Первый и единственный

      — Какого чёрта происходит? — бормочет Кайто, смотрит на приказ в своих руках и понять пытается, что там вышестоящие наворотили. Попутали! Ну, точно! Не может такого быть, чтобы рядом с «Кирию Зеро» стоял не «Такамия Кайто». Напечатанное «Миура Аяка» на «Такамия Кайто» мало чем походило. Да нисколько не походило, чего уж пыль в глаза пускать!       — Ты чего там такого увидел? У тебя страшное выражение лица. — Ягари будто из ниоткуда появился. Кайто даже дёргается. Слегка. Незаметно совсем.       — У меня напарника из под носа пытаются утащить, — подозрительно спокойно сообщает Кайто, уголок приказа отчего-то совсем нервно сжав. «Страшно» — мелькает у Ягари в голове. Спокойный Кайто с подобным лицом — катастрофа.  Тот, когда имя не своё видит — в недоумении замирает. Да, были поручения одиночные, были поручения с другими охотниками, но… Чёрт знает куда подальше их двоих отправляли только вместе. Так по правилам. Так ведь всегда было. А вот Миуры Аяки не было! Ягари, в приказ осторожно заглянув, брови хмурит:       — Миура Аяка?       — Миура Аяка, — нехотя подтверждает Кайто очевидное.       — Так Зеро ведь под твоим присмотром должен быть, — недоумевает на пару с ним Тога.       — В том-то и дело, что под моим, — ещё более хмуро отзывается Кайто, перестав наконец приказ взглядом сверлить. Зеро в кабинет проходит, видно, через свое «не хочу» переступая. Он всем телом чувствует — Кайто из под бровей зло на него смотрит, глаз не отводя.       — Я видел. — Зеро, всё мужество своё в кулак собрав, говорит спокойно.  Кайто у него ни черта даже спросить не успевает. Он намеревался, вот только Зеро все его намерения наперёд умел просчитывать. Привык. Порой они взглядами только и перекидывались, вслух ничего не говоря. Ягари, честно, раздражало это в них не хило. Он тоже должен был быть в курсе событий, а те двое всякий раз так не вовремя устанавливали ментальную связь.        — А объяснить они тебе в чём дело не потрудились? — тянет Кайто саркастично.       — «В целях сплочения гильдии», — цитирует Зеро дословно. — И что-то там ещё, — добавляет он, наконец на Ягари и Кайто полноценно взглянув. У тех — одно выражение лица на двоих: недоумение.       — Месяц! — неожиданно громко выдаёт Кайто. Ягари рядом глаза медленно прикрывает и считает до десяти пачки сигарет. А может и не до десяти вовсе. — Они отправляют тебя на месяц непонятно куда и непонятно с кем! — добавляет Кайто на выдохе. Зеро, кажется, выдыхает вместе с ним.       — Она сама-то не боится ехать с тобой настолько далеко? — Кайто на здравый смысл пытается наседать. Вот только безопасность этой женщины мало его волновало. Точнее — не волновало вовсе. — А если случится вдруг что? Жажда, ранение, кирпич на голову?       — Не перегибай, — как можно тише просит Ягари, локоть свою ему куда-то в бок впечатав.       — А прилетит за всё потом мне! — не слушает его Кайто, всё пытаясь понять, с чего это драму настолько сильную завёл. — Конечно, не им потом всё разгребать! И с чего они решили, что она — лучший вариант? — добавляет он, только больше разозлившись.       — Кайто… — Зеро, честно, сказать пытается, приземлить того, уверить, что переживать особо незачем, но напарник будто только в своих думах и находился.  Он подойти пытается, но Кайто только взгляд совсем злой на него бросает и пальцем в пол показывает:       — Нет! На месте стой! Ягари уже больше десяти пачек насчитывает. Кайто если вскипал, то его надолго хватало. Он ещё при первой встрече с ним это уяснил. В пятнадцать тот мог и недели две припоминать о том, где конкретно ты облажался.        — А он-то в чём провинился? — Ягари всё же решается влезть. Кайто, кажется ему, куда-то справедливость свою выронил.        — Мог бы и настоять, чтобы кто-то из знакомых наших с тобой поехал, — ворчит Кайто себе куда-то под нос. Зеро его прекрасно слышит. Его одно волновало: чего это Кайто так взъелся? Тот прыгал с одно на другое, всё норовясь ему предъявить хоть что-то.        — Я пытался, — в свою защиту говорит он. — Они были непреклонны.       — Когда им нужно, то сразу тебя бояться перестают. — Кайто руки скрещивает на груди и глаза закатывает. — А при малейшем проколе — сразу нападки.       — Ворчите друг на друга как старая супружеская пара, клянусь, — фыркает Ягари.       — С чего это «старая»? — наезжает Кайто. Тога в его глазах что-то видит. То ли возмущение, то ли ярость. А может и вместе всё. Это же Кайто.       — То есть насчёт «супружеской пары» ты ничего против не имеешь? — приподнимает бровь Ягари и думает одновременно: плакать? Смеяться? Могилу себе копать? Вариантов полно, а за язык его никто не тянул. Кайто взглядом, полный осуждения, кажется, выстреливает ему прямо в лоб. Ягари только мысленно рукой машет: он сам напросился. Он, честно, обстановку хотел разрядить, но после его слов только тишина оглушила. Те двое друг на друга волком уставились, так и замерев на месте.       — Всё будет в порядке, — уверяет Зеро, оставив последние слова Ягари без особого внимания.       — Ага, конечно. — Кайто, ожидаемо, не верит. Его голос остротой пропитан. Каждая гласная сиреной воет. — Потом им внезапно понравится ваша совместная работа, — совсем зло звучит он, плечами пожав, — а потом и до напарников недалеко.       — Мой первый и единственный возможный напарник — это ты! — не выдерживает Зеро. Получается громко. Громче, чем у Кайто пару минут назад.  Он, честно, сам от себя подобного не ожидал, потому замолкает сразу же, не в силах продолжать. Он чуть ругательство под конец не добавляет, но удерживает самого себя от подобной выходки. Он видит в глазах напарника отблеск удивления и уверен, что в его глазах то же самое отражается. Какого чёрта Кайто наворотил? Чего взбесился, как бык на красный? Зеро бы, честно, напрямую спросил, но он знал, как облупленного знал, что тот даже подойти к себе не позволит, пока не остынет.  «Вот пусть и остывает» — думает он и выходит, негромко дверью хлопнув. Ягари, пару раз моргнув, всё же отходит от Кайто на пару шагов в сторону. Тот, видно, на натянутую струну походил. Тронешь — разорвёт! В конце концов, он насчитывает пачек пятьдесят.

***

Вагон тёплым и уютным оказывается. Зеро только это и успевает заметить. Хоть что-то не омрачало его настрой. Он пару минут назад в спешке запрыгивает в нужный вагон. Опоздай он на посадку, это бы, верно, последней каплей стало.       — Фух! — слышится громкое со стороны распахнутых раздвижных дверей. Женщина, примерно того же возраста, что и он, отдышаться пыталась изо всех сил.       — Кирию, да? — осведомляется она, запихнув сумку куда-то в угол.  Волосы отливали медью, а зелёного цвета глаза, полные жизнерадостности, с интересом за всем наблюдали. Серое пальто, чёрные ботинки, длинное ружьё, выглядывающее из-за спины — всё в ней говорило о том, что она — охотник типичный. На вампиров, разумеется. Зеро, взгляд её поймав, кивает слегка. Та, неожиданно, смеётся от души:       — Было бы странно, если бы нет! — Она с усталым вздохом приземляется напротив Зеро и как-то совсем отчаянно лбом слегка о стол между ними ударяется. — Наконец-то тишина, — бубнит она невнятно.       — Всё в порядке? — интересуется Зеро на всякий случай.       — Ой, Миура Аяка, кстати, — поднимает она голову, представляясь.       — Знаю, — отзывается Зеро, пытаясь выглядеть не настолько помятым.       — Прошу меня извинить, но вы выглядите таким же уставшим, как и я, — хмурит она брови, приглядываясь тщательнее. Казалось бы, куда ещё больше? Зеро с немым вопросом на неё смотрит и чувствует себя не в своей тарелке.       — Не знаю, что случилось у вас, но мой муж мне покоя не давал все эти дни, — говорит она, откинувшись на спинку кресла. — Видели бы вы его! Когда он узнал, что мне предстоит работать вместе с вами, то был взбешён, — тише добавляет она. — Я понимаю его тревогу, вы ведь вампир, но… Та затихает внезапно, будто слова подбирая. Поезд, между тем, трогается. Повторить за ней и откинуться на спинку кресла Зеро так и не решается.       — У меня всё же получилось его успокоить, — с гордостью сообщает она. — И знаете как? Зеро, разумеется, понятия не имел. Аяка, словно желая интригу сохранить, помалкивает пару секунд.       — Я спросила у него, видел ли он когда-нибудь Такамию рядом с вами несчастным или напуганным, — улыбается она слегка. Зеро чуть воздухом не давится, но все же в руки себя берёт. Аяка, словно замешательство его уловив, даёт ему немного времени.        — И тогда он внезапно замолчал, — продолжает она. — Возмущаться, правда, не прекратил, но про вашу опасность больше и слова не сказал. Зеро, честно, никогда не задумывался о состоянии Кайто рядом с ним. Он всегда следил за своим. Следил, чтобы ни Кайто, ни кто-либо ещё не пострадал от его рук. Он никогда не спрашивал о состоянии Кайто, если на глаз всё было вполне нормально. Стало быть, зря?       — А вы? — спрашивает она внезапно. Зеро только и успевает, что кое-как из мыслей своих вынырнуть. — Из-за чего вы в таком настроении? Не может же быть, что ваш напарник устроил вам то же самое! — смеётся она после слов своих последних. Или может? Зеро не до смеха вовсе. Он пустым взглядом в стол утыкается, пусть и уверен был, что выражение его лица и так было слишком красноречивым.       — Погодите, — с удивлением восклицает Аяка, глазами хлопая. Молчание Зеро, очевидно, всё ей за него рассказало. — Но почему?       — Я бы и сам хотел знать, — честно отвечает Зеро. Честнее уже некуда.       — Но я ведь даже не опасна, — размышляет она. — Он был расстроен?       — Он был в ярости.       — Оу, — выдаёт Аяка, задумавшись о чём-то, смотря в окно. — И вы не знаете почему?       — Ему не понравился тот факт, что меня отправляют без него. Ему, судя по всему, ничего не нравится.  Она молчит отчего-то долго, сосредоточившись на быстро сменяющейся картиной за окном, а затем, брови сведя, спрашивает невзначай:       — И часто он показывает вам свою… — она «ревность» сказать хочет, но в последний момент решает свернуть. — …своё недовольство? И звучит, очевидно, странно. Что было бы, скажи она «ревность»? Насколько сильно это бы выбило Зеро из колеи? Аяка была в одном уверена: к этому заключению он сам должен был доползти. В конечном счёте, она и ошибаться могла. Наворотить дел в чужих взаимоотношениях она бы уж точно не хотела.       — Боюсь, в этом весь он, — улыбается Зеро уголками губ, сам того не замечая. 

***

Заселиться в местное общежитие никакого труда не составляет. Маленькие комнатки встречают серостью и однообразностью. Впрочем, им большего и не требовалось. Заданий было несколько, но Зеро отчего-то уверен был, что справятся они с ними на раз-два.  «Может, и вернуться получится раньше» — не оставляет надежд Зеро, сверля взглядом телефон на столе. Почти в каждой квартире гильдии такие имелись. Мысль о том, чтобы Кайто позвонить, не казалась ему чем-то плохой. В конце концов, он мог бы просто сообщить ему, что они уже на месте. Зеро на настенные часы взгляд бросает и понимает: в это время Кайто мог заниматься чем угодно. Тот мог быть на поручении, мог спать, мог принимать душ, ужинать. «Или в лазарете ночевать» — слышится где-то на подкорке. Нет-нет-нет, если что-то случится, то Ягари в местную гильдию сообщит непременно. Зеро сам его перед отъездом попросил, а в нём он никогда не сомневался. Подойти к столу было не сложно. Сложнее было номер набирать. Одна цифра — один шаг к разговору, где Кайто, разумеется, будет словесно кусаться. Вот только услышать его было необходимостью, как воздуха глотнуть. Гудки были сродни часам, отсчитывающих, сколько жить ему осталось. К слову, на этот раз те прогудели лишь раза два.       — Да? — Кайто отвечает менее резко, чем Зеро того ожидал. Ну, в конечном счёте, тот скорее не знал, что это именно он.       — Как погода? — выпаливает он, на мгновение дыхание задержав. Что можно было бы спросить у Кайто, когда у того плохое настроение? Вариантов кот наплакал. Кайто, ожидаемо, не отвечает, зависнув в трубке тяжелой тишиной. Вот только и саму трубку не кладёт, будто решение там у себя где-то в голове принимая.       — Тебе зачем? — Кайто на другом конце провода находился, а ощущения от неминуемой гибели были будто за спиной. Зеро это отчётливо ощущает, потому почти не дышит.       — Здесь она не очень, — как ни в чём не бывало сообщает Зеро. Ну, старается звучать именно так и никак иначе.  Кайто снова в молчание проваливается. Пусть. Пусть себе молчит. Зеро подождёт. Может Кайто и был упрямым, Зеро от него ни на миллиметр не отставал.       — Ясно. Облаков не вижу, — наконец говорит тот чуть тише.       — Это хорошо, — кивает сам себе Зеро. Кажется, немного отлегло.       — Ты там один? А, нет, показалось. Зеро зависает на секунды две, а затем, кажется, поняв, выдыхает усталое и спокойное:       — Конечно. Ты ведь не думал, что мы с ней в одной комнате жить будем?       — В последнее время я много о чём думал, — подозрительно спокойно говорит Кайто. Зеро, честно, будто по канату ступал. Вот сейчас завалиться куда-то в сторону и конец их разговору.        — Она хороший человек, — пытается смягчить углы Зеро.        — В каком смысле? — ещё спокойнее спрашивает Кайто и Зеро запоздало понимает, что не в ту сторону идёт. Чем спокойнее слышался Кайто, тем только хуже становилось. Плохо дело.       — В прямом, — говорит Зеро, пытаясь звучать более оживлённо. Обычно из них двоих это выпадало на Кайто, а сейчас, видно, его черёд был. — Знаешь, она рассказала мне о том, как её супруг был вне себя от мысли, что её отправляют на задание вместе со мной, — делится он. — Можешь себе представить? Любимого человека отправляют на задание вместе с обращённым. Всякого сна лишиться можно. Кайто застывает недоуменно. Зеро говорил слишком много, слишком осторожно, словно дорогу в темноте протаптывая. Он ведь, обычно, только и делал, что молчал по большей части.       — И не хотел бы представлять, — находится чем ответить Кайто, устало в трубку выдохнув. Зеро, очевидно, слышит, потому глаза прикрывает от облегчения. По крайней мере, Кайто больше не звучал как кто-то, готовый его в клочья разорвать. Они молчат ещё целую минуту. Зеро понимает: больше от Кайто и слова не вытащить.       — Спокойной ночи, — выдаёт он тише, чем планировал, чтобы уже через секунду трубку бросить. «Идиота кусок!» — раздается в мыслях крик. Идиотом, Зеро считал, конечно же, себя самого, никак не Кайто. Он никогда подобного ему не говорил, а здесь ещё и после сказанного трубку бросил! Прекрасно! Кайто никогда больше с ним не заговорит! Сам Кайто, на другом конце провода, зависает снова. Он медленно трубку от уха отодвигает и смотрит на неё, как на что-то инородное. На место кладёт её медленно, словно рука не слушалась ни черта. «Что это было?» — спрашивает он, сам не зная кого.

***

      — Как погода? — спрашивает Зеро следующим же вечером. Попытка не пытка.  Кайто берет трубку через три гудка и, учитывая вчерашние обстоятельства, то их спокойно можно было бы и к двум прировнять.       — Я в синоптики не нанимался, — ворчит Кайто недовольно. Зеро не сомневается: тот бровь приподнимает, а затем, может, и глаза закатывает на всякий случай. — Сегодня дождь, — вздыхает тот, чувствуя безнадежность ситуации.       — Мы выполнили первую часть поручения, — сообщает Зеро, отчего-то трубку ближе к уху прижав. Голос Кайто без перебоев был слышен, но будто не хватало чего-то.       — И как оно?       — Всё спокойно. — Зеро сам понять не мог, почему рассказывает, но чувство необходимости поделиться этим именно с Кайто было слишком сильным. — Если выполним всё раньше срока, то, возможно, получится вернуться раньше.       — Вот как, — отзывается Кайто. — А зачем спешить? Ты же сказал, что всё спокойно, — добавляет он. «И вот снова» — чертыхается Зеро в уме. Он старается себя в руках держать изо всех сил. Не хватало ему ещё трещинок на оконном стекле оставить.        — Ты прекрасно знаешь, что я не хотел бы здесь быть.       — Нет, не знаю, — говорит Кайто. — Ты ведь так мне ничего и не сказал после того разговора. Просто дверью хлопнул.       — Не хлопнул, — сопротивляется Зеро, разозлившись слегка. — Ты был сам не свой. С тобой невозможно было говорить.       — Так и сейчас мало что изменилось, — усмехается Кайто. Зеро и это слышит. — И тебя это не останавливает.       — Тогда говорю сейчас: я не хотел здесь быть, — медленно проговаривает Зеро. Может тот, наконец, его услышит. — И всё ещё не хочу.       — Прекрасно. — Сарказм в голосе Кайто был настолько кристально чист, что к нему, казалось, притронуться было можно. — Я понял. «Не понял ты ни черта!» — думает Зеро. Вслух такое, разумеется, говорить не следовало.       — Спокойно ночи, — выпаливает Кайто скороговоркой и трубку кладёт незамедлительно. Всё происходит слишком быстро. Зеро даже не сразу осознаёт, что вместо голоса Кайто слушает телефонные гудки. «Это же подкол из-за вчерашнего, да?» — размышляет Зеро, трубку на место опуская. «Он остынет» — заверяет он самому себе, изо всех сил пытаясь в это поверить.

***

      — Выглядите подавленным, — слышит Зеро голос Аяки где-то впереди. Подниматься на гору вслед за целью было так себе занятием, но, тем нём менее, этим они и занимались. Для Зеро это не представляло огромной проблемы, но сам факт того, что он заметно отставал от Аяки, было странным и совсем ему несвойственным.       — Думаю, это из-за солнца, — на ходу придумывает причину Зеро.       — Думаю, это из-за вашего напарника, — слишком уверенно заявляет Аяка, остановившись, чтобы лямку от рюкзака подтянуть. Зеро сбавляет ход. Останавливаться и смотреть на Аяку совсем не хотелось.       — Может, и из-за этого тоже, — сдаётся он.       — Он вас чем-то расстроил?       — Скорее, это я его расстроил, — мотает головой Зеро, стараясь звучать так, словно ничего серьезного не произошло. — Не буду удивлён, если он откажется со мной работать.       — Вы когда-нибудь замечали, как он на вас смотрит? — интересуется она, когда Зеро мимо проходит. Тот, совсем подобного вопроса не ожидая, так и замирает рядом, лишь шаг в сторону ступив. Зеро вспомнить пытается, но, разумеется, ничего примечательного так в голову и не приходит. Он уверен был, что Кайто смотрел на него лишь при необходимости. В конце-то концов, тот наблюдать должен был за ним, вот и, верно, наблюдал.       — С гордостью, — говорит Аяка после недолгого молчания. Зеро только и делает, что бровь приподнимает.  — Особенно тогда, когда отмечают вашу совместную  работу, — уточняет она, выглядя при этом особо воодушевлённой. — Вы не видите, ведь в такие моменты никогда на него не смотрите. Можете на слово поверить, а можете в следующие разы быть внимательнее, — пожимает она плечами, кончиками пальцев по ремням от рюкзака постучав. Зеро смотрит долго сначала на неё, а затем куда-то вдаль, дыхание переводит и все же спрашивает негромкое:       — И когда вы это заметили?       — На собрании. Много-много раз, — пожимает она плечами вновь. — Случайно, если что. Я, бывает, на многих могу засмотреться. В вашей гильдии я всего пару месяцев, и не могу не смотреть. До смерти интересно, — смеётся она тихо. Зеро идёт дальше. Аяка спешит за ним.       — Я к тому, — начинает она, — что сомневаюсь в ваших словах. Он не может не хотеть работать с вами. Он, скорее, не хочет, чтобы кто-то другой вас у него забирал, — добавляет она, слегка запыхавшись. Они всё выше вверх забирались, особого продыха себе не давая.       — Ваша проницательность пугает, — Зеро по-доброму усмехается, всё же взглянув на неё ещё раз.       — Ага, — выдыхает она. — Мне часто такое говорят, так что можете мне верить, — смеётся она вновь. — Такамия просто не хочет вас потерять. «И ревнует, очевидно» — думает она, но вслух так и не произносит.

***

Поручение они без лишних слов завершают, отыскав цель где-то на вершине той злосчастной горы. Да, пару дней он их всё же побегать заставляет, однако всё разрешается успешно. Зеро задевают лишь раз, но этого оказывается достаточно, чтобы Аяка слегка заволновалась. Зеро уверяет: ничего страшного с ним случится не может, но та ему причитает, что занесёт бинты  и лекарства чуть позже. Она оказывается до жути заботливой. Зеро, честно, не находит в себе сил, чтобы спорить. Ему бы одного хотелось: до Кайто дозвониться и… услышать его. Настолько сильно, что даже дверь в спешке прикрыть забывает. Ругательства? Пусть. Подколы? Неплохо. Молчание? Тоже сойдёт. Вот только… Гудок. Три. Пять. Семь. Тот трубку не брал, что холодной водой по лицу ощущалось.  Зеро даже руку в кулак неосознанно сжимает, самый ужасный вариант произошедшего себе надумывая. «Ягари бы дал знать» — повторяет его здравый смысл, а сердце бешеный ритм отстукивает, норовя грудную клетку безжалостно выбить. Он пробует снова. Ему кажется, что он задохнётся. Ему кажется, что он умрёт именно по этой причине.       — Если ты спросишь про погоду, я не знаю, что с тобой сделаю! — слышится голос Кайто и Зеро, шумно выдохнув, к трубке ближе прижимается. Никогда ещё он не был настолько рад его ворчания слышать.        — Я думал, что пятнадцать минут в запасе всё же имеются, — говорит Кайто, спокойнее продолжая и, кажется, отдышаться пытаясь. — Ты же всегда в одно время звонишь.       — Что-то случилось?       — Душ случился! — говорит он с беззлобным раздражением. — Из-за тебя теперь вся одежда мокрая. Вынудил меня к телефону бежать, сломя голову, — ворчит он ещё тише.       — Ты же один дома, — то ли спрашивает, то ли утверждает Зеро. — Полотенца было бы достаточно.       — Предлагаешь мне без одежды с тобой говорить? — у Кайто брови непроизвольно дёргаются. А может быть и вполне себе произвольно. Он сам в моменте не понимает, с чего вдруг подобное ляпнуть захотелось. Зеро на другом конце снова затихает. «Ожидаемо» — хмыкает мысленно Кайто. В последнее время он часто за Зеро подобное замечает. Сначала двусмысленное «Выйдешь за меня?», затем «Спокойной ночи», затем «Полотенца было бы достаточно». На фоне ещё поблескивало «Мой первый и единственный возможный напарник — это ты!». Да он за эти слова только и держался изначально, не позволяя себе надумать лишнего.  Кайто вскоре коллекцию с его фразами соберёт. Те теплом где-то в сердце отстукивали и не давали ему впасть в уныние от непривычного одиночества. Он, может, и был зол на ситуацию, но не настолько, чтобы Зеро совсем не отвечать. На напарника он не злился вовсе. На женщину, что отправилась вместе с ним, тоже. Он на себя был скорее зол, что таким раздражительным становился, подобно коту, которого против шерсти погладили.  Но почему? Что за неприятное вязкое чувство?       — Ты ведь знаешь, что я совсем не то имел в виду, — говорит Зеро после пары секунд молчания.       — Разве? — притворно удивляется Кайто, задвигая свои думы куда подальше. — А по-моему как раз это.       — Я просто хотел…       — Я принесла! — Аяка, дверь распахнутую заметив, совсем не осторожничает. Голос её по всей комнате разлетается. Кайто, разумеется, слышит тоже. Зеро, ещё не отойдя от прошлого стресса, напрягается вновь. Он вздрагивает, как если бы его, верно, за чем-то незаконным застали. Он замирает, прямо на ней свой взгляд остановив.  Аяка дыхание задерживает. Она, отчего-то, догадывается молниеносно, с кем конкретно Зеро говорил. Кайто, впервые её услышав, толком даже понять не может, что происходит.       — Ох, прошу простить. — Аяка, обещанное на комод возле двери водрузив, удаляется так же быстро, как и пришла пару секунд назад. Зеро думает, что попал он конкретно. Нет. Ничего плохого он не сделал. Ничего плохо не произошло. Вот только знает он, как Кайто на неё мог среагировать. Можно было ожидать чего угодно. Вон, тот молчал уже целую вечность.       — Миура, да? — внезапно всё же заговаривает Кайто. Зеро, ничего едкого в его словах так и не расслышав, прислушивается тщательнее.       — Да, — отвечает Зеро, мысленно уже заранее смирившись, что бы не произошло.       — И что конкретно она принесла? — спрашивает Кайто подозрительно осторожно. Зеро, до этого даже не взглянув, наконец на комод своё внимание всё же обращает.       — Бинты и обеззараживающие средства, — говорит Зеро, но только потом осознаёт: лишнего взболтнул. Кайто ведь о его ране знать не знал.       — Что-то случилось?       — Ничего, — отрезает Зеро, мысленно взмаливаясь, чтобы тот расспросы не начал.       — Тебя ранили? — Кайто брови сводит. Он уверен: голос обеспокоенный его всецело выдавал.       — Задели слегка. Ты ведь знаешь, что уже зажило. Зеро его тихий смех в ответ слышит и только тогда позволяет себе глаза от облегчения прикрыть.       — Только не съешь её случайно, — говорит Кайто. Зеро в ответ лишь хмыкает на выдохе. Да, насчёт Миуры только Кайто мог подобную шутку сморозить. 

***

Кайто никогда не звонил первым. Зеро к этому привыкнуть успевает, потому, когда через пару дней слышит звонок под утро, тут же чувствует: что-то не так.       — Сразу говорю, — раздаётся, к удивлению Зеро, голос Ягари. Непривычно тихий. Непривычно взволнованный. — Он. Жив. — добавляет он медленно, чтобы Зеро осознать услышанное успел. Ягари точно знал: едва тот в трубке услышит вместо голоса Кайто чей-то ещё — умрёт на месте.       — Это обнадеживает, — с заметной тревогой отзывается Зеро.       — Разумеется! Для охотника это, считай, достижение! — отчего-то язвит Ягари и Зеро понимает: тот тоже был на взводе. — Короче говоря, он упал. Зеро в замешательстве трубку сжимает, не понимая, буквально, ничего. Упасть, к слову, можно было по-разному.        — Сознание потерял, обморок, не знаю точно, он был не со мной, — объясняет Тога наконец. — Сегодня ночью на задании свалился, а узнал я только сейчас, — с щепоткой досады в голосе добавил он.       — Он в лазарете? — Зеро брови хмурит от напряжения, переносицу потирая.       — Дома. Звонил бы я тогда из вашей квартиры? — Ягари с раздражением отвечает, хоть и понимает прекрасно, что Зеро сейчас, скорее всего, сам в панике тихой пребывал. Он знал его, к сожалению, до мозга костей. — В лазарете он был от силы минуты три. Сейчас спит.       — Из-за чего он…       — Сказали, что обычное переутомление. Он сам признался мне, что не спал толком в последнее время, — по-честному выдаёт Ягари мысленно взмаливаясь, чтобы Зеро не примчался на всех скоростях от беспокойства обратно. Может, зря он вообще ему сообщил? «Не спал толком, значит?» — Зеро впервые задумывается о том, что Кайто никогда ему ничего не говорил о том, что конкретно его беспокоит. Он, честно, ворчал больше. Так, между делом. Невзначай. На тех, с кем ему работать выпадало. На то, что за вампирами порой не угонишься. На этот раз — тишина. Казалось ли ему это странным до сегодняшнего дня? Нет!        — Он, к слову, сам до дома добрался. От помощи отказывался напрочь, — вспоминает Ягари. — Я пришёл, чтобы проверить, не подыхает ли он здесь часом.       — Да не подыхаю я. — Кайто настолько быстро трубку выхватывает, что Тога даже среагировать не успевает. — Я в полном порядке, — говорит он в трубку лениво. — Он преувеличил. Зеро, испытав за последние минуты перемену настроения раз сто, только и делает, что помалкивает. Кайто стоит, говорит и язвит. Этого было достаточно.       — И зачем снова на ноги вскочил? Поспал бы уже, — устало выдыхает Ягари.       — Сказал же, что не могу, — шикает на него Кайто, с ужасом понимая, что Зеро, вероятно, прекрасно его услышал. — Само как-то решится, когда устану.       — Так уже! — с раздражением выпаливает Ягари и думает: на пару седых волос на голове вскоре явно станет больше. — Прямо на задании! — напоминает он. — А если бы ты был там один? Да от тебя бы и живого места не осталось! По кускам бы разобрали!       — Тише, — просит Кайто, от громкого шума глаза зажмурив. — Голова сейчас расколется.       — И кто, по-твоему, в этом виноват? — спрашивает Ягари, чуть громкость свою всё же сбавив. — Я ведь говорил, что нуж… Он на полуслове замолкает, когда кровь из носа Кайто, скатившись по губам, на пол капает. Тот, отчего-то, не сразу это замечает.       — Чёрт, — выпаливает он, рукавом пытаясь всё оттереть.       — Вот об этом я и говорю, — тихо возникает Ягари, поспешив на кухню за льдом.       — Послушай, — просит Кайто в трубку. — Я в полном порядке. Просто занимайся тем, чем должен, — выпаливает он быстро и трубку на место кладёт, обессилено на стул рядом опускаясь. «Чёрт!» — повторяет Кайто в своих мыслях, с досадой понимая, что Зеро, верно, даже эту маленькую каплю смог услышать. «Чёрт!» — думает Зеро, стоя с прижатым к уху трубкой ещё целую минуту. Он, конечно же, услышал.

***

Зеро тем же вечером звонит. Гудок. Два. Они будто в первый день возвращаются. К тем двум гудкам, прозвучавших три недели назад.       — Надеюсь, ни на какие задания ты сегодня не ходил, — говорит Зеро и Кайто отчётливо слышит: тот был, явно, настроен серьёзно.        — А, — хмурится Кайто. — Ты зол. — Он даже не спрашивает.       — Что с тобой происходит? — невозмутимо звучит Зеро. Он даже не отрицает.       — Можно спро…       — Нет, Кайто, спрашивать буду я, — мотает головой Зеро, хоть и понимает, что напарник этого не увидит. Кайто, на спинку стула откинувшись, тихим смешком отвечает:       — И что же конкретно?       — Ты сказал, что не можешь спать, — напоминает Зеро. — Почему? Кайто ещё и голову откидывает. Потолок в полутьме казался совсем чёрным. Вряд ли Зеро осознавал, какой конкретно ответ его ждёт. Кайто это понимал, потому медлил ужасно долго.        — Тебя ведь рядом нет, — выдаёт он наконец, голову обратно приподняв. Это было слишком правдой. Слишком откровенной правдой. Он настолько легко в этом признаётся, что сомнений даже не возникает. Он даже самому себе удивляется. Сказать подобное без особых рассуждений? Он, верно, спятил. Сегодня весь день будто через пелену проходит. Обморок этот несчастный все силы забрал. Он после в квартиру как в бреду вернулся, посылая Ягари со своей помощью куда подальше. Когда совсем один остался, он дверь квартиры захлопнул и на колени, буквально, рухнул. Сил не было. Настроения не было. Желание жить тоже чемоданы собирало, но он его обратно в душу свою запихнул и, кажется, всё было сносно. Единственное, что его хоть немного утешало: Ягари не проболтал Зеро насчёт кровати. Будь этой кровати неладно! Ему стыдно было до сих пор до красноты на кончиках ушей. Ему ведь, когда всё же с пола подняться решил, с чего-то показалось, что кровать напарника была куда привлекательнее его собственной. И чёрт его знает: потому что ближе была, или потому что принадлежала конкретно Зеро? Не разобрать. Ну, подумаешь. Забрался он на его кровать — ладно. А вот то, что запах его такой привычный вмиг успокоил — совсем не ладно. Вот не близко даже. Он тогда сначала и не сообразил сразу, просто в подушку того уткнулся и его нервную систему обновили будто. Кайто знал: не могло такого быть! Вот чтобы сразу хорошо. Чтобы раздражение как рукой сняло. Чтобы вмиг сердце на место встало. Не бывает такого. Уж точно не с ним. Сегодня он уяснил: бывает. Ещё как бывает. Вот только отважится ли он Зеро когда-нибудь об этом сказать — спорно.  Вот почему единственным честным ответом на «Почему» от напарника мог быть только таким. Они вместе зависают в тишине. Если бы Зеро трубку бросил, Кайто бы не удивился.  Зеро, очевидно, подобного и не предполагал. Он уверен был: Кайто мог сказать о чём угодно, приврать тут, приукрасить там, но говорит, в итоге, как есть.       — Что-то ещё? — не выдерживает Кайто долгого молчания. — Мне показалось, ты настроен решительно. Спрашивай, пока я добрый, — подначивает он, пытаясь шутить. «Подозрительно» — думает Зеро. Он, честно, много чего сказать пытался, но слова не шли. Смог бы он когда-нибудь подобрать верные?        — Почему ты так реагировал? — всё же решается спросить он, так и не разузнав побольше про предыдущий ответ. Он разберётся с этим позже.        — На что?       — На всё, — говорит Зеро, стараясь немногословить. — Ты ведь изначально был против.       — А ты бы не был? — Кайто спрашивает резко, без тени сомнения. Охотники обычно так в вампиров стреляли. Безжалостно и метко. Хороший вопрос, на которого ответа у Зеро уж точно не было, потому наступление не кажется ему чем-то плохим.        — Увиливаешь?       — Мне нравится твой настрой, — улыбается Кайто до того с довольством, что он был рад: Зеро этого увидеть не мог. Хотя… у того слух был получше любых человеческих глаз. — Даже если и был против, то что с того?       — Это походило на ревность, Кайто, — почти полушепчет Зеро и звучит слишком мягко для подобного предъявления. Кайто, несмотря на весьма ожидаемый вопрос, всем телом напрягается. Он сам ведь не первый день об этом думал. С чего он надеялся, что Зеро об этом думать не станет?       — Походило, — подтверждает Кайто, плечами пожимая. — Братьев ревнуют, друзей ревнуют и напарников тоже, бывает, ревнуют, — перечисляет он, стараясь звучать настолько небрежно, насколько это было возможно. Если Зеро поверит хоть немного — уже успех. — Я слишком долго привыкал к тебе. — Ложь сама собой вырывается. Ничего там долгого не было! — И вот, я привык, а они надумали меня заменить. Зеро эту небрежность его в память к себе откладывает. Он слышит. Слышит, как Кайто с темы молниеносно соскакивает. Пусть. Пусть пока будет так, как тот того желает.       — Никто не надумал тебя заменить. Да если бы и надумали, то ничего бы у них не вышло.       — Откуда тебе знать?       — Я бы им не позволил. Кайто замирает. Зеро говорит так, как спрашивал у него погоду пару недель назад. Слишком спокойно. Слишком обыденно.       — Будто я к тебе не привык, — шепчет Зеро. Настолько тихо, что не прижимай Кайто трубку к уху, то не расслышал бы ни черта. — Так что прекращай, — добавляет он громче.        — Я подумаю об этом, — кивает Кайто, улыбнувшись совсем устало. Он руку свою, что на столе лежала, в локте сгибает и голову на неё кладёт. Спать хотелось до боли в глазах. — Зеро, — зовёт он напарника по имени. Внезапно для самого же себя. Он звучит так непривычно осторожно, что Зеро заранее знает: сейчас тот всё что угодно мог выдать.       — Что? — отзывается Зеро, заранее готовясь к чему угодно.        — Терпеть не могу скучать по тебе. К чему угодно, но уж точно не к такому! В целом, Зеро понимал: они оба наговорили откровений. Он ведь сам это начал, а о последствиях не подумал.       — Если бы я только знал, что от седативных препаратов я таким честным становлюсь, то в жизни бы их не выпил. — Кайто издаёт тихий смешок, а у Зеро глаза от удивления в разы больше становятся. Он ещё в начале разговора услышал: говорил тот гораздо медленнее, чем обычно. Да и больно смелым в словах казался. Впрочем, когда Кайто смелым не был?       — Ты принял снотворное, но вместо сна говоришь со мной?! — тихо возмущается Зеро, чтобы сон того случайно не согнать.        — Оно мало чем помогает. Только и делает, что туманит голову, — говорит Кайто в своё оправдание. — Уже пару часов от него никакого толку нет. Лучше чего хорошего расскажи.       — Тебе нужно поспать.       — Это, конечно, хорошее, но подумай ещё, — сквозь улыбку просит Кайто. Зеро лишь вздыхает в ответ. Его напарник — невозможный идиот, однако всё ещё его. «Что-нибудь хорошее, говоришь?»       — Сегодня убрали ещё одного, — начинает он. — Вампир мог истерзать потерявшегося кота, но мы вовремя его выхватили.       — Вы ему, считай, десятую жизнь добавили, — хмыкает Кайто лениво.       — Возможно, — тихо отзывается Зеро. — И хозяев его нашли. Кое-как смогли вернуть. Кот настолько испугался, что вцепился в меня намертво и ему было совершенно всё равно, что и я не человек. Он ведь явно это чувствовал. — Зеро улыбается уголками губ и замечает, как сердце бьётся ровнее. Он сегодня себе места не находил, всё об утреннем инциденте думая. Как бы сильно он хотел скорее вернуться. — Так что Миура была вынуждена отцепить его от меня, — заключает он, ожидая реакции Кайто, но… Со стороны того послышался лишь слабый, кое-как уловимый, стук, как если бы трубка на стол свалилась. — Кайто? Зеро лишь пару секунд чувствует нарастающую тревогу, а затем, в конце концов, слышит. Слышит мерное дыхание напарника и понимает: спит наконец. Зеро выдыхает беззвучно. У Кайто, верно, всё тело будет ломить к утру из-за сна за столом. Был бы Зеро рядом, он бы уже успел его потормошить и в сторону кровати подтолкнуть, а сейчас и тормошить было страшно. Тот и так уже которое время не спал. «Терпеть не могу скучать по тебе» — вспоминает он и сам не замечает, как в мыслях отвечает: «Я тоже».

***

Кайто над столом склоняется, опирается руками на него же и пытается разглядеть всё и сразу. Очередные материалы по делу никак не хотели укладываться в его голову. Один исчез там, другой за кустами скрылся, третий ещё и с собой кого-то прихватил. Разнообразие невероятное! Кайто себе по голове хотел постучать. Ну, не могло же такого быть, чтобы совсем извилин не осталось? Осталось, разумеется. Вот только все свободные были заняты мыслью о том, что напарник отсутствовал непозволительно долго. Всё. Лимит сам себя съел. Если Зеро хотя бы рядом встанет — этого будет достаточно. Сразу извилины освободятся. Он и поручение выполнит, распутает и перепутает при необходимости любое дело.  Кайто пока понять не мог: действовало ли это на его нервы или нет. Ещё и людей вокруг было не сосчитать. Ещё и переговаривались абсолютно все. Пчелиный рой устроили, не иначе. Вот это — действовало ещё как.       — Ты уже минут тридцать карту взглядом сверлишь, прекращай, — просит Тога, документы перебирая совсем рядом. — Ну, или сядь уже, в конце-то концов. Нервируешь.        — Не смотри, раз нервирую, — фыркает Кайто, подобно ежу недовольному. Или там целый дикобраз проглядывался? Тога в ответ на его выпады лишь глаз закатывает. Ничего-ничего, Зеро должен вернуться вот уже скоро. Тогда-то Кайто прекратит всем вокруг свои иголки демонстрировать. Ну, станет меньше это делать уж точно.  Они, честно, редко когда могли договориться. Из-за схожести характеров они, то и дело, посылали друг друга чаще, чем виделись. Их только одно спасало: что учеником и наставником приходились друг другу, не то бы и не заговорили с друг другом никогда. Схожесть схожестью, а вот Кайто, как Ягари казалось, был пострашнее его самого. И он знал, конечно же знал, в кого тот таким невыносимым был. Если внешность тому от матери больше досталась, то скверный характер, безусловно, был от отца. Тога его не сильно-то знал, но переброситься парой фраз они иногда были просто-напросто обязаны. И этого хватало. И не нужно было больше. Из дум его внезапный возглас выводит. Он даже голову от документов поднимает, чтобы взглянуть. Кого-то из охотников за соседним столом чуть с ног не сбивают, в объятия заключая.       — Руки и ноги целы! Говорила же! — слышит Кайто голос. Точно женский. И будто бы даже смутно знакомый. Он запоздало повторяет за Ягари, на новоприбывшую поднимая взгляд. Он слышит. Отчётливо слышит «Аяка» среди других слов от охотника, что её в ответные объятия заключает и осознаёт немедленно: Если Миура Аяка здесь, то и Зеро ведь… Кайто даже выпрямляется, взгляд свой на двери входные бросает и всё же выцепить напарника из толпы получается за секунды три. Зеро с кем-то говорил, что-то разъяснял и одновременно взгляды бросал на людей, пытаясь напарника среди них отыскать.  Получается, тоже, за секунды три. Кайто от его взгляда будто к полу прирастает. Он его всего месяц не видел, а будто вечность проходит.  Зеро отчего-то смотрит, будто Кайто наворотил чего ужасного. Впрочем, смотря что конкретно он ужасным считал. Он что-то охотнику возле него бросает и к напарнику спешит, как если бы опаздывал страшно. Кайто теряется на секунду: больно быстро Зеро между ними расстояние сокращал. Ягари и сам напрягается. Он даже пытается его притормозить, но Зеро, пройдя мимо, будто и не видит его вовсе.        — На пару слов, — бросает он негромко, за предплечье того мёртвой хваткой схватившись. Кайто не предпринимает попытки вырваться. К чёрту. Злить его ещё больше не особо-то и хотелось. Охотник, что Аяку приобнимал, взволнованный взгляд на них кидает.       — Они же там драку не устроят?       — Не думаю, — подозрительно расслабленно кидает Аяка, даже и не обернувшись. Зеро отпускает руку Кайто только тогда, когда они в одном из кабинетов наедине остаются. Там тишина колоколом звенела. Ни души.       — Ничего не хочешь сказать? — спрашивает Зеро, всё продолжая наступать.       — Поздновато ты спросил. — Кайто смехом отвечает. Тихим. Ни о чём не жалеющим. Ему всего пару шагов назад хватает, чтобы в стену спиной упереться, а Зеро и не видел её будто, только ступая всё ближе и ближе. — Да погоди ты. Некуда мне больше… Он, явно, полагал, что Зеро их близкое нахождение друг к другу до чёртиков смутит. Как оказалось: нет. Ни черта. Тот чуть ли не вплотную к нему подходит. Ещё шаг и всё — лбами столкнутся.       — «Братьев ревнуют, друзей ревнуют и напарников тоже, бывает, ревнуют», — слово в слово повторяет его слова Зеро и Кайто на месте замирает, глаза от удивления немного раскрыв. — Может кого ещё?       — Так ты не поверил тогда, — хмыкает Кайто и смотрит, прямо в глаза заглядывая. Был ли он этим расстроен? Он был до мозга костей доволен! И только. — А я так надеялся на твою наивную душу, — добавляет он с коротким смешком, костяшками пальцев к грудной клетке того коснувшись. Там, где сердце стучало.       — Поверил? — Зеро бровь приподнимает. Кайто осознаёт: его сейчас с потрохами разоблачат. — «Они отправляют тебя на месяц непонятно куда и непонятно с кем», «И с чего они решили, что она — лучший вариант?», — перечисляет Зеро, и Кайто не до смеха совсем становится. — «Ты там один?», «В последнее время я много о чём думал», «А зачем спешить? Ты же сказал, что всё спокойно», — добавляет он ещё. — Поверил после всего этого? Серьёзно?       — Ты в хронологическом порядке их запомнил? — интересуется Кайто чуть ли не всерьёз.       — Могу и в алфавитном перечислить, — пожимает плечом Зеро, ни на шаг не отходя и выглядя до невозможности упрямым.       — Ладно-ладно, — сдаётся Кайто. — Ну, не понравилось мне, что ты согласился с ней работать, что с того? Я уже после первого твоего звонка перестал об этом думать.       — И почему же?        — Ты её супруга тогда упомянул. — Кайто улыбку тянет до жути подозрительную. — И всё как рукой сняло. Зеро так и думал, что ревность здесь к нему не только как к напарнику имелась. Он знал, но продолжал Кайто поддакивать, чтобы через телефонные разговоры этого не выяснять. Потому что не то. Не то это всё! Он сам в это верил с трудом. Он, честно, до того дня и не задумывался об этом ни черта. Он ведь подобного не испытывал. Кайто без него никуда надолго не отправляли. Зеро смотрит на него, глаз не отводит. Он ждёт, а Кайто и думать боится, чего конкретно.       — И всё как рукой сняло что?       — Ты ведь понял, — начинает Кайто, злясь до невозможного сильно. Его к стенке прижали и допрашивают так, как если бы он преступником был.        — А если нет?       — У тебя голова на месте и мозг в черепной коробке, очевидно, тоже имеется, — с раздражением выдаёт Кайто, ближе подойдя. Он сам расстояние между ними только больше сокращает. И не Зеро в этом виноват.       — Так что очень даже понял.       — То есть, говорить ты не намерен?       — Я думал, что мы говорили достаточно, — отвечает Кайто, куда-то в сторону губ напарника устало выдыхая. Зеро глаз от него оторвать не может. Он биение его сердца слышит и противиться вот совсем никак не в силах.       — Достаточно, — сдаётся он. Понял. Конечно же он понял.  Кайто, наконец, себе улыбнуться с довольством позволяет.  Они замирают, будто прыгать собрались в саму бездну. Глазами друг друга сверлят, пока Зеро, ожидаемо для Кайто, ещё ближе подаётся, но напарник отчего-то голову назад отводит, слегка в сторону уклоняясь. Кайто знает: если себе слабину дать — крышу сорвёт! Потому-то он и увернуться себя заставляет, хоть и не хотелось совсем. Зеро только и успевает, что с тенью раздражения в глазах на него взглянуть.       — Первый и единственный, значит? — спрашивает Кайто тише, будто тайну какую выведать хотел.  Если бы кто увидел его, за странного бы, честно, счёл. Только что он когти свои об кого угодно точить был готов, а сейчас чуть было не мурлыкал.        — Тебе дополнительное подтверждение тому нужно? — Зеро бровь приподнимает и медленно, совсем нехотя, отходит от него немного.       — Нет, — Кайто издаёт что-то на «пф!» похожее и плечами лениво жмёт. — Я и так это знаю. Мне просто нравится это повторять.