темпе. Шлепки кожа о кожу разносятся по комнате, оглушая и заставляя возбудиться лишь сильнее. Однако все это меркнет по сравнению с тем, какие звуки издает он. Легкие стоны на выдохе, едва слышные, но такие нужные. Грейс упивается ими — каждым вздохом, каждым хрипом. Она любит заставлять этого мужчину терять контроль, даже когда он имеет контроль над ней. Несмотря на собственное удовольствие, он не забывает и о ней, прикасаясь к клитору. Леон умело ласкает ее, слегка сбавляя темп. И Грейс сдавленно стонет, сжимая простыни пальцами. Она чувствует, как к глазам начинают подкатывать слезы, и не собирается сдерживаться. — Ты так хорошо стараешься для меня, — Леон шепчет чуть выше уха. Грейс простанывает в ответ. Он сжимает ее горло так, будто занимался этим всю жизнь. Не причиняя лишней боли, но крепко, позволяя прочувствовать в полной мере. Грейс тонет во всем происходящем, как в океане. Ее берут сзади, касаются спереди и душат. Кажется, она никогда прежде не чувствовала себя так хорошо. Грейс кончает внезапно — слезы все же скатываются по ее щекам, по телу волной проходится наслаждения, и она начинает мелко подрагивать, пока Леон продолжает ласкать ее клитор. Когда первая волна удовольствия сходит на нет, тело расслабляется, и он отпускает ее горло. Грейс знает — Леон, чтобы позаботиться о ней, остановится. Однако ей хочется, чтобы он получил столько же, сколько она. — Продолжай, — хрипло говорит Грейс. — Уверена? — уточняет Леон. — Да. И этого достаточно, чтобы он, взяв ее за волосы на затылке, прижал к кровати лицом вниз и начал наращивать темп. — Тогда хорошей девочке следует побыть послушной еще немного. Грейс хорошо. Тело, еще не отошедшее от оргазма, чувствительно откликается на резкие толчки, и она стонет на каждое движение Леона. Грейс не пытается подняться — он держит крепко, прижимая головой к простыням. Пальцы сжимаются сильнее, а темп все нарастает. Грейс понимает, что Леон кончил, когда тот издает низкий стон куда-то ей в макушку и замирает. Шумное дыхание сзади и громкий стук сердца в ушах — все, что она слышит. Тело будто погружается в негу, и Грейс не сразу понимает, когда Леон, отпустив ее, ложится рядом. Она на автомате выпрямляется и переворачивается на спину. Он смотрит на нее — долго, не отрываясь. Грейс чувствует — он напряжен. И потому тут же поворачивается в его сторону. Она кладет ладонь на щеку в ласкательном жесте. — Все хорошо, — уверяет она. И тогда Леон, наконец, расслабляется. — Тебе понравилось? — спрашивает не очень уверенно. Но когда Грейс кивает, улыбается уголком губ. — Я рад. Мне тоже понравилось. Хотя я боялся сломать тебя, — признается он. Ей греет душу его беспокойство. И она, придвинувшись к нему, обнимает. — Ты бы так не сделал. — Я мог бы, — возражает Леон. — Не сделал бы, — Грейс заглядывает ему в глаза и старается казаться как можно более уверенной. Она не знает, подействовало ли это, но больше он не спорит. Леон ласково целует ее в нос, и Грейс улыбается. С ним тепло. Безопасно. С ним она может быть уверена в завтрашнем дне. Грейс прикрывает глаза. Им следует немного отдохнуть.